Между мирами-2: Раскол

Глава 1. Неделю спустя

Мне было сложно осознавать, что все изменилось. Дважды. Сперва мой мир перевернулся, когда я узнал, что есть параллельная вселенная, где не было Второй Мировой и Октябрьской революции. Где сохранилась Российская Империя, дошедшая к нашему времени до идеала.

Но это все только со слов профессора Подбельского. Он преподавал в главном Университете Империи, который располагался во Владимире. Да-да, именно сюда перенесли столицу. Не выбрали Москву, оставили Питер – по непонятным мне причинам.

Подбельский предоставил достаточно доказательств того, что его мир реален, поэтому я не сомневался в правдивости его слов. Как и в том, что девушка, одновременно с ним попавшая к нам – принцесса. Не княжна, а именно – принцесса, Анна, дочь императора Алексея. Не знаю, правда, какой порядковый номер он имел, второй или уже третий.

Все это действительно перевернуло мою жизнь. Но не успел я привыкнуть, как им пришлось вернуться. Профессор и принцесса отправились домой, оставив меня в полном одиночестве.

Этому немало поспособствовали и другие личности. Например, бывший гвардеец, который планировал похитить Анну. У него была целая банда. Удивительно, как несколько человек могли скрываться у нас, и не вызывать ни у кого подозрений.

Быть может, они вызывали, только сами знаете, какие сейчас люди. Лишний раз промолчат, когда это требуется, но мелкую провинность готовы опубликовать в сети и ехидно улыбаться, думая, что сделали благое дело.

После второго «переворота» я с трудом мог спать ночами. Если кажется, что это из-за перевозбуждения от новизны, от неожиданности и фантастичности всего происходящего, то нет, вы неправы.

Я был уверен, что испытываю к принцессе некоторые чувства. Она сама их усердно подпитывала и за те несколько дней, что мы провели вместе, я ощутил это физически. И, да, поскольку мне как раз пришлось расстаться с девушкой, я нырнул в этот омут с головой.

По этим причинам неделя, следующая после ухода Анны, далась мне слишком тяжело. Я вернулся на работу, благополучно отдал автомобиль в ремонт – за полдня мне поставили новое стекло взамен того, что разбила банда бывшего гвардейца.

Неожиданно для себя я понял, что хочу сидеть в офисе. В кабинете, не дома. Мне казалось, что по лестнице спустится девушка, а в гостиной сидит старый профессор и читает книгу по истории России, сравнивая два наших мира.

Это было слишком тяжко. Я бы даже сказал – почти невероятно. Я отказался от еженедельных посиделок с друзьями в ближайшую пятницу, сославшись на занятость. Радовался только Краснов – мой непосредственный начальник. Но и он не выдержал.

– Что-то случилось? – спросил он меня в четверг. – Ты безвылазно здесь. Не замечал я раньше за тобой такого.

– Решил, что надо потрудиться немного, – я почти что отмахнулся от него. Но начальник тоже молод, проще воспринимает некое панибратство в офисе. Поэтому он не обиделся, но все же подвинул свободный стул к моему рабочему месту:

– Мне казалось, что я тебя хорошо знаю. Ты любитель свободы. И постоянно где-то пропадал, но всегда приносил деньги. Поэтому я тебя без проблем отпускал. Предоставил отпуск после… того случая.

Тот случай – это еще один важный момент. По следу принцессы пустили ищейку, который первым делом нашел меня, порезал коллегу и оглушил охранника на входе. Все обошлось без смертей, но офис долго гудел, вспоминая маньяка с кинжалом, которого полиция так и не нашла.

На самом деле Павел Трубецкой действовал хоть и грубо, но по уставу своей «организации». Я не очень разобрался, что у них там в Империи за Третье отделение, но полагал, что это своеобразная служба безопасности для членов правящей семьи.

– Я ценю, – коротко ответил я, оторвавшись от воспоминаний. – Поэтому предположил, что пока Костя восстанавливается, надо немного компенсировать выпавшие рабочие часы.

– А мне показалось, что ты замкнулся в себе.

– Я и раньше такой был, ничего не изменилось.

– Изменилось, точно тебе говорю, – Краснов ткнул в меня массивным пальцем. Он и сам был человеком крупным – не толстым, но крупным. Как бывший тяжеловес.

