Выживший-4: Лидер на минималках

Глава 1. По крышам

Привет, я Бавлер. Я Бавлер и мне шестнадцать лет. Но я не уверен ни в первом факте, ни во втором, и это не делает мне чести.

Я не трачу время на выяснение фактов обо мне. То, что мне снилось – это лишь в моей голове. Что-то из прошлого. Вероятно, меня зовут Артем, но никто из жителей моей деревни не желает этого признавать. А еще есть много интересного, что мне успели сообщить, но чего я не могу использовать.

Забавно размышлять об этом, когда сидишь на башне. Правда, настоящая башня. Сложена из сосновых бревен. Такие большие и массивные – кажется, что ее ничего не может разрушить. Надеюсь, мне не придется быть свидетелем таких проверок на прочность. А пока что она меня устраивает. Высокая, надежная. И вполне может помочь защитникам отстоять мою деревню в случае нападения.

Кстати, моя деревня чем-то похожа и на меня – у нее тоже нет имени. Только если у меня есть слово, которым меня как-то назвал Отшельник, мой учитель, то с названием для деревни мы до сих пор не смогли определиться. И с каждым днем мне все сложнее придумать что-то такое, что подойдет деревне, которая в будущем должна стать городом.

Возвращаясь ко мне – у меня неплохие показатели. И они немного растут:

Сила – 6

Ловкость – 3

Сообразительность – 5

Красноречие – 5

Сообразительность поначалу была чуть ниже, потому что трудно было нормально соображать, когда ты находишься в лесу, придя в себя, точно после удара по голове. Где уж тут ставить рекорды по умственным способностям.

А еще есть пара навыков. По факту их чуть больше, но о чем-то не знает Отшельник, а о чем-то я ему не сказал. Поэтому с навыками у меня в действительности немного лучше, чем записано в тетради:

Лесоруб, уровень 1

Строитель, уровень 1

Лидер, уровень 1

С башни открывается просто потрясающий вид. Отличный. Шикарный. Невообразимо живописный, потому что моего словарного запаса не хватает для того, чтобы провести полное описание всего, что я вижу.

Ведь деревня находится в удачном месте – она стоит на дороге, которая ведет к монастырю. Когда-то туда многие отправлялись, но с началом очередной войны между городами людей, стремящихся туда, становится все меньше.

Я посмотрел на восток, как раз в сторону монастыря. Строений и стен не видно. Но зато видно, как солнце начинает подогревать небо, меняя холодный цвет ночи на приятный оранжевый – утренний. В той стороне только дорога и поля.

На западе, где небо чернильно-синее и даже висит еще пара звезд, можно увидеть леса. А дорога в ту сторону уходит к мосту через Нируду – очень широкую реку, которая отделяет нас от прочей цивилизации и служит естественной границей.

С севера она и протекает – но на расстоянии сотен метров от деревни. Точно я не замерял, но мне кажется, что получится даже больше километра. Может быть, когда-то в будущем на берегах реки Нируды мы построим еще одно поселение. Пока что там нет даже рыбацкого домика.

Зато есть глина и травы по берегам растут довольно полезные. Я посмотрел вниз, а потом – на юг. С юга – большой лесной массив.

Если по ту сторону реки леса давно вырубили и скорость вырубки существенно превышает скорость роста лесов, то у меня есть все шансы на создание целого производства.

Есть у меня и проблемы – и обработка дерева как раз является одной из них. Мои плотники, Крол и Окит – до сих пор не вернулись. С тех пор, как они ушли, прошла почти неделя. И я ждал, что они придут обратно, но нет. Дождаться мне не представлялось возможным. Вероятно, в Полянах, куда они пошли, возникли какие-то проблемы.

И снова я посмотрел вниз – в деревне начинается движение. С первыми лучами солнца. Может, назвать деревню «Рассвет»? Если она станет городом, то название можно даже не менять.

Первые жители – пастухи и фермеры. Когда выяснилось, что в начале июля вполне можно заниматься огородом на диких полях – в этом меня убедили местные, я не только сам помог жителям, но и перераспределил некоторых со стройки и вырубки в помощь единственному фермеру и паре пастухов.

