Выживший-12: Стиратель границ, том 2

Глава 1. Вступление в большую игру

Мотивировать лесорубов – то еще занятие. Вроде бы не так и сложно – взять и начать махать топором. Но не тут-то было. Если первые удары дались мне без труда, то потом никакие заживляющие эссенции и вытяжки Торна не смогли помочь заглушить боль в разрезанной груди.

По-хорошему мне бы следовало попросту лечь дома – к тому же Вардо обеспечил меня практически дворцом, если сравнивать новые десятикомнатные апартаменты с тем, что у меня было ранее. Но я не мог. Я должен был исполнять контракт, на который подписался сам.

И оттого я стремился показать лесорубам – нечего трусить! Надо работать!

В нормальных условиях я бы с удовольствием толкнул речь. Бывало уже такое и не раз. Особенно помогало, когда численность жителей стала расти. Каждая новая группа прибывших слушала меня, раскрыв рот. Но слушать проще, когда приходит тридцать, пятьдесят или чуть больше человек – но никак не тысячи!

Лесорубы вновь работали – и в этом я не сомневался, потому что к ним еще приставили охрану в количестве тридцати бойцов. Кроме того, первые же деревья пустили на частокол – пока не доберутся до места, где будет строиться деревня Южная.

Однако находились и те, кто меня не слышал. Кто приходил в Рассвет и занимался исключительно своими делами. К счастью для меня за те месяцы, что люди жили в моих селениях, они смогли то ли сдружиться, то ли сплотиться – но их единство коллектива меня радовало.

И потому уверенность, что новички не смогут задавить ни числом, ни авторитетом тех, кто называл себя с гордостью «рассветовцами», меня буквально переполняла.

Эта переполняющая гордость занимала все пространство внутри меня, пока в очередной раз слег в кровать, вдоволь намахавшись топором. Но в этот раз, когда меня наущали Торн, Фелиппен, а вдобавок еще и Ония с Фелидой – в разное время посетившие меня – взялись тоже стращать, я предпочел передохнуть подольше, чем снова страдать из-за открывшихся ран.

За пару дней Вардо нашел смотрителя на рынок – он назначил туда, как ни странно, Килоса, который с удовольствием, как и его брат, отказался от путешествий, предпочитая обитать вместе с другими людьми. Молодой мординец лихо взялся за дело и преобразил стихийные лотки и палатки.

Сам глава города зашел, удивленный ретивостью нового смотрителя, чтобы отчитаться мне: стихийные палатки и кое-как созданные ряды уходят в прошлое.

– Я бы встал, прошелся, но… – я показал на Онию, которая в этот момент сидела рядом. – Ваша дочь едва ли позволит встать раньше завтрашнего утра.

– Ну, Бавлер, что тут скажешь! – довольно улыбнулся Вардо, чувствуя, что через дочь его влияние на меня явно возрастет вновь. – Такая уж она! Но, думаю, что ты сам увидишь.

– Увижу, – уверенно ответил я. – Спасибо за новый дом.

– Бавлер, пустое, – отмахнулся Вардо. – Весь Рассвет тебе обязан жизнями, так что ничего сложного в том, чтобы отплатить тебе – нет. Мы рады были тебе помочь.

– А ты все еще против торговли с Полянами?

– У меня есть сомнения, много ли пользы принесет нам этот торговый договор, но если ты уверен, если Кирот уже считает выгоды от торговли – то почему бы и нет!

Я задумался. У меня же еще лежал запас золота, который Конральд спрятал. Но надо было как-то его реализовать. Самому Вардо и уж тем более его дочери я ничего говорить не стал. Как-то это странно выглядело.

Тем не менее, когда следующим днем я встал на ноги, ощущая себя куда более здоровым и крепким, чем когда решился намахаться топором до одури, я первым делом отправился не на рынок – а взяв с собой Леверопа, пошел искать Конральда. Как один из военачальников Рассвета он мог находиться где угодно – но нашелся на центральной башне, беседуя с Пертом. Пришлось отвлечь его от столь важного дела.

– Я уже надеялся, что ты и не спросишь про это золото, – сказал Конральд, вздохнув так тяжко, как будто я кусок его души вырывал, спрашивая про золото, которое принадлежало Рассвету.

– Я ведь не все у тебя намерен забрать, а только часть, – сообщил я, подмигнув.

– То есть? – уточнил наемник, ожидая от меня более точного предложения.

