Лесная прогулка и лесные чудовища

– Уж не обидьте меня, прогуляйтесь со мной! Поговорим мы с вами. Пирожки-то у меня остались, я ещё и новых напекла, только вот есть их некому. Поэтому я вас снова зову на угощение.

– Вы так любезны, – заулыбалась смущённо Джейн. – Нам неудобно, что мы вот так вот навязываемся…

– Тсс, девочка, глупые вещи ты какие говоришь! Я всегда рада гостям! Идёмте же!

Я слегка напряглась: ведь тут Лира покривила душой. Даже моя бабушка знает, что Лира никогда никого в гости к себе не зовёт. Но вот сейчас активно звала нас, хоть знает меня плохо, а Джейн вообще видит второй раз. Неспроста всё это. Особенно, если учесть то, что вчера дядюшка Нико по пьяни нам выболтал про бабу Лиру, её дом и её "чучело совы". Джейн украдкой посмотрела на меня, вопросительно, намекая – мол, как я решу? Я же тут хозяйка. Я колебалась недолго: любопытство взяло верх. Я согласилась сходить в гости к бабе Лире.

В конце концов, со странным посланием в стихах, которое мне нашептал неведомый дух, что-то нужно было делать. Может быть, у Лиры найдутся ответы? Или её как-то удастся выспросить про легенду о местной Кикиморе, лесной царице?

Баба Лира несказанно обрадовалась:

– Как же это здорово, как я рада, что вы меня навестите! Пойдёмте, девоньки, лесом. Заодно грибочков посмотрим к ужину.

– О, вы любите грибы? – восхитилась Джейн. – Вы хорошо в них разбираетесь?

– Я люблю те грибы, что любят меня, – усмехнувшись таинственно чему-то своему, ответила баба Лира.

Джейн не постеснялась уточнить:

– То есть съедобные и полезные?

– Не совсем, девонька, – ответила старуха, сворачивая в лес. – В нашем Тёмном Лесу грибы делятся на живые и на мёртвые. Мёртвые меня любят, и мы их любим. А к живым лучше не попадать.

Я задумалась: о чём говорит чудная старуха? Джейн не стала переспрашивать. Мы втроём пошли по лесной тропе. Козочку баба Лира передала Джейн, а сама наклонилась и очень бережно сорвала… поганку!

Джейн удивилась:

– Это же ядовитый гриб!

– Ядовитый гриб тоже нужен, девонька, – баба Лира, лукаво посмотрев на Джейн, заговорщицки ей подмигнула и спрятала поганку в лукошко.

Джейн смутилась. Спустя минуту предположила:

– Вы умеете делать из поганок лекарства?

– Поганки не только для лекарств нужны, – уклончиво ответила старуха.

– А это ваша козочка? – Джейн переключила своё любопытство на беленькое животное, которое послушно шло за ней на поводке.

– Теперь моя, – кивнула баба Лира.

– Где вы её взяли?

– Купила, девочка. За свои услуги приобрела. Деньгами я не беру.

Джейн рискнула спросить:

– А если не секрет, какие это услуги?

– Зуб заговорила фермерше из Модуина, – ответила как ни в чём ни бывало баба Лира, будто её услуги самые будничные, вроде стрижки или маникюра. – Так болел у неё нещадно, а на дантистов этих иродов денег она вовек бы не накопила. А козочка мне нужна была давно.

– Ну, теперь у вас будет богатое хозяйство, каждый день – молоко!

– Не будет, – к нашему удивлению, покачала головой баба Лира. – Эту козочку уже ночью сегодня зарежут.

Тут животное, словно поняв, о чём идёт речь, тревожно заблеяло и остановилось. Но баба Лира, взяв поводок у опешившей Джейн, потянула его, и коза покорно пошла. Джейн тактично предположила:

– Значит, будет вкусное жаркое…

– Да, – кивнула Лира и как-то досадно вздохнула.

Словно козочку не для себя будет резать.

