Волк со шпагой

Глава 1. Покушение

Дверь гулко бухнула, как будто ее от души приложили пинком, и по лестнице кто-то скатился, гремя костями и железом.

– Что там опять, – пробурчал император, сделав попытку приподняться в кресле. Но сразу передумал. Не все ли равно? Шум во дворе еще не повод тревожить больную поясницу. И вообще… пошли все к черту!

Между тем, драка, похоже, не прекратилась. В караульном помещении что-то гремело и рушилось… Перепились там, что ли?

А вот и второй раунд – по лестнице опять с треском покатилось что-то кувыркающееся.

Регнор IV приподнял слабую руку и приоткрыл занавеску. О! Да тут становится весело!

Высокий парень в черном плаще дрался с двумя противниками, которые весьма ловко управлялись со шпагами. Но парня это не смущало. Проигрывая в технике боя, он вертелся, как бес, щедро раздавая пинки и зуботычины. И, кажется, даже побеждал! Во всяком случае, император отчетливо видел, как от очередного удара в челюсть изо рта нападавшего брызнули зубы.

Однако.

К тому времени, как из караулки выломилась, наконец, подмога, незнакомец (кстати, откуда здесь взялся незнакомец?) уже вполне управился со своей работой и, наклонившись, подбирал трофейные шпаги.

– Стоять! Оружие на землю! – заорал караульный начальник, не рискуя особо приближаться к победителю и стараясь держаться в кучке ощетинившихся клинками воинов.

Идиоты!

Император, презрев боль в пояснице, поднялся-таки с кресла и распахнул окно.

– Этого ко мне, – повелел он, указав для верности пальцем. А то вечно все перепутают. И так-то охраны мало, так еще один другого дурнее, как на подбор.

Неразборчиво ворча, пожилой правитель распутал теплую шаль, которой укутывал ноющую спину, и перебрался в кресло, установленное посередине комнаты. Жалкое подобие трона, но все-таки…

Так, что там у нас?

Дверь распахнулась, в покои ввалилась целая толпа. Впереди парень, которого начальник охраны тычком в шею (как достал только!) заставил опуститься на колени. За этой парочкой полный состав караула со шпагами наголо. Все приперлись. Интересно, на постах хоть кто-то еще стоит?

– Двое остались, остальные – вон, – распорядился император, со сдержанным любопытством рассматривая незнакомца.

По виду – деревенщина. Одет плохо, на штанах видна штопка, причем сделанная явно не женской рукой. Сапоги старые, со сбитыми каблуками… Похоже, верхом ему приходится ездить не часто. В общем, нищета. Явно не из благородных.

Но сам хорош! Рослый, плечи широченные, морда лица свежая. Голову держит склоненной, но глаза наглые, так и посверкивают. Интересный типаж.

– Кто таков?

– Волк из деревни Мшистое Болото.

Ух, какая прелесть… Император вскинул брови. Давненько у него не было визитеров из этакой глухомани.

– Что за драку ты устроил?

Деревенщина переступил на коленях, явно попытавшись подняться, но начальник караула пресек, от души вломив по плечу шпагой.

– Позвольте, Ваше Величество, этот тип, – караульный воспользовался тем, что незнакомец зашипел от боли, и решил доложить сам, – явился утром и сообщил, что хочет вступить в наш отряд.

Следом явились еще двое, и этот, – докладчик ткнул пальцем, – тут же с ними сцепился. В драке разломали стол дежурного, раскидали лавки… Устроили в караулке полный погром! Потом он скинул их с лестницы и добил во дворе. Дикарь, Ваше Величество. Абсолютно безбашенный.

– Угу. А сам он что говорит?

– Да когда ж ему говорить-то было?

– Ну да, ну да… – император с любопытством разглядывал нежданного визитера. Давненько уже в здешнем сонном захолустье не случалось столь шумных событий. – Так чего ты хочешь, Волк из Мшистого Болота?

Деревеншина покосился через плечо, чтобы не словить второй удар по организму, и гибким, этаким стелющимся движением поднялся на ноги. Караульный, вцепившийся в его плащ, даже проехался слегка по полу. Пытался остановить. Мда… Парень был здоров, как лошадь.

А вот плащишка не выдержал – в руках охранника остался изрядный кусок дрянной материи.

