- -
- 100%
- +
— Завезти в главный офис документы, оплатить квитанции в банке, заехать к заказчику и обговорить дизайн кухни… — иду по Невскому и перечисляю все, что я сегодня должна сделать.
Кажется, что я что-то забыла, но никак не могу вспомнить, что именно. Точно по работе. Но что?
Да, не в мои пятьдесят три бегать по городу, как загнанный олень, и делать работу, которую впору выполнять молодым. Так ведь и копыта отбросить можно. Или, как минимум, сойти с ума.
Так, куда я там должна зайти в первую очередь? Наверное, лучше в банк. Заодно и чеки в бухгалтерию занесу. А то придется до завтра с ними ходить. А я ой как не люблю с собой документы домой забирать. Особенно связанные с деньгами.
Перехожу на другую сторону проспекта и направляюсь к банку. Он находится за небольшим сквером, и в нем я смогу хоть ненадолго скрыться от безжалостно палящего солнца.
А оно сегодня светит ярко и горячо, как никогда. Будто сговорились с моим боссом и хочет добить старушку.
Нет, конечно же я себя старушкой не считаю. В мои-то годы можно еще много чего успеть. Выгляжу я отлично, никто больше сорока пяти не даст. Вот только чувствую я себя не очень хорошо. И сейчас перед глазами все начинает плыть…
Мир передо мной распадается на маленькие цветные точечки. Как на экране испорченного телевизора. Ноги подкашиваются. Кажется, я сейчас упаду…
— Господин Граумер, согласны ли вы взять в жены фрейлен Мелсон? — доносится откуда-то издалека мужской голос.
Вот только свадьбы никакой я не видела. Да и не положено в этом сквере свадьбы гулять. Не говоря уже о самом процессе венчания.
Неужели у кого-то денег не хватило на нормальный праздник?
— Согласен, — раздается совсем рядом другой голос. Тоже мужской. Только властный и грубый. Заговори с таким по телефону, на все можно было бы согласиться, лишь бы отстал.
— А вы, фрейлен Мелсон, согласны взять в мужья господина Граумера и быть ему верной женой? — добавляет первый голос.
На мгновение повисает молчаливая пауза. Похоже, что невеста не уверена в своем выборе. Еще бы, с таким-то голосом! Хотя… возможно, его обладатель хорош собой…
— Согласна, — наконец отвечает девушка тонким голоском.
И почему-то мне кажется, будто этот голосок исходит из моего горла. Будто это я сама дала согласие.
А потом передо мной появляется помещение старинной церкви или замка.
Закрываю глаза и сжимаю веки так сильно, что они даже слезиться начинают. А потом открываю в надежде, что все это было лишь результатом перегрева и переработки.
Но не тут-то было. Я по-прежнему стою в темном, озаряемом свечами зале, а передо мной стоит священник.
— В таком случае объявляю вас мужем и женой. Господин Граумер, можете поцеловать невесту, — произносит он, натянуто улыбаясь мне.
Что?! Поцеловать? Какой еще поцелуй? Я не согласна ни на какой поцелуй!
Хочу что-то возразить, но мое тело меня не слушается. Мои губы не шевелятся. Будто бы они и вовсе принадлежат не мне.
— Что же, моя дорогая, теперь мы муж и жена, — раздается рядом тот самый грубый мужской голос, и передо мной появляется незнакомый мне мужчина.
Молодой. Высокий. Мощный. Мускулистый, что видно даже через толстую ткань надетого на него фрака. Чертовски красивый. Как с обложки журнала. Только черты лица у него грубоватые, будто вырублены топором.
Впрочем, мне это даже нравится.
Мужчина берет меня за плечи своими огромными руками и приближается. Похоже, что он на самом деле намерен поцеловать меня.
Хочу воспротивиться, но ничего из этого не выходит. Я по-прежнему не могу пошевелиться. Стою, будто парализованная, и только жду, когда его красивые губы прикоснуться к моим.
Поцелуй оказывается грубым, напористым, страстным. От такого у меня внутри все сжимается, а сердце замирает, пропуская один удар, а может быть, и целых два.
Никогда бы не подумала, что в моей жизни еще может произойти подобное. Мой муж погиб в аварии семь лет назад, с тех пор у меня никого не было. Разве могла я подумать, что со мной еще может случиться чудо?