– Четверть ящика полностью твоя.

– Половина?

– Треть, – добавил я решительно, утверждая, что это будет моя последняя цена, которую я предложу наемнику. Тот помялся немного:

– Хорошо. Куда принести ящики?

– Принести? – прищурился я. – У нас же тяжелые ящики!

– В запасах приблизительно килограммов двести пятьдесят будет. А нормальная золотая монета весит не больше четырех граммов. Они мелкие. А что ты намерен делать с этим золотом?

Мы беседовали вдвоем – Леверопа я отправил отвлекать Перта. Золото – тема щекотливая. Жители обходились без денег при большинстве расчетов, однако соблазн остается соблазном при любом раскладе. Кто знает, насколько решительными окажутся лишенные привычных медяков и серебряных люди.

– То есть в золотых монетах – двести пятьдесят штук с килограмма или шестьдесят две тысячи пятьсот штук, – задумчиво ответил я. – Получается очень пристойное количество!

– Ну и раз так, – выдал Конральд, – так может быть, нам стоит задуматься над новыми экспедициями? Например, порыться в запасах гоблинов, если там чего-то осталось, или залезть в Нируду…

– Не хочу рисковать людьми, которым придется лезть в ледяную воду ради того, чтобы добыть немного золота! – воскликнул я. – И я уже говорил об этом. Повторю еще раз.

– А если мы, как истинные искатели сокровищ… – алчно блеснул глазами Конральд.

– Прекрати, – попросил я.

– Бавлер, а ведь и правда! – присоединился к нашей беседе Левероп, которого Перт, похоже, с его настроением, отправил куда подальше. – Почему бы не найти парней, которые в Рассвете слишком уж заскучали!

– И что ты предложишь? – я повернулся так, чтобы оказаться лицом к обоим сразу. – Ты хочешь сказать, что найдутся добровольцы, которые пойдут в сторону Монастыря, чтобы найти на дне бурной реки золото?

– У меня есть план, – сказал Левероп, – Мы с Конральдом его позже обсудим.

– Ты мой телохранитель – не забывай об этом. Так что надолго пропадать тебе нельзя!

– Знаю-знаю, – проговорил мординец. – Знаю, но надо переговорить с парой человек. Я найду себе замену, когда меня не будет рядом.

– А я еще подумаю, разрешать ли вам двоим что-то устраивать! – рассердился я.

– Брось, Бавлер, у нас много людей, которые готовы пойти навстречу приключениям, тем более таким безопасным, – сказал Конральд. – Гоблины в большинстве своем перебиты, если кто и появился за последние несколько дней, так их легко найти и убить. К тому же человек десять-пятнадцать – найдем.

– Там придется лазить в холодную воду! – уже в который раз напомнил я.

– И ничего страшного. Для тех, кто любит тепло, вон, бани в Валеме Отля поставил. Они с Вардо договорились, что то же самое Отля сделает и в Рассвете, когда появится хороший источник воды! А пока его нет, нет и смысла что-либо подобное строить здесь.

– То есть, у нас есть одни только бани в Валеме – и все??? – ахнул я.

– Я думал, ты обрадуешься тому, что бани в принципе есть.

– Не понимаю, почему я их не видел… Я же пару дней тому назад побывал в Валеме, посмотрел на форт, на мост…

– И больше ты ни на что не смотрел, Бавлер, потому что именно это полностью тебя увлекло. А меж тем Валем выглядит неплохо, – оценивающе проговорил Левероп. – Но с таким количеством новых строений там легко потеряться.

– Так, – растерянно проговорил я. – Пожалуй. Потеряться мы с тобой сможем и на рынке. Твой брат наводит там порядок, кажется?

– Да, ведь все же торговать будем! – воскликнул Конральд.

– Большая торговля планируется из Бережка, – я поспешил разочаровать наемника. – Но если кто захочет добраться до Рассвета – то почему бы и нет. Кроме того, у нас шесть селений! Вероятно, рынок в самом Рассвете просто необходим!

– Ты удивишься, сколькими вещами люди могут и хотят обмениваться, – вполне серьезно сказал Конральд. – Рынок нужен. И важен. А то, что Анарей прислал тебе в подарок жернова… Это значит, что теперь мы можем засеивать куда больше полей зерном!

– Фермы, я помню, – сказал я и крепко задумался: – Вы что, правда хотите отправиться на поиски нового золота?

