На меньшее не согласен

"Смешно с всемирной тупостью бороться -

Свобода потеряла первородство.

Ее нет ни здесь ни там…

Куда же плыть?

Не знаю капитан…"

Рок-опера "Юнона и Авось".

На меньшее не согласен.

Предисловие

Давным давно, в результате разлома земной коры в океане, который потом назовут Тихий, возникли клочки первобытной суши – острова, растянувшиеся гирляндой от современной Камчатки до нынешнегоХоккайдо. Эти острова продолжают свое формирование и сейчас. Такое запоздалое, с нашей точки зрения, формирование сопровождается извержениями, землетрясениями и цунами. Но, несмотря на это, природа и жизнь, укрепившиеся на островах и в море вокруг них не прекращают украшать эти края и являют собой сосредоточие великих природных богатств.

Как драгоценная жемчужная нить Курильская гряда манит к себе племена людей, привыкших использовать богатства природы себе на благо. Словно цунами накатывают волны наций на острова, смывая предыдущие культурные слои. Коренные жители островов – миролюбивые добродушный айны – давно уже стерты с лица Курил и исчезли как народ. Им первым не повезло оказаться в точке пересечения интересов нескольких мощных держав.

Как магма в кратере не засыпающего вулкана кипят страсти вокруг островов, на которых вершатся многие судьбы. И благодаря определенным национальным чертам держав, спорящим за острова, страсти не утихают и конца им не видно. Но если посмотреть не на державы, а на конкретных людей, живущих на островах, то можно увидеть, что среди них есть те, кто на всю жизнь связал свою судьбу с этими непростыми, но притягательными местами. Кто-то из них стремился уехать, но возвращался, так и не сумевши отвыкнуть от социального и природного климата островов или не сумев привыкнуть к жизни по законам материковых джунглей. Кто-то осознанно не уезжает, попав под действие чар островов, где человек оказывается максимально близко к энергиям Земли и стихий. А кто-то и не имеет возможности уехать, не понимая удачи посланной свыше оказаться там, где не видно шумной и бесполезной суеты мегаполисов, проживая свою жизнь глубоко и близко к природе и богу. И лучше им пережить очередное океаническое цунами, чем политический катаклизм, приходящий постепенно, но как всегда неожиданно, меняя или разрушая судьбу. И каждому из них скорей всего не захочется, чтобы произошла такая или подобная история, когда придет очередная волна нового культурного цунами, сгоняя людей с насиженных мест и сея в их душах гневные чувства, а в разумах раздор.

Все совпадения с реальными лицами и событиями случайны.

Из Москвы на самую окраину

Александр любовался закатом. Вечернее солнце прочертило по ровной глади океана оранжевую дорожку до соседнего Кунашира. Вулкан Тятя, снявший жарким летом снежную шапку, отчетливо выделялся на фоне красного зарева.

Он наслаждался природной картиной. В такие минуты забываешь обо всем кроме ощущения, что все это и ты сам созданы кем-то великим в совершенстве для гармонии, и каждая мелочь, даже дуновение легкого бриза, имеет великий смысл. Александр давно заметил положительный психотерапевтический эффект от таких встреч с природой и раньше, еще до этих событий регулярно выезжал в одиночестве на берег или на сопки любоваться красотами, впитывая в себя красоту, словно предчувствуя, что кто-то попытается ее отнять.

Возможно, это был последний закат в его жизни. Это уже неважно. Он знал, что хотя бы даже ради этой красоты стоило продолжить задуманное. Он вдохнул полной грудью теплый, но уже с осенними прохладными нотками морской воздух и повернулся к Вадиму.

– Скоро, наверное, наш выход. Как считаешь?

Вадим, который возился на брезенте с аппаратом ночного видения, поднял голову.

– Еще Михалыч не сыграл свою партию.

– Ну начнет играть, а мы ему подыграем, а то одному ему будет сложновато удерживать напор. Надо будет рассеять внимание атакующих.

– Посмотрим, рискнут ли они ночью заходить. Мне кажется, что уже до нашего правительства дошло и скорее наших силовиков пришлют, ну или для начала просто делегацию для переговоров.

