Марго

Глава 3. Мамин мужчина

Утром Марго не написала. Это не должно было иметь значения. Александр проснулся в половине восьмого, сварил кофе, открыл ноутбук и почти час правил одну страницу. Работа шла хорошо – ровно до того момента, когда он заметил, что телефон лежит рядом экраном вверх. Он перевернул его. Через пять минут снова перевернул. Ничего. В большом доме хлопнула дверь. Александр поднял глаза к окну. Марго шла через сад в белой рубашке поверх короткого топа, с собранными волосами и телефоном у уха. Она смеялась. Не ему. Он отвернулся к ноутбуку. На экране стояла фраза:

«Иногда человек принимает ожидание за чувство».

Александр перечитал её и удалил.

* * *

В воскресенье Елена увезла его за город. Место оказалось маленьким рестораном у воды – слишком красивым для случайного обеда и слишком тихим, чтобы притворяться, будто это не свидание. Елена была в тёмно-синем платье. За рулём она почти не говорила, зато в ресторане вдруг стала лёгкой, смешливой, совсем не похожей на женщину, которая дома спорила с дочерью из-за телефона.

– Ну? – спросила она, когда принесли вино.

– Что?

– Ты всё ещё не понял?

– Что именно?

– Я тебя пригласила.

– Это я понял ещё в пятницу.

– И приехал.

– Как видишь.

Елена улыбнулась.

– Значит, не всё потеряно.

Он мог бы ответить шуткой. Не ответил. Елена протянула руку через стол и коснулась его пальцев. Александр посмотрел на её руку. Потом на неё. Всё было просто. Взрослая красивая женщина. Старый знакомый. Взаимная симпатия. Никакой тайны, никаких трёх точек на экране, никаких вопросов, на которые лучше не отвечать. Он накрыл её ладонь своей. Елена тихо сказала:

– Наконец-то.

И в этот момент его телефон коротко завибрировал в кармане. Александр не достал его. Но подумал о Марго. Это разозлило его на самого себя.

* * *

Елена осталась в гостевом доме до утра. Ничего в этом не было неожиданного. Вечером они долго сидели на террасе, потом она вошла внутрь, не спрашивая разрешения. Александр закрыл дверь. Утром Елена вышла в его рубашке, поставила чайник и сказала:

– Только не делай сейчас лицо мужчины, который должен определить статус отношений.

– У меня есть такое лицо?

– У всех мужчин есть. Обычно появляется после секса.

– И что оно выражает?

– Панический поиск запасного выхода.

Он рассмеялся. Елена подошла и поцеловала его.

– Расслабься. Я не собираюсь переезжать.

– Жаль. Я уже освободил полку.

– Лжец.

– Редактор.

– Ещё хуже.

Она ушла около девяти. Александр стоял у окна с чашкой кофе, когда увидел Марго. Она остановилась посреди дорожки. Елена как раз выходила из гостевого дома. Мать что-то сказала ей. Марго посмотрела на неё, потом на окно второго этажа. На Александра. Он не успел отойти. И не захотел. Марго подняла брови. Всего лишь. Елена пошла к дому. Марго осталась на месте ещё секунду, потом достала телефон и направилась следом. Сообщение пришло через две минуты.

«Поздравляю».

Александр прочитал. Не ответил. Следом:

«Теперь официально мамин мужчина».

Он набрал:

«Тебя это беспокоит?»

Стер. Написал:

«Доброе утро».

Ответ пришёл сразу.

«Уже нет».

Александр долго смотрел на эти два слова.

* * *

За завтраком Марго была безупречна.

– Мам, передай джем.

– Пожалуйста.

– Спасибо.

Елена сияла так откровенно, что скрывать что-либо было бессмысленно. Александр пришёл позже и сел напротив Марго.

– Доброе утро.

– Доброе.

Она даже улыбнулась.

– Кофе?

– Сам возьму.

– Конечно. Вы теперь здесь почти свой.

Елена посмотрела на дочь.

– Марго.

– Что?

– Ничего.

– Тогда зачем ты произнесла моё имя?

Александр налил кофе.

– Она просто здоровается, – сказал он.

Марго посмотрела на него.

– Не вмешивайтесь.

Тихо. Без улыбки. Елена замерла.

– Что с тобой?

– Ничего.

– С утра ты была нормальная.

– Я и сейчас нормальная.

– Тогда перестань разговаривать таким тоном.

Марго отодвинула тарелку.

– Каким?

– Вот таким.

– Понятно.

Она встала. Елена устало закрыла глаза.

– Куда ты?

– Не волнуйся. Не к твоему мужчине.

