Крылья мглы. Камень преткновения

Глава1

– Верни меня назад, гад! – заорала я до рези в горле, отчаянно молотя пятками и локтями куда придется, одновременно с паникой наблюдая, как исчезает из виду поляна с разыгравшимся там странным боем.

Что, на хрен, за дикая тварь напала на Мак-Грегора и, несмотря на то, что была размером с муху, сумела вот так его мордовать?

– Войт, приказываю прекратить дергаться, или угробишь нас обоих! – рявкнул бывший командир, сжимая только крепче вокруг талии.

– Да пошел ты со своими приказами! – огрызнулась я и, остановив хаотичное сопротивление, решила нашарить какое-нибудь оружие на теле ликтора. – Ты и так покойник после того, как спер меня у виверна, и больше мне не начальник! Вообще им никогда не был по-настоящему, я сама себе хозяйка!

Поняв, что я пытаюсь провернуть, Крорр схватил меня свободной рукой за правое запястье, но ха-ха, у меня-то две незанятых конечности, в отличие от него, а нож так удачненько оказался болтающимся на бедре этого вояки именно с левой стороны.

Раз-два, и увесистый тесак стал моим честно сворованным трофеем.

– Только посмей! – зарычал Крылатый.

Да ты, видно, подзабыл, с кем имеешь дело, мужик?

– Опускай меня на землю, или я тебе сейчас искромсаю все, до чего дотянусь, сволочь! – пригрозила я, бесстрашно сунув кисть с клинком между своих ног и упершись острием наверняка куда-то в район его паха. Вот уж при любом раскладе выигрышная позиция: куда ни ткни – везде ущерб будет катастрофичным.

В этот момент мы уже со скоростью молнии неслись над рекой, и пейзаж по берегам быстро сменялся с леса на скалистую местность.

Вместо того чтобы послушать меня по-хорошему, ликтор закувыркался в воздухе, как гребаный бойный голубь, лишая на несколько секунд ориентации, и, мгновенно отпустив мою правую руку, поменял свои в захвате поперек моего тела, сграбастал меня теперь за левое запястье, рывком отодвигая от своего мужского оборудования, и стал сжимать до жуткой боли, вынуждая бросить оружие. Я вопила что есть мочи, в глазах замельтешили черные точки, но упорно отказывалась отпускать рукоять, не прекращая при этом попыток ударить его затылком в лицо.

– Войт, прекрати! Я же помочь тебе хочу! – закричал Бронзовый мне в ухо, оглушая наполовину.

Но и второй половины слуха мне хватило, чтобы услышать устрашающий рев Киана, взвившегося над верхушками оставшихся позади деревьев.

– А вот и смертушка твоя летит, ликтор! – злорадно зашипела я, сдаваясь и отпуская-таки проклятый нож, пока этот придурок не раздробил мне все кости.

Мой ящер и так порвет его как грелку, без предварительных надрезов.

– Это мы еще посмотрим, – фыркнул ликтор и неожиданно резко пошел на снижение.

Да чем ему помогут эти жалкие маневры, когда Мак-Грегор нагоняет нас с такой скоростью? Смешно!

Как выяснилось, что не очень. Виверн был уже прямо над нами, накрыв огромной тенью, хотя, как понимаю, от мелкой чокнутой пиявки так еще и не избавился, на что указывали хаотичные болтания его рогатой башки и рысканья в воздухе туда-сюда, как вдруг Крорр сложил крылья и камнем начал падать вниз, прямо между двумя близко стоящими скалами, образовывавшими тут узкое ущелье, в котором относительно плавно текущий прежде поток превращался в пенную несущуюся глубокую стремнину. Долетев почти до самой воды, ликтор с шумом распахнул крылья и легко понесся вперед между каменными стенами, в то время как огромный ящер зашелся в яростном и болезненном вопле наверху, не в силах проникнуть в слишком узкое для него пространство. Мощь прозвучавших в его голосе эмоций передалась мне, словно прямой импульс, и, снова взбесившись, я начала сопротивляться еще отчаяннее прежнего.

– Да прекрати же ты, глупая женщина, я же на твоей стороне! – стал увещевать меня на повышенных тонах бывший начальник, опять обездвиживая то одну мою шарящую в поисках его оружия руку, то другую, и в какой-то миг, он слишком на это отвлекся или мне просто повезло, но очередной удар головой назад достиг цели.