Хочу ответить на поцелуй, податься навстречу этому могучему мужчине. Будь что будет! Мне уже нечего терять.
Но тело по-прежнему не слушается меня. И мне остается только наслаждаться напором молодого красавца.
— Ну что, теперь поедем домой? — насытившись поцелуем, спрашивает Граумер.
Но его вопрос оказывается обычной формальностью. Ведь в следующее мгновение он подхватывает меня на руки и словно пушинку несет прочь.
Задыхаюсь от счастья. Не знаю, что это, сон или результат солнечного удара. Это неважно. Мне сейчас хорошо. Очень хорошо.
Лежу на его могучих руках и чувствую себя принцессой из сказки. Я будто бы парю в небе, лечу над землей. Рядом с ним я чувствую себя в безопасности.
Если это действительно сон, хочу, чтобы он никогда не заканчивался.
Господин Граумер осторожно усаживает меня в старинный автомобиль, как самое настоящее сокровище, как главную драгоценность его жизни. Он садится рядом и обнимает меня.
Машина трогается и везет нас куда-то в известном только моему мужчине направлении. И мне неважно, что это будет за дом. Даже обычной лачуге я буду рада рядом с ним. Ведь это сон, и я хочу насладиться моментом, пока могу.
Не знаю, сколько проходит времени, прежде чем машина останавливается. Я все это время нежусь в объятиях своего мужчины. А еще наслаждаюсь ощущениями постепенно подчиняющегося мне тела.
— Прошу пройти за мной, моя дорогая, — господин Граумер берет меня за руку и помогает вылезти наружу.
Вместе мы направляемся к огромному особняку, построенному в готическом стиле. Неужели мы будем здесь жить? Ах, если это правда, я надеюсь, что смогу каждый день приходить в этот сон и продолжать наслаждаться им.
— Господин и фрау Граумер, — встречает нас симпатичная блондинка в строгом сером платье. — Добро пожаловать. Комната уже готова.
Неужели в доме моего супруга есть прислуга? Неужели он так богат?
— Благодарю, фрау Бойлер, — кивает мой мужчина. — Проводите Тифани и помогите ей устроиться.
— Не переживайте, господин Граумер, ваша супруга попадет в руки нашего лучшего специалиста, — кивает та и кивает двум подошедшим бугаям.
«Специалиста? Какого еще специалиста?» — успеваю подумать я, прежде чем мужчины хватают меня под руки и тащат прочь.
А я ведь только начала верить, что чудеса существуют…
Визуалы героев
Тифани Мелсон — наша героиня, которая попала в очень неприятную историю
Френк Граумер — мерзавец-муж, решивший сдать свою супругу в пансион для психически больных. Но зачем ему это нужно?
Дорогие читатели!
Приглашаю вас в мою новинку — историю бедной девушке, вынужденной спасать свою жизнь от негодяя мужа. Но Тифани не опустит руки. Ведь в ее теле взрослая и опытная попаданка, которая способна все поставить на место. А заодно и найти себе того, кто по-настоящему полюбит ее.
Если вам понравилась история, добавляйте ее в библиотеку и ставьте звезды. Ваша поддержка очень важна для меня!
С любовью, ваш Валентин Денисов!
Литмоб "Леди под прикрытием"
Дорогие читатели!
Книга написана в рамках литмоба "Леди под прикрытием"
https://litnet.com/shrt/tZJQ
Приглашаю вас прочитать 12 историй про настоящих леди, которые не привыкли сдаваться. Они не только способны найти место в новом для них мире, но и поставить на колени любого, кто осмелится встать у них на пути
Глава 2 Кто я?
— Так, Ира, соберись! — настраиваю себя на нужный лад.
Да, меня завели в какую-то комнату и заперли за мной дверь. Да, мне сказали, что теперь я буду жить здесь, пока мне не станет лучше. Но ведь это всего лишь сон…
И, тем не менее, из меня все равно вырывается вопрос: какого черта?
Какого черта мне может это снится? С чего вообще я могу видеть подобное? Я ведь ничем не болела, старалась вести активный образ жизни…
Возможно, даже очень активный. Слишком…
Но ведь это не повод для подобных сновидений. Ладно бы ноги болели или одышка пришла. Так нет же, взяли и заперли. Да еще и каким-то специалистом напугать решили.
