Квантовая многомерность Атлантиды, или Мост через вечность

Открытие

Перед уроком хореографии Адзуми разговорилась со своей преподавательницей. Марука рассказала, что ночью ей приснился первый учитель Адзуми, который привил ей любовь к танцам. История прозвучала немного странно, ведь Марука его не знала лично. Впрочем, Адзуми особо не удивилась — многие ее современники умели «читать пространство». Выслушав Маруку, Адзуми улыбнулась, с теплотой вспомнив Айразура: «Мне кажется, он меня любил, хотя у нас не было отношений». Марука подтвердила: «Да, он сильно тебя любил». В сознании Адзуми стали всплывать воспоминания о красавчике Айразуре. В него были влюблены все ученицы, которых он обучал. Ну, или почти все… Адзуми точно не знала, но догадывалась, что со многими из них учитель налаживал более тесные, не связанные с хореографией, связи. Не педагогично? Адзуми никого не осуждала: сфера искусства — особая сфера, а сфера чувств — тем более…

Начался урок, а Адзуми продолжала вспоминать Айразура. Почему же она не была влюблена в него? Или ей это только казалось, что она не влюблена, ведь посещала же его уроки каждый день, зачастую превозмогая себя… Воспоминания отступили, Адзуми увлеклась уроком…

Однако, шлейф прошлого продолжал проявляться в настоящем. Перед следующим уроком Марука с Адзуми снова разговорились. Марука поделилась переживаниями по поводу предстоящей операции на глаза сыну. Сказала, что заказала в храме чтение особой молитвы, которая должна помочь благополучному исходу. Добавила: «Я однажды уже заказывала эту молитву для одной из принцесс. Когда, во время эпидемии, она лежала пластом без чувств и сознания. И помогло! На седьмой день чтения молитвы принцесса пришла в себя». И тут Адзуми вспомнила то, что казалось давно потерянным в необъятном океане памяти: а ведь она сама тоже спасла жизнь человеку, читая ради него подобную молитву и ходя в храм изо дня в день на протяжении месяца, проливая горькие слезы. И тем человеком был Айразур. Как она могла забыть?! Совсем вылетело из головы! Сейчас же, вспомнив, Адзуми подивилась: оказывается, у нее есть «семена» для идеального здоровья (думала иначе) и для успехов в танцах! Сколько лет она ходила к Айразуру, не в силах пропустить ни одного занятия, даже, бывало, в ущерб своих интересов, проявляя поразительную преданность учителю… И «семена» для выдающихся учителей имеются: она с детства выражала почитание учителям, усидчиво выполняя их задания и рекомендации, с глубочайшим уважением относясь к знаниям, которыми они располагали и владели мастерски. Вот это открытия! И почему раньше Адзуми не пришла к этим выводам?! Да, сейчас уж точно можно порадоваться: есть понимание целостной картины…

А как же быть с причиной тяжелого состояния Айразура, когда он находился при смерти? О, эту причину Адзуми «отработала» с лихвой, восприняв «болезнь» учителя, как личную трагедию вселенской величины. Сколько пролитых слез, сколько страха и молитв за здоровье Айразура! Острых переживаний хватило бы на десять жизней… Урок, который получила Адзуми, был воистину тяжким. Ох, уж эта причина!..

