Знак Вопроса

– Клот, у меня сейчас двойное, нет, тройное дежа вю. Помнишь, как мы лезли вон под той оградой, по грязи, а потом проникали в дом через то окошко? И помнишь, как мы также беззаботно отдыхали этой зимой на даче у Рома, а наутро – труп соседа, которого убил колдун? Или помнишь, как прошлой осенью мы тоже проживали в милом домике у родаков Джейн в Куоке, и там на нас напали эти карнавальники-балаганщики? Или наши каникулы в доме родственников Пола, когда пришлось распутывать дело о похищении красавицы демоном иллюзий… – вдарился Сыщик в воспоминания. И пояснил: – Ну не верю я, что у нас тут просто отдых. Уже вечер субботы, ничего пока не стряслось, и это означает, что стрясётся с минуты на минуту! Скорпион явно что-то задумал. Как пить дать.

– Может быть, он даже тут неподалёку затаился и в кустах сидит? – спросила я, улыбаясь.

– Типун тебе на язык, чур тебя! – Пит аж чуть не перекрестился, вздрогнув не на шутку. – Он ведь может! Настоящий демон. И как ты умудряешься его не побаиваться?

– Меня больше удивляет, как ты умудряешься его побаиваться! Он же твой родственник, – подколола я.

– Некоторые родственники опаснее врагов, – Пит двинулся к калитке. – Особенно те, которые боссы.

Мы вышли на небольшую проезжую дорогу.

– Куда пойдём? – спросил меня Сыщик.

– Пойдём налево! – и повернула в обозначенную сторону.

– Эй! Налево обычно ходят мужики.

– И женщины-шпионы, которые за ними следят, а ты не знал? Давай тихо ходить.

Несмотря на тёмный вечер, на многих участках кипела жизнь. Кто-то жарил шашлыки, раздавались весёлые разговоры и смех. Народ отдыхал. Мы с Питом осматривали дома, заборы, фонарики, лес, стараясь подметить что-либо необычное. Если Пит доверял моему чутью, то я доверяла его – неспроста он решил пойти подышать воздухом.

Что-то коснулось моего слуха в отдалении. Голоса, выкрики, шум. Пит ещё пока не слышал этого:

– Полагаю, нам следует пойти назад, чтобы вернуться?

– Полагаю, нам следует пойти вперёд, чтобы попасть на секретную миссию, – прислушавшись, я поняла, что там происходит что-то горячее.

Я сорвалась с места и побежала. Сыщик – за мной.

Дорога здесь петляла в сторону дальних участков дач, отделённых от основного массива частных домов и садов небольшой лесополосой. Те дальние участки, как успел рассказать Пит, пока мы с ним прохаживались, почти все заброшенные. Мы прибежали на место не касающихся пока нас событий.

Возле бесхозного дома, стоящего совсем в отдалении, происходил явный конфликт. Слышались резкие и дерзкие выкрики гнусавых низких прокуренных голосов.

– Гони бабки, мелюзга, кому сказал!

Им противостоял совсем детский голосок. Но он был не запуганным, а не менее резким и дерзким:

– Сам гони! И канай с нашего района!

– Зачем ты кепочку такую симпотную носишь, у тебя там дырка в голове, через которую видно, что мозгов нет? Эту дырку случайно не я тебе сделала, когда ты ещё под стол пешком ходил? – этот голос девичий, бодренький такой.

– Чего-о-о? Дуби, вдарь хорошенько по вот этой очкастой роже, а ты, малявка, заткни своё хлебало!

Мы подкрадывались, мигом визуально оценив обстановку и возможные пути отступления. Компания из пяти лосей кого-то зажала у стенки. Похоже, подростков младше нас. В темноте было видно очень плохо.

– Щас сам очкастый тебе вдарит и заткнёт! – тот же детский голосок.

– Как не хочется палиться, а придётся, раз разговоров они не понимают, – второй голос уже пониже, ломающийся.

– Да, они понимают только вот это!.. и вот это!.. А ещё – это!..

Пока они препирались, мы подошли на достаточное расстояние, чтоб вмешаться, но затаились за кучей хлама с досками. Те, кого гопники зажали, оказались не по-детски борзыми. Одна из них, девица миниатюрного сложения с длинными волосами и в короткой юбчонке, блестяще огрела сразу двоих ловкими ударами ног. Второй, парнишка постарше, вырвался из хватки, умелым отточенным профессиональным приёмом провёл серию ударов также по двум сразу противникам. Оставшийся худенький мальчик в блеснувших при свете луны очках атаковал последнего из шпаны.