Так Лира вела нас тропинкой дальней, более глубокой опушки. Мы прошли мимо толстенной и высоченной берёзы. Лира внезапно остановилась, встала к берёзе спиной и проговорила сдавленно:

– Чур меня!

– Что-что? – спросила Джейн.

– Это я на всякий случай. В каждом дереве ведь дух сидит. Если дух злой – пусть нас защитит от других злых духов, нападёт на них. Если дух добрый, пусть он нас поприветствует и поймёт, что мы прошли с миром. Это Королева Берёз. Сильный в ней дух, строгий, величественный, не терпит пренебрежения.

Я посмотрела на дерево. В первые секунды была готова пожать плечами в недоумении – дерево как дерево. Обычная берёза. Ну, толстая, старая, огромная, с раздвоенной большой кроной. И вдруг я в какой-то миг почувствовала её ауру. Внутри что-то сжалось, заставило меня сделать шаг назад. Будто я услышала чей-то строгий окрик, запрет приближаться. Это было неуловимое ощущение, слишком иррациональное. Я поняла, что я "услышала" посыл этой берёзы!

Как вчера, когда мы с Джейн осматривали Изломанную берёзу. Только Изломанная излучала дружбу, принятие, мудрость. Будто бабушка на смертном одре, познавшая жизнь и со спокойной душой готовящаяся умирать. А это – Королева берёз. Она требовала уважительного, почтительного, даже подобострастного отношения. Словно к ней на козе не подъедешь. Невероятно!

Выходит, я умею чувствовать ауры деревьев? Как такое возможно? Но я вспомнила, что несколько лет назад я познакомилась с одной девочкой, она тоже умеет чувствовать ауры деревьев. Она меня научила: нужно просто подойти к дереву, прислушаться к себе, своим ощущениям, мысленно обратиться к дереву. Вовлечённо обратиться, осознанно, всей душой. И тогда дерево обязательно услышит.

Поняв, что у меня получается общаться с деревьями на уровне эмоций, ауры, обмена энергиями, я почувствовала небывалую радость внутри. Но мне не хотелось ею пока ни с кем делиться. Это было внутреннее открытие одной из моих способностей, новых умений. И оно принадлежало мне. Это ощущение причастности к Природе, умение вступать с ней в контакт, пусть даже просто через деревья, через мысленное обращение к ним, было для меня слишком личным переживанием.

"Дорогая Королева Берёз, здравствуй. Возможно, я видела тебя раньше, в детстве, когда гуляла по лесу, но не придавала значения. Была не опытной. Сейчас я хочу исправиться, выразить тебе своё уважение и почтение. Будь здорова и счастлива, цвети и расти, радуй этот лес, и пусть твои подданные будут твоими добрыми друзьями, пусть тебе никогда не будет одиноко!" – так примерно мысленно я обратилась к этой огромной берёзе.

Удивительно, но сразу же после этого я почувствовала, как аура, пространство или дух вокруг слегка поменялся. Давление и строгость, витавшие в воздухе, куда-то ушли, уступив место благосклонности. Я почувствовала снисходительность, доброжелательность. Королева милостиво приняла мои объяснения. И даже позволила чуть приблизиться, если бы я этого хотела. Я благодарно улыбнулась Королеве Берёз.

Баба Лира и Джейн уже ушли дальше по тропинке. Я нагнала их. Джейн так увлечённо болтала с бабушкой-ведьмой, что не заметила моей задержки.

Баба Лира тем временем говаривала:

– Лес полон тайн. Лес – далеко не простое, особое царство, в котором правят древние законы, не постижимые простым умом. Чтобы их постичь, надо знать лес, чувствовать его, принять лес в своё сердце. А чтоб познать лес, надо его пройти. И так, чтобы лес принял тебя. Для каждого такого искателя тайн и загадок лес готовит массу сюрпризов, опасностей и преград, пройти через которые сможет лишь отважный, не побоявшийся вступить в бой с лесными чудовищами.

– Лесные чудовища? Это кто – кабаны, волки, медведи? – спросила Джейн, затаив дыхание.