– Хм, делегацию. А мне плевать на любую делегацию! – Александр стукнул кулаком по броне стоящего рядом танка, – будь то японцы или русские! Слышишь меня?

– Сашь, ты бывает такое лицо делаешь, что я тебя бояться начинаю. К тому же ты знаешь, что я с тобой до конца. Каков бы он ни был.

Александр охладил пыл.

– Дааа, ты молодец, Вадим. На тебя всегда можно было положиться. Спасибо тебе.

Он минуту помолчал.

– Ладно, давай пока перекусим. Потом свяжемся с Михалычем.

– Давай! Мне как раз что-то захотелось копчененькой жирной сайры.

– Пива то нет.

– Да я ее и без пива обожаю. Она для меня как лекарство. Технологи наши подсадили. Рассказывали о массе полезных свойств сайры. Теперь сам верю.

Александр улыбнулся и достал из танка коробку с едой, вытащил из нее пару копченных сайр, затвердевшего хлеба, минералки и положил все это на брезентуху. Вадим принялся готовить чай на японской газовой плитке.

– Опять зеленый? – спросил Александр.

– Черного хочешь?

– Да ладно, давай зеленый. Приучил меня уже. Тоже, небось, куча полезных свойств?

– Конечно. Об этом я могу лекцию не хуже технологов прочитать.

Они, молча, ели, любуясь закатом. Александр украдкой посматривал на Вадима. Внешне не сильно выдающийся, среднестатистической внешности, но голова. И дух внутри сильный, скрытый под внешностью середнячка, не заметный сразу. Но сколько помнил Александр дела Вадима, тот всегда добивался своей цели. Если решил что-то сделать, то уже не повернуть его, не сломить. Не мытьем, так катаньем добьется своего. Совмещая все это с разумным и порой научным подходом. Доверяя ему крупные технические проекты, Александр был спокоен – доведет до конца.

Надо по возможности прикрыть парня. Ведь он, по сути, настоящий герой. Это таким как им – Михалычам отступать некуда, а Вадим мог спокойно уехать вместе со всеми, но он остался. Вероятно, он тоже нашел здесь частичку своей души. Как нашел в свое время он сам, хоть и не быстро, но незаметно так и прирос к этому острову.

А ведь когда-то в молодости, поступая в училище КГБ, он и не подозревал о такой судьбе и грезил романтикой оперативника. Хотел посвятить свою жизнь слежке, опасностям, лишениям во имя безопасности государства. И только во время путча в Москве, лежа на крыше здания управления с пулеметом и готовый, согласно приказа, стрелять в любого, посмевшего атаковать здание, он почувствовал, что изменения в его жизни неизбежны, так же как и в жизни любого попавшего в эпоху перемен. И они начались сразу после подавления путча и прихода новой власти. Пришли свобода, демократия и новые возможности, но старая налаженная система стремительно разваливалась на куски. К тому времени он уже женился на Светлане, и у них родилась дочурка Оксана, которой тогда исполнилось два года. Вдвоем с женой выходцы из Подмосковья они не имели в Москве собственного жилья, а с развалом системы перспективы получения по службе стали весьма призрачными. Плата за съемную квартиру съедала значительную часть семейного бюджета, и денег хватало буквально только на еду.

Все чаще он видел грусть в глазах жены и нередко между ними возникали ссоры на почве нехватки денег. На службе тоже не было стабильности. В аппарате шли изменения, и пока непонятно было какие последствия они за собой повлекут. Оперативники были вовлечены в неясную и грязную политическую игру с экономическим уклоном. Руководители позволяли иногда «косить шары», направляя на участие в крышевании бизнеса или разборках, очень частых в лихие 90-е. Так и жили они тогда – «от шары к шаре». Не нравилось это Александру. Не о том он мечтал в молодости. К тому же постоянно поступали слухи об устранении матерых и опытных коллег. Терпение Александра лопнуло, когда под удар попала семья их хороших друзей. Жена друга со слезами рассказывала, как она проснулась ночью и увидела рядом с кроватью силуэт с пистолетом. Раздался хлопок, и мужа не стало. Много было темных пятен в этой истории и руководство не спешило давать в разработку информацию по ней. Распрощавшись с последними остатками детской романтики, Александр решил посмотреть по сторонам и попытаться улучшить свое экономическое положение. В то время частный бизнес правдами или неправдами начал подниматься, и в Москве появилось достаточно много людей, не скрывавших своего высокого экономического статуса и которые своим существованием доказывали, что если захотеть, то можно неплохо преуспеть. Стартового капитала у Александра не было, чтобы начать свой бизнес. Некоторые его из коллег не стеснялись зарабатывать его преступным путем, но он из-за воспитания не мог себе этого позволить. Не мог переломить этот мешаюший подлой, но сладкой жизни стержень внутри себя, да интуиция ему подсказывала, что не всем принесет счастье такой капитал. Через годы он понял, чтобы был прав, так как пережил многих таких бывших коллег. А вот устроиться на работу в успешную компанию ему было вполне по силам.