– Р-р-р, – сказал волчара, приподняв губу над клыками. Утрата части верхней одежды его явно расстроила. Весьма агрессивно расстроила…

– Итак, – поторопил император.

Пришелец перевел взгляд на него. Дернул подбородком. Дерзкий.

– Хочу устроиться на службу. К вам в охрану.

– Вот как.

Это становилось забавным. Обычно выходцы из нищего дворянства начинают искать места лет в пятнадцать-восемнадцать. Этому было где-то под двадцать пять. Этакая орясина уже вымахала и всё без службы?

– Рекомендаций, как я понимаю, нет.

– Нет, Ваше Величество, – спокойно признал волчара.

– Денег, титулов, владений, серьезных покровителей, тоже нет?

– У нас, в Мшистом Болоте…

– Я понял, понял, – замахал рукой император. – Тогда скажи, чего ж ты ко мне приперся? Ехал бы в столицу, там и вакансий больше, и плата жирнее. Или боишься, что тебя в твоем плащике, там с лестницы спустят?

– Это вряд ли, – усмехнулся соискатель должности. – Просто дед велел ехать к вам. Сказал, что вы правитель хороший, но вялый.

– Что?!

– Хороший, говорю, – рявкнул деревенщина, взметнув взглвд к потолку. Ну, чистый гвардеец по выправке, но наглый до безобразия…

– То есть Мшистое Болото меня, как императора, одобряет.

– Так точно!

Дожили. Регнор IV встал (надо же, даже спина болеть перестала!), сделал несколько шагов к соискателю.

Хм… Вот уж действительно здоровенный парнище. Рост под сто девяносто, широченная грудная клетка, а уж жизненная сила так и брызжет… Девки, наверное, влет под него ложатся.

– Ладно. Чего драку устроил? От конкурентов избавлялся?

– Я, Ваше Величество, в харчевне разговор подслушал. Эти двое из столицы сюда направлялись, чтобы убить вас.

– О как. А что же там их не прикончил?

– Так это, – деревенщина замялся. – Я ж говорил: рекомендаций у меня нет.

– А! Так ты устроил тут показательные выступления.

– Отчасти так.

– А не отчасти?

– Ну, надо было проверить. Слух у меня хороший, но стоило проследить, куда пойдут. А когда они в караулке за шпаги схватились…

Император перевел взгляд на начальника охраны.

– Значит, не он первый начал?

– Э-э…

– Так он не видел ничего, – протрубил деревенщина. Голос у него был… тоже с жизненной силой. Здоровый черт! – Они в соседней комнате чай пили. А дежурного сразу вырубили, он и пукнуть не успел. Ой, простите, Ваше Величество.

– Хм…

Регнор IV прошелся по комнате и подошел к окну. То, что к нему подослали убийц, не удивляло. Это, знаете ли, будни жизни любого правителя. Удивляло, что подослали именно сейчас. Похоже, в столице что-то затевается. Надо обдумать.

– Хорошо, – сказал он, обернувшись к уроженцу болот. – Будешь в личной охране. И это… – он поморщился и неопределенно подвигал указательным пальцем, – купи себе что-то из обмундирования. Выглядишь, как босяк.

– Благодарю, Ваше императорское величество, – босяк принял из рук правителя небольшой кошелек. – А еще мне бы пожрать.

– Пошел вон! На кухне покормят.

Волчара быстро поклонился, не отрывая дерзкого взгляда от лица нового сюзерена, и стремительно вышел. Только плащ махнул полуоторванным крылом.

Ох и наглая морда, ох и наглая!

Глава 2. Сцена у камина

«Хороший, но вялый». Ну надо же!

Император понял, что заснуть не удастся и осторожно, чтобы не потревожить радикулит, повернулся на бок. Слова проклятой деревенщины никак не шли из головы.

«Вялый! Хорошо им там, в Мшистых болотах. Ни тебе заговоров, ни оппозиции…» – Правитель закряхтел… – «Ни жены-потаскухи, спутавшейся с герцогом Аринским, у которого, между прочим, самая крупная армия в империи. И владения, объединив которые с родовым доменом императрицы, он вывел из-под власти императора чуть ли не половину территории».