– Андрей Геннадьевич, я вам говорю, что все в порядке! Если мне вдруг снова понадобится пропасть из офиса, я непременно предупрежу, – заверил я начальника.

Тот бросил на меня полный подозрений взгляд и ушел к себе. Хорошо еще, что только он меня подозревает.

Больше всего я боялся, что дело дойдет до моего сотрудничества с Павлом. Пока мы с ним искали девушку, мне довелось подстрелить пару человек, а с одним еще и сразиться на саблях.

Глубокая царапина на ребрах болела до сих пор и никак не заживала, а вот остальные следы борьбы постепенно сгладились, так что своего лица я мог уже не стесняться. И, да, нос тоже пришел в норму, чего нельзя сказать о гвардейце.

Не стоит считать меня великим фехтовальщиком. Павел дал мне лишь пару уроков. Я никак не мог рассчитывать на победу в честном бою. Но на помощь пришел случай и главный злодей и одновременно похититель расстался с жизнью у меня на заднем дворе.

А вот здесь в моей истории наступает самый любопытный эпизод, потому что мне пришлось бы туго: надо же избавиться от тела, а помощи ждать было совсем неоткуда. Но запойный пьяница-сосед, который к тому же оказался еще и случайным свидетелем происходящего, предложил мне спрятать тело.

Это меня удивляет до сих пор, но Игорь все еще здоровается со мной по утрам и, кажется, бросил пить. Во всяком случае, уже несколько раз я видел его исключительно трезвым.

Несмотря на все волнения, я был уверен, что никто не будет меня искать для дачи объяснений. Все погибшие прибыли сюда из другого мира и местных паспортов не имели. К тому же у Павла имелись свои знакомые в полиции. На то он и ищейка, чтобы иметь массу знакомств даже в другом мире.

Все это я постоянно прокручивал в голове, когда выдавалась свободная от работы минутка. Кроме того, еще одна навязчивая мысль меня упорно преследовала – как попасть в тот мир, откуда пришли профессор, Анна и множество других?

Не то чтобы сам мир казался мне идеальным, но мне хотелось увидеть девушку. Побыстрее. Я скучал и это тяготило.

Надежда на то, что в ближайшие дни это чувство пройдет, не оправдалась. Ведь принцесса была настоящей красоткой, к тому же начисто лишенной комплексов! Ее образ в памяти действовал возбуждающе, ведь ее фигура… Оставалось лишь мечтательно смотреть в потолок и грустно вздыхать.

Она ясно дала понять, что в их мире мне делать нечего. Но только я так не думал. Поэтому в очередной раз по дороге домой я прикидывал, как попасть в Империю. Задача было сложной, но наверняка выполнимой.

К этому вели несколько разных ниточек. И я на полном серьезе намеревался попробовать каждый из доступных вариантов, чтобы увидеть девушку. Но вместо этого, когда вернулся к себе домой, увидел возле дома полицейский автомобиль и капитана Ворошилова.

Этот человек как раз и был одним из тех хороших знакомых Павла в нашем мире. Только вот что он здесь делал?

Глава 2. Когда нельзя сказать прямо

– Добрый вечер, – поздоровался я без капли волнения в голосе.

– Здравствуй, Максим. Мы можем поговорить? – Евгений Петрович Ворошилов казался мне очень серьезным. Неужели нашли чье-нибудь тело?

– Да, конечно. Идемте в дом? – предложил я.

– Хм. Да, пошли, – удивился капитан.

Я провел его к себе. Небольшой домик в два этажа. Прочный добротный каркасник, который я приобрел в собственность исключительно благодаря работе – параллельно учебе, конечно же. Но эта маленькая гордость, особенно в моем возрасте, была одной из причин, почему я пригласил капитана к себе.

– Родители купили? – первым делом спросил полицейский.

– Нет, сам.

Лицо Ворошилова приняло неописуемый оттенок, что-то между багровым и малиновым. Он тут же прошелся взглядом по небольшому коридору и оценивающе поджал губы. Потом одобрительно покачал головой.

– Молодец, если не шутишь.

– Я серьезно.

– Ну, ладно. Я сюда по делу пришел. Пашу давно видел?

– Почти с неделю не сталкивались.

Пришла пора осторожничать. Передать ему слова усатого бандита, который утверждал, что Павел погиб в горящем доме, я не мог. Во-первых, я сам не верил в то, что Трубецкой, опытный шпион, вдруг так глупо умер. Во-вторых, сведения об этом я как-то должен был получить и тогда пришлось бы упоминать другие встречи и контакты. Что вряд ли сыграло мне на руку.

