- -
- 100%
- +
Фэнтезийный роман для подростков и их родителей
Эта книга основана на реальных мифологических и культурных традициях разных народов – ацтеков, славян, кельтов, китайцев, африканских племён. В ней бережно собраны отголоски древних верований, чтобы напомнить читателю: магия живёт не только в сказках, но и в памяти наших предков.
Однако все персонажи, их характеры, поступки и диалоги являются полностью вымышленными. Любые совпадения с реальными людьми, живыми или ушедшими, случайны и непреднамеренны. Эта история – плод воображения, а не документальное свидетельство.
ПРОЛОГ
Тысячи лет назад. Последний день великой цивилизации.
Они знали, что конец близок.
Самые мудрые из них собрались в Главном Зале – там, где стены помнили свет звёзд, а пол был выложен кристаллами, принесёнными из других миров. За окнами полыхало небо. Земля дрожала. Пришло То, что нельзя остановить.
– Мы не можем победить, – сказал Старший. – Но мы можем сохранить.
Они передавали друг другу Кристаллы Памяти – маленькие, тёплые, живые. В каждом кристалле была заключена частица их знаний, их силы, их сути.
– Спрячьте глубоко. В землю. В лёд. В те места, куда никогда не ступят те, кто придёт после.
– А если придут? – спросил самый юный.
– Они придут, – улыбнулся Старший. – Они всегда приходят. И когда они коснутся кристаллов, память проснётся.
За окнами вспыхнул белый свет. Последний, кто остался в Зале, положил руку на главный кристалл и прошептал:
– Мы ждём вас. Проснитесь.
ГЛАВА 1 – ПОСЛЕДНИЙ ОБЫЧНЫЙ ДЕНЬ
Сентябрь 2030 года. Якутск. Аэропорт.
Вина ненавидела аэропорты.
Она сидела на жёстком пластиковом стуле в зоне ожидания, болтая ногами, и смотрела, как за окном грузовой самолёт разгружают какие-то крошечные фигурки в оранжевых жилетах. Рядом галдел весь их шестой класс.
В руках у Вины была потрёпанная книга – «Приключения Шерлока Холмса». Мама сунула её в рюкзак в последний момент: «Развивай дедукцию, дочка. В жизни пригодится».
Вина читала и одновременно, сама того не замечая, анализировала людей вокруг. Мужчина в сером костюме слишком часто смотрит на часы – опаздывает или врёт, что провожает дочь. Женщина с двумя чемоданами нервно теребит платок – боится летать, но улыбается, чтобы никто не заметил. Мальчик лет восьми орёт на маму – не хочет лететь к бабушке, хотя на самом деле боится, что самолёт упадёт.
– Вина, хватит буравить взглядом стекло, оно не растает, – Ленка, её соседка по парте, пихнула её локтем. – Лучше скажи, что ты в рюкзак набрала?
– Обычное, – Вина пожала плечами. – Тёплые вещи. Книги. Пауэрбанк.
– А я шоколадок набрала, – Ленка заговорщицки понизила голос. – Двадцать штук. В столовке же, говорят, кормят только кашей.
Вина хмыкнула. Каша её не пугала. Её пугало другое – этот дурацкий выездной лагерь посреди тайги, куда их отправляли на целый месяц. Учителя говорили: «Практика, свежий воздух, командный дух». Вина думала: «Медведи, холод, никакого интернета».
Она достала телефон и написала маме:
«Мам, я не хочу в этот дурацкий лагерь»
Ответ пришёл через минуту:
«Там красиво. Увидишь северное сияние. И не вздумай жаловаться, это полезно для здоровья»
Вина закатила глаза. Мама вечно так: «полезно», «красиво», «развивает кругозор». А сама сидит в своём кабинете, пишет коды для правительства и понятия не имеет, что её дочь сейчас умрёт от скуки ещё до посадки на самолёт.
