На вашей планете это называют любовью

Глава 4. Можно остановиться

Перед своей дверью Кирилл отпустил её руку, чтобы достать ключи, и Лея сразу почувствовала разницу. Они по-прежнему стояли рядом, его плечо почти касалось её плеча, но ладонь осталась пустой. За несколько кварталов она успела привыкнуть к теплу его пальцев.

Ключ не сразу вошёл в замок.

– Он заедает, – сказал Кирилл.

Лея посмотрела на связку. Кирилл выбрал другой ключ, открыл дверь и усмехнулся:

– Ладно. Не тот взял.

Его неловкость ей понравилась. До сих пор он почти всегда знал, что делать: где сесть, куда повернуть, как поставить свет. Здесь, на знакомом пороге, он вдруг ошибся.

В прихожей загорелась лампа. Кирилл вошёл первым, поставил сумку на тумбу и быстро снял с крючка какую-то вещь, пытаясь незаметно унести её в комнату.

– Можешь оставить, – сказала Лея.

Он остановился с толстовкой в руках.

– Я хотел, чтобы было аккуратнее.

– Ты же здесь живёшь.

– Хороший аргумент. Пользуюсь им с переменным успехом.

Он всё-таки отнёс толстовку, а Лея сняла обувь и расстегнула рубашку. Она впервые оказалась в доме мужчины на Земле. Интересовало всё: книги, запах, вещи, которые он не считал нужным показывать другим людям. У двери стоял одинокий зонт; на тумбе лежали квитанция, крышка от объектива и маленькая отвёртка. Ничего не складывалось в заранее подготовленную картину. От этого место казалось особенно настоящим.

Квартира была небольшой. Из прихожей открывался вид на комнату с широким диваном и рабочим столом. На стене висели фотографии в тонких чёрных рамах. Лея подошла к ним, пока Кирилл ставил чайник.

На первом снимке мужчина сидел на ступеньках и завязывал шнурок. Рядом ждала женщина, держа в каждой руке по стаканчику. На другом пожилой человек чинил ремешок часов под настольной лампой. Дальше – девушка у окна автобуса, спящий на скамье пёс, пустой балкон с красным стулом.

Лея задержалась перед фотографией со ступеньками.

– Это твои знакомые?

Кирилл подошёл с двумя чашками.

– Нет. Снял на улице, потом догнал и спросил, можно ли оставить. Они попросили прислать. Мужчина сказал, что у них почти нет фотографий вдвоём.

– Она держит его напиток.

– Да.

– И свой тоже.

Он посмотрел на снимок, потом на неё.

– Именно поэтому и снял.

Лея приняла чашку. Чай пах листьями и чем-то цветочным. Она осторожно попробовала и кивнула. Кирилл улыбнулся так, будто ему удалось решить более важную задачу, чем выбор напитка.

– Эти фотографии ты хотел показать на выставке?

– Некоторые. Остальные в компьютере.

– Можно посмотреть?

Кирилл помедлил. Она заметила это и добавила:

– Не обязательно сегодня.

– Нет. Давай.

Он освободил место на столе и открыл папку. Лея села на стул, а он устроился рядом на подлокотнике дивана. От экрана свет падал на его руки.

Фотографии отличались от тех, что он делал днём. Люди на них редко смотрели в камеру. Они ждали, спорили, придерживали друг другу двери, несли сумки. На одном снимке женщина, стоя в очереди, прислонилась лбом к спине мужчины. На другом мужчина протягивал ребёнку варежку, а тот упрямо прятал руку за спину. Лея долго рассматривала каждый кадр. Кирилл сначала пояснял, где снимал, потом замолчал.

– Плохо? – спросил он наконец.

Она обернулась.

– Почему?

– Ты ничего не говоришь.

Лея снова посмотрела на экран. Там была остановка под дождём. Двое стояли под маленьким зонтом, и у мужчины промокло плечо: он сдвинул зонт к женщине.

– Я пытаюсь понять, как ты успеваешь это увидеть.

Кирилл чуть опустил голову.

– Не всегда успеваю.

– А здесь успел.

Он придвинулся ближе и открыл следующий снимок.

В её мире рядом с другим человеком многое становилось ясно без наблюдения. Можно было почувствовать расположение, усталость, нежелание продолжать разговор. Землянам приходилось оставлять следы: сдвинуть зонт, подождать на ступеньках, держать чужой стаканчик. Иногда следы оказывались убедительнее слов. Лея подумала, что хотела бы научиться замечать их так же, как Кирилл.

– У этой папки есть название?

– «Рядом». Рабочее. Немного банально, да?

– Нет. Подходит.