Раздался смачный хруст, у меня в черепушке засверкало и зазвенело, будто я саданула совсем не по лицу ему, а с разбегу боднула летающий грузовой транспорт, и захват на моей талии разжался. Я, кувыркаясь в воздухе, полетела вниз, сопровождаемая душераздирающим воплем Киана.

Шлепнулась я об воду классически неудачно – лицом и всем телом, плашмя, так что кожа вспыхнула, как от ожога, но ледяная жидкость тут же сняла это ощущение. Рядом плюхнулся Бронзовый и резко пошел на глубину, потому как моими стараниями каким-то чудом таки вырубился, и, несмотря на мое субъективное мнение, дерьма в нем не хватало для всплытия, а оружия было достаточно для утопления. Ну и пусть бы тонул, черт с ним… но… сука, нет же! Войт же дура, какие излечению не поддаются!

Нырнув в бурный и почти непрозрачный поток, что нес нас с убийственной скоростью, я ухватилась за широкий ликторский ремень и попыталась потянуть его к поверхности. Удачи мне, конечно! Долбаный драконий потомок весил, очевидно, как слон, к тому же его расслабленно раскинутые крылья сработали тут как подводный парус, утягивая нас обоих все глубже и быстрее. Сколько бы я ни бултыхалась – результата ноль. Эта битва проиграна, прости уж, Крорр, но ты сам пришел.

Разжав пальцы, я рванулась вверх, но не тут-то было! Придонное течение стало просто безумным и перло вперед, а мои попытки всплыть оказались смехотворными. Легкие запылали, паника взорвала светошумовую гранату в башке, руками и ногами я заработала остервенело, и… ничего. Ну трындец! Все же я тону.

Мысль еще не осела в голове, как меня приложило спиной о подводный камень. Извернувшись, я только и успела заметить, как стремительно меня тащит на еще один, и инстинктивно закрыла лицо руками, будто это могло спасти. Но в последний миг между мной и валуном появилась упругая кожистая преграда, смягчившая столкновение, что должно было меня убить, скорее всего, а потом и я, и вся окружающая вода, и очнувшийся и спасший меня Бронзовый ухнули куда-то вниз и после нескольких секунд ощущения свободного падения, снова вмазались в гладкую водяную поверхность. Ну чем вам не чертовы аттракционы в аквапарке?! Весело, блин, но только включите кто-нибудь уже сраную веселенькую подсветку, хочу лицезреть довольную рожу того, кто меня подписал на эту экстремальную радость, а то боюсь промахнуться, когда плевать буду в благодарность!

Сильная рука уцепилась сзади за ворот моей одежды и выволокла из круговорота, образовываемого падающей сверху водой. Несколькими мощными гребками Бронзовый дотащил нас обоих до места, где под ногами почувствовалась твердая почва. Разглядеть пока ничего, кроме более светлого круга где-то высоко наверху, откуда с громким шумом непрерывно лился поток, не удавалось, но хотя бы получилось кое-как выкарабкаться по скользким камням на сушу, где меня и начало выворачивать. Рядом, судя по звукам, ликтор точно так же избавлялся от лишней недобровольно проглоченной влаги. Спустя некоторое время тело перестало скручивать, а перед глазами уже не мельтешили искры – они попривыкли к окружающему мраку. Похоже, нас затянуло течением в некий провал на дне реки, что вел в пещеру с подземным озером, куда и отправлялась часть воды. Нехорошо, потому как без вариантов выбраться обратно так же, как и вошли, но, однако, очень хорошо, что сразу за этой щелью в камне оказалось свободное пространство с воздухом, а ведь мог быть просто глухой тоннель не в один километр, по стенам которого нас бы размазало, или же просто не хватило бы сил организма доплыть без нового вдоха. И выкинуло бы тогда наши трупы на радость местным рыбам или прочим обитателям.

Кстати, об обитателях. Помимо плеска волн вскоре я стала различать еще звуки. Шелест, поскрипывание, как от шагов по каменному крошеву, что-то протяжное, вроде уханья или посвистов, какие издавали рисе. Вполне возможно это глюки из-за сквозняков, это от шума водопада или бульканье воды в моих ушах. Или…

– Крорр? – позвала я, и ликтор заворочался бесформенной кучей в нескольких метрах от меня.

– Я в порядке, – ответил он.

– Очень жаль! – вернулась к своей злости, одновременно чувствуя, что адреналин покидает тело, а с ним уходит и тепло. – Откуда ты вообще взялся и за каким хреном утащил меня?