– Мне он тоже не звонил, – расстроенно выдал капитан. – А как ваше дело государственной важности продвигается?

– Не думаю, что я вправе говорить об этом. Думаю, вы поймете и извините меня за молчание, – трехдневное общение с профессором Подбельским, который по-своему витиевато излагал мысли, сказалось на моей речи.

– Я… Да, – капитан сперва запнулся, задумался, но потом согласно кивнул. – Я понимаю. От этого никуда не деться. Все-таки, секретное. Что ж, тогда я, наверно, пойду.

– Мне правда нечего вам сказать. Но, если вы не спешите, могу предложить вам чай.

– С радостью, – Ворошилов разулся, и я провел его в кухню. Похоже, принимать гостей скоро действительно станет моим основным видом деятельности.

– Вы упоминали как-то, что давно с ним знакомы, – начал я, ожидая, пока закипит чайник. – А как давно?

– Несколько лет, – подумав, ответил Евгений Петрович. – Не год и не два. Интересный он человек. Я упоминал, что он любит пропадать?

– Да, припоминаю, что говорили. Мы тогда как раз ждали, когда он закончит свое «лечение», – я сделал ударение на последнее слово.

Мы оба были свидетелями того, как он использовал какую-то особую химию. Только я мог догадаться, что это – изобретение из его мира. У нас таких не было.

А вот для капитана быстро заживающие раны стали шокирующим открытием. Но зато убедили его в том, что Трубецкой действительно работает на правительство. Мы не стали уточнять, на какое именно.

– Да-да, – капитан дождался чашки и уставился на пар, поднимающийся кверху. – Но он никогда не исчезал без предупреждения. Он мог сказать, что у него дела и пропасть на пару месяцев или больше, но никогда не было такого, как сейчас.

– Выглядит странно, действительно, – я сел напротив.

– Вы кажетесь сообразительным молодым человеком, – вдруг выдал капитан. – Куда более умным, нежели ваши сверстники, которые пьют и прожигают жизнь.

– Я тоже иногда пью и прожигаю жизнь, – трудно было сдержать улыбку от слов капитана. – Просто делаю это, м-м-м, скромнее, что ли. И вообще, у меня другие приоритеты в жизни.

– Да? – Евгений Петрович словно забыл о Трубецком и взялся за мою персону. – Какие же?

– Чтобы после меня что-то осталось. Понимаете? Память потомкам. Какие-то великие дела, например.

– А работаешь ты? – Ворошилов выжидательно посмотрел на меня, а потом добавил: – я не спрашиваю про тебя и Павла. У тебя же должна быть официальная работа?

– А, да, конечно есть. Я работаю…

И тут я кратко, насколько это позволяла специфика, описал ему особенности работы. После этого капитан еще раз посмотрел на дом:

– Значит, платят там очень хорошо. Но это ведь явно не то, чем ты хочешь заниматься до самой пенсии?

– Нет. Хочется большего, – признался я.

– Славы и признания? Так почему не пошел к нам? Или по стезе военной, оттуда в депутаты без проблем и вот, твори добро.

– Долго, – поморщился я от слова «армия». – К тому же, имея хороший достаток творить добро куда проще, чем выпрашивая средства у других.

– Тут ты прав. Значит, и я тоже. Тогда, быть может, ты скажешь, не тебя ли видели за Торговыми рядами с одной особой женского пола?

– Не могу сказать, – я постарался ответить как можно мягче. – Все мои перемещения и действия за прошлую неделю были связаны исключительно с делами Павла. Я не могу о них распространяться.

– Если бы не этот факт, нам пришлось бы тебя арестовать. Понимаешь?

– Понимаю, – я пожал плечами. Капитан не выглядел ни злым, ни строгим, так что его слова я не воспринимал, как угрозу. – Но ведь тогда и вы не пришли бы ко мне, не согласились на чай.

– Пожалуй, – усмехнулся Ворошилов. – Пожалуй… – повторил он. – То есть, ты ничего не знаешь ни о сгоревшем доме, ни о девушке?

– Нет, совсем ничего не знаю. Простите, что не могу вам помочь.