Он не ответил, но перестал спрашивать, что ей не нравится.

Когда снимки закончились, они остались сидеть перед тёмным экраном. Чай остыл. Из приоткрытого окна доносился шум машины, которая долго не могла припарковаться во дворе.

– Ты сама что фотографируешь? – спросил Кирилл.

– Сегодня только вывеску, чтобы найти дорогу обратно.

– Практично.

– Можно сфотографировать тебя?

Он выпрямился и улыбнулся той улыбкой, которой встретил её в салоне связи. Лея подняла телефон, но снимать не стала.

– Что-то не так?

– Ты изменился.

– Это называется собрался.

Она опустила телефон. Кирилл рассмеялся, и она успела нажать на кнопку.

На снимке он отвёл лицо, смеясь, и поднял руку, будто собирался закрыться от камеры. Лея показала результат.

– Ужас, – сказал он, продолжая улыбаться. – Оставляй.

Она сохранила фотографию. Из всех приобретённых за день вещей эта не занимала места в карманах, но ей уже было бы жаль её потерять.

Кирилл взял пустые чашки и ушёл на кухню. Лея осталась у стола. Открытая папка со снимками больше не выглядела просто собранием наблюдений. Он разрешил ей увидеть работу, в которой сомневался. Приглашение домой оказалось вместительнее, чем она предполагала на улице.

Телефон мягко завибрировал. Нина спрашивала, добралась ли она. Лея ответила, что всё хорошо и они смотрели фотографии. Следом пришло: «Тогда не отвлекаю».

Лея задержала палец над экраном. Ей хотелось сообщить ещё что-нибудь, объяснить, почему здесь хорошо, но не нашлось короткой фразы. Она просто поблагодарила Нину.

Вернувшись, Кирилл сел на диван и оставил рядом место. Лея пересела к нему. Теперь, когда камера и компьютер были убраны, никто не мог занять руки работой. Кирилл провёл ладонью по колену и повернулся к ней.

– Ты волнуешься? – спросила она.

– Уже заметно?

Лея кивнула.

– Немного.

– Тогда да. Немного.

– Из-за меня?

Он посмотрел на неё с улыбкой.

– Ты как будто всё время видишь момент, который я обычно успеваю спрятать.

Она подумала об этом. На самом деле он оставался для неё гораздо более непонятным, чем любой близкий человек дома. Она могла ошибиться в его молчании, в движении плеч, даже в улыбке.

– Я много чего не вижу, – сказала Лея. – Просто спрашиваю.

Он накрыл её ладонь своей. На этот раз она сама переплела их пальцы.

– Мне нравится быть с тобой, – сказал он.

Лея вспомнила Нинино предупреждение: эти слова могут означать меньше, чем слышит другой человек. Но сейчас она не услышала в них обещания будущего. Он сидел рядом и говорил о том, что было между ними в эту минуту. Этого пока хватало.

Она придвинулась и поцеловала его. Кирилл обнял её; на короткое время исчезла необходимость угадывать выражение его лица. Потом Лея чуть отстранилась. Он сразу разомкнул руки.

– Подожди, – сказала она.

– Конечно.

Он остался на месте, не пытаясь удержать её или заполнить паузу шуткой. Лея прислушалась к себе. Желание никуда не исчезло. Но рядом с ним возникла другая потребность: остановиться и понять, что именно она выбирает.

– Что-то не так? – спросил Кирилл.

– Нет. Я хочу побыть здесь ещё немного. Вот так.

Он кивнул, и они посидели молча, держась за руки. Человек внизу наконец припарковался; хлопнула дверца, заработала сигнализация и тут же затихла. Лея перевела дыхание. Ей стало легче от того, что пауза ничего не испортила.

– Ты решил, что я хочу уйти?

– Не знал. Поэтому ждал.

Она посмотрела на него внимательнее. Оказывается, неизвестность была не только её затруднением. Он тоже не мог почувствовать заранее, что ей нужно, и вынужден был ждать ответа.

– Я хочу остаться, – сказала она. – И хочу быть с тобой ближе. Но иногда мне нужно остановиться. Это не значит, что всё закончилось.

– А если закончится, тоже можно сказать.

Она улыбнулась.

– Тебе тоже.

Кирилл на мгновение перестал улыбаться, словно это уточнение оказалось неожиданным. Потом поднёс её руку к губам и коротко поцеловал пальцы.

– Хорошо.

Лея достала телефон и написала Нине, что останется до утра. Пока она печатала, Кирилл встал закрыть окно. Он не заглядывал в экран и не спрашивал, кому она пишет. Это тоже был небольшой след, который стоило заметить.

