Выживший-8: Сбившись с пути. Том 2

Глава 1. Система

– Уважаемый Совет, – громогласно начал я. – Говорить мне предстоит много, а вам, вероятно, еще больше, но ситуация такая, что в мир нам выйти просто так нельзя.

С этими словами я осмотрел всех, кто собрался сегодня в моей избе. Там была Ония, был Отшельник, сидел на корточках Аврон, в углу стоял Конральд, на кровати присел Кирот, а рядом с ним стоял Вардо. Присутствовал Отля и даже Отфро зашел. На то, что он из мординских, в Рассвете никто не смотрел. Или, по крайней мере, виду не подавали.

Кроме них был еще Крол. Словом, Совет включал тех, кто значительно повлиял на развитие поселения. Собрал я всех сразу же, как только мы вернулись назад после стычки с гоблинами.

Братьев Леверопа и Килоса я отправил к своим – может, добычей поделятся. Сам же, пользуясь передышкой – весьма неприятной, между прочим, собрал Совет. Передышка возникла из-за разодранной ноги.

Чертов гоблин! Если бы не он, мы бы вчетвером узнали, есть ли металл на кораблях в месте впадения Крали в Нируду.

– Я должен был сделать это давным-давно, но медлил, так как считал, что система оценки параметров Рассвету не нужна. И ошибался, – продолжал говорить я, пока остальные меня внимательно слушали. – Здесь мы с вами собрались для того, чтобы договориться – нужна нам такая система в принципе или лучше забросить эту затею и заняться реальными делами. Второй вопрос исходит из первого, – тут я перевел дух, – и заключается в том, что именно нам стоит включить в нашу систему. Надо ли нам брать за основу что-то, уже придуманное другими, или начать с нуля.

После продолжительной речи последовала не менее продолжительная пауза. Я вот по возвращении предпочел выспаться. Совесть меня мучила – я спешил найти металл, но трое спутников уговорили меня вернуться в Рассвет. Потому что нога важнее.

Оказалось, что для полноценной помощи нужно и нагрузок избегать, так как гоблин умудрился по мышце цепануть, и еще разные травы – грязь убрать, заражения исключить… много чего – Торн отправился дальше искать.

А вот Совет я решил напрячь конкретно – хотя бы тем, что внезапно расширил его до такого состава, тогда как раньше предполагал исключительно минимальное количество. Не более пяти-шести человек.

– Бавлер, – первым решился говорить Кирот. – Система оценки параметров – штука сложная. У меня есть опасения, что без должного фундамента, без наличия дворян, которые имели бы опыт с системой, мы можем попасть впросак.

– Но ты не усомнился в том, что система нужна, – ответил я. – Зачем она нужна Рассвету? Что она даст? Кого проверять по ней? Всех?

– Эгегей, потише, пожалуйста, – рассмеялся Кирот. – Я не могу так быстро отвечать на вопросы. Их у тебя слишком много. Во-первых, я считаю, что система нам точно нужна. Без нее мы не вписываемся в мир. В каждом городе такие системы есть.

– И пусть все спорят о том, какая из систем лучше, включая нашу? – задал вопрос Конральд.

– Наша будет лучшей, – ответил я. – А потому мы обсуждаем ее, а не внедряем с моей подачи.

– Так и все остальные системы тоже обсуждались, – возразил Вардо. – Более того, они проверялись временем, хотя, надо заметить, что в последние десятилетия не было значительных изменений.

– Значит, мы пока что на правильном пути, – решил я. – Но мне важно знать ваши мнения относительно необходимости системы. Кирот согласился. Вардо тоже, – добавил я, когда тот кивнул. – Отшельник? Думаю, без сомнений. Еще три голоса, пожалуйста, руки поднимите, кто «за»?

Все, кто был в избе, подняли руки. Явно знали больше моего, потому что я даже после голосования чувствовал, что не до конца понимаю принципов этой системы.

– Едем дальше, – я поставил у себя в дневнике отметку, что систему создаем, что голосование было и прошло успешно. Для системы. – Для кого мы ее создаем?

– Для избранных… – начал было Крол и тут же покачал головой. – Но ведь мы хотим стать лучше, чем другие города. Мы отходим от боевых действий, не вступаем напрямую в конфликты.

– И не напрямую тоже стараемся, – добавил я.