– Да мы и так уже почти все выяснили. Дом подожгли какие-то хулиганы. Хорошо, что никто не пострадал при этом. Девушку, как я уже сказал, благополучно вывели. И то, что оба отказались от медицинской помощи, указывает на их хорошее состояние.

– Это очень приятные новости. Редко какой пожар в наше время обходится без жертв, – я сокрушенно покачал головой. – А то ведь знаете, как бывает. Зеваки смотрят, а дом горит. И никто не помогает.

– Будем считать, я вас понял, молодой человек, – хитро улыбнулся капитан. – Поэтому беспокоить не буду, – он поднялся со стула. – А вот насчет того парня, которого вы у меня забрали, что с ним?

– Он тоже больше не вызовет беспокойства.

– Хорошо.

Я проводил капитана до двери. На прощанье он обернулся:

– Если с Павлом что-то случилось и до него кто-то добрался, я подумал, что стоит вас предупредить. Берегите себя.

– Непременно, – согласился я и закрыл дверь.

Ворошилов умудрился передать мне сразу несколько новостей, но общий их тон все равно оставался мрачным. Павла не нашли в сгоревшем доме, а это означало, что усатый гвардеец врал мне.

Затаился шпион или кто-то другой с ним разделался – мне предстояло выяснить это. Но вместо этого я достал телефон и набрал хорошо знакомый номер.

Глава 3. Друзья

Валентина за последние две недели я видел всего единожды. Так же как Иру и Петра. Друзья немного отошли на задний план и даже не звонили сами. Я не исключал такую вероятность, что к этому приложила руку Лиза, моя бывшая девушка.

Но все же Валя взял трубку быстро, как будто он ждал этого звонка.

– Привет, – услышал я. – Как оно?

– Я подумал, что нам все же стоит пересечься в пятницу. Соберемся?

– Вчетвером? – уточнил он. – Ире будет скучно. Давай втроем.

– Уговорил. Посидим мужской компанией. Я знаю, куда мы пойдем.

Он предложил клуб, и я не отказался. Дома было тошно. Поэтому следующим же вечером мы встретились в «Бамбуке».

Место было неплохим, размещалось довольно высоко и потому случайных гостей там никогда не было. Музыка играла громко, но не била по ушам, за что стоило благодарить местного диджея, понимавшего толк в настройке оборудования.

Правда, когда принесли меню, стало понятно, что диджей здесь тоже получает немалую зарплату. После первой порции разговор пошел живее. Лизу никто не вспоминал и это не могло не радовать.

– Как там твой дядя? – спросил вдруг Петр. – Веселый он.

– Анекдоты у него необычные, между прочим, – добавил Валя. – Вроде бы что-то знакомое, но такое ощущение, что слышишь эти истории впервые.

– Он у меня мастер по историям, – улыбнулся я.

Приятно было сидеть, ничего не делать и ни о чем не думать. Никакого давления со стороны. Ведь представить только: всего неделю назад Павел, профессор и принцесса хотели от меня поддержки и помощи. Все бы ничего, только вот желание каждого из них шло вразрез с желаниями двух других.

– Все еще гостят у тебя?

– Нет, уже уехали. Они побыли всего пару дней.

– Как же ты теперь без подруги? – с легким ехидством спросил Валентин. – Ира говорила, что Лиза до сих пор переживает.

– О чем это ты? – прищурился я.

– А разве ты сам не понимаешь? Ну, ладно. Пусть будет так.

– Нехорошо ты поступил, – добавил Петр.

К его мнению хотелось бы прислушаться из-за его «ботанического» вида, но все же я не стал этого делать и пошел в отказ.

– В чем нехорошо? Ничего такого не было, а Лиза сама…

В общем, врать у меня получалось неплохо, хотя это была не чистая ложь, а кое-какие недоговоренности и не более того. Мелочи, одним словом. Но признавать действительность я не стал, только рассказал ситуацию, как видел ее я.

Разумеется, мне не поверили.

– Знаешь что, осуждать тебя никто не будет, да, Валь? – ботаник поднял стопку и второй друг сделал то же самое. – Каждый из нас многое бы отдал ради того, чтобы оказаться рядом с такой красоткой! За прекрасный пол?

Ситуацию с Лизой забыли, а шутку встретили смехом. Невольно мыслями я все равно возвращался к тому, что я сделал. Но друзья не осуждали, а потому было легко.

– Ты и она уехала тоже, хм? – вдруг спросил меня Валентин, когда я уже откинулся на спинку мягкого диванчика.