Они ещё поговорили – уже без шуток, о том, что важно знать прежде, чем стать любовниками: о защите, о самочувствии, о том, что каждый вправе передумать. Лея отвечала спокойно. Её тело было устроено как человеческое, она знала его возможности и ограничения, а незнакомые обычаи не мешали ей понимать собственное желание.

Когда разговор закончился, Кирилл спросил, не хочет ли она чаю. На этот раз Лея сама засмеялась.

– Сейчас нет.

Она поднялась к нему и взяла за руку. Он выключил яркую лампу у рабочего стола. В комнате остался мягкий свет из прихожей, и Лея ещё успела увидеть на стене ту женщину с двумя стаканчиками, которая терпеливо ждала на ступеньках.

Позже, когда они лежали рядом, Лея долго не могла уснуть. Их первая ночь уже перестала быть событием, которое можно представить заранее. У неё теперь были собственные звуки, паузы, неловкие и нежные минуты, понятные только им двоим. Лея обнаружила, что вспоминает их без желания немедленно найти объяснение.

Кирилл лежал на боку, подложив ладонь под щёку. Без привычной улыбки он казался тише. Лея осторожно убрала со лба прядь. Он открыл глаза.

– Не спишь?

– Пока нет.

– Принести воды?

Она кивнула. Он выбрался из-под одеяла, нащупал тапочки и ушёл на кухню. Лея слушала его шаги. В комнате осталась небольшая пустота, хотя он отсутствовал меньше минуты.

Вернувшись, Кирилл поставил стакан на столик и лёг рядом. Лея села, сделала несколько глотков и передала ему воду. Он отпил, убрал стакан и потянул край одеяла к её плечу.

– Холодно?

– Уже нет.

Она легла, устроившись удобнее. Кирилл придвинул к ней подушку. Всё это было до странности простым после того, сколько смыслов люди умели спрятать в приглашении на кофе.

– Ты всегда такая серьёзная? – спросил он.

– Сейчас я довольна.

Он улыбнулся, но будто ждал продолжения.

Лея повернула к нему лицо.

– Тебе нужно, чтобы я сказала иначе?

– Нет. Просто непривычно.

Она коснулась его щеки и поцеловала. Когда отстранилась, он уже не смотрел так вопросительно.

Через некоторое время его дыхание стало ровнее. Лея осторожно высвободила руку и потянулась к браслету, оставленному на столике. Свет от его внутреннего экрана был слишком ярким в тёмной комнате; она прикрыла его ладонью и убавила.

Сеанс связи можно было завершить короткой записью. Она подтвердила, что адаптация проходит нормально, а все решения о личных контактах приняты ею самостоятельно. Затем открыла дневник наблюдений.

Несколько секунд строка оставалась пустой.

Рассказать о случившемся было бы легко. Но изложение, в котором Кирилл становился только местным мужчиной двадцати шести лет, казалось ей неполным уже в первом предложении. В него не помещалось то, как он принёс воду и подвинул подушку. Даже если описать эти действия, главное всё равно оставалось где-то между ними.

Лея записала: «Пауза не обязательно прерывает сближение. Иногда она позволяет его продолжить». Потом добавила время наблюдения и закрыла дневник. К подробному разбору предстояло вернуться позже.

Кирилл пошевелился.

– Всё нормально?

– Да. Спи.

Он протянул руку, не открывая глаз, и остановил ладонь рядом с ней, словно даже во сне оставлял ей возможность приблизиться самой. Лея сняла браслет и вернулась под одеяло.

За окном ночь начала светлеть. Ей вспомнилась собственная комната у Нины: зелёное покрывало, аккуратно сложенный белый костюм, пустая полка. Там всё останется на месте до её возвращения. Можно было заказать машину и уехать, не дожидаясь утра.

Но Кирилл чуть сжал её руку. Лея устроилась ближе и закрыла глаза.

Впервые с момента прибытия ей хотелось задержаться не для того, чтобы что-нибудь узнать.

Глава 5. Утро без обещаний

Кирилл проснулся раньше неё.

Лея услышала, как он старается тихо открыть шкаф, потом негромко ругается и придерживает дверцу ладонью. В комнате пахло кофе. Полоса солнца пересекала стену с фотографиями и доходила до ножки стола. В этом свете вчерашняя квартира казалась меньше, зато вещи обрели подробности: потёртость на краю дивана, скол на чашке, серебристую нитку на рукаве брошенной толстовки.

Она ещё несколько секунд лежала с закрытыми глазами. Подушка хранила чужое тепло. Ей хотелось запомнить это утро прежде, чем придётся встать и заняться обычными делами.

– Я тебя разбудил? – спросил Кирилл.