Тишина ударила сильнее, чем если бы Марго закричала. Она сама это поняла. На мгновение в её лице появилось что-то растерянное. Но отступать было поздно. Марго взяла телефон и вышла. Елена медленно поставила чашку.

– Прости.

– За что?

– За неё.

– Не надо.

– Иногда она умеет сделать больно ровно там, где нужно.

Александр посмотрел на дверь.

– Наверное, потому что знает где.

Елена усмехнулась без радости.

– Вот за это я тебя и люблю.

Слово прозвучало легко. Почти случайно. Но осталось между ними. Александр поднял глаза. Елена уже смотрела в чашку. Он ничего не сказал.

* * *

Днём Марго исчезла. Вечером вернулась с двумя подругами. Они включили музыку у бассейна, фотографировались, спорили, заказывали еду. Александр видел их из окна кабинета. Марго была громче всех. Смеялась, танцевала босиком на плитке, снимала короткие видео. Один раз камера телефона повернулась в сторону гостевого дома. Александр отошёл от окна. Глупость. Через минуту вернулся. Марго уже не смотрела туда. Ночью сообщений не было. И на следующую ночь тоже. На третью Александр написал первым.

«Ты обиделась?»

Сообщение прочитано. Ответа нет. Через двадцать минут:

«На что?»

«На меня».

«С чего вы решили, что всё обязательно про вас?»

Он улыбнулся, хотя фраза задела.

«Не всё. Только то, что про меня».

Три точки.

«Вы спите с моей мамой».

Александр отложил телефон. Потом взял снова.

«Да».

«Честно».

«Ты предпочла бы, чтобы я соврал?»

«Нет».

Пауза.

«Тогда всё нормально».

Он написал:

«Марго».

Удалил.

«Это не похоже на нормально».

Удалил и это. Наконец:

«Хорошо».

Ответа не было. Александр лежал в темноте и понимал, что совершает странную вещь: пытается получить разрешение у дочери женщины, с которой спит. И ещё более странную: ему было важно, даст ли она его.

* * *

Елена стала приходить чаще. Иногда оставалась на ночь. Иногда уходила поздно, босиком неся туфли в руке. Она не пряталась от Марго, но и не обсуждала с ней Александра. Марго тоже ничего не спрашивала. Она выбрала другое оружие.

– Мам, твой мужчина сегодня ужинает с нами?

Или:

– Я оставила книгу у маминого мужчины.

И однажды, проходя мимо Александра у бассейна:

– Мамин мужчина, у вас зарядка есть?

Первые два раза он делал вид, что не замечает. На третий сказал:

– У меня есть имя.

Марго остановилась.

– Правда?

– Представь себе.

– Александр Вельский. Сорок четыре года. Редактор. Эссеист. Археология.

– Отличная память.

– Я стараюсь знать, с кем спит моя мать.

Она сказала это спокойно. Александр почувствовал раздражение.

– Не надо.

– Чего?

– Вот этого.

– Какого?

– Ты прекрасно понимаешь.

Марго посмотрела на него. В её глазах мелькнуло удовольствие: попала.

– Не понимаю.

– Тогда тем более не надо.

Она протянула руку.

– Зарядка?

Он молча подал кабель. Марго взяла его. И вдруг сказала совсем другим голосом:

– Она счастливая.

Александр не сразу понял.

– Кто?

– Мама.

Пауза.

– Я давно её такой не видела.

Вся дерзость исчезла. На несколько секунд перед ним была просто дочь, которая заметила счастье матери и не знала, радоваться ему или бояться.

– Я не хочу сделать ей больно, – сказал Александр.

Марго посмотрела прямо на него.

– Никто не хочет.

И ушла. Он остался стоять с зарядным блоком в руке. Эта короткая фраза почему-то тревожила сильнее всех её насмешек.

* * *

Вечером Елена уснула у него на диване. Александр накрыл её пледом и вышел на террасу. Было прохладно. В большом доме горел только свет в комнате Марго. Телефон завибрировал.

«Она у вас?»

Александр посмотрел через стекло на спящую Елену.

«Да».

«Спит?»

«Да».

«Смешно».

«Что?»

«Я в детстве всегда ждала, когда она уснёт, чтобы залезть к ней в кровать».

Александр сел.

«Почему?»

«Боялась темноты».

«А сейчас?»

Долгая пауза.

«Сейчас темнота хотя бы честная».

Он перечитал.

«Вы часто ссоритесь».

«Мы часто любим друг друга неправильно».

Александр почувствовал, как внутри что-то сдвинулось. Он написал:

«А правильно – это как?»

Три точки появились почти сразу.

«Не знаю».

Потом:

«Наверное, когда не страшно».