– Я специально пошел за тобой, – пробормотал он, со стоном принимая сидячее положение. – Хотел спасти, если только виверн не убил тебя сразу после похищения.

– Спасти? Я что, выгляжу как кто-то, нуждающийся в спасении? – хотелось закричать на него, но спина и бок отозвались болью, напоминая о первом ударе о камень, а заодно и о том, благодаря кому выжила в последующем. И, в принципе, если посмотреть с точки зрения Бронзового, что видел меня предпоследний раз в лапах улетающего ящера, а последний – орущей на него, пытающегося заграбастать меня обратно под крыло… Ну да, с такого ракурса выглядело все не очень оптимистично для меня.

– Что за мелкое чудовище ты натравил на Мак-Грегора? – перешла я к более насущным вопросам. – Оно способно серьезно повредить ему?

– Такую же противоестественную тварь, как и он сам! И только не говори, что ты переживаешь о судьбе этого ядовитого гада! – вскинулся ликтор и тут же снова застонал. Так тебе, блин, и надо!

– Не смей его так называть! – мгновенно вскипела и вскочила. В голове поплыло, убавляя воинственности.

– Ядовитым гадом? Мерзкой тварью? – поднялся напротив меня Крорр, подчеркивая, что выше почти на голову. – А что в этом не правда?

– Да все! Уж не тем, кто сажает ни в чем не повинных людей в клетки, морит жаждой и голодом и пытает, кривить породистой рожей в сторону существ, чья вина лишь в том, что они такие, какими родились, и хотят нормально жить, не подвергаясь ежедневно угрозе быть убитыми за свое происхождение! – ткнула я в него пальцем.

– Вот, значит, как? – рявкнул крылатый. – Они, по-твоему, милые безобидные зверушки?

– Они, по-моему, живые разумные создания, имеющие право…

– Какие чертовы права у тварей?! – не дал мне закончить ликтор. – Ты на их стороне, Войт? Была с самого начала и морочила мне голову, лишая разума, или они тебя успели так обработать уже?

– Я, мать твою, всегда и везде была и буду на своей стороне! Живу своими мозгами и всем советую! А если тут кто и обработан, то это ты, ликтор!

– Заткнись, – сказал он, неожиданно понизив голос и схватившись на кобуру на своем бедре.

– О, ну да, давай теперь пристрели меня, вояка! – насмешливо выплюнула ему в лицо, на самом деле просчитывая варианты внезапно отпрыгнуть за ближайший валун.

– Я сказал – заткнись и отойди мне за спину, Войт! – прошипел Крорр, выхватывая свое оружие и направляя его куда-то за мое плечо.

Резко развернувшись, прищурилась и смогла рассмотреть несколько щуплых знакомых фигурок, бледными тенями замаячивших дальше по берегу подземного водоема, где темнел явно проход дальше в пещеру.

– Стой, стой! – накрыла я ликторский ствол ладонью. – Эти малыши совсем не враги! Они хорошие!

– Да ты из ума выжила, женщина! – Крорр постарался стряхнуть мою руку с оружия.

– Сам ты придурок зомбированный! – огрызнулась я, вставая так, чтобы перекрыть ему возможность для прямого выстрела. – Вы всех тут считаете злобными монстрами без разбору, а это не так! И я тебе сейчас докажу!

Ага, заодно и весточку попробую отправить наверх Киану.

– Стоять! – дернулся Крорр ко мне, но я уже припустила, спотыкаясь, по каменным обломкам к нашим визитерам.

Рисе заволновались и стали очень быстро отступать в темноту тоннеля.

– Эй, ребята, привет! – помахала я рукой, дружелюбно оскалившись. – Я друг!

– Войт, дура, стой же ты! – преследовал меня Бронзовый, но я и сама уже начала замедляться, понимая, что чем ближе подхожу, тем меньше у этих созданий знакомых черт «поющих сурикатов».

Эти скорее уж напоминали злобных хорьков с торчащими вперед жуткого вида зубами и землисто-серой кожей. И смотрели они на меня… как на ходячее мясо. Вот ведь зараза.

Крылатый схватил меня за плечо, отбрасывая назад как раз в тот момент, когда на нас, страшно ощерившись, кинулись сразу трое этих пещерных жутиков. Двоих снесло яркой голубоватой вспышкой, но третий таки достал меня, успев вцепиться в лодыжку. Превозмогая дикую боль, я сумела чудом сохранить остатки ясности мышления и поэтому не запрыгала и не упала, а перенесла вес на ногу, что терзал ублюдок, сбивая его сильным ударом второй в голову, как прилипший кусок дерьма.