Адзуми «поссорилась» с Айразуром накануне его гастролей, которые должны были состояться на дальних землях. Учителю предстоял перелет вместе с его партнершей по танцам. Сейчас Адзуми и не вспомнит повода для своей обиды на Айразура. Но это точно не было ревностью… Кажется… А вышло так, что на крайнем перед полетом уроке Адзуми злилась на учителя, демонстративно с ним не разговаривая. И даже не кивнула на прощанье. Ах, если бы можно было все изменить, повернуть вспять!.. Во время полета, уже возвращаясь с гастролей, у Айразура случилась остановка сердца. Сделали экстренное приземление в неподходящих условиях. Благо, на территории, на которой совершили посадку, оказался жрец, располагающий соответствующими знаниями — он вдохнул жизнь в Айразура, но предупредил, что шансы на восстановление организма минимальны, отсчет, приближайющий Айразура к смерти, идет не по месяцам — по дням… Если не произойдет чудо. Чудо произошло. Подключилась Адзуми… Когда она узнала о произошедшем, слезы невольно полились градом из ее глаз. О, как она раскаивалась в своей обиде на Айразура! Да, как ее угораздило омрачить настроение дорогому учителю?! В голове, разумеется, мелькнула мысль о том, что, может быть, она тут вовсе ни при чем (партнерша, с которой Айразур ездил на гастроли, была сущей ведьмой — злобной, завистливой, ревнивой красавицей, беспощадно издевающейся над окружающими и способной любого довести до краха; безусловно, она догадывалась о чувствах Айразура, которые он питал по отношению к Адзуми), но Адзуми отмахнулась от этой беспечной мысли и взяла ответственность за случившееся целиком и полностью на себя: стала готовить все самое питательное, дорогое и вкусненькое для своего учителя и относить ему еду и деньги. А, главное, часами простаивала в храме перед ликами богов и святых. Да, она вымолила жизнь Айразуру. Параллельно Адзуми просила у богов указать учителю путь к успеху, понимая, что устремленность к вершине поможет ему быстрее встать на ноги и восстановиться. И эта молитва тоже была услышана богами — вскоре Айразур женился на Айрис — самой знаменитой на тот момент танцовщице, мастерством которой восхищались не только в Атлантиде, но и в ближних и дальних землях… Вскоре Айразур с супругой уехали на одну из дальних земель — там у Айрис были свои благоустроенные острова с каскадом дворцов и роскошью великолепных садов. Адзуми радовалась выздоровлению учителя и в то же время рыдала, оплакивая расставание с ним. Так жалко было терять любимые уроки танцев, дорогого преподавателя!.. Но, может, не только преподавателя, а и мужчину?.. Ответа нет.

Ой, а не собирается ли Адзуми аналогично поступить с Тельмом, категорично его отвергнув, игнорируя любовь?! Тоже нет ответа. Да, и что известно о чувствах принца?..

Ладно, пока ответа нет, можно порадоваться сделанным открытиям о наличии хороших «семян» для здоровья, танцев, лучших из лучших учителей. На секунду Адзуми усомнилась: а, может, это вовсе не открытия? И тут же отмахнулась от собственного возражения — конечно, это самые настоящие открытия духовного порядка. Раз, ее ум пришел к такому заключению, значит, для нее это верно.

Придя домой, открыла книгу кристаллов. СИАМ — открытие. Круг, от которого исходят волнистые линии со стрелками, напоминающие электрические заряды, упирающиеся в дугу по правую и левую стороны. Забавный! И искрящийся!

Стремление

Иногда, в минутки перерыва, Адзуми писала книги. Правда, она не знала, как их тиражировать и распространять, но желание делиться с миром знаниями, интересными историями, уникальной философией было неистребимым. Оно возникло в раннем детстве и неотступно следовало за ней всю жизнь. Пока Адзуми не представляла, каким образом ее сочинения «облетят» Атлантиду (другие авторы как-то находили способы продажи своих творений), но создавала литературные произведения в надежде, что они кому-нибудь когда-нибудь пригодятся. Раньше в Атлантиде издавалось много книг, но сейчас вкусовые предпочтения человечества изменились — людям полюбились всевозможные шоу. Развелось множество «говорящих голов», которые говорили, не задумываясь: «Делайте все, что хотите». Эти «головы» давали людям то, что они хотели услышать — и люди с радостью за это платили. Они этого и ждали — когда им разрешат вседозволенность… Дошло до того, что «говорящие головы» утверждали: «Кругом — фантомы, ходячие программы, люди выродились…». Адзуми усмехалась, когда слышала подобную чепуху: программы не болеют, у программ не дрожат руки… Сколько раз она видела, подходя к Тельму, как у него дрожат руки! Волновался? Из-за нее?..

Адзуми мечтала о неизбежности прогресса и верила, что вернутся старые добрые времена, когда жителей Атлантиды интересовала духовная пища. Уж как-то слишком увлеклись техногенными разработками и легкими заработками, основанными на сиюминутных потребностях и беззаботном настроении. Может, когда-нибудь людям захочется поэзии?..