– Слушай, – Ленка вдруг стала серьёзной. – Ты заметила, что нас как-то странно распределили?
– В смысле?
– Ну, мы все из разных классов. Я посмотрела список. Ты из 6-А, я из 6-Б, а ещё там какие-то из 6-В и даже пятиклашки есть. Странно, да?
Вина пожала плечами. Ей было всё равно.
Объявили посадку.
Самолёт
Она села у окна. Рядом плюхнулась какая-то девчонка – худенькая, бледная, с большими серо-зелёными глазами и русыми волосами, собранными в низкий хвост. Она молчала и смотрела в иллюминатор так, будто видела там что-то важное.
Вина автоматически включила дедукцию. Девчонка замёрзла, хотя в самолёте тепло – значит, ей холодно всегда, не только здесь. Пальцы сжимают подлокотник – боится, но молчит. Глаза красные – не спала ночью. Перед полётом плакала.
– Привет, – сказала Вина, чтобы хоть как-то разрядить тишину.
– Привет, – тихо ответила девчонка. – Ты не боишься летать?
– Не знаю. Никогда не летала.
– А я боюсь. – Девчонка чуть улыбнулась. – Но папа сказал, что надо перебарывать страх. Он вообще много чего говорит про страх.
– Мой тоже, – усмехнулась Вина. – Только мой ещё говорит, что я должна быть лидером. А я не хочу.
– А кем хочешь?
Вина задумалась. Странный вопрос. Ей никто раньше не задавал таких вопросов.
– Не знаю. Может, просто… быть собой?
Девчонка кивнула, будто поняла что-то важное.
– Я Селена, – сказала она.
– Вина.
Самолёт начал разбег. Селена зажмурилась и вцепилась в подлокотники. Вина смотрела в окно и чувствовала, как в груди что-то странно ёкает – то ли от взлёта, то ли от предчувствия.
Она ещё не знала, что этот самолёт увозит её от обычной жизни навсегда.
Якутия. Лагерь «Северный».
Их встретил холод.
Настоящий, пробирающий до костей, якутский холод. Вина никогда не думала, что сентябрь может быть таким. Замёрзшее стекло автобуса, пар изо рта, снег, который уже лежал и не думал таять.
– Добро пожаловать в настоящую Сибирь! – бодро крикнул учитель географии, когда они выгружались.
Лагерь оказался обычным: деревянные домики, столовая, костровая площадка. Вокруг – тайга до горизонта.
Их расселили. Вина оказалась в домике с тремя незнакомками: той самой Селеной, странной девочкой с очень светлыми волосами, которая всё время смотрела куда-то вдаль (Хэлен, кажется), и самой младшей – маленькой, с белыми волосами и красными глазами, которые смотрели слишком пристально.
– Ты чего уставилась? – не выдержала Вина.
– Ничего, – ответила беловолосая. – Просто ты громко думаешь.
– Чего?
– Да шучу я. – Девчонка улыбнулась, но улыбка вышла странной. – Я Тена.
– Я Вина.
– Знаю.
Вина нахмурилась. Что-то здесь было не так.
Вечер
После ужина все собрались у костра. Учитель рассказывал про местные легенды: про духов тайги, про шаманов, про древние захоронения в горах.
– Говорят, где-то здесь есть пещеры, которым тысячи лет, – вещал он. – Никто точно не знает, кто их вырубил. Местные говорят – предки. А предки говорят – духи.
Он помолчал и добавил:
– Но есть и другие легенды. Например, китайская притча о пяти стихиях: дерево, огонь, земля, металл, вода. Они говорят, что мир держится на равновесии этих сил. А если равновесие нарушается – приходят те, кто живёт в темноте.
– А ещё есть японская легенда о райдзю, – вдруг сказала Тена тихо. – Демоне-молнии, который живёт в теле человека и питается его гневом.
Все посмотрели на неё.
– Откуда ты знаешь? – спросил учитель.
– Бабушка рассказывала. Она из Мексики, но её дед был японцем. У нас в семье много таких историй.