– Да, – сказал я, не решившись добавить «к сожалению».

– Но вы же еще встретитесь?

Сидели мы все втроем на одном диване, достаточно широком и удобном, поэтому я не обратил внимания, что Валя глядит куда-то в сторону. Высматривает кого-то.

– Маловероятно.

Мне совсем не хотелось поддерживать эту тему. И вообще, я собирался просто встретиться с друзьями для того, чтобы приятно провести время. А не для того, чтобы обсуждать, как идет моя жизнь после расставания с Анной.

– А разве там не она сидит? – Валя махнул рукой.

Через толпу я не сразу рассмотрел место, куда он показывал. Такой же диванчик, расположенный идеально, чтобы видеть тех, кто за ним сидит.

В помещении было не так много света, но знакомые локоны, овал лица, фигура – все выдавало в девушке Аню.

– Похожа, – я протрезвел почти мгновенно.

Но ведь я сам видел, как девушка прошла через портал! Хорошо, быть может, есть какие-то двойники – копия принцессы в нашем мире. Но не до такой степени!

Хотя нет, тут копий быть не может, потому что ее родителей не существовало, как и дедушек, а вот пра-пра… слишком многое должно было совпасть. Нет, эта девушка явно не могла быть копией Ани из нашего мира.

– Не хочешь подойти и выяснить это?

Вот только подзуживаний мне и не хватало. Да, мне очень хотелось подойти к ней. Но сидела она не одна. Рядом с ней с бокалом в руке расположился мужчина.

– Мне больше интересно, с кем она!

Любопытство взяло верх, и я направился к таинственной парочке. Я не видел, как они пришли и чем занимались до этого.

– Аня? – громко спросил я, остановившись напротив их столика.

Парень сразу же поднял голову. Скуластое лицо с широкой челюстью выдавало в нем человека сильного и грубого. Вряд ли бы принцесса сошлась с таким.

Девушка сразу же схватила бокал с напитком и поднесла его к губам. Рука подрагивала. Ее спутник, наоборот, опустил руку, наклонился вперед, а потом, повернув голову спросил:

– Ты его знаешь? – грубый голос звучал зычно.

Аня сперва подняла глаза, потом неспешно отставила бокал обратно на столик, посмотрела на меня, долго и внимательно, а потом, неожиданно для меня, ответила:

– Не знаю.

Но не успел я отвернуться, как она тут же одними губами, едва заметно, произнесла:

– Помоги.

Похоже, что вечеринку придется быстро свернуть. Я стоял на месте, прикидывая, можно ли что-нибудь сделать с этим бугаем незаметно. Но в толпе это было просто нереально.

Да и был он слишком крупным, чтобы справиться с ним одним ударом. Конечно, боксерский опыт не пропьешь, но у нас с ним была приличная разница в весе.

– Что встал? Пшел прочь, – цыкнул он сквозь зубы.

Я поднял брови, но повиновался. Помочь девушке я был не в силах. Скорее проблем наживу. Поэтому я вернулся к друзьям.

– Ну, что, она? – они заговорщически склонились вместе со мной над столом.

– Не знаю, – я даже не притронулся к недопитому, – она сказала, что видит меня впервые, но была страшно напугана. И попросила меня ей помочь.

– Да ну, – недоверчиво выдал Валя и снова посмотрел в сторону их столика.

Я тоже уставился на бугая. К нему приблизился еще один такой же. Похоже он отходил куда-то – но явно не в туалет.

– На нас смотрят! – довольно громко прошептал Петр и залпом осушил свою стопку, тут же приняв нарочито дурашливый вид.

– Они идут сюда, – добавил Валентин, хотя я и так все прекрасно видел.

– Я же могу рассчитывать на вашу подмогу, правда? – я покрутил головой, добиваясь ответа от своих товарищей.

– Ты серьезно думаешь, что ей нужна помощь?

– Как по мне, так никого нет серьезнее этих парней, – пробубнил вдобавок Петр и сжался в диванчик так, что в нем никто бы не признал человека, серьезно увлекающегося баскетболом.

– Выбора нет, ребят, – вздохнул я. – Мне нужно знать, что за фигня тут происходит.

Глава 4. Странные личности

– Так, парни, – два бугая встали по бокам нашего диванчика. – Чо вы тут забыли?

