Привет, это я! Истории для детей о дружбе с самим собой

Глава 1. Всё не так

Если бы существовал конкурс на звание самого невезучего человека в мире, Саша Березин выиграл бы его с огромным отрывом. Утром он надел носки наизнанку, и день пошёл наперекосяк. На завтрак подгорели тосты, автобус до школы уехал у него из-под носа, на контрольной по математике он перепутал все формулы, а на перемене ему сообщили, что его проект «Умная кормушка для птиц» не прошёл в школьный этап научного конкурса. Просто потому, что он забыл приклеить свою фамилию на макет.

– Всё не так! – думал Сашкa, бредя домой под мелким противным дождём. – Абсолютно всё!

Он был ребёнком, для которого закон подлости был основным законом мироздания. Если можно было что-то уронить, пролить, забыть или перепутать – Саша это делал. Он уже смирился с ролью «неудачника» и «растяпы». Учителя снисходительно качали головами, одноклассники посмеивались, а родители с надеждой говорили:

– Соберись, ты же способный!

От этих слов ему становилось только хуже. Он пытался «собираться». Но чем сильнее он старался, тем нелепее выходило.

Дома его ждал новый сюрприз. На столе лежала записка от мамы:

– Саша, срочно вызвали на работу. Разогрей себе котлеты. Только, ради бога, НЕ ВКЛЮЧАЙ МИКРОВОЛНОВКУ! Она сломана, искрит.

Саша вздохнул. Котлеты. Микроволновка. Всё ясно. Он пошёл на кухню, открыл холодильник и… уронил тарелку с котлетами на пол. С треском. Котлеты укатились под стол, а тарелка разбилась.

Вот именно в этот момент, стоя на коленях перед лужей масла и осколками, Саша почувствовал, что с него хватит. Он сжал кулаки и прошипел сквозь зубы, глядя в потолок:

– Ну и ладно! Пусть будет всё наоборот! Совсем наоборот! Я устал всё делать правильно!

Он не ожидал, что его услышат.

Сначала замигал свет. Потом холодильник издал странный булькающий звук. Кастрюля на плите зазвенела, как колокольчик. Воздух затрепетал, заколебался, и Саше показалось, что он падает в обморок. Но это было не падение. Это было… переворачивание.

Когда мир снова встал на место, Саша медленно открыл глаза. Он всё ещё сидел на полу на кухне. Но пол был… фиолетовым в зелёный горошек. Он посмотрел на холодильник. Тот был радужным и тихонько напевал песенку из мультфильма. Разбитая тарелка собралась обратно, подпрыгнула и весело зависла в воздухе, а котлеты, пахнувшие теперь шоколадом, устроились на ней, как на блюде.

Саша онемел.

Из гостиной донёсся голос мамы:

– Сашкa, иди смотреть телевизор!

Он осторожно вышел из кухни. По пути в гостиную он посмотрел в зеркало. Его отражение подмигнуло ему и показало язык. Саша отшатнулся.

В гостиной мама сидела на потолке, вверх ногами, и читала газету. Папа, проходя мимо, похлопал его по плечу и сказал:

– Молодец, что двойку по математике получил! Горжусь тобой! Так держать!

Саша сел на диван. Диван был липким, как конфета-ириска. По телевизору шли новости: диктор с серьёзным лицом сообщал, что сегодня все кошки города начали лаять, а собаки – мяукать, и что это большое достижение для науки.

– Что… что происходит? – прошептал Саша.

– А что такого? – удивилась мама с потолка. – Всё же perfectly normal?

– Normal? Мам, ты по-английски говоришь!

– Конечно! В Мире Наоборот все говорят наоборот! Ты же сам этого хотел?

Саша вспомнил свою просьбу к вселенной.

– Пусть будет всё наоборот.

Похоже, его просьбу выполнили. Буквально.

Глава 2. Правила Наоборот

Первые полчаса в Мире Наоборот были самыми весёлыми в жизни Саши. Можно было есть суп вилкой, а котлету – ложкой, и все хвалили за изобретательность. Можно было надеть пижаму поверх школьной формы и сказать, что это новый тренд. Двойки в дневнике вызывали слёзы умиления у родителей, а обещание «сейчас же сделать уроки» считалось ужасным проступком.

Но очень скоро Саша понял, что у свободы от правил есть и обратная сторона. Очень странная.

Он вышел на улицу. Машины ездили задом наперёд, по тротуарам. Светофоры были выкрашены в клеточку, а их сигналы означали: зелёный – «стой», красный – «иди», жёлтый – «прыгай на одной ноге». Деревья росли корнями вверх, а их листья торчали из земли, как острые зелёные кинжалы.

В школе всё было ещё хуже. Учительница по литературе требовала писать сочинения задом наперёд, начиная с точки. На уроке физкультуры нужно было прибежать последним, а того, кто прибегал первым, заставляли десять кругов ползать по залу. На вопрос «Сколько будет дважды два?» правильным ответом было «Зелёный».

Саша пытался играть по этим новым правилам, но это оказалось невероятно сложно. Его мозг, привыкший к логике, отказывался принимать эту вселенскую нелепицу. Он чувствовал себя ещё большим неудачником, чем в обычном мире. Здесь он был неудачником… среди неудачников.

На перемене к нему подошёл самый задиристый одноклассник, Витя. В обычной жизни Витя всегда тыкал Сашу в плечо и дразнил. Здесь он подошёл, вежливо поклонился и сказал:

– Саша, ты мне очень нравишься. Дай я понесу твой портфель и угощу тебя мороженым.

Саша остолбенел. Это было страшнее, чем обычные насмешки.

