- -
- 100%
- +
© Вадим Валентинович Напольских, 2020
ISBN 978-5-4498-2482-0
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Учитель. Зачем вы пришли?
Ученик 1. Мы были вчера, и ты призывал всех.
Учитель. Я не помню вас.
Ученик 2. Как же? И хлеб мы ели с рук твоих.
Учитель. Мудрый раздаёт на право и налево.
Ученик 3. Но ты сказал слово… Это слово коснулось нас. Оно, как живой дух, не остановилось в ушах моих, а прошло далее… Я хочу ещё…
Учитель. Слово есть дух.
Ученик 1. И что же; всякий раз, когда я что- либо говорю, я испускаю свой дух? На много ли меня хватит?
Учитель. Пустой кувшин может ли стать источником? Всё что влил, всё чего намешал, становится твоим напитком.
Ученик 2. Учитель, непонятное говоришь… Если я кувшин, и напиток во мне, как же мне из себя пить?
Учитель. Напояя другого – насыщаешься сам. Но захотят ли испить из твоего кувшина? Следи сам за ним. Раз испив, захотят ли пригубить вдругой?
Ученик 1. Ну и на что же это похоже; я лью в него, он льёт в меня?
Учитель. А ты не переливай из пустого в порожнее, а найди источник.
Ученик 1. Ну и…? Дал я им попробовать, а они нос воротят.
Учитель. А ты смотри, из какого источника сам пьёшь, и в какой сосуд наливаешь. Чистую воду льют ли в отхожий горшок?
Ученик 1. Ну, а как же мне источник определить? Да и что есть «источник»?
Учитель. Зачастую горшок по себе и источник выбирает.
Ученик 1. Как это?
Учитель. Кто привык пить горькую воду, « живую» назовёт безвкусной.
Ученик 2. А есть ли выбор?
Учитель. Горшечник делает сосуды, но порой горшок ли, кувшин ли, от рук горшечника, до места на помойке, либо в зале музея, сам влияет на свою судьбу; когда лепят его из куска глины, насколько послушен он в руках мастера? Каждый мастер старается делать хорошо, а плохо всегда получится. Всегда есть выбор, какой бы жребий тебе не выпал. Ты следи, чем наполняется священный сосуд, чтоб кто- либо по своему произволу не делал этого. И даже если тебе выпала честь хранить в себе дорогое вино, смотри, как бы и тебя не выпустили из рук и не разбили.
Ученик 2. И что же – рок, карма, судьба держат нас на коротком поводке?
Учитель. Причём здесь суд Божий? Коль сам ступил на тонкий лёд, винить ли Господа за это?
Ученик 1. Но постой! Я не вижу выхода. Я не вижу в чём…, между, чем выбирать?
Учитель. Слеп не тот, кто не открывает глаз, а тот, кто не видит оттенков. Для него всё равно.
Ученик 2. Учитель, ну вот я нашёл чистую воду, начал всех подряд поить…
Учитель. Даже если всё море будешь с усердием вычерпывать на землю – море останется на месте моря, а земля на месте земли. Изливать надо на жаждущее.
Ученик 2. Да это в пустыне. Но там пока кого найдёшь, и для себя воды не останется.
Учитель. Пустыня не там, где один песок, а там, где нет чистой воды. И посреди моря можно умереть от жажды, если кто не даст тебе пить. И чтоб самому от жажды не умереть, нельзя отходить далеко от источника.
Ученик 2. Если я не далеко отошёл, то разве они сами не смогут добраться и попить?
Учитель. Порой, прежде чем напоить и указать путь к источнику, надо глаза промыть и уши, и тело, и не один день… А чем больше будешь поить других, тем больше будет твой сосуд, и однажды может статься чудо, и ты сам сможешь стать источником.
Ученик 1. Ты говоришь, что Господь Всемогущий, так разве Он не может сразу из нас, из людей, сделать источники и направить нас в пустыню?