Лея открыла глаза. Он стоял у стола с двумя чашками.

– Немного.

– Тебе чай. Я помню.

Он поставил чашку на столик, убрав пустой стакан, оставленный ночью. Лея села, подтянула одеяло и улыбнулась. Кирилл наклонился и поцеловал её в висок. Всё происходило легко, без вчерашней настороженности; она уже собиралась сказать, что рада остаться, когда зазвонил его телефон.

Он взглянул на экран и ответил.

– Да, Дэн. Помню. К двенадцати буду. Нет, всё у меня, привезу.

Кирилл положил телефон возле чашки.

– Работа?

– Аренда, потом отбор. Обычный день.

Лея сделала глоток. Чай был слишком горячим, но приятным. Она держала чашку обеими ладонями и смотрела, как Кирилл проверяет заряд камеры. Теперь ей легче было различать его утреннюю сосредоточенность и желание отдалиться. По крайней мере, так ей казалось.

– Мне нужно уйти к определённому времени?

Он сразу обернулся.

– Что? Нет. Не торопись.

Лея кивнула. Она не собиралась задерживаться надолго: хотелось вернуться к Нине, принять душ, переодеться. Но спешить из-за чужих невысказанных намерений ей тоже не хотелось.

Кирилл поставил камеру на стол и сел рядом.

– Слушай. Я, наверное, должен кое-что сказать.

Она повернулась к нему.

– Мне с тобой хорошо. Правда. Но я сейчас не ищу серьёзных отношений.

Лея ждала, что он объяснит, какие отношения считает серьёзными. Он молчал, поглаживая большим пальцем ручку чашки.

– Ты не хочешь продолжать встречаться?

– Хочу. Просто без… – Он поискал слово. – Без обязательств. Чтобы никто не строил планов за двоих.

– Мы будем договариваться о каждой встрече отдельно?

Кирилл посмотрел на неё с некоторым облегчением.

– Да. Наверное, так.

Лея поставила чашку. На родной планете у неё были связи, в которых люди не строили совместного будущего. Они могли нравиться друг другу, радоваться встречам, а потом расставаться без обещания вернуться. Это было ей понятно. Она не успела решить, чего захочет от Кирилла дальше, и предпочитала узнавать постепенно.

– Хорошо, – сказала она.

Он замер.

– Хорошо?

– Мне подходит. Я тоже пока не знаю, чего захочу через месяц.

Кирилл отвёл взгляд к окну. Ей показалось, что он хотел услышать что-то ещё, но не спросил.

– И если кто-то из нас захочет иначе, скажет об этом, – добавила Лея.

– Конечно.

Она коснулась его руки. Ей было приятно, что он заговорил первым. Значит, ночью она не ошиблась: с ним можно обсуждать важное.

– Спасибо, что объяснил.

Он улыбнулся, но чашку так и не поднял.

Пока Лея собиралась, Нина написала, что сегодня начинает работать позже и собирается завтракать в кафе рядом с домом. Приглашение оказалось кстати. Лея ответила, что скоро приедет, оделась и заправила край одеяла, который свисал на пол.

– Я мог бы что-нибудь приготовить, – сказал Кирилл из дверей кухни.

– Уже договорилась позавтракать с Ниной.

– Понятно.

Она подошла и обняла его. Он ответил не сразу, затем положил ладонь ей на спину. Лея поцеловала его в щёку.

– Мне было хорошо с тобой.

– Мне тоже.

Она улыбнулась и взяла телефон со стола. Кирилл проводил её до двери, подождал, пока она наденет обувь.

– Напиши, как доберёшься.

– Напишу.

Он ещё стоял на пороге, когда она вошла в лифт. Лея подняла руку на прощание. Двери закрылись, и её отражение осталось одно в узкой зеркальной полосе.

Она смотрела на себя с интересом, ожидая увидеть какую-нибудь перемену. Лицо было прежним. Только улыбка появлялась сама собой, стоило вспомнить, как Кирилл утром принёс чай.

Нина сидела за столиком у окна. Перед ней стояла маленькая чашка и большая тарелка, на которой осталась половина сырника. Увидев Лею, она подняла брови, но дождалась, пока та сядет.

– Выспалась?

– Не совсем.

– По лицу вижу, что жалобы подавать не собираешься.

Лея рассмеялась и взяла меню. Потом вспомнила обещание, достала телефон и отправила Кириллу: «Добралась. Мы с Ниной в кафе».

Он прочитал почти сразу. Ответил: «Приятного».

Она убрала телефон.

– Всё хорошо? – спросила Нина уже тише.

– Да. Он внимательный.

– Это хорошо.