Прохожусь по комнате и осматриваю ее. Стол, стул, комод, шкаф, кровать… Все здесь кажется пригодным для жизни. Вот только я-то здесь жить не хочу!
Наконец, решаюсь подойти к окну. За ним открывается восхитительный вид: прекрасный сад, утопающий в зелени и цветах. Аккуратные дорожки, причудливые кустарники, фонтан в центре…
Ну хоть что-то в этом сне остается прекрасным!
Несколько минут просто стою, любуясь этой красотой, пытаясь унять поднимающуюся тревогу. Как же здесь красиво! Жаль, что я не могу туда выйти. Или могу? Разве я не в силах управлять своим сном?
Разворачиваюсь, чтобы направиться к двери и заявить оставшейся за ней тетке о своих намерениях. Но мой взгляд падает на зеркало, висящее на стене.
Обрамленное золотой узорчатой рамой, оно будто манит меня. Почему-то мне кажется, что стоит к нему подойти, посмотреться в него.
Подчиняюсь порыву и подхожу к зеркалу, чтобы посмотреться. Но в отражении вижу чужое, бледное и замученное, но очень красивое лицо с запавшими глазами, растрепанные волосы. Передо мной появляюсь не я. Этой девушке навскидку лет двадцать или двадцать с небольшим. Но… как это возможно?
Провожу рукой по волосам и лицу. Я чувствую эти прикосновения, чувствую их, будто это правда я. Но ведь это нереально.
Или?..
Кто я? Где я? Что вообще происходит?!
Хочется верить, что это всего лишь страшный сон, от которого я скоро проснусь. Но реальность кажется слишком осязаемой, чтобы быть сном. Кажется, будто бы я каким-то чудесным образом попала в это молодое тело… Но что же тогда с моим собственным?
Нет! Я не хочу в это верить. Я должна найти всему этому логическое объяснение, должна найти выход…
Снова оглядываю комнату. Ничего особенного, простое, но уютное помещение. Но в этом уюте чувствуется какая-то неестественность, искусственность. Словно я нахожусь в музее и просто рассматриваю экспонаты.
Прокручиваю в голове все, что произошло со мной с момента появления здесь. Старинный храм, старый автомобиль, готический особняк… И обращения! Все эти господин, фрау… С чего это вдруг все заговорили в немецком стиле? Я же в Питере была!
Была… Нет, это плохое слово. Я не могла никуда исчезнуть или переместиться. Я по-прежнему в своем любимом городе, просто… просто я потеряла сознание и теперь мне мерещится все это. И скоро меня наверняка кто-нибудь обнаружит и приведет в сознание.
«Ау! Прохожие! Вы там или нет?» — мысленно обращаюсь в пространство, прекрасно понимая, как это глупо.
Но я ведь не могу просто ждать у моря погоды. Я должна хоть как-то действовать!
Не давая тревожным мыслям завладеть собой, решительно направляюсь к двери. Чем дольше я здесь нахожусь, тем сильнее ощущение нереальности всего происходящего. Так еще немного — и я сама стану нереальной.
Со всей силы начинаю колотить в дверь, в надежде, что меня услышат, поймут и отпустят.
— Откройте! Выпустите меня отсюда! Что это все значит? — дополняю требованием, взываю к своему разуму, запершему меня в этой ловушке.
Бью кулаками, не жалея рук, в надежде, что меня услышат, что кто-то откликнется на мои мольбы. Стук отдается гулким эхом в комнате, но за дверью — тишина.
С каждым ударом надежда на скорое спасение тает, уступая место отчаянию. Неужели это конец? Неужели это вовсе не сон, а кома? Что, если мне уже не суждено из нее выйти?
— Выпустите! — взрываюсь я новой волной крика. — Я требую, чтобы меня немедленно выпустили! Это какой-то розыгрыш? Или я схожу с ума?
Кричу, срывая голос.
И только сейчас я обращаю, что этот голос не мой. Он чужой и незнакомый. Тот, который я слышала у алтаря. Тот, который ответил «да» негодяю, запершему меня в этом проклятом месте.
Усталость валит с ног, руки болят от ударов, а горло пересохло от криков. Облокачиваюсь на дверь, чувствуя, как силы покидают меня. Возможно, это действительно ловушка. Ловушка моего разума. И единственный способ выбраться из нее — понять, что вообще происходит.