Вечером, лёжа на кровати (которая сегодня решила быть гамаком, подвешенным к люстре), Саша понял главное. В Мире Наоборот не было просто «наоборот». Здесь не было вообще никакой системы. Один день «плохо» могло означать «хорошо», а на следующий день «плохо» уже означало «фиолетовый». Не было никакой стабильности, никакого смысла. Была только хаотичная, утомительная неразбериха.

Он хотел мира без правил. Но он получил мир без смысла.

Ему стало страшно. Он закрыл глаза и попытался заснуть, надеясь, что это сон. Но когда он проснулся, мир снова перевернулся. Теперь его родители были размером с куклу, а он – великаном, и ему пришлось кормить их с ложечки, чтобы они не утонули в тарелке с манной кашей.

– Я не могу так больше, – простонал Саша. – Я хочу назад!

Глава 3. Хранитель Хаоса

В отчаянии Саша выбежал из дома. Он бежал, не разбирая дороги, пока не оказался в старом, заброшенном парке на окраине города. В обычном мире это место было серым и скучным. Здесь же он был похож на лоскутное одеяло, сшитое из кусочков разных эпох и реальностей. Качели пели оперные арии, карусель стояла на месте, а лошадки вокруг неё скакали галопом, и из фонтана била газировка.

В центре парка, на единственной нормальной скамейке, сидел пожилой мужчина в потрёпанном костюме и ел бутерброд. Не наоборот, а самый обычный бутерброд с колбасой. Это было так необычно для этого мира, что Саша остановился как вкопанный.

– Присаживайся, – сказал мужчина, не глядя на него. – Я знаю, ты хочешь спросить, как отсюда выбраться.

– Вы… вы кто? – робко спросил Саша.

– Можно называть меня Хранителем. А можно – Дедушкой Хаосом. Я слежу за этим местом. Вернее, пытаюсь не дать ему окончательно развалиться.

– Это вы создали этот мир?

– Боже упаси! – старик рассмеялся. – Этот мир создали такие, как ты.

– Как я?

– Дети. Точнее, их желания. Один пожелал, чтобы уроки делались сами собой. Другой – чтобы родители его не ругали. Третий – чтобы мороженого было бесконечно много. А ты… ты пожелал, чтобы всё было наоборот. И ваши желания… смешались. Этот мир – большая свалка невыполненных и непродуманных детских желаний.

Саша сел на скамейку. Ему стало стыдно.

– Но… но почему здесь так ужасно? Почему всё такое бессмысленное?

– Потому что любое правило, даже правило «отмены всех правил», рано или поздно становится правилом, – философски заметил Хранитель. – А когда правил нет вообще, получается каша. Вкусная? – Он отломил кусок бутерброда и протянул Саше.

Бутерброд был самым вкусным, что Саша ел в жизни. Потому что он был нормальным.

– Я хочу домой, – тихо сказал Саша. – Я понял. Я не хочу, чтобы всё было наоборот. Я просто хочу, чтобы не всё всегда шло наперекосяк.

Хранитель кивнул.

– Это более разумное желание. Но просто так отсюда не уйти. Ты его сюда позвал, своим самым сильным, отчаянным желанием. Чтобы уйти, тебе нужно его… пересилить. Более сильным желанием. Но не разрушить, а понять.

– Что понимать? Этот безумный мир?

– Нет. Причину, по которой ты сюда попал. Твою ошибку.

Глава 4. Узник Зеркала

Хранитель объяснил, что у каждого, кто попадает в Мир Наоборот, есть своё «место силы» – точка, где его собственное разочарование и гнев сформировали портал. Для Саши это была его комната.

Вернувшись домой (пришлось идти задом наперёд и читать вывески наоборот, чтобы найти дорогу), Саша зашёл в свою комнату. Всё было как всегда, только кровать висела на стене, как ковёр, а компас на столе показывал сразу на все стороны света.

В центре комнаты стояло его отражение из зеркала. Оно было точной его копией, но с дерзкой ухмылкой.

– Ну что, сдаёшься? – спросил Двойник. Его голос был таким же, как у Саши, но с ядовитыми нотками.

– Я хочу вернуться, – твёрдо сказал Саша.

– Вернуться? Туда, где ты вечный неудачник? Где у тебя ничего не получается? Где все над тобой смеются? – Двойник засмеялся. – Здесь ты можешь быть кем угодно! Здесь можно всё!

– Здесь нет ничего настоящего! – крикнул Саша. – Здесь нет друзей, нет настоящих побед! Здесь нельзя понять, хорошо тебе или плохо, потому что эти слова ничего не значат!

– А разве в твоём мире они что-то значат? – ехидно спросил Двойник. – Ты же всегда ошибаешься! Ты – ошибка!

И тут Сашу осенило. Он смотрел на своего Двойника – на воплощение своего страха, своей злости на самого себя. Это был он сам, тот, кто верил, что он «всё делает не так».

– Ты не прав, – тихо сказал Саша. – Я не ошибка. Я просто… учусь.

Двойник замер. Его ухмылка сползла с лица.

– В том мире я могу ошибаться, – продолжал Саша, и с каждым словом он чувствовал, как в нём растёт уверенность. – Я могу проигрывать. Но я могу и побеждать. По-настоящему. Я могу стараться, и у меня может получаться. Пусть не с первого раза. Пусть не всегда. Но это будет настоящая, моя победа. А здесь… здесь ничего нет.

Он сделал шаг вперёд. Двойник отступил.

– Я не хочу, чтобы всё было наоборот. Я хочу научиться жить в том мире. Со всеми его правилами, сложностями и… возможностями.

Он протянул руку к Двойнику. Тот посмотрел на неё с испугом, потом его взгляд смягчился. Он медленно поднял свою руку и коснулся пальцев Саши.