Вина слушала вполуха. Рядом сидела та странная девочка с белыми волосами – Тена – и рисовала что-то палкой на снегу.
– Что рисуешь? – спросила Вина.
– Огонь, – ответила Тена, не поднимая глаз. – Синий.
– Синего огня не бывает.
– Бывает, – Тена подняла глаза. И на секунду Вине показалось, что в темноте они действительно загорелись красным. – Просто ты ещё не видела.
Селена, сидевшая рядом, вдруг вздрогнула.
– Что-то будет, – тихо сказала она. – Я чувствую. Вода замерзает слишком быстро.
– Что ты несёшь? – нахмурилась Вина.
– Ничего. Забудь.
Но Вина не могла забыть. Что-то витало в воздухе – не только мороз, но и странное напряжение, будто перед грозой. Только грозы в Якутии в сентябре не бывает. Или бывает?
Ночью ей приснился странный сон: огромный зал под землёй, стены светятся, и голос говорит: «Ты пришла. Мы ждали». А рядом с голосом – дракон. Огромный, золотой, с глазами, полными звёзд. Он обвивал кристалл и смотрел прямо на Вину.
Она проснулась в холодном поту.
За окном выла метель.
ГЛАВА 2 – МЕТЕЛЬ
Утро. Домик №4.
Вина открыла глаза и сразу поняла: что-то не так.
В домике было темно, хотя на улице уже должно было светать. Окна залепило снегом так плотно, что не видно ни щёлочки. А главное – тишина. Ни голосов из соседних домиков, ни лая собак, ни шагов.
– Просыпайтесь, – сказала она громко.
Селена уже сидела на кровати, обхватив колени руками. Она смотрела на дверь и не мигала.
– Я знаю, – тихо сказала она. – Я чувствовала это ночью. Вода замёрзла не так. Она… боится.
– Кто боится? – Тена высунулась из-под одеяла, белые волосы торчали во все стороны, красные глаза щурились спросонья. – Чего орёте?
– Метель, – сказала Хэлен. Она стояла у окна и водила пальцем по заледенелому стеклу. – Не простая. Я слышу ветер. Он… живой.
– Вы все с ума сошли? – Вина вскочила и начала одеваться. – Просто метель. В Сибири бывает. Пойду узнаю, что там.
Она толкнула дверь.
Дверь не открылась.
Вина толкнула сильнее. Потом плечом. Потом ногой.
– Завалило, – сказала она сдавленно. – Нас завалило.
Тена спрыгнула с кровати, подошла к двери и приложила к ней ладонь.
– Не бойся, – сказала она двери.
Вина хотела спросить, с кем это она разговаривает, но в этот момент дверь открылась сама. Медленно, со скрипом, впуская в домик клубы снега и ледяной воздух.
– Как ты… – начала Вина.
– Потом, – оборвала её Тена. – Надо идти.
Они вышли наружу.
Лагерь «Северный»
То, что они увидели, заставило Вину замереть.
Лагеря не было.
Вернее, он был, но весь засыпанный снегом так, что домики превратились в сугробы. Ни огней, ни людей, ни звуков. Только ветер выл и кружил снежные вихри.
– Где все? – прошептала Селена.
– Не знаю, – ответила Вина. – Но надо идти к столовой. Там самое большое здание, может, они там.
Они побрели по сугробам. Тена шла первой, и Вина заметила, что вокруг неё снег тает – чуть-чуть, самую малость, но тропинка становилась чище.
– Ты… – начала она.
– Я знаю, – ответила Тена, не оборачиваясь. – Я тоже не знаю, как это работает.
Столовая была пуста. Дверь висела на одной петле, окна выбиты, внутри – ни души.
Но на полу, в самом центре, лежала книга. Старая, в кожаном переплёте, с непонятными символами на обложке.
Вина нагнулась, чтобы поднять её, но Хэлен опередила.