Сколько же ее книг лежало в ящике стола? Пятнадцать?.. И ни одна пока не нашла себя в денежном выражении. Иногда сомнение, все же, подкрадывалось: а, может, напрасно она вкладывает свои силы, время в литературный труд? Отдачи-то нет! Но, несмотря на это, Адзуми продолжала творить, чувствовала — так должно. Вероятно, звезды ведут… Хотя… От своего учителя йоги услышала как-то: «Звезды управляют дураками, но мудрецы управляют звездами». Справедливость этого утверждения казалась ей убедительной. Она давно перестала отслеживать гороскопы, ощущая, что на нее они не действуют: сама определяет Путь. Или просто так хотелось верить, что сама?.. Другой духовный учитель говорит: «У вас нет выбора — вами управляют ваши «семена». Они приводят вас в плохое или хорошее место». И с этим тоже нельзя не согласиться: Адзуми на собственном примере убедилась, что одно ведет к соответствующему другому, и оно опять ведет к соответствующему другому. Если она, к примеру, оказалась на тренинге того или иного мастера, меняющего направление ее жизни к лучшему, то причина этого вовсе не в том, что она увидела анонс тренинга, а в том, что совершила что-то благое в прошлом. Или, к примеру, указав кому-то верное направление, можно не сомневаться в том, что жизнь подскажет верное направление тебе.

На первый взгляд, казалось бы, учителя противоречат друг другу (есть выбор — нет выбора), но, если подумать, никакого противоречия нет. Они оба правы…

Почему же она, все-таки, вопреки обстоятельствам и даже вопреки перспективе, стремится поймать редкие минутки отдыха, чтобы писать книги, с неуемной настойчивостью и неутолимой жаждой? И где, интересно, заблудилось вознаграждение?..

Решила полистать книгу кристаллов: какой из них подарит ответ, чем обусловлена ее самоотверженность?.. ДАНАС — звезда души?.. МОНА ОХА — доверие?.. АЙЛУНА — взаимосвязь?.. НАУ РУНА ХЭЙ — раскрытие?.. Увидев АЙЭРУНА — стремление, захотелось остановиться на нем. Стрела, пронзающая пространство, прерываемая треугольником и пересекающими ее волнистыми линиями…

Адзуми застыла в восхищении и почувствовала глубокое удовлетворение. Кристалл прав: главное — вовсе не вознаграждение, а само стремление. Это такое ценное качество, которое пронизывает пространство. Оно ведет к безграничности… Что может быть ценнее и важнее внутренней устремленности при отсутствии внешних стимулирующих факторов?..

Адзуми сию минуту осознала: нет никакой ошибки. Не напрасно она пишет книги, творит бескорыстно: пришла-то аватаром на Землю, будучи богиней (проявлением высшего аспекта Абсолюта), у нее априори есть все, она изобильна, поэтому любое ее действие — из любви. И она способна подтолкнуть других к подобному видению Земного Пути. И, да, книги будут реализованы — в свое время… Действительно, все не напрасно: засеваются «семена» — отпечатки в сознании: живопись, танцы, книги… Ни одной минуты зря, впустую. И, разумеется, она верит в талант своих учителей, поэтому не может не поверить в то, что у нее все получится!

Адзуми сделала вывод о безупречном разворачивании жизненных событий и улыбнулась: такое чувство, что прямо сейчас получила несметные богатства. С кем бы поделиться?..

Припомнилось, как Луксор спросил ее однажды: «Для чего творишь? Какой твой посыл?». Не задумываясь, ответила с улыбкой: «Обогатить мир, сделать его еще красивее и чище. Создавать шедевры». Луксор изумился: «Чтобы люди стали добрее?». Адзуми поправила формулировку: «Счастливее». Луксор удовлетворенно кивнул: «Ну, конечно! Счастливее…». Адзуми добавила: «И хочу содействовать эволюции планеты. Хочу помочь другим возвысить сознание. Намерение — творчеством поднимать вибрации человечества»…