Вот только я не имею ни малейшего понятия, как это сделать. Ведь почему-то я — это не я. Я теперь в теле какой-то незнакомки.
Где-то в груди начинает зарождаться паника. Понимаю, что это все не просто так. Это все не должно происходить. Но оно происходит.
Пытаюсь успокоиться, прийти в себя, собраться с мыслями. Но ничего не выходит. В голову лезет только плохое, и у меня никак не получается избавиться от него.
Отхожу в сторону от двери и сажусь в кресло. У меня больше нет сил бороться. Я хочу просто дождаться, когда это все закончится. Само собой.
Но дожидаюсь я совсем иного.
Внезапно дверь в мою комнату открывается, и в нее входит молодой мужчина весьма представительного вида.
И судя по взгляду, пришел он именно ко мне.
Глава 3 Психолог
— Добрый вечер, фрау Граумер, — мужчина уверенно проходит мимо меня и подходит к окну. А затем разворачивается и буквально пронзает меня взглядом. — Как прошла ваша свадьба?
Не отвечаю. Не знаю, что я вообще могу ему ответить. Да и вообще, почему я должна ему отвечать?
Вместо этого осматриваю его с ног до головы. Солидный, костюм безупречного кроя, стильная прическа — он явно не из простых смертных. В его облике чувствуется уверенность и власть, но в то же время проскальзывает какой-то скрытый азарт. Я ему явно интересна. Но почему?
— Кто вы? — тихо спрашиваю, стараясь унять дрожь в голосе. — Как вас зовут?
Мужчина слегка улыбается, приподнимая уголки губ. Он явно доволен моим вопросом. И это только прибавляет ему загадочности.
— Меня зовут доктор Рейхард. Рейхард Гринг. Я ваш психолог, — произносит он сдержанным ровным голосом. — Мне сказали, что вы приехали сюда не добровольно. Это так?
Психолог? Помощь? Неужели я действительно схожу с ума?
Нет! Это невозможно! Я знаю, что нахожусь в полном психическом здравии. На сколько это вообще возможно.
— Меня привез сюда мужчина, — киваю ему, не желая вдаваться в подробности. — Я думала, что он хороший, а оказался…
— Негодяем? — завершает он за меня. — Такая перемена свойственна большинству супружеских пар. Обычно это происходит на четвертом году совместной жизни. Иногда позже. В вашем же случае…
— В моем случае брака нет! — выпаливаю я, прекрасно понимая, что все, что я видела — какой-то балаган. Игра, из которой господин Граумер выходит победителем, а я — пешкой, которой можно пожертвовать.
— Отрицание брака встречается реже. А в случае с женщинами и вовсе практически невозможно, — хмыкает он и поправляет чуть приподнятый воротник рубашки. — Возможно, вы так сильно хотели замуж, что, достигнув желаемого, совершенно в нем разочаровались?
— Ничего я не хотела! — рычу в ответ.
Неужели он ничего не понимает? Думает, что знает женщин только потому, что назвал себя психологом? Может быть еще про мое неудовлетворенное либидо заговорит?
— Гнев — верный знак. Непросто принимать то, что давит на болевые точки. Но ведь мы с вами хотим одного и того же, верно?
— Не знаю, чего хотите вы, господин Гринг, но лично я хочу как можно скорее выбраться отсюда. И что-то мне подсказывает, что это не входит в ваши планы.
— Я хочу помочь вам, Тифани. Можно ведь просто Тифани? У вас очень красивое имя. Словно бегущий в лесу ручей, журчащий в тон пению птиц, — перенаправляет он диалог в нужное ему русло. — А вы называйте меня Рейхардом. И никаких господ здесь нет. Мы равны. И общаться можем на равных.
— В таком случае, — поднимаюсь с пола и направляюсь к нему, — почему бы вам просто не открыть дверь и не позволить мне отсюда уйти?
— Мы оба знаем, что ваш супруг будет очень обеспокоен подобным поведением. Вашим и моим. А мы ведь не хотим расстраивать Френка?
Ага! Значит вот, как зовут мерзавца, упекшего меня в психиатрическую лечебницу. Или как это место у них называется?
— Что-то подсказывает, что упомянутый вами Френк совсем не побоялся меня расстроить. С чего бы тогда мне тревожиться о его настроении? — задаю единственный кажущийся мне уместным вопрос.