Учитель. Быть Всемогущим, это не значит быть безрассудным и глупым. Чем больше ты напояешь людей, чем больше твой сосуд, тем более надо следить за ним и за содержимым. И источник, если не следить за ним должным образом, может превратиться в зловонную лужу.
Ученик 2. А как следить?
Учитель. Просто и легко: изощряй свой вкус, найди источник, который даруя жизнь, напояет всё живое. И чем чаще и больше ты будешь пить из него, тем ощутимей для тебя будут изменения в составе воды. И чаще омывай свой сосуд извне и внутри.
Ученик 1. А если я стал источником?
Учитель. Ты можешь стать источником лишь той воды, какую больше всего любишь: источником горькой, либо живой воды. Всё имеешь по усердию и все изменения от него.
Ученик 1. Учитель, а вот я слышал написано, чтоб я относился к женщинам, как к немощнейшему сосуду.
Учитель. Есть женщины большие, нежели ты, а есть мужчины хуже иной женщины. Не ищи в писаниях, что возвеличивает тебя, а что возвеличивает другого. Не задуматься ли тебе – почему так же написано, что на небесах не будет ни мужеского пола, ни женского, а будут подобно Ангелам? Да; Ангелы различны в служении и в силе, но кому из Ангелов было сказано: сотворим по подобию Нашему, мужчину и женщину, сотворим их? Как Бог один, так и подобие одно, хотя нас и много. Подобие одно, хоть и сосуды разные. Господь решает, какое подобие, в какой сосуд вместить. Имеет ли нужду в чём Господь? Посему, не о своей пользе заботится, а о пользе другого. По премудрости своей Господь видит, что какое подобие в каком сосуде более послужить может, более прославить Творца своего. И не то важно – мужчина ли то, или женщина, богач ли, бедняк, а то важно – чьё подобие, и сколько его там. Зачастую сосуд влияет на содержимое. Чем более влияет, тем немощнее он есть. Дух бодр, плоть же немощна. И не сосуд ставится на первое место, а то, что он содержит; худое ли, либо доброе. Это, как две ослицы, везущие двух разных пророков: один был призван проклясть, а другой благословить. Похожие судьбы, но итог различен. И иная ослица может оказаться мудрее, чем то, что носит на спине своей.
Ученик 1. Что же это получается, что мужчины и женщины равны?
Учитель. Каждый ребёнок имеет подобие отца своего.
Ученик 1. Получается, что у мужчин и женщин отцы разные?
Учитель. У тех, кто видит разницу – один отец, у тех, кто не видит – другой. У другого – старшие заботятся о младших.
Ученик 2. А что тогда есть старшие и, что есть младшие?
Учитель. А старше из двух тот, кто больше напоил, кто больше омыл, кто больше очистил, и себя в первую очередь.
Ученик 2. Выходит, что о себе я должен заботиться больше других?
Учитель. Не больше, а в первую очередь. Если сосуд твой неухожен и грязен, если вода затхлая, кого напоишь?
Ищи подобия в себе. Вникай в себя; чем наполнен твой сосуд? Ищи чистый источник, и время от времени меняй содержимое, чтоб не закисло.
Ученик 3. Учитель, вот я нашёл две лозы. Стал поливать, ухаживать. Одна распустила ветви, но вторая нет. Почему?
Учитель. Ты хорошо сделал, что пожалел их, когда они стояли без листьев. Но лишь в одной из них осталась капля влаги, подобие жизни, и когда ты добавил своей, они умножились. Ну, а вторая… Даже старый пень, если в нём ещё осталась капля влаги, испив «живой» воды, может распустить новые, молодые ветви. Остерегайся, как бы тебе не засохнуть.
Ученик 1. Учитель, послушай, но ведь же написано, что жене глава муж.