Александр посмотрел на Елену. Она спала, подложив ладонь под щёку. Он набрал:

«Мне кажется, любовь почти всегда немного страшная».

Марго ответила:

«Тогда зачем она нужна?»

Он долго думал.

«Потому что без неё ещё страшнее».

Три точки. Исчезли. Появились.

«Красиво».

«Это плохо?»

«Не знаю. Вы умеете красиво объяснять всё».

Александр замер. Фраза была сказана без обвинения. Но он почувствовал его.

«А ты не веришь красивым словам?»

«Верю».

Через секунду:

«Поэтому и опасно».

* * *

После этого Александр решил прекратить ночные разговоры. Не демонстративно. Просто вернуть всё на правильное место. Елена была его женщиной. Марго – её восемнадцатилетней дочерью. Он был взрослым человеком, который прекрасно понимал разницу между интересом, симпатией и тем, чему нельзя позволять получить имя. Два дня он отвечал Марго коротко. На третий не ответил вообще. На четвёртый она перестала писать. И стало легче. Так Александр говорил себе утром. К вечеру он уже несколько раз проверил телефон. На следующий день Марго почти не появилась дома. Елена сказала, что дочь поехала к друзьям.

– Пусть развлекается, – добавила она. – Хоть не сидит в телефоне до четырёх утра.

Александр поднял глаза.

– Она сидит до четырёх?

– Постоянно. С кем-то переписывается.

Елена улыбнулась.

– Влюбилась, наверное.

Он сделал глоток вина.

– Возможно.

– Ты так сказал, будто тебе не нравится.

– Мне всё равно.

Елена посмотрела на него внимательнее.

– Конечно.

И сменила тему.

* * *

Марго вернулась поздно. Александр сидел в саду с книгой. Она прошла мимо.

– Привет.

– Привет.

Ни «мамин мужчина», ни насмешки. Это почему-то оказалось хуже.

– Марго.

Она остановилась.

– Что?

– Ты больше не пишешь.

Её лицо осталось спокойным.

– Вы же не отвечаете.

– Был занят.

– Четыре дня?

– Да.

– Очень занятый человек.

Она пошла дальше.

– Ты обиделась.

Марго обернулась.

– Вы опять решили, что всё про вас?

Его собственная улыбка получилась натянутой.

– Иногда.

Она посмотрела на него и вдруг тихо сказала:

– Не делайте так.

– Как?

– Не приближайтесь, а потом не делайте вид, что ничего не было.

Александр закрыл книгу.

– Между нами ничего не было.

Марго улыбнулась. Не весело.

– Вот именно.

И ушла. В ту ночь он не спал почти до трёх.

* * *

На следующий вечер Елена уехала на деловую встречу. Марго сидела на ступенях террасы большого дома, поджав одну ногу. Телефон лежал рядом. Александр увидел её, когда возвращался из магазина. Можно было пройти мимо. Он остановился.

– Мир?

Марго подняла глаза.

– У нас была война?

– Судя по потерям.

– Каким?

– Ты перестала называть меня маминым мужчиной.

– Соскучились?

– Ужасно.

Она улыбнулась. Немного. Александр сел на соседнюю ступень, оставив между ними расстояние. Несколько минут молчали.

– Мама вас любит, – сказала Марго.

Он повернул голову.

– Ты уже говорила.

– Тогда она была влюблена.

– А теперь?

– Теперь любит.

– Быстро.

– Она такая.

– А ты?

Марго посмотрела на него. Александр сразу понял двусмысленность.

– Я не это имел в виду.

– Конечно.

– Я хотел спросить, как ты к этому относишься.

– Поздно исправили.

– Марго.

Она взяла телефон, но не включила экран.

– Я рада за неё.

– И всё?

– А должно быть что-то ещё?

– Не знаю.

– Тогда зачем спрашиваете?

Он хотел сказать: потому что мне важно. Не сказал. Марго посмотрела в сад.

– Иногда я думаю, что мама всю жизнь ждёт человека, который наконец останется.

– А ты?

Она пожала плечами.

– Я давно не жду.

– В восемнадцать?

– Возраст тут ни при чём.

Он почувствовал знакомое желание спросить больше. И остановился. Марго заметила.

– Что?

– Ничего.

– Хотели спросить.

– Передумал.

– Почему?

– Ты сказала, что не вся твоя жизнь должна быть открыта другим.

Она посмотрела на него удивлённо. Потом медленно улыбнулась.

– Вы запомнили.

– Я многое запоминаю.

– Это тоже опасно.

– Почему у тебя всё опасно?

– Не всё.

– А что нет?

Марго задумалась.

– То, что мне не важно.