– Разумеется, – заявил Конральд. – И я непременно намерен возглавить эту экспедицию.

– Боги…

– Мы еще не знаем, куда пропали те, кто ушел на запад, – напомнил Левероп.

– Что? – ахнул я. У меня из головы совершенно вылетело, что кто-то отправился еще дальше вдоль Нируды, чтобы найти новые земли или реки, в которые могла бы вливаться эта спокойная махина. – Их надо найти! А ты собрался золото искать!

– Если люди сгинули на западе, неужели ты думаешь, что и мне стоит там сгинуть? – ловко вывернул вопрос Конральд.

– Не надо! – я погрозил ему пальцем, что могло бы показаться довольно комичным – Конральд был ниже меня ростом, но заметно старше. Впрочем, ничего смешного в этом не было. И наемник это понимал. Как и все остальные. – Идем на рынок! Я пока подумаю, что нам стоит сделать.

– Только сам не отправляйся туда, – добавил Левероп. – Я совершенно не хочу сгинуть на западе.

– Нам с тобой предстоит отправиться к капитану Анарею в его новое расположение, – напомнил я. – И не потому, что этого хочет безумец Севолап. А потому что наши новые земли – или не новые…

– Или не наши! – воскликнул Конральд. – Может, мы под предлогом экспедиции устроим еще одно маленькое вторжение?

– Конральд! – угрожающе воскликнул я. – Чем ты думаешь? Мы не сможем удерживать новые деревни, если нам придется обороняться против Мордина и Пакшена!

– Я где-то уже это слышал, – сказал он. – Только вот пока никто не взялся отбивать наши форты и деревню Нички тоже пока никто не тронул.

Я замолчал. Может, я и правда зря переживал? Или я просто не понимал, что на самом деле здесь происходит. Может, правители Пакшена отдают земли, которые не очень-то полезны им, а сами потихоньку переезжают за Нируду? Поднимут бунт, скинут меня и будут сидеть-пировать на новых территориях? Что ни идея, то какое-то сплошное безумие.

Порядка больше в мыслях не становилось, а вот на рынке Килос этот порядок начал наводить – и весьма эффектно. Во-первых, поставил ограждение, утопив рынок глубже, дальше от дороги. Это позволило оставлять лошадей и повозки на въезде на рынок без перегораживания проезда – по-прежнему широкого. Во-вторых, телеги и палатки постепенно заменялись деревянными лотками с небольшими крышами. Смотрелось это гораздо лучше и даже гармонировало с деревянными строениями, которые ставил Вардо. Рядом со старыми домами – тоже.

– Брат! – Левероп точно каким-то чутьем нашел младшего. – Вот неожиданность!

Они точно пару недель не виделись – и углубились в разговор.

– Так может, ты чего надумал насчет нашей экспедиции? – уточнил Конральд, наблюдая за братьями.

– Да отправляйся, – бросил я. – Но вернуться самому. Вернуть всех. И прежде всего – передать Ореку кое-какие идеи. Ведь надо создавать монеты для торговли с другими государствами!

– Ну… Хорошо, – согласился Конральд.

Леверопа я оторвал от бесед с братом, а потом направился в производственные кварталы, где делали бумагу – и судя по теплу, которое ощутимым облаком стояло вокруг дома, дела шли очень даже неплохо!

На улице стоял человек с раскрасневшимся лицом, одетый по пояс, несмотря на почти зимний холод. Заметив меня, он вытер пот, отряхнул руки и выпрямился:

– Правитель Бавлер!

– Он самый, – выдохнул я. – Как ваши дела с бумагой?

– Бумага-бумага, – пропел человек. – Прекрасно наши дела с бумагой обстоят. Мы производим, у нас нет нехватки в ресурсах, да еще и в тепле постоянно!

Я сообщил ему о планах на торговлю. Человек подумал, подсчитал что-то в уме, а потом кивнул:

– Не вижу ни одного препятствия началу торговли. Есть и запасы, и возможности.

– А есть ли возможность каждому жителю выделить такую бумагу? – спросил я.

– По листу на человека? А зачем?

– Документ будет, – ответил я.

– Докуме-е-ент, – понимающе протянул он. – Ага-ага. Придумаем, сделаем. Все будет в лучшем виде.

– Не жарко ли? – напоследок спросил я.

– Идеально! Как в бане, – и выдохнув облачко пара, человек ушел работать.

– Зачем тебе бумага каждому жителю? – осведомился Левероп.