– Мы? – подал голос из глубин диванной мякоти Петр, – отдыхаем, пьем. Расслабляемся.

– Чо у нашего столика забыли, я спрашиваю? – повторил здоровяк с широкой челюстью.

– Да я спутал малость, – тут же ответил я, решив, что не стоит вешать всю ситуацию на своих друзей. – Девушка твоя очень похожа на одну мою подругу, вот я и…

– Ты назвал ее имя.

– Ну да, имя моей подруги, а что?

– Моей, – глаза бугая сузились до пары щелочек, а костяшки пальцев зловеще щелкнули. – Моей!

– Твоей? Не может быть! Это мою подругу зовут Аня, – похоже, что здоровяк либо перепил, либо от природы соображал так себе.

– Как будто двух одинаковых имен быть не может, – пробубнил себе под нос Валя и нагло уставился на подошедших.

Из нас троих я был единственным спортсменом, поэтому если я и мог рассчитывать на помощь со стороны друзей, то скорее уж на моральную. И еще они могли повиснуть на одном, пока я пытался разделаться с другим.

Но пока до этого не дошло, я пытался поддержать диалог. Не самый понятный, очевидно, из-за тупости собеседника. То, что он не клеился, объяснялось еще и поведением моих друзей, которые временами комментировали происходящее.

– Что ты сказал? – прорычал бугай в ответ на замечание Валентина, наклонившись вперед.

– Ребята, ребята, – я мирно поднял ладони, пытаясь остановить нарастающее напряжение. – Давайте просто забудем. Я напутал. Всякое бывает.

Но эту парочку было уже не остановить. Они явно хотели напроситься на драку и вдвоем у них это отлично получалось. Второй положил товарищу руку на плечо, они перекинулись парой слов.

Я обратил внимание, но слишком поздно – тот, другой, постоянно следил за девушкой. Пока первый, раздраженный или разгоряченный спиртным, пытался спровоцировать нас на драку, его друг наблюдал за Аней или ее копией.

Похоже, что ее действительно надо было спасать. Я с сожалением подумал о том, что мой нос только что зажил, как и прочие раны. Но упустить свой шанс разобраться в происходящем окончательно я не мог никак.

– Пошли, выйдем, – отпустив второго следить за девушкой с более близкого расстояния, предложил бугай. – Давай, чо ты.

Я еще раз оценил ситуацию. Собирается один на один, слишком самоуверенный. Его единственное явное преимущество – слишком крупный. Плотный. Массивный. Сдержать в одиночку его атаки не получится, но и выводить под удар друзей мне тоже не хотелось.

– А давай, – рискнул я и, успокоив своих, поднялся с диванчика.

– Какие-то проблемы? – подошел один из клубных вышибал, тоже килограмм под сто весом.

– Нет-нет, мы сейчас все цивилизованно решим на улице, – я улыбнулся, но губы никак не хотели растягиваться.

Вышибала кивнул в ответ на мою гримасу. Конечно, чего ему вмешиваться. Все произойдет за пределами его рабочего места.

Так что мы спустились вниз на четыре этажа, пересекли стоянку и свернули в небольшой проулок, окруженный со всех сторон старыми девятиэтажками. Бугай сунул руки в карманы.

– Ты вообще кто такой? – набычился он. – Чо ты разнюхиваешь тут?

– Я? Я уже все сказал, – немного удивился я, ожидая, что он начнет сразу же размахивать кулаками. – Ничего я не разнюхивал. Просто…

– Просто, а? – он в один шаг приблизился вплотную ко мне и, выдыхая перегар, уставился на меня сверху вниз.

Да он просто наркоман какой-то. Ни один нормальный человек так себя не ведет. Вышли – значит вышли, значит, нельзя было словами решить проблему на месте.

– Что за словоблудие? Мы разбираться вышли или языки чесать? – задрав голову, нагло спросил я, уже высматривая его слабые места.

– Слово… что? Разобраться хочешь? А?

Нас разделяли какие-то сантиметры, а он руки до сих пор держал в карманах. Только это и останавливало меня от драки. Если у него нож, то расставаться с печенью мне еще рановато.

– Вообще-то да. Мне надо бы переговорить с твоей подругой.

Его выкаченные глаза надо было видеть:

– Что? Тебе? С ней? Вот это видел? – он вытащил внушительных размеров кулак из кармана и сунул мне его под самый нос.