На самом деле, пара пастухов прекрасно справлялась с относительно небольшим поголовьем скота. А вот помощь в огороде была нужнее. Поэтому сейчас в деревне не наблюдалось критических проблем с едой. А в случае необходимости всегда можно было сделать дополнительный заказ Ижерону, который регулярно проезжал из Монастыря в северные поселения.

Неудивительно, что раньше он скрывал от нас монастырь – это место могло продать или даже дать просто так некоторое количество еды. Небольшое. Но достаточное для моей деревни.

Пока что мы не налаживали никаких связей и потому монастырь был единственным местом, откуда нам могла поступать помощь. Меня это устраивало.

Солнце начинало играть по крышам. Свежим. Только что уложенным. Двускатным по большей части, но некоторые были с дополнительными слуховыми окнами. Но смотрелось это все просто потрясающе.

Я так и не привык к тому, что на некоторое время у нас поселилась бригада строителей. Их было много – и им понадобилось лишь четыре дня на то, чтобы собственноручно сделать несколько добротных зданий.

И если с начала прошлой недели в моей деревне была лишь башня, изба да недостроенный барак, то сейчас бараков стало четыре, а для торговца Кирота появился склад. Именно такой, как он хотел.

Бараки вмещали всех жителей без тесноты. Максимум – три семьи. Никаких коммунальных квартир. Я сам так хотел назвать эти бараки, но мне не позволили. Сказали, что в старых книгах подобное выглядит, как ругательство. И потому я оставил длинные, по двадцать метров дома, бараками в своей памяти и речи.

А изба, как того и хотел Отшельник, мой учитель, временно отошла ему. У него там было достаточно места для того, чтобы вспоминать, как быть этим самым учителем. Поскольку он еще был самым старым из нас, никто не возражал, что почтенный житель деревни имеет собственную избу.

К тому же, слух о том, что он тридцать лет прожил в лесу один, быстро разнесся по деревне. И Отшельника кто-то уважал, что он сохранил человеческий облик и речь. Некоторые побаивались, считая, что он общается с духами и нечистой силой. Мне было плевать. Для меня Отшельник был хорошим человеком, который помогал мне развивать мое поселение.

Для чего оно мне нужно? Если мне шестнадцать лет, и я не помню того, что случилось раньше, это не значит, что я не хочу выяснить все факты из своего прошлого. Но беда в том, что все секреты прошлого хранятся в городах. А там сейчас идет война.

И прибыть в город без внушительного «портфолио» в виде собственной деревни – а лучше города – равносильно моментальному зачислению в ряды гордых недолгожителей той или иной стороны конфликта.

Поэтому прежде, чем отправиться непосредственно в город, я хотел сперва удостовериться в том, что мое поселение будет существовать без проблем. И чем больше оно будет, тем проще ему существовать.

Я еще раз посмотрел в сторону восходящего солнца. На душе было спокойно. Можно заниматься новыми делами.

Глава 2. Старые новые дела

– Когда ты думаешь реализовать находку? – спросила меня Фелида, забравшись ко мне наверх совершенно неожиданно.

Вспоминая о находке, она подразумевала золото, которое мы нашли в деревне Бережки. Золота оказалось три ящика. Чистого. В слитках, которые, как и металл, были дополнительно уложены в специальные тряпицы, чтобы не греметь при транспортировке и также защищали благородный металл от грязи.

– Чем быстрее, тем лучше, Фелида, – ответил я. Вот только что я сидел на башне и думал спокойно заняться делами, как девушка вмиг меня обратно увлекла на просторы мирских забот. – Проблема лишь в том, что нам с ними надо разобраться как можно правильнее.

– Правильнее? – она фыркнула. Когда говоришь на башне, да еще рано утром, нужно говорить тише, а вот фыркала девушка очень даже громко. Так всех жителей перебудит. – Не знаю даже, что тебе и ответить. Вот, вроде бы умный парень, но иногда ты меня просто поражаешь.

– В смысле? – удивился я.

– Я о том, что ты не помнишь ничего о своем прошлом, но упорно говоришь о том, что надо все сделать правильно. Может, ты в прошлой жизни бандитом был. Известным в определенной степени.

– Да, в шестнадцать-то лет…

– Ну, ладно… переборщила я. Не бандитом. И не преступником. Но кем-то около закона. Священником, там. Торговцем. Банкиром.

– Около закона? – переспросил я.