– Не трогай, – сказала она тихо. – Ветер говорит… это опасно. Но оно нас ждёт.
– Книга нас ждёт? – не поняла Тена.
– Не книга. То, что внутри.
Хэлен открыла книгу. Страницы были пусты.
А потом они начали заполняться – сами собой. Золотыми буквами, которые складывались в слова:
«Вы пришли. Мы ждали. Кровь зовёт кровь»
– Это… Книга Теней, – прошептала Тена. – Как в Зачарованных. Моя мама смотрела этот сериал. Там у ведьм была такая книга.
– Это не сериал, – сказала Кида.
Она стояла в дверях. Вина не заметила, когда она вошла.
– Это Книга Рода. У каждой из вас будет такая. Если вы, конечно, выживете.
– Их нет, – сказала Хэлен, закрывая книгу. – Ветер говорит, они ушли. Туда. – она махнула рукой в сторону гор.
– Зачем?
– Не знаю. Но нам надо за ними.
– Да вы что?! – Вина топнула ногой. – Мы сами чуть не замёрзли, а вы хотите в горы лезть?
– Нам надо, – тихо сказала Кида.
Вина обернулась. Кида стояла в дверях и смотрела на неё своими невероятно голубыми глазами. Вокруг неё воздух чуть мерцал – от холода? или от чего-то другого?
– Нас там ждут, – сказала Кида. – Я вспомнила. Не всё, но достаточно. Мы должны идти.
– Кто ждёт?
– Те, кто старше этого мира. И дракон, который видел рождение звёзд.
Ветер завыл так, что задрожали стены.
И они пошли.
Тропа в горах
Они шли уже три часа. Или пять. Вина потеряла счёт времени. Ветер сбивал с ног, снег лепил в лицо, пальцы замёрзли даже в варежках.
Тена шла впереди и что-то бормотала. Вокруг неё было чуть теплее – градуса на два, но это спасало.
Селена держалась за её плечо и смотрела под ноги. Она тоже что-то чувствовала – иногда останавливалась и прислушивалась к снегу.
Хэлен шла последней, и ветер, как ни странно, обходил её стороной. Будто узнавал свою.
Кида молчала. Просто шла и смотрела вперёд. Вина злилась на неё за это спокойствие, но спросить боялась.
– Там, – вдруг сказала Селена и остановилась. – Там вода. Под снегом. Она… кричит.
– Что значит кричит? – не поняла Вина.
– Боится. Там кто-то есть. Не люди. Древние.
– Как в Гримм, – прошептала Тена. – Монстры, которые живут среди людей. Только эти – под землёй.
Тена подошла к краю обрыва и посмотрела вниз.
– Там пещера, – сказала она. – Я вижу огонь. Синий.
– Не может быть, – выдохнула Вина.
– Может. Моя мама танцевала с таким огнём. Ацтекский огонь, говорила она. Огонь предков.
Тена шагнула вперёд.
Снег под ней провалился.
– Тена! – закричала Вина и бросилась за ней.
Она успела схватить её за руку, но снег посыпался и под ними обеими. Селена, Кида и Хэлен полетели следом.
Они падали долго. Или мгновение. Время будто остановилось.
А потом Вина ударилась обо что-то твёрдое и потеряла сознание.
ГЛАВА 3 – РУИНЫ
Под землёй
Вина очнулась от того, что кто-то тряс её за плечо.
– Вставай, – говорил голос. – Ну вставай же!
Она открыла глаза. Над ней склонилась Тена. Белые волосы светились в темноте – буквально светились, мягким голубоватым светом.
– Ты светишься, – хрипло сказала Вина.
– Знаю. Ты тоже.
Вина села и посмотрела на свои руки. Они действительно светились – слабо, искорками, но светились.
– Где мы?
– Не знаю. Но здесь красиво.
Вина подняла голову и ахнула.