– Перепишем. Узнаем, сколько жителей у нас имеется в Рассвете и всех селениях. Мне нужно понимание – сколько вообще народу обитает у нас, – и постучал пальцем по тетради, – а то здесь округляю до сотен.

– Сложно это будет! – воскликнул Левероп.

– Нам предстоит вступить в большую игру, – ответил я ему и предложил отправиться в таверну Мати, чтобы перекусить. – А для этого надо точно понимать, сколько у нас есть ресурсов, какие у нас проживают люди.

– Ты только про уровни старайся больше не говорить, – попросил он. – Нам здесь так легко без этого всего живется!

– Отложу, – пообещал я. – Будет простой документ. Возраст, имя, где проживает. И какие-нибудь общие признаки. Нет документа – чужой. Хотя бы шпионов сможем отлавливать.

– Вот это мысль! – восхитился Левероп. – Позволь я тоже с тобой поделюсь кое-чем.

– Слушаю, – ответил я, когда мы уже переступали порог таверны Мати. Внутри сидел Латон, которого я заметил исключительно краем глаза, но не стал ничего говорить. Изможденный лесоруб, похоже, после целого дня работы отдыхал душой и телом над тарелкой жаркого.

– А ты думаешь к Анарею отправиться только вдвоем – ты да я?

– Так и планировал, – кивнул я, поблагодарив одну из девушек Мати, которая тут же принесла нам обед. – Потому что нам надо только узнать ситуацию и поговорить.

– И какая же там на твой взгляд ситуация? Анарей подал знать только телегой, которая три-четыре дня была в пути! А мы только завтра отправимся дальше. Что ты думаешь, все так же хорошо, как и прежде?

– Я думаю, что Анарей, будь у него беда, направил бы просьбу о помощи. И мы бы уже давно получили весточку. Или Монастырь. Или мы – вариантов немало, – ответил я подозрительному Леверопу. – Ты что, боишься?

– Не боюсь, но твое везение такое, что лучше взять с собой еще несколько человек в виде охраны, – закончил свою мысль мординский телохранитель. – Хотя бы человек шесть еще.

– С таким количеством охраны можно сразу захватывать небольшую деревушку, – пошутил я.

– Ну нет, я не собираюсь ничего захватывать, – Левероп позабавила моя шутка, но все же он оставался таким же серьезным, как и раньше. – Но, если на нас нападет десять человек… Ох!

– У нас едва ли есть такие банды, – начал я, а потом мне на ум пришли слова, которые мне сказали, когда первые из полутора тысяч переселенцев решили вернуться назад. Их было немного, но… – кое-кто из прибывших осел в местных лесах, – припомнил я. – Так что банды водятся где-то неподалеку.

– Вот видишь, мы даже из Рассвета не выбрались, а если верить твоим словам, то уже надо бояться! – заключил Левероп.

Я немного помолчал. Разумно ли ехать к Анарею, когда где-то под боком находятся банды неизвестной численности? Вероятно, если есть хорошая охрана у каждого селения, то можно и отправиться.

– Банды не такая большая проблема. Пока что они не нападали на нас. Да и никто не доказал, что они есть. Может, они ушли дальше на юг или запад. Может, ушли так далеко, что не представляют угрозы нам. Или попали в лапы диких зверей. Вариантов очень много, – я потянулся, скрипнув стулом. – Когда угроза станет явной, тогда уже будем бояться или наоборот, создавать отряды для избавления от угрозы, – продолжал я.

– Уверенно говоришь! – согласился со мной Левероп. – Ну, раз так, тогда мы непременно вступим в большую игру!

Глава 2. Контроль за лесом

– И что, ты мне скажешь когда-нибудь правду? – спросил я Фелиду тем же вечером, пригласив ее к себе в «кабинет», как его называли Вардо и Кирот.

– Правду о чем? – раздувая ноздри от гнева, задала она встречный вопрос.

– О происходящем. Севолап говорил одно, ты – другое. Многое не сходится. Торговцы вообще утверждают, что Неогон невиновен, потому что Торлин заварил кашу сам.

– Они тебе скажут все, что угодно, Бавлер, – улыбнулась Фелида. – А ты им веришь. Но на самом деле, скорее всего, истина где-то между. Она находится там, где никто не признает ее существования. И любой, необязательно мудрец, тебе скажет то же самое.

