Выживший-12: Стиратель границ, том 2

Тем временем мы добрались до Старого Порта. Место оказалось интересным, хотя поначалу ничего, кроме скуки не вызвало – тихо, спокойно, если не считать стука молотков, который доносился с северной части.

– Мы там тоже башни ставим. К тому же и лес тут поближе. Вообще, места хорошие, – оценивающе сообщил Анарей. – Но и Краля здесь сложная, извилистая, если ниже по течению смотреть. А в самом Старом Порте она довольно ровная и широкая. Точно ее специально копали.

С южной стороны Старый Порт оброс деревянными домиками. Небольшими, такими же ладными, как и все строения, которые я до того видел в мординских деревнях, ныне именуемых Заречьем.

Большая часть из них выглядела более старой: темная древесина создавала впечатление гнетущее, мрачное, однако прямые линии и отсутствие покосившихся строений внушали скорее надежду на крепость каждого дома и всего селения в целом.

– Вот он, Старый Порт, – доложил мне капитан.

– Но где же… – начал я.

– Дальше, – не стал углубляться в разъяснения Анарей.

Мы пошли в Старый Порт, все такой же тихий и немного людный. Охрана, оставленная капитаном, была на своих местах, что успокаивало.

– Какие же здесь ровные улицы! – поразился я.

Как бы ни старались мы делать улицы Рассвета ровными, они все равно время от времени начинали искривляться. То дом немного в сторону уйдет, то из-за небольшого перепада по высоте он начинает создавать впечатление кривизны – причин было много, но мне казалось, что в основном мы старательно создавали что-то ровное, красивое.

Теперь же, в сравнении с улицами, которые я увидел в Старом Порте, Рассвет стал казаться мне уже не таким красивым и живописным. Но несмотря на потрясение, я продолжал смотреть во все глаза.

Улицы – земля. Неширокие. Ровные, но ширина была такой, чтобы не больше двух телег смогло разъехаться. Мне показалось, что этого недостаточно для развития крупного селения. Тем более, что эту деревню называли Портом.

– Интересно, есть ли здесь Новый Порт? – спросил я Леверопа.

– Говорят, что выше, на другой реке, стоит. Но в тех землях я не бывал, – признался он, повергнув меня в еще большие сомнения.

– Давайте спустимся ближе к реке, – предложил я. – Посмотрим на деревню с воды.

– Зачем? – усомнился в моем решении капитан Анарей, но все же направил лошадь в сторону Крали: тем более, что после пары улиц, ведущих прочь от реки, нашелся и прогон, нам нужный.

В отличие от ровных дорог, эта шла под уклон и потому на нее не пожалели камня. Не того бутового, который мы поставляли в Рассвет и закладывали в фундаменты новых домов по всем деревням, а натурального – прочного, гладкого, но не истертого.

– Дорогу явно используют чаще прочих, – заметил я.

– Нет, не только, – опытным взглядом оценил капитан. – Это почти как лестница. Смотри, камни лежат ровно, каждый чуть выше предыдущего, если смотреть от реки. Чтобы копыта лошадей, да и ноги у людей не скользили, если они решат подняться или спуститься как с грузом, так и без него. У нас раньше использовали доски и бревна для такого – чтобы подниматься вверх или вниз по склону, я имею в виду.

– Значит, Порт и правда использовался раньше для грузов.

Мы спустились к реке. Мощеная дорога заканчивалась, упираясь в огромную ровную плиту, лишь слегка перекошенную – она уходила в землю, но представляла собой камень невероятных размеров.

Я видел нечто подобное – когда мы нашли бутовый камень. Он расслаивался горизонтально. И можно было наверняка попробовать снять такую же плиту – только зачем? В ней был бы невероятный вес, который не смогли бы тянуть и десять лошадей. А здесь лежала такая же, только серая, причем лежала в земле, будто врезанная в склон.

Потоптавшись на ней, я посмотрел на Леверопа, но по его лицу было понятно – он точно видит эту штуку в первый раз.

– Но ведь она же всегда здесь была? – спросил я его.

– Наверно. Я никогда не спускался к реке. Бывал лишь в доме здешнего старосты, Рунила. Ему уже лет… я даже не знаю, сколько! Он наверняка так же стар, как и твой Отшельник!

– Может, надо за ним послать? – спросил я Анарея.

– Нет, мои люди сходили уже, – капитан показал на человека, который бодро спускался по камням, опираясь, правда, на большую сучковатую трость.

Его волосы были тронуты сединой – черные пряди перемежались серыми и белыми. Он шел неспешно, но поднял голову где-то на середине склона, заспешил так, что я начал бояться за него – споткнется еще! Но ничего страшного не произошло.

Старик подошел к нам, кивнул капитану, улыбнулся Леверопу, как давнему знакомому, но первым подал руку мне.

– Здравствуй, – сказал он. – Говорят, теперь у тебя другое имя?

– Вы… – смутился я, – что, знали меня?

– Конечно, Бавлер. Прежнее имя называть не стоит. Это опасно.