– Нет, девочка. Есть силы более страшные и свирепые, чем самые когтистые и зубастые хищники земного мира. Я говорю о духах леса, монстрах леса, демонах леса.

Баба Лира понизила голос. И почти зашептала – зловеще, предостерегающе. Но совсем было не заметно, что она шутит или разыгрывает нас. Глаза её предельно серьёзны.

– И вы знаете демонов леса? – нестерпимое любопытство подстёгивало Джейн на всё более откровенные вопросы.

Между тем мы по опушке дошли до конечной дальней границы садового товарищества. Баба Лира вывела нас на дикую полянку, росшую перед её участком. Она не сразу ответила на вопрос Джейн.

– Про некоторых демонов я могу вам, девочки, конечно рассказать. Только после этого вы в лес точно не пойдёте.

Тон по-прежнему серьёзный. Но мне показалось, что всё же она шутит или выдумывает. А вдруг нет?! Вот непонятная старушенция!

Баба Лира гостеприимно открыла перед нами калитку, посадила нас на лавочке в своём нехитром саду. Сама взяла козочку и повела в сторону сарая, туда же понесла собранные травы. Мы с Джейн обратили внимание, что участок Лиры весь был заросшим травами, кустарниками, старыми яблонями. Но травы росли не как сорняки – а в определённом порядке. Было видно, что Лира тщательно поделила участок на зоны, выращивала дикие полевые растения. Джейн тихо шепнула мне не без восторга:

– Она же настоящая белая ведьма. Ух, попрактиковаться бы у неё…

– Ты уверена, что белая? – осторожно спросила я.

Но Джейн не обратила внимание на мои подозрения, либо не успела отреагировать. Баба Лира уже сделала свои дела, подходила к нам. Она нас повела в дом.

Дом – очень старая, вся перекосившаяся изба, явно построенная в прошлом веке. Интересно, баба Лира всегда жила здесь? Или приобрела этот дом у прошлых местных жителей, когда тут ещё была деревня? А если тут была деревня – то кто тут жил? Дядя Нико ведь вчера рассказывал, что тут лит тридцать назад уже никто не жил, кроме бабы Лиры. И рядом с её старой избой стояли другие избы деревни, тоже старые и заброшенные. А сейчас их нет: неподалёку построены современные дачные домики соседей. В одном из домиков, кстати, обитает пожилая госпожа Хейчи с внучкой Пенелопой.

В сенях избы царил вечный полумрак. Единственный источник света – крошечное окошко над дверью в форме ромба. На многочисленных протянутых под потолком верёвках висели травы и сохли. Лира сразу нас повела в главную горницу, расположенную справа. Там была комната, выполняющая функции кухни и гостиной. Здесь стояла настоящая каменная печь, широкий дубовый стол, но что сразу бросилось в глаза – это огромный котёл на чугунных подставках. Котёл был прикрыт большой крышкой.

Лира усадила нас за стол на скамью, шустро принялась угощать и потчевать нас. Мы с Джейн хотели ей помочь, но она строго шикнула на нас – мол, мы гости, а она хозяйка, и мы не должны напрягаться. По тому, как резво Лира управлялась с посудой, подносила угощения, как быстро передвигалась, как командовала – я заключила, что эта бабулька не так проста, как кажется.

Лира кормила нас вкусными пирожками с картошкой и компотом из её садовых ягод. Сама она во время обеда сидела на красивом резном стуле во главе стола. На спинке этого стула, словно приклеенное, сидело неподвижное чучело совы. Оно выглядело так, будто это живая сова. Вспомнился тут же рассказ дядюшки Нико. Но сколько мы с Джейн ни приглядывались к этой сове – она ни разу не задвигалась. Да и Лира никак не прокомментировала сову. Типа, чучело – и чучело. Если б сова была питомцем, Лира наверняка что-то бы про неё сказала.