– Назад! – приказал бывший командир, паля в тоннель, и теперь я и не подумала ослушаться, тем более после того, как вспышки его выстрелов осветили бесконечную шевелящуюся массу тварей, что перли на нас.

Вот только куда, сука, бежать отсюда?

– Обратно в воду! – рыкнул драконий воин и пихнул меня, посылая в полет, и тут же плюхнулся рядом. – Туда греби!

Он указал на еще один темный провал в стене, куда уходил поток воды, льющейся с поверхности. Плыть оказалось легко, течение на этот раз было нашим союзником, а не противником. Преследователи, попрыгав и поорав на берегу, тоже начали по одному сигать следом. Нехорошо! Нехорошо! Как только очутились под сводом прохода, напоминающего водопроводную трубу, Крорр забил по воде крыльями, разворачиваясь, и стал палить в потолок. После третьего выстрела громадные куски камня отделились от скального основания и упали вниз, устраивая преграду между нами и преследователями. Черт, надеюсь, что здесь есть и другой выход на поверхность и впереди нас не ждет еще большая армия этих кривозубых хорьков, иначе мы в полной заднице.

Глава 2

Не знал, что меня можно до такой степени шокировать и выбить из колеи дважды за одни сутки, но все когда-нибудь случается впервые. Свалившаяся мне на башку сумасшедшая букашка, источающая одновременно вибрации своего вида и чего-то абсолютно чуждого, сбивая этим с толку, первым же сокрушительным ударом вышибла из разума все страдашки по поводу истинности-ложности чувств между мной и Летти. А окончательно доделало эту титаническую работу понимание, что ублюдочный ликтор умыкнул мою женщину, пользуясь суматохой и моим сиюминутным отупением перед инстинктом, гласящим: «Самку ранить недопустимо!» А пахла агрессорша, размером с один мой глаз, в который она старательно пыталась ткнуть какой-то зубочисткой, именно как виверна… и в тоже время иначе. Но к хренам все это, когда соперник наложил свои грязные лапищи на мое! МОЕ!!! Никаких сомнений, колебаний, ковыряний в истоках и испытания подлинности того, что мощно всколыхнулось в душе. В теле близкой, как родная кожа, и жесткой, как сталь, красавицы теперь бьется мое сердце, и с каждым новым метром между нами мерзкий вор вытягивал его из меня вместе со всеми потрохами, разрывая нас с Летти. Разделяя то, что неделимо отныне.

Замотав головой, я стряхнул свирепую непонятную пиявку и рванулся с земли, боясь только одного – потерять Войт и ее покойника-похитителя из виду, но липкая мелкая гадость ухитрилась каким-то чудом снова оказаться на ногах и вцепиться в последний момент в мой хвост, нисколько не впечатлившись наличием там смертельно-ядовитого почти для всех шипа, и стала прямо в полете карабкаться по мне, как обезьяна по дереву, осыпая какими-то бессмысленными оскорблениями и колотя по ходу куда придется. Кувыркание и попытки сбить ее крыльями, ухватить зубами ни к чему не привели. Как только я вроде избавлялся от нее, она снова тут же появлялась на мне, но уже в другом месте, не представляю как. Но гори она огнем, мне не до этих фокусов!

Я уже протянул когти, готовый вцепиться в крыло поганого мутанта, собираясь оторвать его к хренам, как этот гад рухнул в ущелье, куда мне не протиснуться. Идиот, куда ты денешься от меня?! Скалы заканчиваются через несколько километров, а за каждую лишнюю секунду, что ты лапал мое, я с тебя по дополнительному куску оторву. Медленно!

Бум! – по моей многострадальной черепушке опять прилетел такой удар, что перед глазами на долю секунды потемнело. Да откуда в этой поганке такая силища?!

Зрение прояснилось, но вслед за этим из груди рванулся истошный рев. Где чертов крылатый и Летти? Их не было ни над водой, ни в неистово несущемся потоке! Заметавшись в воздухе, я рыскал глазами, выискивая хоть что-то, не ощущая больше продолжавших сыпаться градом ударов и ругательств, потому что в груди появилась и стремительно разрасталась огромная дыра. Не отдавая себе отчета в том, что рвется из моего горла, обернулся прямо в воздухе и рухнул в поток, вынырнул из ледяной воды и завертелся, судорожно ища мою потерю, борясь с неуклонно несущейся стремниной. Ничего! Но как?!