Они лежали в огромном зале. Стены его были покрыты кристаллами, которые мягко мерцали всеми цветами радуги. Пол был выложен плитами с непонятными символами. А в центре зала стоял… алтарь? Каменный столб, на котором покоился большой прозрачный кристалл.
А вокруг кристалла, обвивая его кольцами, застыл дракон. Не настоящий – каменный, вырезанный из того же материала, что и стены. Но выглядел он так, будто просто спит и в любой момент может открыть глаза.
– Это… – начала Вина.
– Руины, – закончила Кида.
Она стояла у алтаря и смотрела на кристалл. В её голосе не было удивления. Только тихая грусть.
– Ты знала, – вдруг поняла Вина. – Ты знала, что мы сюда попадём.
– Знала, – кивнула Кида. – Не всё. Но достаточно. Я помню эту пещеру. Я была здесь… тысячу лет назад. В прошлой жизни.
– В прошлой жизни? – переспросила Тена. – Ты хочешь сказать, ты…
– Я много раз умирала и рождалась снова. Реинкарнация. В Китае, в Индии, в Африке – это называют по-разному. Но суть одна: душа помнит, даже если тело забыло.
– Кто ты? – спросила Вина.
Кида обернулась. В свете кристаллов её глаза казались не голубыми, а звёздными.
– Я та, кто помнит. И вы тоже вспомните.
Она протянула руку и коснулась кристалла.
Зал взорвался светом.
ГЛАВА 4 – СВЕТ В ГЛУБИНЕ
Свет был везде.
Он проникал сквозь закрытые веки, сквозь кожу, сквозь кости. Вина чувствовала, как он заполняет каждую клеточку её тела – тёплый, живой, пульсирующий.
А потом пришли голоса.
– Ты вернулась.
– Мы ждали.
– Ты помнишь?
– Нет! – Вина закричала, сама не зная почему. – Я ничего не помню!
– Вспомни.
И она вспомнила.
Воспоминание Вины
Она стояла на вершине горы. Не в Якутии – где-то далеко, где небо было фиолетовым, а в воздухе пахло озоном. Вокруг неё сверкали молнии, но они не жгли – они слушались.
Рядом стоял Он. Высокий, с тёмными волосами, с глазами, в которых горел холодный огонь. Её отец.
Но за его спиной Вина увидела дракона. Чёрного, с серебряными глазами. Дракон смотрел на неё и будто ждал.
– Ты боишься меня, – сказал отец. Не спросил – утверждал.
– Да, – прошептала Вина.
– Правильно. Бойся. Но не забывай: страх – это не слабость. Это уважение к силе. А сила у тебя в крови.
– Какая сила?
Он усмехнулся – горько, почти зло.
– Та, что сжигает города. Та, что разрушает миры. И та, что может их спасти. Выбирать тебе. Инь и ян. Свет и тьма. В тебе и то, и другое.
Он протянул руку. В ней пульсировал шар молний – ослепительно белый, прекрасный и смертельный одновременно.
– Возьми. Это твоё.
Вина протянула руку…
И открыла глаза.
Она лежала на каменном полу. Над ней склонились четыре испуганных лица.
– Ты как? – Тена трясла её за плечо. – Ты кричала!
– Я… – Вина села, держась за голову. – Я видела отца. И дракона.
– Дракона? – переспросила Хэлен.
– Да. Чёрного. Он смотрел на меня… будто знал.
– Китайский дракон, – тихо сказала Кида. – Не зверь, а дух. Хранитель рода. У тебя кровь дракона, Вина.
– Чего?
– Потом объясню.
Кида стояла чуть поодаль, прислонившись к стене. Она смотрела на Вину с выражением, которое трудно было прочитать – смесь грусти, знания и какой-то древней усталости.
– Ты не одна такая, – сказала Кида. – Мы все что-то видели.
– Что видела ты? – спросила Хэлен.
Кида помолчала.
– Я видела, как создавали этот мир. И как его уничтожали. Много раз. Я была там. Я помню огонь, из которого родились звёзды.