Когда мы покушали, хозяйка решила удовлетворить наше любопытство и начала свой рассказ о лесных чудовищах:

– Водится в наших тёмных лесах чудище-страшилище с адскими, пылающими огнём глазами, с острыми рогами и со змеиным хвостом, и зовут его Ахерон. Всякого, кого он схватит, он мигом сжирает, не оставляя даже костей. Вот так вот много людей пропадает в лесу из тех, кто припозднился. Но днём не бойтесь его – спит Ахерон беспробудно в своей норе в самой чаще леса.

– А одолеть его можно? – спросила Джейн.

– Чар лесных он боится. Деревьев многих боится. Просите защиты у деревьев, едва увидите Ахерона – он ко многим не посмеет приблизиться и уйдёт. Особенно он боится мёртвых деревьев. Тех, что высохли и умирают.

– Ахерон – это один монстр в этом лесу? – спросила моя подруга.

– Нет, что ты! – выразительно замахала руками Лира. – Живёт ещё где-то в наскоро сбитом шалаше Страж Леса. Ух, не попасться бы этому стражу! Всякого, кого увидит, в дом зазывает, а из дома этого никто не выходит – там в страшную пасть проваливаешься, оттуда нет возврата. Несчастливый знак встретить этого Стража – сулит неприятности – от мелких неурядиц до большого горя. Берегитесь, если его встретите: ходит он в плаще, лицо всегда скрыто под капюшоном. Большая палка у него в руках, и его сопровождает всегда страшный чёрный ворон. Ворон тот – его вестник, всё что увидит, ему передаёт.

Я задумалась: вчера ворон прилетел ко мне на участок. И маленький Полли Слангер говорил о каком-то «лешем» под капюшоном. Может, есть часть правды в этих байках? А может, никакой это не Страж Леса, а какой-нибудь отшельник, или… бандит, который кого-то убил, прячется от полиции и решил жить дикарём в лесу?

– Не видьте его лица! – предостерегающе зашипела старуха и так выразительно расширила глаза, что мы с Джейн немного испугались. – Едва откинет он свой капюшон – помрёте от кошмара. Вместо лица его – смертоносная морда с клыками и бивнями, а глаза источают лик самой смерти.

Джейн так и замерла. А Лира заключила назидательно:

– Не ходите, девочки, в лес. А коль пойдёте – просите защиты у деревьев!

– У каких деревьев? – спросила взволнованно Джейн.

– Всё у тех же. У старых мудрых иссохших елей: лишь они придут к вам на помощь.

Я напряглась – ведь только вчера она нас предостерегала опасаться сухих ёлок, готовых упасть в любой момент!

– Мы вас поняли, баба Лира, – медленно проговорила Джейн после продолжительной паузы. И, слегка потеребив носком ноги мою ногу и подав мне этим знак, встала: – Большое спасибо за угощение! Мы пойдём, пожалуй. Надо кое-какие дела до вечера успеть сделать по хозяйству.

– Идите с миром, девочки! Но не забывайте старую Лиру. Заходите в гости ещё обязательно.

– Может быть, зайдём, – сказала Джейн дипломатично, ничего прямо не обещая.

Баба Лира проводила нас до калитки, мы стали возвращаться к себе на участок. Шли уже не лесом, а по улице садового товарищества между дачными домами. Лес оставался по правую руку. Я недоумевала – что заставило Джейн так быстро свернуть общение. По дороге она мне объяснила:

– Ты знаешь, мне показалось, эта сова… Она там зашевелилась и моргнула!

– Хочешь сказать, что ты испугалась обычной птицы? – удивилась я.

– Не то чтобы испугалась – я решила, что оставаться дальше невежливо. – И подруга вдруг понизила голос и заговорила мне на ухо: – Не могу себя понять: меня одновременно что-то влечёт и отталкивает от этой старухи!

– Она тебя заколдовала, – пошутила я.

– Наверняка в том котле у неё было зелье, а козочку она принесёт кому-то в жертву.

– Ну тут я ничего не могу сказать. Я не разбираюсь в козочках и жертвоприношениях. И про сову я ничего такого не заметила. Но мне кажется, что если Лира и ведьма – то она больше обычная деревенская знахарка, нежели чем боевой маг. Вряд ли она прям может молнии метать из рук. То есть я клоню к тому, что не стоит её бояться.