Всё это сопровождалось матерщиной со стороны атакуемых и боевыми весёлыми вскриками со стороны атакующей троицы.

– Ну ни фига ж себе! Сорвиголова, мы тут явно лишние! – Пит, явно обалдевший, с отвисшей челюстью наблюдал за этой сценой.

– Похоже, у нас завелись новые суперменята на планете, – закивала я, пребывая в аналогичном культурном шоке.

Гопники пытались сопротивляться, но это было бесполезно. Они пьяны, неуклюжи и, по-видимому, искали лёгкой наживы, решив напасть на детей. Их "жертвами", превратившимися внезапно в "хищников", были явно несовершеннолетние! Лет двенадцать, ну, максимум, четырнадцать – нам так показалось в темноте. Во всяком случае, двое из трёх был щуплыми и не выше полутора метров. Третий повыше, ну, может, ростом с меня или на крайняк с Пита. В отличие от негодяев, троица сражалась на удивление слаженно, используя такие удары, апперкоты и обманные движения, что явно тянула на чемпионов по всем видам единоборств сразу! Вот это шоу!

Главарь гопников рявкнул:

– Сваливаем!

– Мы ещё с вами разберёмся, шмакодявки! Размажем вас, соплей, как сопли! – пригрозил один из них, зажимая расквашенный нос, из которого вместо соплей во все стороны разбрызгивалась кровь.

– Мы знаем, где вы живёте, и мы к вам придём! – посыпались угрозы.

– Приходите, и мы продолжим с удовольствием, – ответила им девочка. – Ой, у меня тут что-то запуталось в волосах, это твой коренной зуб, да? А может, передний резец? О, у тебя, наверное, теперь очень красивая фигурная улыбка, девчонки на тебя будут просто вешаться!

Тот, к кому обращался столь наглый выпад, развернулся, чтобы наддать ребятам, но главарь утащил его за собой. Показывая нецензурные жесты, убегающие гопники скрылись из виду, кто-то из них протяжно скулил, потирая нешуточные ушибы. Троица стояла в боевой стойке, спинами к спинам. Их кулаки на изготовку, позы правильно развёрнуты, руки и ноги в правильном положении, чтобы не оставлять открытых уязвимых мест на теле.

Мы с Питом разумно поняли, что вылезать сейчас – себе дороже. Ребята решат, что мы те же гопники, и нам не поздоровится. Они сейчас на взводе, и даже если я и Сыщик начнём что-то объяснять – не станут слушать, и нам достанется под первое число. Кто же они такие? Во мраке августовского позднего вечера их неясно видно. Длинноволосая девочка, парень повыше ростом и мальчик в очках. Мы затаились, следя за развитием событий. Любое шоу по телевизору кончается титрами. В жизни титров не бывает, поэтому любое шоу кончается продолжением этой самой жизни.

– Придурки, – высокий парнишка смачно сплюнул. – Чё они к нам прицепились?

– У тебя крутой фотик, на который ты фоткал в режиме ночной съёмки, вот они и решили, что ты фрайер, – предположила девочка.

– Откуда они вообще взялись? И куда дунули? Я бы ими занялся как следует.

– Надо заняться, – кивнула длинноволосая. – Узнать, кто их наводчик. Я заметила кое-какие признаки, что это не просто местная банда алкашей. Скорее всего, это те самые из Сенхуафт, которых мы шуганули в прошлом году. Помните, они хотели гробануть дом госпожи Гранди?

– Какая-нибудь воровская шайка? Шестёрки мафиози? – спросил парень, который постарше.

– Нужно оставить здесь наш знак, – очкарик засунул руку в карман куртки, что-то извлёк оттуда. – Пометим, вы согласны?

– Ну как хочешь, – пожала плечами девочка.

– Это наш стиль! Мы же договорились – оставлять метки защитников людей! – настаивал на своём очкарик. – Чтобы люди знали, что мы ищем ответы ради их спокойного сна! А врагам было бы стр-р-р-рашно!

Он подошёл к стене старого дома. Послышался звук взбалтываемого маленького баллончика для граффити, а потом шипение выплёскиваемого спрея-краски.