Падение Атлантиды по формальным признакам шло полным ходом, но ощущения Адзуми говорили ей об обратном, и она просто перестала думать о прогнозируемой многими жрецами надвигающейся катастрофе… К тому же, ее учителя устремлены способствовать тому, чтобы жизнь людей стала более позитивной и интересной. Разве возможна катастрофа, когда существуют на свете такие энтузиасты? Да, еще есть люди, которые предельно внимательны к ближнему. Адзуми помнила, как в школе по ретроспективным разработкам ей вручали диплом об окончании обучения (шесть лет без выходных и праздников). Декан произнес: «Я думал, ты красный диплом получишь!». Но заведующий учебной частью поцеловал в то же время Адзуми в щечку — и это было дороже, чем красный диплом. И потом на каждый День рождения, из года в год, поздравлял ее в соцсетях. Незабываемо… Какая допустима катастрофа с такими-то людьми?!

Магия сотворения

Адзуми только что завершила работу над картиной. Это был натюрморт. Как всегда в подобном случае, осталась недовольна результатом. В принципе, конечно, все вышло неплохо, но не завораживающе. А хотелось творить так, как знаменитая художница Океана. Вот у той любой сюжет — божественной природы, дышащий магией возвышенных вибраций: скользящая по холсту одухотворенность, достоверность и точность деталей, пропорций, изумительная феерия цветовых сочетаний, динамика образов, изящество линий, уместные глубина и игривость, ощущение запредельного мастерства, запечатленного рукой гения. Что там говорить! — совершенство, одним словом…

Интересно, как Океане удаются такие невероятные работы? Говорит, что нигде не училась. Как такое возможно?.. Вот Адзуми — учится, прилагая непомерное старание, просиживая за мастер-классами по живописи все выходные. Преподавательница, у которой Адзуми покупает уроки онлайн, создает картину за полтора часа. У Адзуми уходит месяц на картину. Правда, она работает над ней только по выходным. Получается не месяц — шесть дней. И, все равно, результат далек от идеального… Конечно, элементарных навыков не хватает… знаний… опыта… Но откуда из ниоткуда Океана их берет?! Заслуги прошлых воплощений? Или гениальная художница берет образы из каких-то других, невидимых миров?.. Почему Адзуми не может сделать то же самое? Как ей подключиться к соответствующему каналу? Она уже начала придумывать что-то такое эдакое, но образы размытые. Как воплотить на холсте задуманное?..

Адзуми стала набрасывать первый слой новой картины по мастер-классу. Хотелось делать это расслабленно, но вместо ощущения любви к процессу, чувствовалось напряжение в теле. Излишняя усидчивость только мешает! Как перенастроиться и поймать другую волну?..

Закончив первый слой, Адзуми сверилась с оригиналом и сильно опечалилась: первый слой работы преподавательницы не сравнить с ее собственными смехотворными потугами. Гора, которую изобразила Адзуми, была похожа на башмак, причем, плоский. Всего не хватало: и естественных природных красок, и присущих горе неровностей, и теней, и перспективы, и объема, и так далее. Адзуми вздохнула: надо сделать еще попыток сто… И то вряд ли получится. Выяснилось, что еще и линии для дорожек среди лавандового поля она провела в результате не там, где нужно, — по краям холста, а центр терялся в непонятном, невыразительном месиве красок. Как-то не так идет процесс.

Требуется помощь. Адзуми полистала книгу кристаллов в надежде на чудо… ОЛГАНА — магия сотворения. Интуиция подсказала: то, что нужно!

Рассматривая кристалл, Адзуми подивилась его необычной, вмещающей многое, форме. Целых три кружочка: один большой и два поменьше. Полукруг в виде чаши. А в чаше — разнообразие линий. Похоже на цветочек… Что сие означает?..

Адзуми уяснила все, что ОЛГАНА транслировал. В следующий раз она возьмется за кисти с другим настроем…

ОЛГАНА поспособствовал осознанию, но с практической реализацией магии сотворения пришлось повременить. Картина была отложена до следующих выходных. Общение с кристаллом гармонизировало общее состояние, но Адзуми особо не верилось, что она сможет исправить этот несуразный башмак, который должен стать горой. Неудовлетворенность задержалась где-то в ее поле, несмотря на то, что Адзуми решительно переключилась на государственные дела.

Рабочая неделя пролетела стремительно. Вот уже и снова появилась возможность заняться живописью. Слегка боязно: а вдруг опять ничего толкового не получится?