– Истина где-то рядом, ладно, – отмахнулся я. – Мне нужна правда от тебя. Или у тебя она как раз такая, что ее нигде нет?

– Нет, моя правда как раз та, что я тебе сообщила. И я всегда старалась тебя предупредить, если у меня была на то возможность, – слегка порозовев, произнесла она. – Несмотря на то, что Ония тоже старалась быть все время рядом, – добавила Фелида, на сей раз даже холодно.

– Ты так говоришь, как будто у нас…

– Неважно, – она перебила меня. – Ты просил ответов, я тебе их дала. Чего еще нужно? Я тебе помогаю. В отличие от того дурного старика, который, скорее всего, осел в Пакшене.

– Ты про Отшельника? – оживился я. – Где именно он сидит?

– В городе, где, похоже, и жил раньше. Не смотри на меня так, я побывала в городе, да. И там говорят о старике, похожем на твоего Отшельника.

– Даже из Полян прибыл торговец, похожий на Отшельника. Старый и седобородый, – спорил я. – Откуда ты знаешь, что речь именно про того самого старого и седобородого?

– Не забывай, что он еще и высокий.

– Высокий, согласен, – кивнул я.

– А еще и статный, – уже мягче произнесла Фелида. – Таких стариков, да еще и вернувшихся после долгих путешествий, в мире не так и много. А в Пакшене и подавно. Поэтому я уверена – он сидит там.

– Надо будет наведаться туда! – сердито проговорил я. – И как можно скорее!

– С твоими боками? Не смеши! – почти расхохоталась она. – Никуда он не денется от тебя. Сегодня не придешь в Пакшен сам, через месяц делегацией там окажешься.

– Не люблю твои предсказания, – прищурился я.

– Потому что они сбываются?

– Потому что они НЕ сбываются.

– Что ж, бывает, что и я тоже ошибаюсь, – она пожала плечами. – Пожалуй, я пойду, раз ты не в настроении разговаривать.

И, насупившись, она развернулась и вышла, оставив меня в полном одиночестве. Я бы и рад был чем-нибудь заняться, но злость оказалась слишком сильной. И потому я, помотавшись по комнате, постепенно спрятавшейся во тьме, завалился спать только для того, чтобы приблизить день своего выздоровления.

Наутро я буквально схватил Леверопа в охапку и потащил к лесу, хотя тот активно сопротивлялся:

– Мы же были там позавчера! – громко заявил он, узнав о пункте нашего назначения.

– Ага-ага. Вот и надо проверить, все ли живы, – тут же ответил я.

Сегодня можно было проехаться и верхом, а не трястись в телеге. И потому на месте мы оказались гораздо быстрее, благо моя лошадь не испытывала того же благоговейного трепета перед новым путешествием в сторону леса, как Левероп.

Картина, которую мы застали, радовала глаз. Радовала она меня, ведь на просторе лесорубы могли работать эффективнее. А при наличии охраны они чувствовали себя в полной безопасности и потому довольно быстро углубились, создав «лесной фронт», как довольно назвал его Латон.

– Смотрю и сердце радуется, как ребятки трудятся, – сообщил здоровяк, выдернув свой топор из ствола недавно поваленной сосны. – Просто слов нет! Сказал бы ты сразу так работать, эх мы бы тут делов наворотили!

– Вот именно, – сурово заметил я. – Наворотили бы вы тут делов, что потом не разберешься. Полагаю, что ваш «лесной фронт» надо обвести метров на пятьсот-семьсот вокруг вашей будущей деревни. Сейчас вы прекрасно справляетесь, но потом надо будет все это распахать. Сажать надо будет много.

– Ты, Бавлер, все в планах! – Латон не терял своего настроения.

– Без этого никак, – ответил я, а здоровяк лишь покачал головой:

– Здесь же несколько тысяч деревьев.

– А это десятки тысяч бревен для стен и куда больше досок, – заключил я. – Нам нужно много. Зима близится.

– Запас дров, да-да! – спохватился Латон. – Но такое дерево, да на дрова…

– Гребите сушняк, – вдруг выступил вперед Левероп.

– Я так и хотел… здраво-здраво.

В этот раз мы разошлись с куда лучшим мнением друг о друге. Я ехал обратно в Рассвет и не видел смысла ругать здоровяка. Он прекрасно работал, его слушались люди, у него имелся план работы и видение ситуации.

