Это не мой муж

Глава 4. Ночь

Дом затихал медленно, будто не хотел оставлять Еву наедине с собой. Сначала на первом этаже перестала звенеть посуда, потом щёлкнула дверь в кухню, стихли шаги домработницы. Где-то далеко, за плотными шторами, прошла машина, и на потолке на секунду дрогнула полоска света. Потом исчезла и она.

Ева лежала на своей стороне кровати и смотрела в темноту. Слово «своей» по-прежнему раздражало. В этом доме слишком многое считалось её: кресло у окна, чашка с тонкой золотой каймой, шёлковый халат, книги с её пометками на полях. Всё словно свидетельствовало против неё. Всё говорило: ты здесь жила, ты сама выбирала эти вещи, ты любила этот дом, ты спала в этой спальне рядом с этим мужчиной.

И только тело ничего не подтверждало.

Мужчина, которого все называли Антоном, вышел из ванной. Ева слышала, как он выключил воду, как открыл шкаф, как шуршала ткань. Через минуту он появился в дверном проёме в тёмной футболке и домашних брюках. Без пиджака, без привычной сдержанности в движениях он выглядел моложе. И почему-то опаснее.

— Не спишь? — спросил он.

— Пока нет.

Он подошёл к кровати, но не лёг сразу. Несколько секунд стоял, будто решал, имеет ли право занять место рядом с ней. Ева заметила это и тут же рассердилась на себя за то, что заметила.

— Я могу уйти в гостевую, — сказал он.

— Не надо.

Ответ вырвался быстрее, чем она успела подумать.

Антон посмотрел на неё внимательнее.

— Ты уверена?

— Если я начну выгонять из этой комнаты всё, чего не помню, мне придётся вынести половину дома.

Он едва заметно улыбнулся.

— Это похоже на тебя.

— Что именно?

— Делать вид, что не боишься.

Ева отвернулась к окну.

— А я боюсь?

— Да.

Ответ прозвучал слишком спокойно. Не как предположение. Как знание.

Она почувствовала раздражение, но вместе с ним — странное тепло. Опасное, почти постыдное. Этот человек умел говорить с ней так, словно знал не только привычки, но и те места внутри, куда она сама старалась не заглядывать.

Он лёг поверх покрывала, оставив между ними расстояние. Не коснулся. Даже не повернулся к ней.

Ева закрыла глаза.

Несколько минут они молчали.

Потом Антон сказал:

— Врач просил, чтобы ты не пыталась заставлять себя вспоминать.

— Все вокруг только и делают, что пытаются заставить меня помнить.

— Я не пытаюсь.

— Правда?

— Правда.

Ева открыла глаза и повернула голову.

— Тогда почему в каждом твоём слове есть продолжение, которое я должна угадать?

Он не ответил сразу.

— Потому что я не знаю, как говорить с тобой теперь.

Эта фраза обезоружила её. Она ждала уверенности, оправданий, очередного подтверждения их брака. Но услышала растерянность.

— А раньше знал?

— Не всегда.

— Мы часто ссорились?

— В последнее время — да.

— Из-за чего?

Он посмотрел в потолок.

— Ты хотела больше воздуха.

— А ты?

— Я думал, что даю тебе достаточно.

Ева усмехнулась.

— Очень мужской ответ.

— Очень мой ответ.

Тишина снова встала между ними, но на этот раз она была другой. Не пустой. В ней находилось прошлое, которого Ева не помнила, и боль, которой она пока не могла дать имя.

Антон повернулся к ней.

— Хочешь, я расскажу, как мы познакомились?

Она вспомнила фотографии, которые уже видела в клинике и дома. Свадебные снимки, море, улыбки, дочь между ними. Всё выглядело настоящим. Слишком настоящим.

— Нет.

Он кивнул.

— Хорошо.

— Ты даже не спросишь почему?

— Потому что это будет моя версия. А тебе сейчас, наверное, нужна твоя.

Ева долго смотрела на него.

В темноте лицо казалось мягче. На подбородке проступала тень щетины. У виска лежала едва заметная складка, которой она раньше не замечала. И вдруг ей захотелось протянуть руку и коснуться её. Просто проверить, что произойдёт.

Она не успела остановить себя.

Кончики пальцев коснулись его виска.

Антон замер.

Ева тоже.

Прикосновение было коротким, почти невинным. Но её тело отозвалось так быстро, что она испугалась. В груди словно что-то дёрнулось, дыхание стало глубже. Не воспоминание — ощущение. Очень старое. Очень знакомое.