– Вот так! – усмехнулся довольный очкарик.

Парочка его друзей уже уходила:

– Пошли, Капитан. Обсудим про банду из Сенхуафт с Патроном, послушаем, что он скажет.

Ребята ушли по густой траве, пройдя мимо нас в каких-то двух метрах. Мы с Ривелом буквально вжались в землю. Как только нас не заметили?! Мы, не дыша, смотрели, как они идут в сторону той дороги, по которой пришли сюда мы. Потом увидели, как они пошли по направлению к основному дачному посёлку. Туда, где мы только что гуляли и где располагалась дача Ланепьяров.

Пообщавшись беззвучно жестами в темноте, мы вылезли из укрытия, изрядно промокнув в вечерней росе, и подбежали к стене дома. Пит достал маленький карманный фонарик и направил на деревянную поверхность.

– Момент Истины! Что же у них за знак такой? – зашептал Пит в волнении азарта поиска.

Фонарь осветил их знак. Загогулина с точкой. Цвет свежей краски – синий.

?

– Знак вопроса?! – ахнула я. – Но что это, карамба, значит?

– Мы с тобой словно провалились в другой мир, Сорвиголова. Земля разверзается под нами. У тебя нет такого ощущения?

– Есть, Сыщик, – успокоила я его.

И вгляделась в жирную точку, входящую в знак вопроса. Эта точка очень сильно смахивала на синий зрачок глаза ТДВГ.

– Похоже, у нас появились конкуренты, – хихикнул Пит.

– Ты это к чему? – прицепилась я.

– Слышала, какие они разговоры разговаривали? Что знают этих дебилов и имеют с ними счёты. Что спасали от них какую-то госпожу Гранди. И видела, как они дрались? Мне интересно, кто их тренер! Уже хочу взять у него пару уроков!

– Ты проявляешь крамолу и кощунство, то есть нелояльность по отношению к Аманде Беллок! – заступилась я за нашу начальницу в ТДВГ. Аманда ведь наш инструктор-сенсэй по единоборствам. Именно благодаря ей мы могли сладить с противником превосходящей нас весовой категории, и то, чему она нас обучала, неоднократно спасало нам жизни на миссиях.

Поэтому я весьма строго надавила взглядом на Сыщика.

– Я шучу! – обезоруживающе поднял он руки вверх. – Сорвиголова, а побежали за ними, давай с ними познакомимся?

Питом овладел порыв, он даже схватил меня за плечо и потащил в сторону дороги, куда ушла троица драчунов.

– Погоди, Сыщик. Я бы побежала за дебилами и познакомилась бы лучше с ними, – скосила я глаза в ту сторону, куда делись гопники.

– До них ещё успеем добраться. Я смотрел на карте, Сенхуафт – так называется посёлок за ближайшей полузаброшенной фермой. А вон в той стороне, откуда эти ребята, судя по всему шли, Вейлс-Дачи Сектор Два. Мы ведь в Секторе Один как бы, если по документам и официальным схемам-картам смотреть.

– В общем, тут своя местная деревенская мафия.

– Да, но я не думаю, что нас это касается, и всё же с ребятишками теми я бы скорешился!

– Ещё бы, там среди них симпотная девчоночка, – хихикнула я, поддев Пита. – Было бы там двое-трое парней – ты б рукой махнул!

– Сорвиголова, я, кажется, когда-то предупреждал тебя не провоцировать меня этими бородатыми шутками!

– Да, и ты грозил выдать меня замуж за большую белую акулу, я всё прекрасно помню, – кивнула я.

– Мы понимаем друг друга. Пошли, скорее, пока мы тут языками чешем, они уже усыкнули!

Мы почти трусцой припустили по дороге. Выбежав на неё, мы рассчитывали увидеть уходящие три юные фигурки вдалеке. Но их уже след простыл.

– Карамба! Ушли! Каюсь, это из-за меня, – вздохнула я. – Из-за моего языка.

Пит, настоящий друг, похлопал меня по плечу:

– Не переживай, я тоже хорош, не сообразил, что надо было к ним сразу подойти, а не смотреть, что они на стенке намазюкали. Я-то сначала решил – нецензурщина какая. А там просто-напросто знак препинания!

– А вот если нецензурщина плюс знак вопроса – прикинь, как бы это смотрелось? – снова шутка вылезла в меня из извращённых глубин моего мозга.