Нина подвинула к ней сахарницу, освобождая место для меню, и больше не расспрашивала. Лее понравилось, что можно рассказать ровно столько, сколько хочется.

– Только он не хочет серьёзных отношений, – добавила она сама.

Нина положила вилку.

– Уже успел сообщить?

– Утром.

– Как по расписанию.

Лея посмотрела на неё.

– Ты знала?

– Предполагала. А ты что сказала?

– Что мне подходит.

Нина несколько секунд разглядывала её лицо.

– И правда подходит?

– Мы знакомы меньше двух дней. Мне хочется увидеть его снова. О большем я пока не думала.

Нина вернулась к сырнику.

– Тогда всё нормально. Главное, чтобы тебе самой было нормально.

Лея заказала омлет и чай. За окном женщина пыталась одновременно удержать собаку и сложить зонт. Мужчина, проходивший мимо, остановился помочь. Собака немедленно обнюхала его обувь. Лея улыбнулась: ещё один кадр для Кирилловой папки. Она могла бы сфотографировать, но к тому времени, как достала телефон, мужчина уже ушёл.

– Не успела, – сказала она.

– Что?

– Там было красиво.

Нина посмотрела в окно, где теперь стояла только женщина с собакой, и не стала уточнять.

Остаток утра прошёл за обычными разговорами. Нина объяснила, где покупать продукты и почему корзину у кассы нужно оставлять, даже если она очень удобна для дороги домой. Лея рассказала о съёмке. На истории про фотографию без ретуши Нина улыбнулась и сказала, что знает Ольгу по работе.

– Она недавно открыла своё дело. Ей кажется, что сперва нужно стать другой женщиной, а потом уже разрешить себе успех.

– На снимке она была хорошая.

– Уверена. Кирилл это умеет.

В её голосе не было противоречия с утренним замечанием. Лея начала понимать, что люди могут видеть в знакомом человеке сразу несколько разных сторон и всё-таки дружить с ним.

После завтрака они зашли домой. Нина уехала к клиентке, а Лея переоделась в купленную по дороге простую футболку, постирала одолженные вещи и развесила их сушиться. В комнате лежал её белый костюм. Она провела по ткани ладонью, но надевать его не стала.

Для связи с экспедицией оставалось свободное время. Лея села к столу и открыла дневник.

Она записала утренний разговор с Кириллом, стараясь не пропустить ни одного условия. Взаимное желание встречаться. Отсутствие общих планов. Возможность изменить договорённость, сообщив об этом друг другу.

Запись получилась ясной. Почему Нина отнеслась к ней с недоверием, пока было непонятно.

Помощник предложил уточнить, как местные жители понимают слово «обязательства». Лея нашла несколько бытовых употреблений, но почти каждое допускало разные толкования. Она закрыла справку. Кирилл сам объяснил, что имел в виду. Не было причины считать его слова менее точными, чем чужие.

Днём она отправилась гулять. В сквере мужчина учил маленькую дочь кататься на велосипеде, отпуская седло раньше, чем та соглашалась. Девочка обернулась, увидела, что едет сама, и от неожиданности свернула в траву. Отец подбежал. Она сначала сердито ударила его по руке, потом прижалась к нему. Лея отвела глаза, оставляя им эту минуту.

Чуть дальше пожилая пара делила яблоко складным ножом. Женщина выбрала меньшую половину, мужчина молча поменял куски местами. Лея села на соседнюю скамью и некоторое время смотрела на деревья. Сегодня город не казался ей непроницаемым. В нём оставались люди, которых она не понимала, но появился хотя бы один человек, с которым можно было договориться.

Телефон зазвонил ближе к вечеру.

– Привет, – сказал Кирилл. – Как день?

– Хорошо. Я в сквере.

– Гуляешь?

– Да.

– Одна?

Лея посмотрела на дорожку. Пожилая пара уже ушла.

– Одна. Ты закончил работу?

– Почти. Слушай, я думал, ты напишешь.

– Я написала, когда добралась.

– Я видел.

Он замолчал. Лея подождала, затем спросила:

– Ты хочешь встретиться?

– Не сегодня. Устал. Просто ты как будто пропала.

Она посмотрела на время. С утра прошло несколько часов.

– Я не знала, что ты ждёшь ещё сообщения.

– Лея, сообщения обычно не по расписанию пишут.

В голосе впервые появилась резкость. Она выпрямилась на скамье.

– Мне хотелось погулять. Ты был занят. Я решила, что напишу позже.

– Да всё нормально. Забудь.

Но нормально уже не было. Лея слышала это достаточно ясно и не хотела оставлять разговор в таком виде.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.