– Да все нарушают закон, если знают, что им ничего за это не будет, – ответила мне Фелида. На этот раз она не стала фыркать, но действовала так, точно напоминала мне о вполне реальном варианте развития событий: – Ты можешь сделать то же самое.

– Не уверен, – ответил я, как раз-таки очень даже уверенно. Уверенный в своей неуверенности. Ха!

– Я очень надеюсь, что ты сможешь мне это объяснить.

– Да, конечно, смогу. Видишь ли, в этом мире, как мне сказали, надо играть по правилам. Пока что я не могу устанавливать свои правила.

– С чего ты так решил?

– С того, что у меня пока что очень мало людей. Я же был в Ничках. Там жителей больше сотни. Даже местная дружина, если придет ко мне «в гости», не оставит от поселения камня на камне.

– Скорее уж бревна на бревне, – снова фыркнула девушка, а я умудрился одновременно с ней сказать:

– Кстати, я придумал название! – и Фелида резко заткнулась.

Полученным эффектом я наслаждался очень даже недолго. Юная наемница быстро переключилась со своих мыслей на мою идею и тут же потребовала ответ. Глядя на ее смеющиеся глаза, я покраснел, и с трудом выдавил из себя:

– Рассвет. Я хотел бы назвать деревню «Рассвет», – и стал ждать, когда она начнет смеяться. Но этого не произошло.

– Правда? Красиво. Вероятно, могут быть и другие варианты, но этот – выглядит… перспективно. Но мы отвлеклись от твоей правильности. Что мы будем делать с золотом?

В этот раз я мог бы фыркнуть, но не стал. Когда мы втроем с Авроном нашли три ящика с драгоценным металлом, я был просто на седьмом небе от счастья. Ведь это означало, что средств хватит для строительства всего необходимого.

– Его надо превратить в нормальные деньги.

– Брось, – посмеялась Фелида. – Это все глупости!

– Нет, ты чего! – воскликнул я, удивившись ее напору.

– Там три ящика. В десятикилограммовых слитках. В каждом ящике – минимум двенадцать слитков. Это триста шестьдесят слитков. Огромная масса золота. Даже крупные деревни не знают такого количества денег!

– Ты… ты хочешь долю все-таки? – недоверчиво спросил я.

Недоверчиво лишь потому, что, когда мы стали доставать золото из подвалов, ни Аврон, ни Фелида не приняли от меня даже малой части золота в качестве доли. За их труд. За их работу – в пользу достижения моих целей. И потому теперь я не понимал, чего именно хочет Фелида.

– Нет, мне не нужна доля. Я уже сказала тебе, что я готова остаться здесь. Но не понимаю я, чего ты медлишь! – она повернулась ко мне: – Бу! – и рассмеялась: – у тебя сейчас такое лицо…

– Да потому что! – воскликнул я, а потом сам зажал себе рот рукой. – Потому что! Кирот услышит. И потребует золото себе. Или он знает, что Еливар на самом деле жив.

– Да, мы не нашли торговца. Но я думаю, что он скорее мертв. И где-нибудь закопан. Так что его золото – теперь твое. Наше. В смысле, принадлежит Рассвету.

– Угу, – кивнул я. – Угу, – повторил я в рассеянности.

Учитывая, что у Кирота есть связи, огромное количество помощников и партнеров, я не мог оставить золото в Бережке. Слишком оно было на виду.

Мы втроем быстро догадались, что его можно найти в ближайшем подвале, а уж торговец и подавно догадается. Поэтому золото быстро перебралось в сторону от деревни.

Решив, что ящики лучше закопать, мы миновали кучку земли, которая обозначала место, где Трик, Йон и Перт схоронили бандитов.

– Это должна быть обманка, – пояснила Фелида, хитрость которой в сравнении со мной и Авроном попросту зашкаливала. – Если в этой стороне увидят яму, ее раскопают, увидят, что там лежит – и пойдут дальше по кругу.

И, добавив еще несколько десятков метров, мы едва ли не голыми руками раскопали яму в поле. Земля была сухая – дожди не шли несколько дней – а потому и работать нам было легко. Буквально досками и остатками инструмента, который не забрали с собой жители, мы вырыли яму, в которую на полметра вниз опустили ящики.

Процессом руководила Фелида и потому вместо холмика земли мы положили обратно срезанный дерн. И остатки грунта раскидали далеко вокруг. Найти место можно было лишь по расчету – около ста шагов от дома Конральда.