– Ахах-ха, о да, если так написать "Том – дурак?" или "Ублюдки?", или же "Какашка?" – то это породит новую культуру извечных философских вопросов о бренности бытия. О том, что весь мир – тлен, населён дураками и так далее. Декаданс сплошной и сюрреализм!

– А ещё ты был прав насчёт карт. Не свезло мне тут только что, упустили мы бойцов. Пойдём домой, обсудим про эту банду с Шестёркой.

Мы двинули на улицу, идущую параллельно той, где находился дом Ланепьяров, чтобы скоротать путь. Едва мы вышли уже на нашу улицу, как вдруг увидели их!!!

– Смотри! – я чуть не вскрикнула от удивления и радости.

Мы так и остались стоять, созерцая, как эти бойцы прошли ровнёхонько мимо нашей калитки дальше. Догонять и настигать мы их не стали, это было бы слишком глупо. Обменявшись несколькими сигнальными жестами, мы перешли на медленный невинный прогуливающийся шаг и припустили следом. Пусть со стороны смотрится, что мы просто тут гуляем. А-ля парочка такая.

За дачей Ланепьяра находился пустующий участок, за ним – деревенский домик, где проживал некий дедок, который с нами утром здоровался. А ещё был третий от нас дом, последний по этой улице-развилке. Туда-то и направилась троица. Нас они не видели, потому что мы дошли уже до нашей калитки, приостановились и внимательно смотрели. Но они зашли на территорию, и было бы неприлично и странно их окрикивать и просить снова выйти знакомиться с нами.

– Кто там живёт, интересно? – шёпотом спросил Сыщик.

– Смотри, это можно вычислить у нас на Базе, по базе данных! Или спросить у Брендона. У папы Брендона номер дома – тридцать четыре. Пустой участок с времянкой слева – тридцать пять. Потом дом тридцать шесть. Значит, это участок тридцать семь.

– Это слева, если стоять лицом к калитке. То есть если бы мы пошли в ту сторону, это было бы справа! Я к тому, что мы там не ходили ещё, – улыбнулся Пит. – Потому что ты предложила пойти налево! Клот, я преклоняюсь перед твоей интуицией! Если бы не твоё предложение, мы бы ничего этого не видели! А теперь загадочные подростки-каратисты у нас в кармане! У меня уже план наклёвывается – нанести им утром дружеский визит! Прийти с посланием мира, знакомиться. Прикинуться, что мы – родственники Брендона, и пришли с соседями здороваться!

– Пит, у них наверняка частная жизнь. План, конечно, хорош, но нужно продумать идею грамотного вмешательства. Мы ничего не знаем. Мы только строим предположения. Что, если эти ребята какие-нибудь бандиты, к примеру, тоже работают на гопников? А с теми дебилами из Сенхуафт просто конкурировали? Например, тоже хотели грабить эту некую дамочку Гранди, а те им помешали?

– Ну, Клот, у тебя ум изощрённей, чем у маньяка! А может, они – инопланетяне?

– Может быть, – серьёзно заявила я на шуточный выпад Пита и пристально посмотрела на него.

Он аж вздрогнул, в шутку:

– Ай, ты меня пугаешь!

Я не выдержала и рассмеялась. Пит тоже. Мы заступили на нашу территорию и закрыли изнутри калитку на ночь.

– Слушай, Клот, – задержал меня Сыщик за рукав и тихо заговорил: – А мы будем нашим говорить?

– В смысле? Мы же хотели обсудить!

– Да! Но я тут подумал… Ты ведь в сущности права! Мы умозрительные факты выдумываем. Нужно всё проанализировать. Переспать с этим. А то взбаламутим сейчас наших. Они отдыхают, спать хотят, настроились на релакс. А тут мы такие заходим и с порога – мы выследили две банды плохих и хороших! И всю ночь наши будут бодрствовать. Пол наверняка больше всех разгонится, он спать никому не даст, как будет выдвигать гипотезы, строить теории, разрабатывать план по внедрению, выслеживанию, и так далее.

Полминуты мне хватило, чтоб обдумать предложение Пита. Я решила согласиться с другом:

– Ты прав. Давай подождём до утра, обдумаем сначала в междусобойчике. В конце концов, нас это правда не касается. Мало ли, какие тут местные разборки.