Александр решился поговорить с одним из своих «клиентов» – директором растущей торговой компании, которому он помогал в разборках с наездами одной районной бандитской группировки. Все закончилось для бизнесмена благополучно. Крыша КГБ всегда отличалась авторитетом и была по карману не всем. Судя по настроению и окружению «клиента», бизнес процветал, и он согласился принять Александра у себя, в своем шикарном рабочем кабинете с кожаным креслом, длинным столом из красного дерева, портретом Ельцина и картой СССР. Эту встречу он запомнил хорошо.

Директор Андрей Михайлович Быков полный, но очень энергичный человек усадил Александра за стол в центре кабинета, а сам взял резюме Александра, встал и начал быстро перемещаться по комнате. Говорил он тоже быстро, сопровождая речь быстрыми движениями рук.

– Так, Кузнецов Александр, вы, значит, ищете новую работу? Знаете, я люблю принимать решения сразу. Мне важно понять, что вы за человек. Расскажите мне о себе. Что вас заинтересовало в нашей компании? Что вы ждете от работы у нас? Что вы можете сделать?

Александр начал рассказывать, но Быков перебил его.

– Почему вы так медленно говорите? Работаете вы также медленно? Если хотите чего-то добиться, нужно делать все быстро!

Александр чуть не вскипел, но сдержался и заговорил быстрее. Он рассказал про семью, про нехватку средств, про желание достойно зарабатывать. Директор, молча, слушал и смотрел на него, не отводя своего буравящего энергичного взгляда, как будто ожидая от него какого-то откровения, чего-то, что перевернет его жизнь или хотя бы направит ее в новое русло. Александр в силу профессиональной привычки не был расположен к откровениям в отношении себя, но Быков словно завладел его эмоциями и заставил его выложить про себя больше, чем он сделал бы это в другой ситуации.

– Понимаете, настал у меня момент переоценки ценностей что ли. Все вокруг меняется, и мечты. Надо меняться самому и менять свое окружение, которое оказалось совсем не таким, каким представлялось раньше. Вот я и ищу новые возможности, новую жизнь, где я смогу себя реализовать по-новому.

Пока Кузнецов говорил, Быков сел в свое кресло, молча слушая, и когда Александр закончил, он посмотрел на часы и сказал: "Мне надо ехать на встречу. Возьму вас на испытательный срок. Посмотрю, как себя проявите."

На этом собеседование было закончено и через несколько дней Александр начал совсем новую, непривычную для него жизнь. Он вступил в должность торгового представителя, и теперь ему предстояло объезжать торговые точки и заключать с ними договора на поставку сигарет, которыми оптом торговала его компания. Полгода у него ушло на выяснение технологий продаж и нюансов, и вскоре продажи и дела пошли в гору. Еще оперативником он изучил весь город и имел представление о местах с самой большой людской проходимостью. Именно в таких местах он искал торговые точки и выходил на их владельцев. Безусловно, навыки полученные на старой работе ему пригодились, но еще он поймал волну удачи, потому что начал продавать сигареты в то время, когда рынок буквально требовал этот товар и только начинал наполняться им. Через год работы в компании он на радость себе и семье купил подержанную Ауди, и работа пошла вдвое быстрее.

Через пару лет успешной работы Быков вызвал его к себе.

Все такой же энергичный и жесткий он сказал.