Воспоминание Тены
– А я видела маму, – неожиданно сказала Тена.
Они сидели в кругу, в центре зала. Свет кристаллов пульсировал в такт их дыханию – будто зал был живым и слушал их.
– Моя мама умерла, когда мне было пять, – продолжала Тена. Голос её дрожал, но она не плакала. – Она танцевала. Огонь в её руках был… красивым. Синим. Как сейчас у меня.
– Ацтекский огонь, – прошептала Селена.
– Да. А потом пришли люди в чёрном и забрали её.
– Кто? – спросила Вина.
– Не знаю. Папа никогда не рассказывал. Он только говорил, что я должна быть сильной. Что у меня её дар. И что есть проклятие крови – если не научишься владеть огнём, он сожжёт тебя изнутри.
– Как в Гримм, – сказала Хэлен. – Наследственность. Кровь говорит.
Тена подняла руку. На ладони вспыхнул маленький язычок пламени – не оранжевый, а синий, как её глаза.
– Красиво, – выдохнула Хэлен.
– Страшно, – поправила Тена. – Потому что я не знаю, как это контролировать. В Мексике говорят, что огонь – это голос предков. В Сирии, откуда мой папа, говорят, что огонь – это испытание. А я просто хочу, чтобы мама была рядом.
Воспоминание Селены
– А я видела воду, – тихо сказала Селена. – Много воды. Она поднималась и затапливала всё. Людей, дома, города. А я стояла и не могла остановить.
– Это было на самом деле? – спросила Вина.
– Не знаю. Может, в прошлой жизни. Может, в будущем. Вода… она показывает всё сразу. Прошлое, настоящее, будущее. Как в славянских легендах – вода помнит всё.
Она обхватила колени руками и стала совсем маленькой.
– Моя прабабушка говорила, что в нашем роду были шаманы. Что некоторые из нас умели разговаривать с водой, слышать её. Я думала, это сказки.
– А теперь? – спросила Кида.
– А теперь я чувствую воду под землёй. Там, – Селена махнула рукой куда-то вниз. – Она течёт. Она живая. И она… зовёт меня. И ещё я чувствую кровь. Свою. Вашу. Она тоже вода.
– Магия крови, – кивнула Кида. – Сильная. Опасная.
Воспоминание Хэлен
– Я видела ветер, – сказала Хэлен. Она не сидела, как остальные, а стояла у стены, водя пальцем по кристаллам. – И лица в ветре. Много лиц. Они что-то шептали, но я не слышала.
– Духи? – предположила Тена.
– Да. Кельтские духи, ирландские. Моя бабушка по отцу была ирландкой. Она говорила, что ветер – это мост между мирами.
Она замолчала, потом добавила:
– Одно лицо я узнала. Моя бабушка. Она умерла, когда я родилась. Но я видела её фото. Это была она.
– Что она тебе сказала? – спросила Вина.
– Она сказала: «Ты не одна. Мы всегда с тобой. Ветер принесёт тебя домой».
Хэлен отвернулась, чтобы никто не видел её лица.
Кида
Все посмотрели на Кид.
– А ты? – спросила Тена. – Ты говорила, что видела создание мира. Это правда?
Кида вздохнула. По-настоящему, по-взрослому – будто ей было не двенадцать, а тысячи лет.
– Правда, – сказала она. – Я помню, как Ориша создавали мир. В моей африканской крови это называется так. Боги, которые принесли огонь, воду, землю и воздух. Я была там. Я видела, как дракон обвил мир, чтобы он не рассыпался.
– Но я не могу рассказать всего. Не сейчас.
– Почему? – Вина встала, в её голосе зазвенел металл. – Мы имеем право знать! Мы все что-то видели, все испуганы, все не понимаем, что происходит! А ты знаешь и молчишь!
– Потому что знание может убить, – спокойно ответила Кида. – Не всё сразу. Иначе вы не выдержите. Как в Игре Престолов – правда иногда опаснее меча.