Сейчас меня куда больше волновали отстающие – карьер по добыче камня. Сомнениями я поделился с Леверопом. Раз он так метко попал с дерево, может, у него есть интересная мысль и по тому, где взять новых работников, не теряя в лояльности населения?

– Говорят, что раньше были рабы, – припомнил мординец. – Но я таких не встречал в своей жизни. Да и вообще у нас много чего говорят. Только говорят много, а толку мало. Но где ты их возьмешь? Рабов на войне захватывают. Это же как преступники, грубо говоря. Отбывают свой срок. Пока их не выкупят. Или пока они не отработают свои преступления.

– Да, вот и думаю, – я остановил лошадь на полпути. – Что, если дождаться, отпустить тех, а потом людей вернуть.

– Не согласятся, – покачал головой Левероп.

– И правы будут, – сморщился я, подумав, что сморозил полнейшую глупость. – Значит, у нас получается порочный круг. Сперва мы загоняем в карьер преступников, потом, когда надо нарастить производство, ничего не можем сделать – ведь нам надо найти еще больше преступников, чтобы это сделать, так как никто другой не пойдет туда работать.

– Значит, надо спросить их у других, – порешал телохранитель.

– Купить.

– Нет, купить… – фыркнул Левероп. – Те же Поляны, например. У них есть тюрьма, где сидит несколько человек. Но их надо худо-бедно кормить! Зачем это делать, когда можно отдать их на тяжелые работы? Если Полянам, например, некуда будет деть своих преступников, то на полгода забери их. Поработают – отпустишь.

– Мысль, – согласился я.

Добавить каторжан на тяжелые работы – самое верное решение. Единственной проблемой в данном случае будет охрана. Вдруг бунт поднимут.

– Или можно пройтись по лесам, отыскать тех, кто не ушел обратно за Нируду, – предложил еще одну идею Левероп.

– Живут люди себе в лесах и живут, – в это дело я лезть не собирался. – Что там, сотня вооруженных до зубов бандитов? Нет. Не столько. И уж точно не бандитов. Придет время, когда они нам начнут мешаться, тогда мы с ними и разберемся.

К счастью, решить эту проблему нам помогли помощники торговцев, которые прибыли уточнить – все ли в силе по нашей сделке. И вопрос о заключенных я задал им напрямую.

Ответ не то чтобы меня устроил. Пять или семь человек мне смогли предложить. Как и предполагал Левероп – за так. При наличии почти трех десятков работников – это не очень много. Но все же лучше, чем ничего. Правда, предложили поговорить с Советом Пакшена или кем-то из верхушки. Тамошние тюрьмы просто забиты.

Превозмогая самого себя, я отыскал Севолапа. Тот, к моему удивлению, предпочитал ютиться в палатке. В теплое время года она была бы довольно просторной, но сейчас в ней немало места занимала железная печка и большая поленница, чтобы некогда весьма влиятельный человек – и до сих пор считающий, что он до крайности влиятелен в Рассвете – мог согреться.

– Ты уже был у Анарея? – без приветствия начал Севолап.

– Отправлюсь сразу же, как поговорю с тобой, – я тоже не счел нужным размениваться на всякие там любезности. – У тебя ведь есть контакты в Пакшене?

– Разумеется, но с чего мне помогать тебе?

– Я не просил помощи!

– Пока что, – ехидно улыбнулся Севолап. – Я же все про тебя знаю, Бавлер. – Все!

– Мне нужны люди, которые сидят в ваших тюрьмах.

– О, едва ли там наберется много. Разве что самые мерзкие типы, которых даже на фронт никто не взял, – он сперва задумался, а потом сразу же осклабился. – Неужто ты на шару хотел рабочую силу получить?

– На шару? – не понял я.

– Низший, он и есть низший, – вздохнул Севолап. – Бавлер. Сделай, что я тебя просил. Отведи Анарея обратно за Кралю. Потом мы с тобой будем говорить.

Большего мне от него добиться не удалось. Я вышел к Леверопу, не сказав тому ни слова. Потом вернулся к себе, подумал, не надо ли подготовиться к долгому путешествию – а затем взял с собой лишь тетрадь, да немного припасов. И меч вместо ножа.

Хотя махать им было сложнее, да и нести тяжеловато, ради собственной безопасности я предпочел взять его, а не обычный нож.

– Лучше бы ты еще охраны взял, – заметил Левероп, когда получил отказ в увеличении компании. – Дополнительный меч в руках опытного бойца лучше, чем в твоих.