Орал как безумный, захлебывался, нырял, шарил по дну, бился всем телом о подводные камни, выныривал и снова звал, срывая голос. Но все тщетно! Река, с грохотом и шумом миновав ущелье, выплеснулась снова на равнинный участок, становясь опять почти спокойной и открытой гладью на несколько километров вперед. Сменил ипостась и полетел над самой поверхностью, с ужасом ожидая увидеть разбитое и поломанное стихией тело любимой… Любимой! Моей!

Нет ни ее, ни ликтора – гореть ему вечно! Назад, к ущелью, снова слабое человеческое тело, вплавь, глаза шарят по отвесным скалам в надежде. А вдруг зацепилась, выбралась, держится, это же моя Летти, она не может просто взять и утонуть. Нет, самой смерти эта невероятная женщина скажет: «Отсоси!» На крыло, обшарить весь берег, округу, нельзя исчезнуть бесследно!

Но время шло, паника росла, внутри полыхало и замерзало одновременно, а никаких следов Войт не находилось. Упав на камни, обратился в человека, но долго ревел обезумевшим зверем, пока не выдохся, проклиная все и всех, отказываясь признавать утрату.

– У тебя волосы не черные. Почему? – раздался звонкий голосок за спиной, и, мало что соображая и видя перед собой, медленно повернулся, чтобы воткнуться диким взглядом в ту, кто так же виноват, как и ненавистный противник.

Нельзя вредить самке? Да неужели?

– Удавлю! – зашипел и двинулся вперед.

Руки уже сомкнулись на тонкой шейке, собираясь сломать ее, подобно спичке, как вдруг в них остался только воздух! Пальцы еще ощущали тепло чужой кожи, образ гадкого куклячьего личика с широко распахнутыми, озадаченными, но отнюдь не испуганными глазищами не стерся с роговицы, но сама бешеная блоха стояла в паре метров от меня и бомбила хаотичными и совершенно бессмысленными вопросами.

– А раньше они были у тебя черными? А длинными? Обращаться очень больно? Летать не страшно? Я когда-то смогу так, как ты? – протарахтела она хрустальным голоском, а потом неожиданно поменялась в лице и практически зарычала: – Помнишь мою мать, сволочь?! Это твоя вина, что она умерла и у меня такой бардак в голове!

Мне было плевать на эту ересь. Все, что реально существовало сейчас, – жажда убийства и разрушения, и поэтому я бросился на нее снова. И снова. И опять. И все с тем же результатом – нулевым. Как бы стремительно ни атаковал, все равно она успевала перемещаться и не переставала болтать на два голоса и интонации, то любопытствуя о сотнях абсолютно не имеющих значения вещей, то говоря, как ненавидит меня или не меня, а всех самцов вивернов – предателей, бросивших ее мать и ее саму. Полнейшая чушь, потому как я не знаю других вивернов здесь, кроме себя и Харда, и у меня точно нет никаких детей, да и у наставника их быть не может – он предан своей семье, оставшейся в нашем мире. Все его помыслы и усилия направлены на возвращение, а не на поиски доступных развлечений, но даже если бы он каким-то образом и заделал кому-то ребенка – все мы бываем слабы – то не бросил бы! Это же поганей некуда!

Собственно, все эти мысли мелькали как-то фоном, на поверхности по-прежнему царили ярость и отчаяние, но после очередного неудачного броска что-то щелкнуло внутри, и я понял, что за каким-то чертом трачу время на бессмыслицу, пытаясь выплеснуть злость на конкретный объект, вместо того чтобы продолжать поиски моей Летти. Я не видел ее тело, живой или мертвой она тоже не покинула то проклятое ущелье. Выходит, не беситься на эту гадость приставучую нужно, а искать-искать-искать.

Сплюнув под ноги, развернулся и побежал обратно, чтобы пешком обследовать скалы, ощупывать каждый камень.

– Тебе что, трудно со мной поговорить? – и не подумала отставать странная малявка.

– Отвали!

– Хамло! А я вот, да будет тебе известно, посмотрела внимательней и поняла – ты не мой отец!

– Поздравляю тебя с этим открытием, но все равно отвали! – не обращая на нее внимания, я ложился на живот, заглядывал в расщелины и прислушивался, силясь расслышать слабый стон сквозь грохот воды.