Учитель. Также написано, что и у мужа есть глава. Бог же, есть Бог устройства, а не неустройства. Рассуди же в сердце своём, почему же так же написано: мудрая жена устрояет дом свой? Где здесь найдём место мужу? И ещё написано: каждый служи тем даром, который даровал Господь. Служить, а не господствовать. Жена более всех служит в доме, а значит она большая, и имеет большую похвалу. Но она также и имеет над собой главу – мужа, и находится у него в послушании, а прочие все должны быть в послушании у жены. Как жена служит более в доме, так и муж служит более вне дома, за что имеет свою похвалу, но также и имеет главу над собою, у кого в послушании и он должен быть. Все же должны быть послушны друг другу в любви, а не по принуждению. Ищи источник любви; омойся в нём и испей из него, ибо не от любви грызёт тебя этот вопрос. Любящий свою жену, любит и самого себя. Ведь муж и жена – одна плоть. Если у тебя такие мысли о жене, то каковы же твои мысли о Господе, о братьях твоих?
Ученик 3. Учитель, прости ему. Он просто хочет до конца разобраться во всём, расставить всё по своим местам. Он и в собрание постоянно ходит. И я видел, как он и братьям помогает.
Учитель. Собрание это хорошо. Но многие приходят, как и многие уходят. Вот вы говорите, что вчера приходили, да вот и сегодня пришли. Но к ночи ведь опять уйдёте. И вы будите отдельно, а я отдельно. Вы не увидите меня, но я вижу вас. Вы пришли и принесли мне дары потому, что решили, что я нуждаюсь в них, а не вы. Когда ложишь зерно в землю, для земли ли вы делаете это, или для себя? Нет ничего тайного, что не станет явным. Господь не так смотрит, как смотрят люди. Бог есть свет. Но есть и тьма. А свет во тьме светит, и тьма не объяла его. Потому-то Господь видит вашу тьму, которую скрываете в сердце своём. Ты принёс в дом идола, и осквернил тем дом свой. Узнав о том, ты спрятал его на чердаке, и даже забыл о нём. Но вынес ли ты его из дома, сжёг ли, развеял ли по ветру? Ты выкрасил заново свой дом, перекрыл крышу, пригласил друзей, но вычистил ли чердак? Ты поставил идола над головами друзей своих, братьев своих. Прикасающийся к нечистому и сам не чист, и к чему прикасается он. Даже дары его, благодеяния и жертвы не могут принести ему пользы. Не дом красит человека. Рассудите и воззовите к премудрости, что значит «собирайте себе сокровища на небесах»? Зачастую, следующие этому совету, уничиженнее всех, порой не знают где и голову приклонить, пренебрегаемы с презрением, но несметные сокровища их пред глазами у Господа, и не просто взглядом окинуть их.
Ученик 2. Да, мы читаем писания. Но как их применять по жизни? Реально это невозможно, непосильный труд.
Учитель. Только для Бога нет ничего невозможного. Почему? Буква убивает, Дух же – животворит. Из людей закона выполнить никто не сможет. Никто не сможет принести плода, если не будет на лозе. Как ты можешь читать и уразуметь писания, если Господь тебе не раскроет? Само собою ни что не делается. Каким духом наполняется слово прочитанное? Смотри, три слова: «казнить», «нельзя» и «помиловать». С каким духом ты произнесёшь их, такова и дальнейшая судьба человека. Да и как, в сущности, можно выполнить заповедь любви, не имея её в сердце своём? Как можно выполнить заповедь послушания, нося в себе только лишь неудержимый бунт и противления? Да и что есть заповеди? О них написано, что должны были послужить к жизни, а итог вышел к смерти. Но так почему же написано, что заповедь свята, если принесла смерть? Не так всё это. Ложь. Кому вы себя в рабы отдаёте, того вы и рабы. Заповедь это не узы, не вериги, не кандалы, а мудрый и любящий совет, чтоб отвадить нас от злого. Но люди более возлюбили