– В общем, я бы за ней понаблюдала… Побывала бы ещё раз у неё. Но эта сова… Ох, Клот. Хорошо, что мы ушли оттуда. Там правда такая аура, такая атмосфера тёмная, гнетущая. И вместе с тем наполненная магией древней, магией природы, трав… То есть это всё мне близко. Но пугает, да…

***

Сова, только что сидевшая чучелом на спинке стула, резво и недовольно замахала крыльями, проклекотала:

– Хозяйка, я тебя не понимаю!

– Что же тебе, Плисона, не понятно? Ты сова, мудрая птица, должна всё понимать, – усмехалась старуха.

– Зачем ты девок отговаривала и стращала? Леший просил их в лес зазывать!

– А всё же не мудрая ты пока ещё сова, даром что молодая! – заметила Лира, продолжая посмеиваться над недоумевающей питомицей. – От противного я их в лес зову. Они туда теперь, как только стемнеет, бегом побегут! И Ахерон будет сыт! Лишь бы Лесного Мага они не нашли… Тут придётся чары применить, сбить их с пути, заставить их уйти куда подальше. Недаром я потчевала их блюдами заговорёнными, и недаром у меня теперь кусочки их духа остались. Ели они, пили – выделяли слюну, сидели на стульях – могли и волос обронить! О, вижу я, вот волос той рыженькой!

Баба Лира обрадовалась, узрев не по-старчески острыми глазами рыжий волос, лежащий на полу под тем стулом, где сидела Джейн. Она подняла этот волос и бережно положила его на небольшой стол рядом с печью.

– А жертвоприношение? – напомнила сова.

– А с козой я подожду пока. Как только с девчонками будет покончено, уж после этого будет ему и коза.

– С девчонками не будет покончено! Не пропадут они, не пропадут! – вдруг заверещала сова тревожно, то и дело махая крыльями и подпрыгивая почти до самого потолка.

– Ну раз не пропадут сегодня – пропадут потом. Дело наше будет сделано всё равно. Если рыженькая вдруг выживет – себе в ученицы её возьму. Талант в ней сильный, – Лира многозначительно поглядела на рыжий вьющийся волос. – Знает она о своей силе уже. И рада будет учиться – это я прочитала по её глазам. И по её духу.

– А другая девчонка? – спросила сова.

– Другая – тёмная. И талант у неё другой совсем, – Лира помрачнела. – От таких, как она, нам надо избавляться в первую очередь. Вот если она к Лесному Магу попадёт, и он обучит её – тогда кончится наша власть. И тебя, и меня, и господина нашего они погубят. Да, именно от неё Лаклошеру сейчас угрожает наибольшая опасность, пока он ещё слаб. В этой тёмной наиболее сильно пробуждены Огонь и Вода, и если она ещё научится Земле – будет плохо. Высокой силой владеет внучка Луизы. Хорошая женщина Луиза, мне, конечно, жаль её, что у неё скоро пропадёт внучка. Но нам с тобой, Плисона, проблемы с ней не нужны. Одно нас спасёт: внучка Луизы очень дружит со своей подружкой. На подружку навести чары легче в разы. Сейчас я этим и займусь. Рыженькая уйдёт в лес почти что против своей воли, ну а внучка Луизы не бросит её. Вот и пропадут они вместе, ха-ха-ха-ха!

– Ух-ух-у-у-ух! У-у-у-у-ух! Ух-ух-ух-у-у-у-у-у-у-х! – довольно заухала сова, соглашаясь и поддерживая свою хозяйку.

Плисона пока ещё сравнительно молодая сова. Однако учится она быстро. И владеет той силой, которой с ней делится её хозяйка. Вместе они с бабой Лирой составляли колдовской тандем: часть силы Лира хранила в сове, на случай магической дуэли. И если прижмёт Лиру к стенке, нападёт на неё более сильный маг – Лира сможет воспользоваться скрытыми резервами, подпитываясь от Плисоны.