«Ну да, – злобно думал Регнор, – был бы я не вялый, устроил бы тут гражданскую войну до победного конца и полного уничтожения. Сидели бы тогда в своих мшистых болотах, не высовываясь, доедали гнилую картошку».

Добровольно удалившись в провинцию (формально, на богомолье) престарелый император пассивно наблюдал, как развивается страна. Взлетов особых не было, так как герцог Аринский предпочитал охоту и строевые смотры, а государственными делами не утруждался. Но это и неплохо. Подданные, если им не мешать, сами потихоньку обустраиваются, чем-то торгуют, рожают детей… В общем, если войны и разрухи нет, жить можно.

А тут является какой-то хрен с болота… Нет, ну обидно!

Император подумал, что ворочаться, передумывая до утра бесполезные мысли, глупо. Лучше встать и приказать принести бутылочку коньяка. Разумеется, пить такими дозами не слишком-то полезно, но кого интересует его здоровье? Решено!

Он уже приподнялся, нащупывая ногами тапочки, но тут дверь скрипнула и ввалились два темных силуэта.

– Тише, – свистяще прошептала более крупная тень. Вторая отчетливо хихикнула.

Это еще что за чертовщина?

В спальне горел камин, но уже на излете. Красноватые угли еще время от времени испускали синие язычки бледного пламени, но разглядеть что-либо при таком освещении было затруднительно.

Вошедших это почему-то не устроило. Крупная тень подбросила в камин несколько поленьев и пошуровала кочергой. Свет усилился, и император различил в красных бликах знакомую физиономию. Волк! Он что, еще и истопником взялся подрабатывать?

Уже в следующую минуту стало понятно, что целью пришедших было вовсе не забота об обогреве помещения. Парочка расположилась на полу, почти в центре светового пятна и…

Нет, ну это наглость! Император поджал ноги.

Конечно, он еще днем, с первого взгляда понял, чем будет заниматься новый охранник в свободное от службы время. Но притащить бабу в императорскую спальню? Поставить ее в коленно-локтевую и задрать юбку возле хозяйского камина?

Случайно или нет, но из-за особенностей расположения, лучше всего у любовников оказались освещены средние части туловища. То есть… э-э… именно те, что наиболее важны при прелюбодеянии.

Собственно прелюбодеянием пришедшие немедленно и занялись. Без особого шума, но с энтузиазмом. Можно даже сказать, с огоньком!

Император оказался как бы в ловушке. Можно, конечно, было вскочить, закричать, затопать ногами… Но в каком свете он предстал бы перед подданными?

Старый встрепанный человечек с худыми ногами, торчащими из-под ночной сорочки.

А перед ним голая женская задница (весьма аппетитная кстати) и здоровенный волчара с обнаженным… э-э… достоинством, размеру которого можно только завидовать.

Получится, знаете ли, анекдотец, который и через века не забудут.

Между тем процесс совокупления энергично шел к кульминации. («Здорово действует, черт!» – вынужденно признал император). Темп сексуальных движений нарастал, дама уже начала постанывать в голос… И тут в комнату вломились!

Вот эти уже не е… ться пришли. В руках у них были шпаги.

Император успел только моргнуть, а его новый сексуально озабоченный охранник, одним движением освободившись от подруги, вскочил. Блин! В свете камина он выглядел дважды вооруженным: в руке шпага, над спущенными штанами… другое орудие.

Вломившиеся не ожидали подобного зрелища, ошарашенно застыли у порога. А Волк из Мшистых Болот зевать не стал и обрушился на них с ревом, точно кара небес.

Самое смешное, что убийцы даже не подумали сопротивляться. Вид набросившегося из темноты существа настолько потряс их, что они обратились в бегство. Но далеко не ушли! Император слышал звуки ударов, жалобные крики и торжествующий рев победителя…

Впрочем, скоро все стихло. Нет, какая-то возня там еще происходила, видимо к месту происшествия подтянулись проснувшиеся караульные. Но главный герой событий счел, что ему еще рано покидать сцену – дверь императорской спальни широко распахнулась, и явился он. Победитель. С окровавленной шпагой в руке!

– Ваше императорское величество, – спросил он с оттенком фамильярной заботы. – Вы не пострадали?

– Штаны застегни, балбес.

Глава 3. Император строит план

Наутро, несмотря на бессонную ночь, император выглядел бодрым и даже посвежевшим.