– Я бы на твоем месте расспросила торговца о том, сколько стоят его парни. Может, того золота…

– Тс-с-с, давай тише. Или используй другое слово! – потребовал я.

– Ладно-ладно, трусишка, – Фелида снова улыбнулась, но почему-то ее улыбка и вообще ее вид меня напрягали. – Просто узнай цену. Или хотя бы начни с того, что тебе надо выяснить, сколько дней они будут здесь. Очень работоспособные парни. Здорово строят. И лес валят на ура.

– У нас ведь еще куча других дел, Фелида, – сказал я. – Нам надо ведь найти кузнеца. И вернуть Крола. Я бы хотел уже завтра отправиться с тобой в Поляны. Дела надо завершать – не все они заканчиваются, как с Бережком.

– Завтра? Что ж, можно. Только поищи себе нормальную обувь, – она посмотрела на мои кроссовки и сморщилась. – Скажи, почему ты не оставил то, что нашел у Аврона?

– Потому что в них неудобно.

– А в ЭТОМ тебе удобно? – и носком сапога она потыкала в почти отрывающийся носок кроссовка.

– ДА! – воскликнул я. – Удобно и я не буду менять эту обувь на местную, пока не оторвется подошва.

– Черт с тобой, – отмахнулась девушка. – Вечно споришь, да все без толку. Иди по своим делам!

Меня всегда удивляло в ней то, как быстро меняется настроение. И то, как она разговаривает с людьми. Совершенно беспардонно. Без каких-то поправок на то, что другие люди тоже могут обидеться.

Я лишь закатил глаза, но сделал это незаметно для Фелиды. И пошел к лестнице вниз. У самого проема она меня окликнула:

– Я верю, что у тебя все получится, – произнесла она, а потом добавила чуть громче: – Эй! Ты что, обиделся? Мог бы и обернуться.

Конечно же, я на нее не обиделся. И потому обернулся, но встал так неудачно, что отрывающийся носок кроссовка попал под другую ногу.

Я покачнулся, попытался сохранить равновесие, взмахнув руками, но вместо этого пальцами я ухватился за воздух и, приложившись затылком о противоположный край проема, ухнул вниз с пятиметровой высоты.

Глава 3. Огромный список

– Если это игра, так она должна быть на что-то похожа! – раздался голос в абсолютной темноте. – Если это жизнь, то она неповторима!

Голос похож на мой собственный, но при этом на пару октав выше. Не до противного писклявый и неприятный, но в то же время чужой. Лишь с нотками моего собственного голоса. Странно и непонятно.

– Если долго лежать, то у тебя на голове вырастет дерево! – продолжал тонкоголосый я. – Корни прорастут насквозь, и ты не сможешь ходить. Прямо как…

– Прямо как в Fallout? – спросил я. Но даже в этом вопросе звучало определенное утверждение. Потому что я спрашивал не у голоса, так ли это. Я знал, что в этой серии игр был персонаж, в голове которого росло дерево. Я спрашивал, знает ли тот голос об этом. И тут же получил утвердительный ответ:

– Конечно! Ты же играл и знаешь, что это так.

– А ты? – спросил я, с удовольствием отметив про себя, что я дал правильный ответ. Прямо как на тестах в колледже.

– Конечно! – его ответ с точностью дублировал мой. – Ведь он был даже не в одной части. А еще его можно было убить или пощадить… Ты ведь это тоже помнишь?

– Помню, – ответил я. – Помню очень хорошо, но… послушай!

– Да? – с какой-то ехидцой спросил голос.

– Раз ты все так хорошо знаешь, может быть, ты скажешь, что это за мир, в который я попал?

– Мир? Ну, не знаю. Едва ли это мир, который ты сам себе выдумал.

– Нет, это уж точно не так! – воскликнул я. – Но просто очень много чего похоже на что-то, что я когда-то помнил, а потом забыл.

– Ну-у-у-у, – голос тянул букву «у» очень долго, а потом его обладатель щелкнул пальцами в темноте. – Вообще я бы много чего похожего отметил. И река, и монастырь – это уже когда-то было.

– То есть, ты утверждаешь, что это все же игра!

– Нет. Я лишь сказал, что игра должна быть на что-то похожа. Но если что-то одно похоже на что-то другое, это необязательно должна быть игра!