Он осторожно накрыл её руку своей.

— Ева…

Она могла отдёрнуть ладонь. Должна была.

Но не сделала этого.

Его большой палец едва провёл по её запястью. Простое движение. И снова — этот отклик. Не страх. Не отвращение.

Желание.

Она резко высвободила руку.

— Не надо.

Антон сразу отступил.

— Хорошо.

Ни раздражения, ни обиды. От этого стало только хуже.

Ева села на кровати.

— Что со мной не так?

— Ничего.

— Я смотрю на тебя и думаю, что ты чужой. А потом ты меня касаешься, и…

Она замолчала.

— И что? — тихо спросил он.

— Неважно.

— Для меня важно.

— Для меня тоже. Поэтому и страшно.

Он сел, но сохранил расстояние.

— Я не буду пользоваться тем, что ты чего-то не помнишь.

— Благородно.

— Не благородно. Нормально.

— Не уверена, что знаю, что для нас с тобой нормально.

Антон посмотрел на неё так долго, что ей захотелось отвернуться.

— Я тоже уже не уверен.

В этих словах было что-то лишнее. Не то, что он хотел сказать. Ева почувствовала это почти физически, но прежде чем успела спросить, он поднялся.

— Попробуй поспать. Я буду внизу.

— Ты же сказал, что останешься.

— Передумал.

— Почему?

Он задержался у двери.

— Потому что ты сейчас должна бояться меня меньше, а не больше.

Дверь закрылась тихо.

Ева осталась одна.

Она легла, натянула одеяло до подбородка и уставилась в потолок. Сердце всё ещё билось быстрее обычного.

«Это не мой муж».

Она повторила фразу мысленно, как заклинание.

Потом закрыла глаза.

Но теперь слова звучали уже не так уверенно.

***

Она проснулась среди ночи.

Не от кошмара. От тишины.

Такой полной, что слышно было собственное дыхание.

Ева посмотрела на часы. Почти три.

На соседней половине кровати никого не было.

Она вспомнила, что Антон ушёл вниз, и собиралась снова закрыть глаза, когда услышала слабый звук.

Голос.

Он доносился с балкона соседней комнаты или, возможно, из коридора. Ева приподнялась.

Сначала решила, что ей показалось.

Потом услышала снова.

Мужчина говорил тихо.

Ева встала.

Пол был прохладным. Она накинула халат и вышла из спальни.

В коридоре горел только ночной свет. Из-за угла тянулась тонкая полоска более яркого света — дверь кабинета или гостевой была приоткрыта.

Ева подошла ближе.

Голос стал различимее.

Это был Антон.

Он говорил по телефону.

— Нет, — сказал он. — Пока рано.

Пауза.

Ева остановилась.

— Я понимаю.

Снова пауза.

Она сделала ещё один шаг.

Теперь видела его силуэт у стеклянной двери на балкон. Он стоял спиной к коридору, одной рукой держал телефон, другой опирался на подоконник.

— Она ничего не помнит.

На мгновение Ева перестала двигаться.

В груди будто исчез воздух.

Антон слушал собеседника.

— Да.

Он говорил так тихо и спокойно, словно обсуждал обычную рабочую встречу.

Потом произнёс:

— Пока всё идёт как нужно.

Ева медленно отступила.

Половица под ногой едва скрипнула.

Антон обернулся.

Она успела уйти за угол прежде, чем он увидел её.

Несколько секунд Ева стояла, прижав ладонь к груди. Сердце колотилось так сильно, что ей казалось — он услышит.

Шагов не было.

Она вернулась в спальню, закрыла дверь и легла, не включая свет.

Через несколько минут ручка двери едва заметно опустилась.

Антон вошёл.

Ева лежала лицом к окну и дышала ровно, заставляя себя не двигаться.

Он остановился рядом с кроватью.

Она чувствовала его присутствие, хотя не видела.

Минута.

Другая.

Потом матрас едва прогнулся с его стороны.

Он лёг рядом.

Не коснулся её.

Ева открыла глаза.

За окном начинал бледнеть край неба.

Теперь у неё был первый факт, который невозможно было объяснить амнезией.

Мужчина рядом с ней что-то скрывал.

И её беспамятство было частью этого секрета.

Она смотрела в темноту и впервые подумала не о том, почему не узнаёт собственного мужа.

А о другом.

Что, если она с самого начала была права?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.