– Но то, что ты не мой отец, вовсе не снимает с тебя обвинения в том, что ты поганый виверн, и наверняка где-то есть такая же, как моя мать, несчастная брошенная женщина, которую ты влюбил в себя, обрюхатил и смылся! – рявкнула она другим голосом.

– Идиотка полоумная! Единственная женщина, которую я хочу влюбить в себя, сделать ей когда-то ребенка и не бросать ни за что и никогда, пропала по вине твоей и гребаного вора-ликтора!

– Ой, точно, Крорр-то пропал! – изумленно пробормотала мелочь, как будто только что это заметила. – Но, между прочим, он сказал, что это ты первый украл у него девушку!

От вспышки гнева даже в глазах потемнело, и, развернувшись, я взревел ей в лицо:

– Летти моя! МОЯ!!!

Девчонка скривилась, чуть отклоняясь назад и глядя на меня как на чокнутого. На меня! И это тогда, когда с момента своего появления она вела себя как бешеная фурия и городская сумасшедшая поочередно.

– Ладно, как скажешь, – неожиданно согласилась она. – Тем более Крылатый меня, выходит, обманул.

Мне не было никакого дела до этого, и, забив на нее, вернулся к обшариванию каждого сантиметра камней и берега.

– Он обещал, что мы вместе станем искать моего отца и его… э-э-эм… то есть твою, ага, твою эту девушку и не перестанем, пока оба не получим чего хотим. А сам вон чего, – она горестно вздохнула, – похоже, все мужики, у которых в любой ипостаси есть крылья, – обманщики и предатели.

Так тебе и надо, бестолочь!

– Не обобщай! – огрызнулся я, хоть ни капельки не хотел с ней говорить, но, блин, она выглядела внезапно такой жалкой. – Не знаю, что там за мутная история с твоим родителем, но насчет ликтора ты сама виновата. Они никого, кто живет по эту сторону границы, не считают существом, достойным жизни. Мы для них, типа, богопротивные твари, а поэтому слово свое держать не нужно. Какие вообще с нами договоры?

Пару минут тишины, по всей видимости, ушли у нее на переваривание информации, а я успел спуститься к кромке воды по почти отвесной скале к тому месту, где видел Бронзового гада с Летти в руках последний раз. Ничего нового, лишь пенный белесый поток, бесследно сожравший мою женщину и ее похитителя.

– Ты же понимаешь, что их могло затащить под большой валун, и они там застряли? – опять прорвало прилипчивую незнакомку, просто появившуюся на уступе рядом.

– Спасибо, обнадежила! – лязгнул я в ее сторону зубами.

– Меня Ингина зовут!

– Как будто мне не начхать!

– Я тут, чтоб ты знал, пытаюсь извиниться! – ляпнула и засопела она. Нет, ну у нее еще и наглости обидеться хватает!

– О, да неужели? Говоря мне то, что тело моей девушки, возможно, сейчас застряло под каким-то камнем в этой проклятой реке? Да лучше бы ты попыталась никогда не попадаться на нашем пути!

– Я имела в виду совсем не это, глупый грубый виверн! В скалах бывают пещеры! Или там подземные русла, куда они могли попасть. Если тела не вынесло из ущелья и не выкинуло нигде на поверхность, то логично же предположить, что ликтор и твоя Летти провалились куда-то.

– Логично было подойти с вопросами, прежде чем бросаться драться! – указал ей я, ощутив импульс надежды. – Зараза, как же найти тогда вход в это русло или пещеру? Я шарил по дну и ничего такого не обнаружил.

– Ты слишком сильный и не подчиняешься полностью течению, – почесав висок, выдала… Ингина. – А все что нам нужно, это просто утонуть.

Я моргнул, недоумевая, где были мои мозги. Сгорели или были временно недоступны от паники и злости? Утонуть – так утонуть.

Глава 3

Темнотища после обрушения потолка наступила такая, что ее впору было резать ножом. Волнами, поднятыми упавшими камнями, меня швырнуло куда-то, и о том, где сейчас мой нежелательный спутник, оставалось только угадывать по плеску. На пару секунд я себе позволила запаниковать, представив все и сразу: и голодную медленную смерть в непроглядном мраке, после изматывающих поисков выхода, и новое нападение кровожадных мелких гаденышей, и даже в красках увидела нападение какой-нибудь пещерной акулы с вонючей пастью и зубами в шесть рядов. Ладно, последнее – полная хрень, такое здесь плавать просто не может, мелковато, но вот стая мерзко-бледных от отсутствия света пираний – легко!