— Не думаю, что расстраивать вас входило в его планы, — не теряется Рейхард. Иезуит чертов. — Ваш супруг переживает о вашем здоровье. Именно поэтому он и обратился ко мне.
— А вы что, из тех, кто даже здорового залечить способен? — усмехаюсь. Но смешок этот получается слишком нервным.
— Мне кажется, что ваша боль куда глубже, — снова меняет он тему. Будто бы нашел зацепку и пытается вытянуть за нее всю суть моих страданий.
Вот только господин психолог не знает, что роет совершенно не в том направлении. К тому же он не имеет ни малейшего понятия, с кем имеет дело.
— Глубже? Возможно. Но вы вряд ли сможете до нее докопаться, Рейхард. Я думаю, вам стоит оставить меня и перейти к своему следующему пациенту. Кто у вас там на очереди?
Приподнимаю бровь, ожидая реакции. Хочется вывести его из равновесия, заставить проявить хоть какие-то эмоции, кроме этой натянутой вежливости и фальшивого сочувствия. Но Рейхард Гринн оказывается крепким орешком. Он лишь слегка улыбается, словно я сказала что-то забавное.
— Сегодня я только ваш, Тифани. Я не сторонник групповых терапий и прочих заблуждений прошлого. Меня интересует личность. Только она способна раскрыть все тайны и позволить вернуть равновесие.
— О, я польщена, что моя личность вам так интересна, — закатываю глаза. — Но боюсь, вы ее слишком превозносите. К тому же… вы же знаете, что личность лучше всего раскрывается на свободе? Предлагаю выпустить меня отсюда и тогда уже нормально поговорить.
— Хотите переиграть меня на моем же поле? — хмыкает мужчина.
— Хочу выйти отсюда. Впрочем, вроде бы я вам это уже говорила. Не так ли, Рейхард?
Но на этот вопрос я ответ не получаю. Вместо этого психолог смотрит на меня с улыбкой, будто сумел сделать какой-то вывод. Но со мной он им делиться точно не намерен.
— Что же, — после непродолжительной паузы произносит он. — Благодарю вас за беседу, Тифани. Думаю, что сегодня мы неплохо поработали.
— Как? На этом все?
— Хорошего вечера, Тифани. И до завтра.
На этих словах Рейхард уходит. Оставляет меня одну за запертой дверью. Как самую настоящую психически больную.
Но я не такая. Я докажу им всем это. И обещаю сама себе, что все они еще пожалеют, что заперли меня здесь!
Рейхард Гринг
А вот так выглядит наш психолог. Именно ему предстоит разобраться с проблемами Тифани. И он еще даже не подозревает, какие они на самом деле.
Дорогие читатели!
Приглашаю вас в другую историю нашего литмоба "Леди под прикрытием"
https://litnet.com/shrt/Mvtz
Глава 4 Новый день
Новый день встречает меня холодным светом сквозь узкое наглухо заколоченное окно. Вчера вечером я успела проверить надежность его закрепления и в итоге поняла, что бегство — не выход.
Серое небо, нависающее над этим проклятым местом, не предвещает ничего хорошего. Кажется, будто расплавленный свинец, оно сейчас выльется на наши головы. Но все же плохого я жду вовсе не от него.
Поднявшись с жесткого матраса, чувствую ноющую боль в спине — расплата за неудобную постель и бесконечные часы, проведенные в раздумьях. А ведь подумать действительно было о чем.
Вчерашний разговор с Рейхардом засел в голове, словно заноза. Его спокойствие и уверенность раздражают не меньше, чем двусмысленные намеки и попытки подкопаться к моим чувствам, вторгнуться в мой разум.
Никогда не доверяла психологам и всем, кто хоть как-то связан с этой наукой. Я и сама неплохо умею копаться в своей голове. Для кого-то другого в ней просто нет места.
Вскоре приносят завтрак. Как и полагается в подобных заведениях, он оказывается весьма скупым и безвкусным. Овсяная каша, размазанная по тарелке, кажется метафорой моего нынешнего положения. Интересно, что бы сейчас сказал доктор Рейхард о моем сравнении?
Машинально ковырялась в ней ложкой, смотрю в окно. От мыслей о докторе перехожу к своему, а вернее, уж точно не к своему мужу.