Помня об ОЛГАНА, Адзуми начала с того, что поправила небо: добавила розовинки — ближе к горизонту, чуть выше — синевы, сделала более пуховыми облачка, кое-где «сгустила» их. Не стала анализировать то, что вышло. Приступила к важному — к горе (впрочем, значимым казалось все: Адзуми возилась и над незначительной деталью так, словно она была ключевой на картине). Где-то добавила индиго, где-то — фиолетового краплака, а где-то — неаполитанской розовой (как же ей повезло, что она случайно узнала о существовании этой изумительной краски!). Адзуми подивилась мазкам: что творит — самой не понятно; казалось, ее рука водила по холсту произвольно. Возникло ощущение, что склонность к анализаторству куда-то запропастилась. И отлично!.. Адзуми отодвинулась от холста, посмотрела на изображенное и застыла в изумлении: гора стала горой! Да, еще какой!!! Настоящей! И чуточку волшебной: разнообразие используемых красок наделило гору дополнительным интересом. Можно двигаться дальше.

Ели получились как бы сами собой. Как странно! На прошлой картине (она была крайней из тех, что до настоящего момента написала Адзуми) ели не получились совсем — стволы местами оказались голыми, а хвойные лапы — неряшливо косыми и точно не красивыми. Сейчас же — другое дело! Адзуми залюбовалась: пушистенькие, ровненькие ели радовали взор. Адзуми набросала их за пять минут, что тоже удивительно! Ах, наверняка, это действие ОЛГАНА! Адзуми попыталась отследить состояние, в котором сейчас пребывала. Трудно поддается определению. Если одним словом выразить, то это, пожалуй, расслабленность. Поразительно! Выходит, для создания шедевра вместо напряженного усилия надо расслабляться, «отключить» логическое мышление? А ведь именно таким образом Адзуми и создавала свои литературные творения — писала, не задумываясь! Парадоксально, казалось бы: излагает на бумаге мудрые мысли, при этом не размышляя! Но все именно так и происходило: как бы сами собой слагались фразы в красивое, глубокое содержание, обрамленное в изящную форму. Слова произвольно слетали на лист. Как интересно!.. А в танце тоже так можно или нет? — предстояло выяснить. Скорее, в балете нужен будет какой-то другой подход, ведь на уроках хореографии Адзуми как раз «отключала голову» и никак не могла сосредоточиться. Надо было запоминать танцевальные комбинации, а Адзуми «витала в облаках» во время постановки задач педагогами. А потом, когда надо было реализовывать заданное ими, подглядывала за тем, что делают другие, копируя их движения. В итоге никак не могла превратиться в лебедя, оставаясь гадким утенком. Наверняка, какое-то решение ситуации есть. Но какое?..

Озарение и доверие

Адзуми всегда казалась немного странной мысль, которую высказывали некоторые из жрецов, о том, что все в этом мире — благо, нет ничего, что не от Бога. Адзуми же рассуждала так: то, что чисто, достославно, конструктивно, гармонично — то божественной природы, а то, что несет разрушение, боль, разлад — искажения, порожденные заблуждениями человеческого разума. В то же время отмечала в своей судьбе наличие парадоксов: события, которые считала самыми плохими и невыносимыми, привели ее к наивысшей благодати; люди, причинившие наибольшую боль, способствовали ее значимому прогрессу. Действительно, выходило, что нет никакого зла… И, все же, Адзуми никак не могла согласиться с негативными аспектами жизни. Ну, точно же, они — отклонение от природы божественного!.. Как, например, примириться с тем, что преподавательница танцев явно отдает предпочтение другим ученицам, демонстрируя своим поведением нарушение принципа равенства, равностного отношения ко всем?.. Или как равнодушно наблюдать за смертью и болезнями окружающих?.. Как не реагировать, когда на работе загружают сверх меры?.. Как не тосковать, когда хочешь одно, а получаешь другое?.. Результаты по факту далеки от запланированных — и это надо рассматривать в позитивном ключе?! Подобных вопросов множество. Логическим путем, возможно, не так трудно сделать заключение «все есть благо», но чувства-то говорят об обратном!..