– Мне нравится ваше рвение, с которым вы делаете успехи. Я решил вам предложить должность начальника отдела продаж.

Эта новость была сюрпризом, он был слегка ошарашен решением Быкова и не представлял, что ответить. Тогда он еще не знал, что это далеко не последний сюрприз такого рода.

Директор дал ему день на раздумье и Александр, примерив на себя в голове новую должность, согласился.

На новой должности ему пришлось учиться многому новому, так как развивающийся бизнес, постоянно требовал новых знаний и умений. Теперь на новом уровне он познакомился с новыми людьми. В том числе и совладельцами компании братьями Быковыми – такими же полными и энергичными. Младший Владислав с рокерским хвостом на голове был интеллектуалом и немного романтичной натурой. Он обучил Александра методикам сбора и учета информации о клиентах и продажах. Старший Дмитрий был человеком простым и решал разные хозяйственные дела. Главным среди этой тройки был конечно Андрей. Быстрый и жесткий он требовал подчинения и быстрой работы для быстрого получения результата. Такая политика в те времена привела к тому, что компания достаточно быстро закрепилась на рынке Москвы и продолжала расти.

Почти три года Александр со своей командой успешно осваивал сигаретный рынок Москвы и Подмосковья. Платили ему неплохо, и он с семьей переехал в свою трехкомнатную квартиру на юге Москвы. Компания тем временем обросла другими бизнесами, превратились в холдинг. В состав учредителей вошли важные лица, вхожие в правительственные круги России. После такого интенсивного развития новое предложение Быкова было вполне закономерно.

Как-то утром в понедельник он пригласил Александра к себе. Когда Кузнецов зашел, Быков попросил секретаря не беспокоить его полчаса. Саша насторожился, полчаса для Быкова в рабочий день – значимое время, а значит, разговор предстоял серьезный.

– Значит, Саша, ты хорошо трудишься, успехи твои значимые для нашего развития. Я вижу в тебе стержень и в то же время высокую приспособляемость, – начал директор, подтвердив настороженность Кузнецова – а человек, который готов выстоять в трудных и незнакомых условиях нужен мне на новом месте.

Быков выдержал паузу, всматриваясь в лицо Александра, который ничем не выразил своего удивления. Директор откинулся на спинку своего нового шикарного кресла, что было на него совсем не похоже и продолжил:

– Далеко на востоке России. Можно сказать на самом ее краю есть Курильские острова. Слышал о них?

Александр кивнул.

– Представляешь где они находятся?

Александр отлично знал всю Москву и Подмосковье, но слабо владел географией в масштабах страны, поэтому покрутил кистью руки, мол, постольку-поскольку.

Быков, встал, подошел к карте России и показал на ряд островов справа от России, располагающихся грядой от Камчатки до Японии. Александр прикинул расстояние. Тысяч шесть-семь километров от Москвы, не меньше. К чему это Быков клонит? Вероятно, он все-таки как-то проявил свое удивление, потому что Быков улыбнулся.

– Вот эта маленькая, почти незаметная точка называется остров Шикотан. Ты не на каждой карте найдешь его название, настолько он мал. Но зато мимо этого острова каждый год осенью проходят огромные косяки сайры, да и лосося тоже.

Быков прервался, заварил себе зеленого чая, сел в кресло и продолжил:

– Нам удалось приобрести на этом острове рыбоперерабатывающий завод. Это завод, кстати, градообразующий, пережил тяжелые времена. В девяносто четвертом на острове произошло сильное землетрясение и много объектов разрушилось. Но производство, несмотря на огромные трудности, продолжало работать, пока его не приватизировали местные ушлые бывшие коммунисты. Ну а далее как обычно: акционирование, конкурсный управляющий, процедура банкротства, полный развал. Вот в таком состоянии нам продал акции основной акционер, а сам урулил за границу от своих грехов подальше. Теперь нам предстоит все это восстанавливать и развивать. Дело очень важное! К тому же здесь есть государственный интерес. Остров находится на границе. На эти острова претендуют японцы. Поэтому этот рубеж нам надо развивать и удерживать. Возможно, нам помогут наши знакомые из правительства.