И тут я вспомнила уроки Скорпиона. Мой начальник с самых первых дней нашего с ним знакомства говорил: ничто не бывает просто так. Если вы встретили какого-то человека – значит, так надо для вашего развития. Если вы стали свидетелем явления – значит, вам это было дано как выбор – как это можно использовать и что с этим делать. Это на грани мистики. Когда-то Майло Стимвитз сказал мне – даже те соседи, в окружении которых вы родились, даны для чего-то, иначе бы вы в процессе реинкарнации выбрали бы совершенно других соседей. И люди, которые собираются в одном вагоне метро, в одной группе на открытом занятии курсов, в одном классе, на одной улице – нужны каждый друг для друга по-своему. Нужно всегда приглядываться вокруг себя, искать как возможности, подсказки по судьбе и по жизни, так и знаки к чему-то задуматься, что-то изменить, на что-то повлиять. Знаки вопроса, сплошные знаки вопроса.

Но и Пит сказал только что умную вещь. Мы на отдыхе. Над мирным посёлком Вейлс красивый звёздный вечер. Мы устали за день. Нам хотелось поспать и расслабиться. Редко когда в процессе спецзаданий выпадают спокойные ночи – ночная смена привычный режим нашей работы. И чертовски редко когда удаётся так спокойно и душевно собраться с друзьями. С лучшими друзьями!

Едва я закончила отвечать Питу согласием на его предложение повременить с взбаламучиванием нашей Шестёрки, как открылась дверь.

– О, смена пажеского караула! – хохотнул Пол, заметив нас.

Они с Эллен выходили из дома.

– Признавайтесь: НЛО, призрак, маньяк из параллельного измерения, самопроизвольная чёрная дыра или демон? – шутливо "наехала" на нас Леди-в-Красном.

– Промазала, – улыбнулась я. – Ничего. Мы просто мило погуляли, поболтали.

– Вы тоже решили вылезти из конуры? – поддержал Пит.

– Да, мы пара диких гризли, вышедших на тёмную охоту, – зарычал Пол.

– Хотим мило посмотреть на звёзды, – улыбнулась Эллен. – Ваш поступок пойти на улицу нас вдохновил.

– Мы рады, что служим примером положительного поведения, – засмеялась я. – Что ж, удачной вам охоты за звёздами, под созвездием большой гризлицы! Ещё увидимся!

Мы с Питом прошли в дом и снова заварили себе чаю.

***

Высокий человек наблюдал сквозь стекло, как две девочки испуганно разглядывают третью, пребывающую без сознания. Одна здесь уже два дня, остальных привезли вчера. Его личный ассистент Топс пытался настаивать, чтобы девочкам не разрешалось разговаривать между собой, однако Кавандайк заявил ему, что пусть они в последние дни своей жизни получат награду в форме освобождения от полного одиночества. Любой девочке нужны подружки. У его дочери не было подружек. Его дочь, наоборот, страдала и переживала, что её не принимали сверстники. Во многом из-за её отца – его самого. Они проживали тогда не в очень благополучном районе, и непрестижное занятие Кавандайка сильно не было похоже на занятие большинства. Его дочь, прекрасного ангела Элин, травили в школе.

Кавандайк решил отыграться на этих девочках. Он просил персонал, чтобы те время от времени выводили девочек из камер не только на опыты по изъятию и донорству тканей, но и на психологические эксперименты. Как девочки себя проявят, как поведут себя? Его разочаровывало, что они не походили по характеру на его дочь.

– Мне не хватает самородка. Ещё двоих или троих как минимум, – сказал он Топсу несколько минут назад и распорядился: – Позовите мне Барвиса и Окуня. Хочу, чтоб они принесли мне ещё пару образцов на этой неделе. Я буду у себя в кабинете.

Топс кивнул и вышел. Кавандайк ещё немного внимательно рассматривал девушек. Они его не видели, потому что окно было зеркалом с их стороны. Кавандайк ухмыльнулся – у него далеко идущие планы на них. Девочка, с которой только что проводили эксперименты, стала медленно приходить в себя. Её подружки по несчастью радостно заголосили, потеребили её за плечи. Кавандайк вышел в свой рабочий кабинет, он не стал их слушать. Все разговоры из камеры записывались, и за ними следили специально нанятые Кавандайком люди. Они передавали боссу каждый чих, который издавали пленницы.