– Это решать нам! – Вина шагнула к ней.
– Нет, – Кида покачала головой. – Это решать мне. Я старше. Я помню больше. И я отвечаю за вас.
Она посмотрела Вине прямо в глаза, и в этом взгляде было столько силы, что Вина невольно отступила.
– Но одно я скажу, – продолжала Кида. – Мы не случайно встретились. Не случайно попали сюда. Нас выбрали.
– Кто? – прошептала Селена.
– Они.
Кида подняла руку и указала на стены.
Кристаллы вспыхнули ярче. И в их свете девочки увидели то, чего не замечали раньше: в глубине камня проступали лица. Много лиц. Они смотрели на них – спокойно, печально, с надеждой.
– Кто это? – спросила Хэлен, и ветер в зале вдруг стих.
– Те, кто был до нас, – ответила Кида. – Те, кто спрятал кристаллы. Те, кто ждал.
– Чего ждали? – спросила Вина.
– Нас. Пятерых. Пять искр, которые зажгут мир заново.
Землетрясение
Пол дрогнул.
Сначала слабо, будто далеко-далеко проехал поезд. Потом сильнее. С потолка посыпались мелкие камни.
– Что это? – Тена вскочила, синий огонь вспыхнул вокруг неё сам собой.
– Нас нашли, – тихо сказала Кида.
– Кто?
– Пожиратели. Те, кто охотится за кристаллами. Те, кто хочет получить силу, не заплатив цену.
– Какую цену? – спросила Селена, но Кида не успела ответить.
Стена напротив них взорвалась.
ГЛАВА 5 – ТЕ, КТО ОХОТЯТСЯ
Подземный зал. Секунды после взрыва.
Вина не успела закричать.
Она просто зажмурилась и выставила руки вперёд, ожидая удара камней, боли, темноты…
Но удара не было.
Она открыла глаза и увидела свет.
Вокруг неё пульсировала прозрачная сфера – тонкая, мерцающая, сотканная из молний. Она закрывала их всех пятерых, как купол. Камни ударялись о неё и рассыпались в пыль.
– Что… – выдохнула Вина.
– Ты сделала это, – тихо сказала Кида. – Сама. Не думая. Инстинкт дракона.
Вина посмотрела на свои руки. Они светились – ярко, ослепительно. Пальцы покалывало, будто тысячи иголочек танцевали под кожей.
– Я не знала, что так умею, – прошептала она.
– Теперь знаешь.
Сфера погасла так же внезапно, как появилась. Вокруг них догорали обломки. А в стене, там, где только что был взрыв, зиял чёрный проход.
Из него шёл холод. Не такой, как в пещере. Другой. Мёртвый.
– Кто там? – спросила Селена, и голос её дрогнул.
– Не кто, – ответила Кида. – А что.
Фигуры в темноте
Они вышли из прохода.
Их было трое. Высокие, в длинных тёмных плащах, с капюшонами, скрывающими лица. Они двигались бесшумно – будто не касались пола.
– Кристаллы, – сказал первый. Голос был сухим, как старая кость. – Они здесь.
– Мы чувствуем силу, – добавил второй, женский, но такой же мёртвый. – Она в девочках.
– Забрать, – приказал третий.
– Ни шагу! – Вина выступила вперёд.
Молнии снова вспыхнули вокруг неё, но слабее – она устала, она не знала, как управлять этим.
– Милая девочка, – усмехнулся первый. – Ты не понимаешь, с кем говоришь.
– Зато ты не понимаешь, с кем говоришь! – Тена шагнула вперёд и встала рядом с Виной.
Синее пламя взметнулось вокруг неё – жаркое, живое, злое. Оно осветило зал, и в свете огня девочки увидели лица под капюшонами.
Их там не было.
Пустота. Только тьма.
– Весэн, – прошептала Тена. – Как в Гримм. Они не люди.