Он посмотрел на неё. Она тоже поняла, что сказала. И первой отвела глаза. В саду включились фонари. Телефон Марго вспыхнул рядом с ней. Она не посмотрела. Александр должен был встать. Вместо этого остался.

– Можно вопрос? – сказала она.

– Можно.

– Только честно.

– Постараюсь.

– Нет. Тогда не надо.

Он усмехнулся.

– Хорошо. Честно.

Марго провела пальцем по краю телефона. Не смотрела на него.

– Если бы не мама…

Пауза. Александр почувствовал, как всё внутри стало слишком внимательным. Марго подняла глаза.

– Если бы не мама, ты бы посмотрел на меня?

Он мог ответить сразу. Нет. Это было бы правильно. Просто. Не оставляло бы ничего между ними. Александр молчал. Марго ждала. Пять секунд. Может быть, меньше. Этого хватило. Её лицо изменилось совсем немного. Ни улыбки. Ни торжества. Только исчез вопрос.

– Понятно, – сказала она.

Марго взяла телефон и поднялась.

– Марго.

Она остановилась, но не обернулась. Теперь он мог исправить. Сказать правильные слова. Назвать её слишком молодой. Назвать себя взрослым. Вспомнить Елену. Объяснить, что молчание ничего не значит. Он умел объяснять. Марго ждала ещё секунду. Потом ушла в дом. Александр остался на ступенях один. Телефон в его кармане завибрировал. Он достал его слишком быстро. Сообщение было от Елены:

«Скоро буду. Скучаю».

Александр прочитал. Поднял глаза на освещённое окно Марго. И впервые не смог ответить Елене сразу.

Глава 4. Удалено

Александр проснулся от сообщения в 02:17. Он не спал. После разговора на ступенях сон вообще казался чем-то из жизни другого человека. Он лежал в темноте, слышал, как за окном начинает моросить дождь, и несколько раз возвращался к последней фразе Марго.

«Если бы не мама, ты бы посмотрел на меня?»

Он не ответил. И именно поэтому ответил. Телефон снова загорелся. Марго: «Не спите?» Александр посмотрел на стену, отделявшую спальню от пустой комнаты.

«Уже нет».

Три точки появились сразу. Исчезли. Вернулись.

«Это был плохой вопрос».

Он понял, о каком вопросе она говорит.

«Почему?»

«Потому что я знаю ответ».

Александр сел на кровати. Можно было написать: «Нет, не знаешь». Можно было закончить разговор. Вместо этого он спросил:

«Тогда зачем спрашивала?»

Долгая пауза.

«Хотела услышать».

Он смотрел на эти два слова дольше, чем следовало. Потом написал:

«Марго, нам не надо об этом говорить».

Ответ пришёл почти сразу.

«Я уже поняла».

И ещё через несколько секунд:

«Спокойной ночи, мамин мужчина».

Александр положил телефон экраном вниз. На этот раз насмешка не спасала ни её, ни его.

* * *

Утром Марго была весёлой. Слишком весёлой. Она сидела на кухонной столешнице, ела клубнику прямо из миски и показывала Елене какое-то видео. Елена смеялась. Марго смеялась вместе с ней. Когда вошёл Александр, она подняла руку.

– Доброе утро.

– Доброе.

– Кофе там.

– Вижу.

– Прекрасно. Значит, зрение в вашем возрасте ещё работает.

Елена бросила в неё салфеткой.

– Прекрати.

Марго поймала салфетку.

– А что? Я забочусь.

Александр налил кофе. Ни одного взгляда дольше секунды. Ни одного намёка на ночь. Это должно было его успокоить. Не успокоило. Елена подошла сзади, обняла его за талию и поцеловала в плечо.

– Сегодня ты мой.

Марго перестала жевать клубнику. Только на мгновение.

– Поздравляю, – сказала она.

– Кого? – спросила Елена.

– Обоих.

Она спрыгнула со столешницы.

– Я к Лизе.

– Ты же только пришла.

– Поэтому и ухожу.

Марго поцеловала мать в щёку. Александру сказала:

– Хорошего дня.

И вышла. Елена посмотрела ей вслед.

– Иногда я её совершенно не понимаю.

Александр сделал глоток кофе.

– Может, и не надо понимать всё.

Елена улыбнулась.

– Это говорит человек, который зарабатывает тем, что разбирает чужие слова по косточкам.

Он не ответил.

* * *

Днём они с Еленой уехали в центр. Обедали, долго ходили по книжному, потом сидели на летней веранде. Елена рассказывала о работе, о бывшем муже, о том, как Марго в четырнадцать лет три дня с ней не разговаривала, потому что Елена выбросила старую футболку.