***

Позиция Каролины была жёсткой:

– Нет, Рут, мы не будем заниматься этим делом. По крайней мере, до тех пор, пока не повяжем банду старушко-мошенников.

– Но они снова дадут о себе знать! Пока мы тут распинаемся, они уже кому-то причинили вред! Я знаю, где живёт кое-кто из них, – Рут почти перешла на возбуждённый крик. – Неужели ты это оставишь просто так?

– Я этого так не оставлю, – с расстановкой проговорила тихо Каролина. – Я объяснила – дело о хулиганах из Сенхуафт у нас не в приоритете. Дело о банде старушко-мошенников нам дало вышестоящее начальство. Мы не можем подвести дядю Джерри и не дожать это дело до конца.

– К тому же, мы на верном пути, – поддержал подругу Сэм. И спросил, обращаясь к девочке-блондинке, строчащей за компьютером: – Ариадна, ты нашла что-нибудь?

– Да, только что! – радостно взмахнула головой Ариадна. – Я взломала их сайт, где они подделывают себе удостоверения сотрудников социальных служб. Вот они, все как на ладони!

– Где? Я хочу посмотреть! А я могу там себе тоже такое удостоверение заказать? – оживился Макс.

– Капитан, зачем тебе это? – удивилась Ариадна.

– А я коллекционирую удостоверения и ксивы всякие. Я хочу, чтоб у меня были загранпаспорта всех стран сразу, ведь я настоящий пират как-никак! – заявил амбициозный очкарик.

– Будет тебе, всех стран сразу, – скептически бросил Леб и обратился к Каролине: – Патрон, какие планы?

– Сейчас я почитаю, что получилось у Ариадны, и скажу.

– Почему мы не можем заниматься параллельно двумя делами сразу? – канючила Рут. – Почему кто-то из нас не может заниматься делом старушек, а кто-то – Сенхуафт? Например, я?

– Даже не думай заниматься этим сама! – строго покрутила у неё перед носом Каролина. – Почему не можем – потому что знаешь поговорку о двух зайцах?

– Она актуальна, если двух зайцев ловит один человек! Но нас-то шестеро!

– В банде старушко-мошенников их тоже очень много! Нам нужно завтра устроить так, чтобы поймать их с поличным.

– Как ты это сделаешь, ловля на живца? – уточнил Сэм.

– Один из вариантов.

– А кого ты используешь как живца? У дяди Джерри есть знакомая бабулька?

Каролина призадумалась. И хитро улыбнулась:

– Полагаю, мы можем даже использовать самого дядю Джерри! Ему уже за шестьдесят, можно загримировать его под восемьдесят.

– Да, двое дедушек тоже пострадали, по своей наивности. Так жалко пожилых людей, они же верят в доброту, верят, что молодые люди – светлые создания, и попадаются на этом впросак, – высказалась Ариадна с неподдельным сожалением.

– А дядя Джерри согласится? – спросил с сомнением Леб.

– Если не согласится – загримируйте меня под бабушку! – влезла Рут. И нарочито старческим голосом добавила: – Я умею говорить как баба-яга-а-а-а!

– Рут, прекрати паясничать. Это всего лишь один из вариантов, как я уже озвучила. Давайте набросаем ещё. Ариадна хакнула их сайт. Мы можем прикинуться в том числе теми, кто нуждается в услугах поддельных удостоверений. Обратиться к ним как коллеги со стороны.

– Точно, ведь поддельные удостоверения – тоже отдельная статья преступлений! – поддержал Сэм. – Можем часть из них поймать на удостоверениях, а часть – с поличным, когда они будут подходить к бабушкам.

– Ещё мы вычислили район их обитания. Приблизительное время, в которое они действуют. Спальные районы, рядом с магазинами и рынками. Вычислили те известные нам места, где они появлялись, – подсказала Ариадна.

– Завтра воскресенье. Последние заказанные удостоверения делались на службу социальной помощи района Саупт-улицы. Они наверняка будут действовать возле ярмарки выходного дня, – подсказал Макс.

– Да уж почти наверняка, – задумчиво проговорила Каролина. – Давайте набросаем примерную схему, что делаем, и придём с этим к дяде Джерри.

Ребята принялись энергично обсуждать, выдвигать предложения и оживлённо спорить. Никто не обратил внимания, как Рут, обиженно насупившись, вышла прочь из комнаты.