С удовольствием умылся, оделся, пошпыняв камердинера, чего давно уже не делал и к завтраку вышел, насвистывая жизнерадостную мелодию.

Допивая кофе, велел закладывать карету и вытребовал к себе нового охранника. Тот явился заспанный, зевающий во весь рот. (Деревенщина! Никакого понятия о субординации). Но хоть одет был по форме.

– Мы уезжаем, – сухо сообщил ему правитель, высыпая на стол кучку золотых монет. – Купи себе лошадь, поедешь сопровождающим.

– В столицу? – проснулся волчара, мгновенно зажигая в глазах огонек предвкушения.

– Нет. В соседнюю провинцию. Тамошний князь – мой друг.

– Тогда, Ваше Величество, вашу карету лучше не брать.

– ? – поднял брови император.

– Больно приметная. И старая. Я осмотрел – оси ненадежные. Не дай Бог переломятся в неподходящий момент. А в соседнем постоялом дворе есть возок. Тесноват, конечно, для вас, но крепкий. И внимания не привлечет.

– Ладно, нанимай возок, – правитель потянулся добавить еще несколько монет, но новый охранник, не дожидаясь, быстро сгреб деньги.

– Я поеду на запятках, – пояснил он. – Лошади меня боятся.

И смылся.

Все страньше и страньше. Он что, в самом деле волк?

* * *

Дорога утомила императора. Нанятая карета оказалась тряской, подушки в ней были жесткими, так что после целого дня пути радикулит разыгрался не на шутку.

Когда лошади завернули, наконец, на постоялый двор, где предстояло ночевать, правитель попробовал приподняться и с удивленным «ох-хо-хо» опустился назад на сиденье.

Слуги бегали мимо, коней расседлывали, вели в конюшню… Император отчасти заскучал и начал уже гневаться.

– Ваше величество? – в дверь всунулась энергичная физиономия Волка. – Комнаты осмотрел, ужин заказал. Идемте.

– Дай-ка руку, – сказал правитель с ноткой боли в голосе. Спина – это, знаете ли… Особенно, если предстоит ковылять по двору и взбираться по лестницам.

– Болит? – волчара сдвинул брови, мгновенно сбросив градус своей жизнерадостности.

– Ну, возраст, – агрессивно оправдался правитель. – Доживи до моих лет.

– Так щас, – охранник ловко подхватил сюзерена на руки. – Так даже лучше, личико светить не будем. Вы лбом мне в плечо упритесь.

Он вымахнул из кареты, как бы не заметив ни груза на руках, ни ступенек под ногами. И легкой пробежкой взлетел по лестнице на второй этаж, где две служанки готовили комнату.

Усаженный на свежую постель, император только головой вертел – так быстро и весело все вокруг крутилось. Слуги притащили таз и кувшины с водой, чтобы умыться. Местные девушки споро накрывали на стол (Волк по очереди ущипнул обеих за задницы, что вызвало волну кокетства и хихиканья).

Ужин оказался обильным и вкусным. В общем, все шло так складно, что Регнор даже озаботился. Уж не пытается ли какая-то третья сила через него пробиться к трону?

Попытки втереться в доверие к бессильному правителю выглядят глуповато. Зачем?!

Но с другой стороны нельзя исключать, что это какая-то многоходовая интрига, контуры которой пока не просматриваются.

– Ну, спать, – утерев рот салфеткой, император, морщась поднялся и медленно, кряхтя, развернулся, чтобы перебраться на кровать.

– Давайте, спину потру, – тут же выскочил с инициативой Волк.

Услужливый какой. Нет уж. Регнор с некоторым раздражением оттолкнул протянутую руку.

– Болеть будет меньше, – не отставал тот.

– Ты лекарь? – огрызнулся правитель.

– У нас в Мшистом Болоте…

– О да!

– Каждый второй – лекарь, а каждый первый травник. Живем-то в лесу, больниц нет.

– Ну-ка, поправь мне там одеяло, – Регнор распрямился, наконец, на ложе. – В ногах сбилось.

Волк приподнялся, расправил.

– Вот. А теперь сядь, чтобы я морду твою видел и расскажи, что вы там задумали.

– Мы?

– Ну да. С кем ты там заодно? Или ты одиночка?