Что это вообще было? Разве может счастливая свадьба заканчиваться подобным образом?
В том, что у Френка, как его вчера назвал мой психолог… Черт! Даже звучит как-то паршиво! В том, что у Френка нет к своей новоиспеченной супруге никаких чувств, сомнений нет. Иначе он не стал бы сдавать ее в психушку.
Но в чем тогда дело? Ведь все выглядело очень естественно и красиво. В чем же тогда подвох?
Да и в чем вообще подвох этой истории? Я ведь, получается, нахожусь в чужом теле. Неужели мое не выдержало нагрузки и…
— Перестань! — на эмоциях даю сама себе пощечину и тут же об этом жалею.
— Я буду вынуждена рассказать о случившемся доктору! — пищит рядом чей-то тонкий голос и, повернувшись, я обнаруживаю стоящую в дверях женщину, прежде молчаливо принесшую мне еду.
— Поверьте, в этом нет необходимости. Просто я…
— Извините, но мне не разрешается разговаривать с гостями, — кланяется она. — Думаю, что вам лучше обсудить случившееся с господином Грингом.
Вот же дьявол! Ругаюсь мысленно и радуюсь, что не произнесла это вслух. А то еще и экзорциста вызвали бы. Демонов из меня выгонять.
Испугавшись, что я вдруг решу продолжать общение, девушка хватает посуду и выбегает из комнаты. Больше не обронив ни слова.
Впрочем, мне от нее ничего слышать и не надо. Понятное дело, что она ничего не решает, а любая моя фраза может быть преподнесена психологу совсем не в правильном ракурсе.
А уж что Рейхард Гринг увидит в этом самую извращенную подоплеку, я ни капельки не сомневаюсь. Ему ведь именно за это и платят.
Оставшись в одиночестве, закрываю глаза и пытаюсь собраться с мыслями. Все, что со мной происходит похоже на дурной сон. Вот только с каждой минутой я убеждаюсь, что это не так. Значит, вывод только один: я каким-то образом попала в это тело и теперь нужно понять, как мне отсюда выбраться.
В голове сразу всплывают воспоминания. Кажется, я где-то видела или слышала о подобном. Да, точно слышала. Вот только источник этот достоверным считать вряд ли можно.
Около года назад ко мне в гости приезжал сын с женой — показать только родившуюся внучку. Тогда я и услышала в их разговоре о книге, которую читала невестка. Вроде бы что-то из фантастики или типа того…
Но ведь это было в книге! Я-то в реальной жизни попала! Причем попала конкретно.
Встаю из-за стола и направляюсь к зеркалу. Хочу изучить свою внешность, посмотреть на себя новую трезвым, не одурманенным стрессом взглядом.
И картина меня удивляет.
В зеркале передо мной стоит замученная, худая, но очень красивая девушка. Волосы немытые и растрепанные — под стать сумасшедшей, но они здоровые, крепкие, густые…
— Если тебя привести в порядок, выйдет самая настоящая красавица, — обращаюсь к ней, а внутри все трепещет от осознания, что теперь именно так выгляжу именно я.
А что, если это второй шанс? Что, если это возможность прожить еще одну, более качественную и осознанную жизнь? Разве о таком не все мечтают?
Подхожу ближе — так, чтобы внимательно рассмотреть лицо. И первое, что мне бросается в глаза — это кожа. Она гладкая, упругая, бархатистая наощупь…
Боже, да я ни одним кремом уже не смогла бы довести свою кожу до такого состояния!
Смотрю на себя, трогаю себя и понимаю, что это самый настоящий подарок судьбы. Шанс, который может быть дарован далеко не каждому. Или… быть может, это и есть то, о чем никто не знает и чего все боятся?
— Я должна воспользоваться этим шансом! — ликую от предвкушения возможностей, которые теперь передо мной открываются.
Да, я попала не в самую хорошую ситуацию. Да, я заперта в четырех стенах, и все вокруг уверены, что я больна. Но ведь я могу доказать, что это не так! Или, на крайний случай, могу заставить доктора Гринга поверить в то, что он сумел меня вылечить.
Да! Именно так я и поступлю! В конце концов, я ведь не юная леди, или, как здесь говорят, фрейлен. Я уже взрослая и самая настоящая фрау. Просто заточена я в теле молодой девушки.