Быков редко говорил такие длинные речи, и Александр понял, к чему он его готовит.

– Ты, наверное, уже понимаешь суть моего предложения?

Александр кивнул.

– Мне нужен человек, который будет управлять этим заводом. Расстояние до острова огромно, порой по несколько дней не бывает связи, поэтому нужен надежный проверенный человек с определенным характером, чтобы выдержать трудности и к тому же не нуждающийся в няньке и постоянных пендалях. Ты обладаешь этими качествами и у меня есть чувство, что ты справишься. Понимаю, что решение надо обдумать, поэтому даю тебе целых три дня.

Александр в душе грустно улыбнулся. Три дня, которые перевернут его жизнь. Зазвонила "лопата" – новомодный огромный мобильный телефон и Быков снова превратился в вихрь.

– Взвесь все хорошенько, посоветуйся с семьей. Жду от тебя ответа в двенадцать в пятницу.

Саша вышел от Быкова немного потерянный. Предложение было хоть и неожиданное, но подкупало своей новизной. Сорваться и уехать за тысячи километров в совершенно новую и незнакомую обстановку поднимать новое дело было и опасно и интересно. Дух приключений, давно заснувший, вдруг заговорил внутри него и заслонил сомнения. Однако принять предложение означало разрушить стабильность, планы, которых они со Светланой настроили немало.

Этот день и следующий он провел в раздумьях, тщательно взвешивая все за и против. Он хотел принять продуманное решение и уже не менять его. В итоге стремление к приключениям, желание посмотреть мир и возможность испытать себя в новом деле взяли верх, и он решил согласиться. В конце концов, в Москве его ждало тоже, что и всех остальных: сытая успешная жизнь, коробки домов, вечный цикл «работа – дом», ну иногда развлечения и выезд на курорты. Но на курорты он может и оттуда ездить, не в прошлом веке же живем.

Дома состоялся непростой разговор. Светлана, вопреки его ожиданиям, сначала категорически отказалась менять свою стабильную жизнь на новую авантюру. Но Александр решил показать, кто все решает в семье и не отступал. Они разругались. Ему совсем не хотелось делать выбор между семейным счастьем и новыми возможностями. Он считал, что это вполне совместимые друг с другом вещи. И тогда он пребывал в абсолютно твердой позиции, что любящая жена всегда должна идти за своим мужем, хоть на край света.

– Пойми, – говорил он, – это же я ради нас. Мы так сможем быстрее заработать на новую квартиру, большую как ты хочешь. В центре Москвы. И у меня будет возможность сделать хорошую карьеру.

– А если этот завод невозможно поднять? Вдруг там все так запущено?

– Я справлюсь. Каким бы запущенным он ни был, и выведу его на новый уровень. И на меньшее не согласен!

Он стукнул кулаком по столу.

Поняв, что его не переубедить, Светлана пошла на встречу и им удалось договориться. Они решили, что Саша поедет туда один, посмотрит, изучит обстановку и потом примет решение остаться и перевезти семью или перевестись или уволиться и вернуться обратно. Третий вариант они не обсуждали, но именно он потом и случился. Быков был очень рад согласию Александра и не скрывал этого. Босс верил в него и это вселяло в Кузнецова уверенность, хоть он и не питал сомнений насчет того, что директор жестко спросит за результат.

Он передал дела новому начальнику отдела и через две недели после согласия, он, Быков и его новый помощник Дмитрий Седин стояли с чемоданами в аэропорту Шереметьево в ожидании рейса на Владивосток. Светлана и Оксана при расставании пустили слезу. Сам Саша держался, хоть это было и тяжело, ведь он ни разу еще надолго не расставался со своими любимыми.

Владивосток был непривычным для него морским городом, в котором куда не пойдешь всегда в гору и всегда против ветра. Этот город был наполнен непривычной морской свежестью, красивыми девушками с красивыми ногами и японскими автомобилями с безбашенными водителями и. Во Владивостоке они несколько дней, используя связи директора, решали вопросы по загрузке необходимых материалов на судно, идущее на Курилы. Столкнувшись с проблемами, которые возникают при закупе и доставке материалов совершенно разного вида, Быков принял решение открыть во Владивостоке филиал и отдал в московский офис указание прислать команду.