– А. – Волк метнул быстрый взгляд на правителя и, сразу отвернувшись (время для дуэли взглядов еще не пришло), уставился в окно. – Я так понимаю, вы хотите побольше узнать обо мне.

– И о Мшистых болотах, – расширил тему император. Чтобы собеседнику не пришло в голову отделаться парой пустых фраз.

– Ну, о деревне говорить нечего, – отмахнулся новый охранник. – Оборотни они и есть оборотни.

Ничего себе!

– Ты тоже?

– Не, я не обращаюсь. Вы же меня ночью видели…

– А может ты только в полнолуние?

– Да ладно! – охранник даже привстал. – Вы что, серьезно верите в эти сказки?

– Сказки ты мне рассказываешь.

Волк усмехнулся.

– На самом деле, конечно, – он посмотрел императору прямо в глаза, – никакие мы не оборотни. Просто все в округе так считают. А что? Живем в лесу, посторонних к себе не пускаем. И в каждом дворе – огромные псы. Без них нельзя – волки всю скотину потаскают. Но выглядят, конечно, жутковато.

– Очень большие?

– Как телята. Только лохматые. Я, когда пацаном был, верхом на них катался.

– Угу. А сам-то ты откуда?

Волк взметнул было брови в значении: «Так я же вам о том полчаса уже рассказываю», но император остановил его движением поднятой ладони.

– Слышал: собаки, оборотни… Только ты – не деревенский. Дремучий, конечно, и наглец. Только характер не тот. Деревенские осмотрительны, взгляд цепкий, прежде чем что-то сделать, пять раз подумают. А у тебя все наотмашь. Дерешься, девок за задницы хватаешь… Страха в тебе нет.

– А-а… – Волк задумался, глядя на огонь свечи.

– Ну! – подтолкнул император.

Волк вздохнул и потер кулаком щеку.

– Тут вы правы.

– Я слова из тебя клещами должен тянуть?

– Ну, слушайте.

В общем, история оказалась достаточно примитивная. Отец Волка был чудаком. Считал себя свободным человеком и не утруждался поиском покровителя или постоянного пристанища. Подобно странствующим монахам, он шел, куда глаза глядят.

В деревнях подряжался колоть дрова, чистить колодцы, править заборы… Его кормили. И он, как перекати поле, каждое утро отправлялся в новый путь.

В деревню фальшивых оборотней, куда посторонним в принципе ходу не было, он попал зимой. Заплутал в лесу, обморозился. Подобрали его у дальних сараев почти полностью замерзшего.

Староста деревни, рассмотрев чужака, которого притащили в избу, распорядился лечить, и ушел к себе. Это было равносильно разрешению остаться.

Летом чудак на целый месяц ушел из деревни, а вернулся с ребенком. Мальчонке было года два. Его назвали Волком и оставили расти на попечении собак и деревенских мальчишек.

– Все-таки, пришлый, – с удовлетворением констатировал император, дослушав до этого места.

– Пришлый. Но другой жизни, кроме деревенской, я не помню.

– Ври дальше.

Волк обиженно хмыкнул и продолжил.

В деревне все промышляли охотой. Это естественно, лес есть лес. Его отец, хоть и уступал в стати кряжистым местным крестьянам, но брал отвагой: ходил с рогатиной на медведя, добывал кабанов…

Собственно, из-за охоты он и погиб.

– Волки? – встрепенулся император.

– Люди.

Рассказчик помрачнел, на скулах вздулись и заиграли желваки.

– В общем, в Эльтинейском лесу, принадлежащем герцогу Аринскому, его поймали как браконьера. И на следующий день повесили.

«Вот как, – понял император. – У парня личный мотив».

Что же, кое-что стало понятно. В одиночку никакой деревенщине герцога не одолеть. Да что деревенщине! Тут и высокородному дворянину мало что светит.

Дуэль? Во-первых, хозяин Аринских земель неплохо владеет шпагой. Во-вторых, подловат. И вместо честного поединка способен натравить на противника свору своих прихлебателей. Дескать, сам он слишком знатен, чтобы драться с мелкопоместным дворянишкой, а вот прихлебателям… Тем только в удовольствие сделать из правдолюба дуршлаг.

– Ладно, – сказал император, переворачиваясь на живот. – Если действительно умеешь делать массаж, то давай.