тьму. Потому и делают, по большей части то, что ведёт к смерти и плодам разрухи. И когда приходят времена скорби, то винят кого угодно, но только не свой грех, не того идола, сокрытого на чердаке. Да и сам чердак, со всем своим хламом становится, как бы, святилищем для демонов хаоса, беспорядка, разрухи и бунта. Зачастую люди становятся поражены своею же плотью в самое сердце. Если всякую нечистоту, то делают с неудержимостью, но а если что благое… того не находится в них. Написано: если будите жить по плоти, то умрёте. Если же духом будите укрощать дела плотские ваши, то живы будите. Ищите в себе подобия. Чьи они? Чтоб творить дела Божьи, надо носить только Его подобие в себе. «Бог есть свет, и нет в Нём никакой тьмы». Плоть ленится делать добро. Это не её. Её удел – грех, ведущий к смерти. Ангел тьмы, некогда был ангелом света. Он способен к мимикрии. Он всегда будет делать свои «добрые» дела и вести людей к ним, он будет прикрываться любыми благовидными поводами и заботами, лишь бы не делать того, к чему благоволит Бог. У сатаны тысячи путей и все они ведут к смерти. Но у Господа только один путь, и в одном направлении, ведущий к жизни вечной. Если хочешь её достичь, найди этот путь, не поленись, и пойди в нужном направлении, не погрешая на истину.
Ученик 2. Ты заставляешь нас задуматься.
Учитель. Я не заставляю никого, как и Бог не заставляет. Слово, которое я говорю и Дух, который делает его живым и действенным, они проникают в вас. Написано: сатана заключён в узах непроглядного мрака. А потому и свет, проникая в полутьму ваших чердаков, обнажает весь хлам, собранный вами, вашими предками, мышами – всякой тварью. И самый отвратительный – природная лень и жадность, пытаются спрятать подальше во мглу, куда не достигает свет с открытой двери. Вы открыли дверь, а я направил тонкий лучик света, обнаживший часть хаоса в ваших чердаках. Вы это увидели, и теперь думаете в какой бы угол подальше это перекинуть с глаз долой. Но, Боже мой, там столько уже навалено! Если хочешь приобрести что-то новое, не задумываясь, избавься от старого. И в первую очередь – очисти свой чердак, чтоб там не гнездились и не сдыхали мыши.
Ученик 2. Учитель, скажи, а зачем Господь создал птиц?
Учитель. Чтоб люди научились летать.
Ученик 2. Чтоб, как по теории Дарвина, отрастили себе перья?
Учитель. Нет. Чтоб увидели, что то, что на первый взгляд кажется невозможным, на самом деле простая вещь.
Ученик 2. Ничего себе «простая вещь»; подняться в небо…
Учитель. Но ведь подняться можно и по скале.
Ученик 2. Да. Но летать? Как прыгнешь, оторвёшься от скалы, так и камнем в пропасть.
Учитель. А ты не отрывайся, а стань частью её. И тогда ты сможешь быть одновременно как в небесах, так и на земле.
Ученик 1. Да разве то те небеса?
Учитель. Гор много. Вот ты и найди именно ту, у которой «те небеса».
Ученик 1. Учитель, ну как вы меня не понимаете?! Я же говорю не о тех небесах, где облака и птицы. Я говорю о тех, где обитает Господь. Ведь с помощью крыльев на них не взлетишь. Да ведь и горы есть такие, куда и птицы не долетают.
Учитель. Прости меня. Ведь я полагаю, что хоть и престол Его величия на небесах, но и земля ведь подножие ног Его. Разве изыщем место, где бы Владыка всего не обитал?
Ученик 1. Так-то оно так. Но к чему тогда взбираться на гору? Крылья зачем? А вот в пятке то ушей нет. Они на голове. Хотелось бы попасть на небеса, где тронный зал с престолом, предстать пред Господом, поклониться…
Учитель. Да… Трудное ты для себя ищешь. Пойдемте со мной, я покажу вам кое-что.
Ученик 2. Учитель, что нового ты хочешь показать нам? В этом саду мы были много раз. Нет уголков, в каких бы не гуляли и не веселились мы.