– Ты меня путаешь.

– Ничуть! Хотя, я вспомнил! Когда Отшельник говорил тебе про рост параметров и поднял твою сообразительность с трех до пяти, то такая система прокачки тоже уже где-то была.

– Та-а-а-к, – протянул я. – Была, помню. В Свитках она была.

– Верно, – с блаженным удовольствием выдал мне голос. – Была. Чем больше ты пользуешься чем-то, связанным с твоим навыком, тем выше он становится. Что мне еще тебе рассказать?

– Про монастырь.

– Святое дело! Ты что, забыл? – удивился голос. – Ты не мог забыть игру, в которую играл годами.

– Готика? – вспомнил я.

– Вторая часть.

– С дополнением!

– Да-а!

– Черт, я же так хорошо помнил этот момент… И овца?

– И тысяча монет, – хитро добавил голос. – Это все было.

– А что насчет реки?

– Река – это же символ. Как Рубикон!

– Рубикон, который пересек Цезарь?

– А Фелида еще считает тебя тупеньким! – голос был в восхищении. – Ты же все это помнишь. И знаешь. И если вспомнишь все, что поймешь, что на самом деле у тебя больше опыта, чем у всех местных, вместе взятых.

– Да ну?

– Разумеется. Если все это когда-то было в твоих играх, то ты наверняка должен помнить, как это работает. И использовать ситуацию только себе во благо. И радуйся, что здесь нет почти ничего из первой части Готики.

– Почти ничего?

– Если заменить руду на золото – то орать с башни про три ящика золота вообще не стоит.

– Знаю, – согласился я.

– И твое строительство – это тоже очень сложная структура. Я бы даже сказал, что это мешанина из Тропико и Поселенцев. Может, даже чего-то боевого, но я пока и сам не понял. У меня же это не открыто – раз ты сам не попробовал.

– А предложение Кирота?

– Предложение торговца я бы сам с удовольствием принял, как и ты. Не бойся того, что тебя критикует Фелида. Это – твое поселение. И Рассвет – хорошее название. Кстати, мне кажется, что это они взяли из серии Порт-Роял.

– Они? – не факт, что я помнил эту игру, но слово «они» меня напрягло куда больше.

– Они-они. Кто здесь на самом деле рулит.

– Я до них доберусь!

– Доберешься, и что дальше? – посмеялся голос. – Едва ли ты сейчас сможешь нанести какой-то реальный вред им. Да и вообще, что они тебе сделали?

– Они закинули меня сюда!

– О, ты думаешь? Закинули? Или… Нет, не буду тебе сразу все карты раскрывать.

– Но хотя бы насчет меня расскажи, раз ты не хочешь раскрывать все карты! – почти обиженно ответил я.

– Чего ты хочешь знать? Что ты правда учился в колледже? Да, это правда. Только вместо того, чтобы учиться, ты пытался проходить одновременно десятки игр. Как будто тебе школьных лет не хватило. И аттестата с тройками.

– С тройками? Что, все было так плохо?

– Ты играл по шесть-восемь часов в день, Артем!

– Так все-таки меня зовут не Бавлер?

– Да, только Отшельник был прав в том, что эти мысли тебе стоит держать при себе. Не нужно говорить всем и каждому о том, что твое имя не такое, как тебя представил старик. Оно даже не вписывается в этот мир! И чем страннее ты будешь выглядеть для этого мира, тем хуже к тебе будут относиться. Не забывай, что твоя репутация в деревне, городе и мире в целом… это куда более важный параметр, чем личные параметры.

– Ты так хорошо начал объяснять, а потом все запутал! – рассердился я.

– Давай скажу проще. Ты делаешь правильно, когда соблюдаешь правила мира. У тебя нет сил, чтобы сопротивляться врагу. И ты это помнишь по Сегуну.

– По чему? – переспросил я.

– По игре «Сегун». Ты должен ее помнить.

– А-а-а, стратегия.

– Да, твоя жажда строить поселения и зарабатывать репутацию перекочевала из твоей любви к стратегиям. Давай, вспоминай историю своего мира. Ты поймешь, что она циклична. Будет гораздо проще. И опять же тебе скажу важную вещь: твой Отшельник – очень сообразительный. И начитанный. Он дает тебе дельные советы. Плюс он стар, так что нет импульсивности Фелиды. Слушай лучше его.