Что интересно, наутро спина уже не болела. Ну почти…

Глава 4. Князь опускается на колени

Князь Леккур встретил титулованного гостя на пороге. Сдержанно поклонился, но на колено, как положено перед лицом императорского звания, опускаться не стал.

Ну и не надо. Главное, что принял в доме, что в нынешние времена небезопасно. В два счета донесут, пришьют участие в заговоре… Владения князя не велики, но расположены удобно: столица недалеко, торговый путь через перевал контролируется княжеской гвардией… В общем, герцог Аринский давно зарился на эту территорию, но активных действий по захвату пока не начинал. Опасался. Князь был старый солдат, и войско свое содержал в порядке.

В каминный зал, куда пригласил гостеприимный хозяин, прошли втроем. Волк из Мшистых Болот держался за правым плечом императора, как привязанный. Выглядело это несколько странно – зачем охранник в доме друга? – но император наглого слугу не осадил, и князь принял такой расклад, сделав в уме пометку прояснить впоследствии ситуацию.

В ожидании пока прислуга накроет стол, сиятельные друзья негромко беседовали. Серьезных тем при посторонних, разумеется, не задевали, вели чисто светский разговор, не требующий сосредоточения. Поэтому князь нет-нет да и поглядывал на присевшего в дальнем углу охранника. Очень уж странным было его присутствие. Непонятный тип.

Собственно, и визит непонятный. Император столько лет сидел в своем углу тихой мышкой, а теперь вдруг… Что-то затевает?

Что может затевать человек, лишенный силы, власти, не имеющий войска, практически забытый? Титул, разумеется, у него еще остается, но по сути это чистая формальность. В случае нужды отберут в любой момент. Кстати, прошли слухи, что герцогу Аринскому наскучило быть всего лишь негласным правителем. Он уже начал приготовления к свадьбе со вдовой Регнора IV и готов поменять герцогскую корону на императорскую. Единственная проблема – императрица пока еще не вдова. Впрочем, разве это проблема?

Сели к столу.

Князь на правах хозяина разлил вино и, подняв свой кубок, сделал приветственный жест в сторону гостя. Тот ответил тем же.

Некоторое время господа молча ели. Непонятный охранник, как и положено человеку низкого звания, сидел в дальнем углу. Но не неподвижно.

Он ерзал там и вздыхал.

В конце концов, император, уловив посылаемые ему сигналы, взял со стола блюдо с зажаренной целиком курицей и, полуобернувшись, протянул ее вздыхающему.

– Поешь.

– И хлеба, – моментально подскочил тот.

– Бери.

Охранник цапнул несколько крупных ломтей и, утащив добычу в свой угол, принялся за еду.

Мизансцена произвела на князя сильное впечатление. Чтобы император, пусть изгнанный и бессильный, кормил слугу своей рукой со своего стола? Неслыханно!

Регнор IV обернулся к князю и усмехнулся. Очень уж забавное у того было выражение лица. Предложил:

– Поговорим о деле.

Леккур не без усилия перевел взгляд на императора и постарался сосредоточиться.

– Как ты знаешь, до недавнего времени я мирился со своим скромным положением. Но с некоторых пор все изменилось. Теперь я планирую вернуть трон.

– Хм… Каким образом?

Регнор отпил из кубка и посмотрел князю прямо в глаза.

– Ты помнишь, что гласит закон о наказании неверных жен?

– Жен? – Леккур поднял брови. – Императрица уже два года открыто живет с герцогом. Так что твои обвинения не сработают. Это никому не интересно.

– Мои не сработают, – согласно кивнул изгнанник. – Но что будет, если Тиина изменит герцогу? И это станет широко известно?

– Тиина? Да никогда! – князь откинулся на спинку стула и смачно хлопнул по столу ладонью. – При всех недостатках, она умная и жадная женщина. Измена грозит ей слишком большими потерями. А уж допустить, чтобы о подобном стало широко известно… Нет. – Он энергично помотал головой. – Нет.

Регнор снова отпил из кубка.

– Ты прав, – согласился он. – Действительно, императрица умна. Но не забывай и о жадности. Всякий раз, когда ей что-то нравится, она готова на все, чтобы это заполучить. И не отступает, пока не добьется.