Основы философии. Учебное пособие

1.1. Специфика философского мировоззрения

1.2. Предпосылки философии внутри нас

1.3. Основания философской рефлексии

1.4. Структура философского знания

1.5. Основной вопрос философии и его аспекты

Ignorant — профан.

Doctor — ученый.

Дэвид Юм — шотландский философ XVIII в.

Иммануил Кант — немецкий философ XVIII в.

Хосе Ортега-и-Гассет — испанский философ ХХ в.

Готфрид Вильгельм Лейбниц — немецкий философ XVII–XVIII вв.

Николай Александрович Бердяев — русский философ XIX–XX вв.

Фридрих Ницше — немецкий философ XIX в.

Вильгельм Дильтей — немецкий философ XIX в.

Мераб Константинович Мамардашвили — советский философ.

Карл Ясперс — немецкий философ ХХ в.

Иоанн Дамаскин — византийский философ VII–VIII вв.

Бенедикт Спиноза — нидерландский философ XVII в.

Пьер Тейяр де Шарден — французский философ ХХ в.

Мартин Хайдеггер — немецкий философ ХХ в.

Рене Декарт — французский философ XVII в.

Августин Блаженный — средневековый философ IV–V вв.

Аристотель Стагирит — древнегреческий философ IV в. до н.э.

Николай Кузанский — немецкий философ XV в.

Иоганн Готлиб Фихте — немецкий философ XVIII–XIX вв.

Конфуций — китайский философ VI–V вв до н.э.

Фридрих Энгельс — немецкий философ XIX в.

Жюльен Офре де Ламетри — французский философ XVIII в.

1.1. Специфика философского мировоззрения

Doctor: Скажи, любезный, считаешь ли ты, что можно хоть в чем-то быть абсолютно уверенным?

Ignorant: А почему ты спрашиваешь? А-а, знаю. Ты хочешь опять выставить меня профаном, не так ли? Но у тебя ничего не получится. Да поможет мне его величество здравый смысл! Например, я абсолютно уверен (да и ты тоже), что завтра опять взойдет Солнце.

Doctor: А на чем основывается твое утверждение?

Ignorant: На простом ежедневном наблюдении. Изо дня в день, примерно в одно и то же время происходит одно и то же событие – восход Солнца. Природа единообразна.

Doctor: Однако из того, что раньше было так, логически не следует, что потом все повторится. В том, что Солнце завтра не взойдет, нет логического противоречия.

Ignorant: Я не понимаю тебя. Что ты хочешь этим сказать?

Doctor: Только то, что восход Солнца нельзя обосновать дедуктивно, а только индуктивно. Однако индукция всегда опирается на неоправданное допущение.

Индукция (от лат. inductio – наведение) – способ рассуждения, при котором путём обобщения нескольких частных случаев выводится одно общее правило.

Дедукция (от лат. deductio – выведение) – способ рассуждения, при котором из общего правила делается вывод для частного случая.

Ignorant: Почему же мое допущение о том, что «так было и будет всегда, ибо природа единообразна», неоправданное?

Doctor: Потому что данное допущение о единообразии природы ты можешь полагать только независимо от опыта, так как ты ведь не можешь наблюдать всю природу в ее прошлом и будущем. Однако пытаясь оправдать предположение о единообразии природы, ты опять будешь ссылаться на свой опыт, а потом опять будешь утверждать, что так было везде и всегда. Ты попадаешь в порочный круг. Например, барон Мюнхгаузен рассказывал небылицы, а в подтверждение своих слов приводил «аргумент», что всегда говорит только правду.

Ignorant: Значит, ты хочешь сказать, что моя уверенность в восходе Солнца столь же неоправданна, как уверенность барона Мюнхгаузена в том, что он поднял себя за волосы?

Дэвид Юм: Наше мышление устроено таким образом, что, когда нам удается обнаружить некоторую регулярность, мы вынуждены верить в то, что эта регулярность сохранится в будущем. Каузально (индуктивно) эту веру обосновать невозможно, она у нас просто есть[1].

Юм Дэвид (1711–1776)

Иммануил Кант: Да, нельзя не признать скандалом для философии и общечеловеческого разума необходимость принимать лишь на веру существование вещей вне нас и невозможность противопоставить какое бы то ни было удовлетворительное доказательство этого существования, если бы кто-нибудь вздумал подвергнуть его сомнению[2].

Кант Иммануил (1724–1804)

Ignorant: Нет, господа философы, вы меня нисколько не убедили, и я продолжаю настаивать на том, что могу быть уверенным в восходе Солнца! А что ты делаешь?

Doctor: Бросаю монету. Орел или решка?

Ignorant: Орел.

Doctor: Так и есть. Означает ли это, что ты знал, какой стороной упадет монета?

Ignorant: Нет, я просто угадал.

Doctor: Но ты же верил в это, и твоя вера оказалась истинной.

Ignorant: Да, но этого мало.

Doctor: А что еще требуется для знания?

Ignorant: Нужно хотя бы какое-то объяснение, обоснование. А вот обоснованная истинная вера и будет знанием.

Doctor: Однако обоснованность бывает разной степени. Например, я вижу своего приятеля в дорогом костюме за рулем шикарного автомобиля. На основе этого я делаю вывод, что он обзавелся деньгами. Когда же он мне говорит, что у него есть еще вертолет и дом в Майами, мои основания подтверждаются. Однако проблема в том, что мой приятель солгал. Костюм и автомобиль он одолжил, чтобы произвести впечатление на свою знакомую, а вертолет и дом он просто приплел для большего эффекта.

Ignorant: Значит наши основания нуждаются в проверке.

Doctor: Но тут мы сталкиваемся с проблемой регресса оснований.

Ignorant: Я тебя не понимаю, опять ты хочешь меня запутать?!

Doctor: Вовсе нет, я только хочу внести ясность. Смотри, моя вера базируется на определенных основаниях, эти основания явились следствием другой веры, которую тоже нужно обосновать, и так до бесконечности.

Ignorant: Вот именно! Поэтому должны существовать хотя бы некоторые убеждения, которые можно принять на веру и считать знанием без обоснования. Иначе все можно подвергнуть сомнению, в том числе и то, что для нас свято – наши принципы, ценности, убеждения. Это недопустимо!