Затем они вылетели в Южно-Сахалинск, небольшой аккуратный город с очень ровными перпендикулярными улицами и с большим количеством российских корейцев. Там уже шла работа по открытию филиала. Быков решил создать развитую филиальную сеть на Дальнем Востоке, которая должна была заниматься снабжением завода и поставками рыбопродукции на запад России. В перспективе это оправдалось ростом прибыли с продаж рыбопродукции.

Южнее Южно-Сахалинска находится портовый городок Корсаков, в порту которого они сели на единственное пассажирское судно, осуществляющее рейсы на Южные Курилы. Судно, как и все пассажирские суда этого типа, носило имя известного литератора: "Марина Цветаева". Из-за нечастых рейсов оно было переполнено, но Быков опять подключил свои связи, и им досталась каюта люкс с двумя диванами, двумя кроватями, душем и туалетом. На Цветаевой Александр и познакомился с Юрием Михайловичем Коваленко, капитаном второго ранга…

…Он вспомнил про Коваленко и очнулся от воспоминаний. Надо с ним связаться. Он достал рацию.

– Михалыч, прием.

– Да, Михалыч, – через пару секунд ответил Коваленко.

– Что делаешь?

– Чай с Иванычем пью. А вы?

– Мы тоже пьем. Как там Иваныч?

– Нормально, даже не задело. Хочет, пока все тихо сбегать за пулеметом.

– Ну пусть сам смотрит, напрасно не рискует. Свою задачу выполнил на пять. Теперь наша очередь.

– Да, будем ждать. Давай, как какое-нибудь движение начнется, свяжемся, обсудим.

– Договорились. Конец связи.

Александр посмотрел на Вадима, тот внимательно смотрел на бухту.

– Что там видно?

– Да ничего, просто любуюсь видом. Осенью бухту всегда хорошо видно. Не то, что весной, одни туманы.

Даа, туманы. Первый раз Саша приехал на остров весной. Это было утром, стоял густой плотный туман. Все три дня рейса с Корсакова пролетели в пьяном веселье с Коваленко и Сединым. Быков пил мало, больше пропадал в каюте капитана или в баре, найдя себе в собеседники одинокую приятную даму. А они в каюте втроем, раскупорив бутылку дорогого коньяка, боролись с морской болезнью. Коваленко оказался приятным веселым хохмачем. Да и внешне, с полным украинским лицом, украшенным роскошными усами, не очень высокий, с генеральским животом, он создавал приятное впечатление и с первых секунд общения располагал к себе. За столом он постоянно шутил и травил морские и военные байки, вероятно, приукрашивая их новыми подробностями. Димка Седин, чем-то даже похожий на Коваленко, только выше и живот еще не такой крупный, не отставал от него. В общем, в дороге было весело и они в предчувствии нелегких трудовых будней, хорошо расслабились. Хорошо, что Быков позволил. Потом на острове он не давал им спуску, перемещаясь как непредсказуемый торнадо по всем объектам завода.

Погода была почти безоблачная всю дорогу, и Александру понравилось выходить на палубу и смотреть на океан, простиравшийся вокруг до самого горизонта. Это были новые и непривычные для него переживания. Ощущения от свежести и красоты волнующейся поверхности океана ему не с чем было сравнить. Иногда на небольшом расстоянии от судна появлялись блестящие спины дельфинов, которые порой весело выпрыгивали из воды, как бы приглашая всех порезвиться. Дамы и дети, гулявшие по палубе, весело кричали и махали дельфинам рукой.

В утро прибытия на остров Саша вышел на палубу вдохнуть свежего морского воздуха. Пароход сбавил ход и вот он заметил в тумане темное пятно, затем он стало более отчетливое и из тумана выплыл высокий скалистый берег. Александр прошел ближе к носу и увидел между двух высоких мысов узкий вход в бухту. Цветаева медленно входила в скалистые ворота, созданные природой, и остров постепенно, по частям открывался из тумана. Вот вверху справа показались деревянные створы, по которым суда попадают в фарватер, затем бетонный маяк, какое-то деревянное строение.