– А Веллент? – спросил я, но голос уже точно скрывался вдали.

– Не знаю…

– Бавлер! Чтоб тебя! Я же сказала, что твоя обувь уже не годится! – шлепок по лицу привел меня в чувство.

– Я долго был в отключке? – первым делом спросил я.

– Минуты две тебя бью!

– Спасибо, хватит, – твердо отозвался я, а Фелида широко раскрыла глаза, так и застыв с поднятой рукой. – У меня уже щеки горят. Со мной все хорошо, но…

– Весь затылок в крови!

– Заживет, – я приподнял голову и коснулся пальцами затылка: крови было совсем немного. – Дойду до Торна, он что-нибудь приложит. И спасибо, что привела в чувство, – ответил я, потому что девушка выглядела ужасно испуганной. – Со мной все хорошо.

– Зато со мной… ладно, иди. Дела не ждут, – проворчала она, встала и быстро отряхнулась, а потом полезла наверх. С третьей ступеньки она обернулась: – Хорошо, что не сломал ступеньки, когда падал!

Так себе поддержка. Я даже на ноги не встал.

То, что мне наговорили, пока я был в отключке, представляло огромный список игр, на которые я, очевидно, потратил не одну сотню часов. Картинки постеров и видов с монитора представали передо мной.

Я принялся считать все ролевые и их оказалось немало. Несколько частей Готики и Фолаута, Свитки, на которые я потратил больше всего времени. Где-то между воспоминаниями об играх в моей памяти всплывало то, чему меня пытались научить в школе и колледже.

Но это были какие-то отдельные, почти не связанные между собой факты. Консументы и продуценты… вроде бы где-то в биологии. Что-то про «Лондон из зэкепитал…», а дальше я не помнил – и почему вообще Лондон из чего-то сделан? Странно.

Да и прочие факты были не лучше. Другое дело – игры и их сюжеты.

Когда я вспомнил, лежа на соломенной подстилке внизу, большую их часть, окружающий меня мир не стал понятнее, но я начал понимать, что мне надо отправиться в Поляны. Только перед этим надо «почистить» список задач. И для Полян я составил отдельный:

– 

Забрать кузнеца из Полян

– 

Вернуть Крола

– 

Добыть карту.

– Кажется, с этим можно работать, – пробормотал я, лежа прописывая буквы на новой странице тетради. – Не такой уж и огромный этот список! В отличие от игр…

Глава 4. Сборы

Про свой сон я не стал рассказывать Фелиде или кому бы то ни было еще. В лучшем случае они поднимут меня на смех, а в худшем случае мне навешают так, что я забуду все еще раз. В том числе и про все свои благие намерения.

Однако воспоминания в моей памяти уверили меня не только в том, что у меня есть реальное прошлое. Есть еще воспоминания – и это не только игры. Как-то надо вспомнить и все остальное.

Только вот навыки строителя мне теперь не слишком-то нужны. Но все остальное! Ведь игры – это компьютер, ноутбук. Планшет или смартфон на худой конец.

Я отошел подальше от башни. Ну, жанр TD я бы не хотел реализовывать в этом мире, потому что обычно в первой попытке я проигрывал, расставляя не те башни, которые были нужны.

В любом случае, игры воспроизводились на технике, а техника была очень сложной. Значит, в моем мире были технологии, которые здесь отсутствовали.

Я вспомнил, что даже в глухой деревне был телевизор и спутниковая тарелка, которой умели пользоваться местные жители.

Если была разница между столицей и провинцией, то она заключалась в нескольких поколениях аналогичной техники. Но не было такого, что в течение года новинки не просачивались в глушь.

Так что здесь явно не было ничего подобного. Я отправился собирать припасы на долгую дорогу – мы явно планировали двигаться пешком.

Попутно я размышлял о том, что технологии здесь можно добавить несколькими способами. О том, что некоторые из них вообще останутся недоступными, я даже не помышлял. Дойти до нужного уровня нужно, можно – и можно даже превысить этот уровень без особой сложности.

Во-первых, самое простое – технологию я могу вспомнить. Но для этого мне нужно ее знать. А чтобы знать, надо, чтобы я ее выучил во время обучения. Шансы на это относительно невысоки.