Учитель. Посмотрите на это.
Ученик 1. Что это? Муравейник?
Учитель. Да. Ну и что вы видите?
Ученик 2. Да копошатся под ногами, снуют вверх, вниз по дереву… Это их жизнь.
Учитель. Конечно же, их жизнь не ваша. Вот вы говорите «взобраться вверх, на гору, на небеса, к ушам Владыки». А зачем это вам?
Ученик 1. Ну как зачем? Чтоб увидеться лицом к лицу, молитвы, просьбы свои поднести, желания, выслушать волю Его, ответ получить… Да мало ли чего?
Учитель. Не просьбы Господу подносить надо… Вот видите; вы хотите прийти к Владыке, чтоб что-либо получить у Него. То есть, чтоб Он послужил вам?
Ученик 1. Ну как послужил…
Учитель. А разве нет? Разве с Господом вы мечтаете встретиться, а не со слугой, даже более того – рабом? Не для того ли вы ищете Его, чтоб получить удовлетворение ваших желаний; чтоб кто-то не просто решил обыденные вопросы, но и облегчил ваш труд, сделал что-либо за вас? Разве царское это дело? Это дело раба. Разве в Господе вы нуждаетесь, а не в рабе? И не потому ли стремитесь поработить ближних ваших? Да и не только ближних, но и братьев, и сестёр, отца и мать? Но не написано ли, чтоб не господствовали, а наоборот служили?
Ученик 2. Учитель, так зачем ты привёл нас к этому муравейнику?
Учитель. Взгляните на это большое дерево. Что вы видите?
Ученик 2. Дерево, как дерево. Муравьи снуют вверх, в низ. Ну и что…?
Учитель. Вы говорили мне: попасть на верх, на небеса… Понаблюдайте за муравьями. Часть из них торопится на верх; одни с тлёй в челюстях, другие без ничего. Так же и с верха спускаются в низ; кто гусеницу тащит, кто веточку, кто листок, кто сам собою спускается. Каждый занят своим делом, но это дело для всех. Чтоб тля питала муравьёв, её надо поднять на верх, на свежие листья, чтоб потом всем подниматься и пить её сладкие выделения. Другие наоборот, находят корм иной на верху и спускают его в низ, чтоб накормить тех, кто занят своим трудом на земле, а так же заготовить впрок, на будущие времена. Иные же находят материал для строительства своего, общего жилища. Они снуют вверх, в низ, снуют по земле, и как бы высоко они не поднимались, какой бы сладкой не была бы тля, они, неизменно, спускаются в низ, где самое дорогое для них – это их дом, их мать, их потомство, за которым надо следить и ухаживать.
Как вы думаете, славят ли муравьи Господа? Я знаю, что славят. Но ищут ли они лёгких путей для себя? Каждый из них служит тем, чем наделил его Господь. Мы же, люди, считаем себя мудрее их; самого Царя, Владыку пытаемся в слуги к себе записать.
Ученик 1. Учитель, с чего ты это взял? Мы не говорили такого.
Учитель. Зачем вы пришли ко мне? Чтоб, что-то взять, что-то получить. Но чтоб, что-то получить, надо, что-то посеять. Весной, после зимы, мы сеем лучшее зерно, которое сберегаем на этот день, в надежде, что оно принесёт обильный урожай. Для того чтоб, что-то получить, надо отдать, и порой самое ценное в это время. Для того, чтоб что-то отдать, надо это иметь, надо находить в себе силу и веру, чтоб это посеять, похоронить, отказаться от необходимого ныне. Пожертвовать.
Ученик 2. Ну… «пожертвовать»… Мы это не раз слышали. Разве, что новое ты нам говоришь?
Учитель. А ты, что – ищешь, что-то новое? Ты его нигде не найдёшь. Лучше искать старого, а новое – это, как цвет на траве: приходит и уходит. Приходит на короткий срок; на день, на неделю. А потом и нет его. И сжигается как солома, либо кто пожирает его. Этого ли ты ищешь?
Ученик 1. Чтобы кто сожрал меня? Ну, уж нет! Я ищу нечто такое, чтоб оно пришло, и как-то сразу преобразовало, изменило мою жизнь, дало совершенно другие ощущения, дало, как бы, новый взгляд на всё.
Учитель. Как? Ты, что до сих пор не увидел, не разглядел, не познал того, что так упорно ищешь? Оно ведь рядом с тобой.
Ученик 1. Что же это? Где оно? Покажи мне путь к нему. Почему я не вижу?
Учитель. Покажу, раз ты просишь. То, что может радикально изменить твою жизнь, дать новые ощущения и новый взгляд – это смерть. Ведь этого ты жаждешь? К этому источнику стремишься?
Ученик 1. Ну, зачем так шутить? За редким исключением, никто ведь не стремится к смерти, не ищет её. Это противоречит природе человека. Мы наоборот все ищем жизни.
Учитель. На словах. А в желании сердца своего, только и хотят того, что дать им может лишь смерть.
Ученик 2. Да… Весёленький разговор. Выходит, что если я ищу, жажду перемен к лучшему, мне предстоит – злое? Смерть?
Учитель. Не всякая зло есть смерть. Да и не всякое смерть есть зло.
Ученик 2. Объясни, учитель.
Учитель. Если умирает раб, то какая польза господину его от этого?
Ученик 1. Да какая может быть польза? Одни убытки.
Учитель. А есть ли польза этому рабу?
Ученик 1. Да какая польза? Мёртвое тело.
Ученик 2. Отмучился – одним словом.
Учитель. Правильно говоришь. Тело мертво, конец мучениям. А что с душой?
Ученик 2. Как говорится – упокоилась.
Учитель. Да, нашла покой. И тело уже не имеет цены для прежнего господина. Прах к праху. Дух к Богу.
Ученик 1. Да… Но ведь написано, что Бог не есть Бог мёртвых, но живых.
Учитель. Вот ты, ищущий новых ощущений, и умри для всего старого, но начни жить для нового, для Господа.
Ученик 1. Так умереть или жить? Искать старого или нового?
Учитель. Мёртвая плоть не имеет желаний, ощущений. Умертви её желания и живи желаниями духа. Дух не имеет желаний к чему-либо плотскому, вещественному. Он не желает ни жены ближнего своего, ни вола, ни раба, ни домов. Он желает только лишь духовного.
Ученик 3. А Бог есть дух. Значит, он желает Божьего? А это, не есть ли воровство? Это не есть ли нарушение заповедей «Не пожелай»?
Учитель. Разве разгневается Господь, если ты будешь почитать ценным то, что и Он почитает?
Ученик 3. Но ведь там всё принадлежит Ему?
Учитель. А разве Он дал заповедь не пользоваться нам всем тем? Эдакий скупердяй? Разве мы прячем что от детей в доме своём? Лишь предостерегаем, чтоб не касались того, что им не по возрасту, чтоб не навредили ни себе, ни окружающим, и чтоб не испортили по безрассудству, от малолетства возраста, ценную вещь.
Ученик 1. Выходит, я могу брать у Него всё, что пожелаю?
Учитель. У Господа есть Его дети, а в услужении у Него Ангелы. Зачем Ему отдавать чужому рабу то, чем Он хочет поделиться со своими детьми? Умри для рабства, чтобы Он мог принять тебя в число детей своих.
Ученик 1. Так, что же это за рабство? Что так уж обязательно вскрыть себе вены, пустить себе кровь?
Учитель. Есть кому пускать кровь. Есть Тот, кто умирает вместо тебя, чтобы ты мог принять усыновление от Владыки. А рабство и есть грех.
Ученик 1. Не понял
Учитель. Согрешая, ты продаёшь себя в рабство. Для того чтоб что-то заиметь, ты отдаёшь самое ценное и единственное над чем ты властен – самого себя, свою душу. Но это – очередная ложь сатаны. Раб не властен над имуществом хозяина. Он может лишь пользоваться им, и то, только для удовлетворения нужд того же хозяина. Посему, продавая себя, ты продаёшься за бесценок, ничего в итоге не приобретая, а только лишь теряя. Лишь дети имеют право на наследие Отца, и кому Отец, что уделит особо.
Ученик 1. Выходит, что если я захочу иметь дом, коня – я грешу?
Учитель. Господня земля, и что наполняет её. Отец решает, кому и что давать. Если ты украл, либо отобрал силой, то ты пошёл против воли Отца. Но если брат решил продать, то дай выкуп по оценке.
Ученик 2. А кто оценщик?
Учитель. Тот, кто владеет.
Ученик 1. А если у меня ничего нет?
Учитель. Научись находить, приобретать и сберегать. И преумножится. Иначе потеряешь и то, что имеешь.
Ученик 1. Но как приобретать, если по твоим словам, у меня ничего нет.
Как преумножать?
Учитель. Ищи сыновства и приобретай мудрость. И Отец, который на небесах, даст тебе всё необходимое для духа.
Ученик 1. Для духа… А для тела?
Учитель. Тело, лишь сосуд, вместилище духа. Дух – вот это ценность, а тело – прах. Если будешь более печься о теле, о сосуде, расплескаешь содержимое. Больше надо заботиться о содержимом, и тогда и с сосудом будет всё в порядке. Содержимое легко расплескать, незаметно, капля за каплей. Не заметишь, а сосуд твой пуст.
Ученик 2. Постой! Но ведь и так, мы день за днём, проживаем свою жизнь, до самой смерти.
Учитель. Правильно ты сказал: « Проживаете».
Ученик 3. Учитель, вот ты говоришь «не расплескать» – значит продолжать жить? А если я стал источником – значит, буду жить вечно?
Учитель. Если ты станешь источником популярной на этой земле воды, то рано или поздно, как и эта земля, ты сгоришь.
Ученик 1. Зачем же тогда Господь вообще создавал эту землю?
Учитель. Точно знаю; не для «мёртвых» источников.
Ученик 1. Что значит «мёртвых»? Источник или есть, или его нет.
Учитель. А вот идол… Он есть, или его нет?
Ученик 1. То есть, как это…? Раз идол есть – значит, есть, раз нет – значит, нет.
Учитель. «Нет» – это, когда мы о нём не говорим?
Ученик 1. Да говорим ли мы о них, или не говорим, вон их, сколько по всей земле наставлено.
Учитель. Кем?
Ученик 1. Да нами же, людьми.
Учитель. Правильно ты сказал. Люди сами сотворили себе «кумиров». И ты в их числе.
Ученик 1. Да я их, что ли ставил?
Учитель. Так они есть, или их нет?
Ученик 1. Да есть, конечно!
Учитель. А Бог?
Ученик 1. Ну и Он конечно есть.
Учитель. И кто из них больший?
Ученик 1. Бог конечно.
Учитель. А кто из них Бог?
Ученик 1. Есть единый Бог.
Учитель. И бесы веруют, что Бог един. Но люди и своих идолов называют богами, звёздами…
Ученик 1. Да мало ли, кто кого и как называет?
Учитель. И не только называют, но и поклоняются, и служат им, дары приносят и, так называемые, храмы и святилища строят, рабами себя называют, а истинного, единого Бога в рабы желают себе записать. А почему?
Ученик 1. Учитель, да что ж вы всех собак на меня одного вешаете? Я, что ль крайний?
Учитель. Вот вопросы задаёшь, а сам отвечать не хочешь.
Ученик 1. Так я ж за тем и пришёл, чтоб ответы услышать.
Учитель. Не всякий, слушающий, слышит. Обращай внимание, как ты слушаешь.