– Словом, я бы предложил эту систему распространить на всех, – быстро закончил Крол. Раздался вздох – и это был не Кирот, а Вардо:

– Мне кажется, вы не понимаете. Это сложно! – воскликнул он.

– Если я и не понимаю, то только почему это будет сложно? – спросил Кирот.

– Ну как же! – подключилась Ония, – ведь проверить надо будет каждого!

– Постойте, – я поспешил притормозить странный спор. – А среди нас или вообще в Рассвете или Валеме – неужели нет людей, которые хоть где-то да прошли бы в подобную систему?

– Разве что Баризон, – напомнил мне Отшельник.

– Нет-нет, с ним я точно не буду разговаривать! – я замахал руками. – Нет. Чужой дворянин, который даже при хорошем лечении сидит у себя и не хочет посмотреть, где оказался – нет. Избавиться от него нужно, да поскорее!

– Тогда никого нет, – ответил Отфро. – Мои ребята прибыли сюда позже всех – среди них нет никого.

– Мы с папой тоже не относимся. Хотя могли бы, но не сложилось, – произнесла Ония.

Остальные тоже покачали головами. И я снова решил взять слово.

– Тогда у меня есть следующее предложение, – начал я. – Мы в эту систему введем всех. Кроме детей. До четырнадцати лет никакой системы.

– То есть?? – возмутился Крол. – Если у Окита будут дети, то мы будем в системе, а они – нет?

– Наличие или отсутствие в системе по возрасту не создаст проблем, – ответил я. – Я не искажаю твою задумку, я хочу избежать массовых проблем, вот и все. У нас почти тысяча жителей. Из них детей – не меньше двухсот. То есть, в систему мы будем включать на пятую часть меньше жителей.

– Хм! – подал голос Кирот. – А это ведь разумно!

– Будут ли еще вопросы? – уточнил я. – Может, кто-то считает, что у нас должны быть люди в системе и вне ее?

– Мы против разделения, – скривила губки Ония. Многие закивали к ее словам.

– Так, – я в задумчивости поскреб ухо. – Тогда принято, – и я сделал еще одну пометку на странице «Система» – для всех.

– А вопросов таких еще много будет? – спросил Конральд. – Перт дежурит, мне бы ему компанию составить. Надо охрану нанимать.

– Попозже, пожалуйста, – попросил я. – У нас важная тема, нам надо с ней закончить, определить общие моменты хотя бы, а потом я тебя… всех вас отпущу.

– Ладно, – проворчал наемник. – Глаголь дальше.

– Система принята для всех, с четырнадцати лет. Но ведь надо с чего-то начинать? – спросил я, хотя сам прекрасно знал ответ.

– Вообще, я бы предложил начать с того, что и ты сам начал, – сказал Отшельник.

– С Силы, Ловкости? – начал припоминать я. Давно уж сам не использовал этих терминов.

– Да. Сообразительность, Сила, Ловкость. С этого и стоит начать.

– Это для Первого уровня? – спросил я.

– Нет, – возразили мне сразу же несколько человек хором: Ония, Отшельник и… Крол?

– Готов слушать ваши мнения, – улыбнулся я. – Наконец-то мы начинаем работать, а не просто соглашаться с тем, что я говорю.

– Бавлер, позволь, – начал Крол. Другие молчали и потому я кивнул, не сомневаясь в том, что другие позволят мастеру над деревом говорить. – Сейчас ты смотришь на это все как бы немного сверху. А теперь представь. Дети, которые хотят выделиться на фоне своих сверстников, будут стараться. Тренироваться. Бегать. Читать, считать, придумывать. А кто-то не будет.

– Что ты хочешь сказать? – обернулся к нему Отшельник.

– Продолжай-продолжай, – попросил я Крола. – Дело говоришь.

– Я не знаю, какие проверки для этого всего будут проходить, но я хочу сказать, что, если один ребенок, который ничего не будет делать, получит условные нули, единицы, может быть, двойки – и первый уровень, то другой, который тренировался и намерен быть лучше остальных… он тоже получит первый уровень??

– Крол, здесь два варианта может быть, – ответил я и заметил, как Кирот хотел возразить, но захлопнул рот. – Либо даже для первого уровня мы даем отсечку – не меньше скольких-то очков по параметрам. Либо создаем уровень один и уровень два прямо на старте. Но, по-моему, получается какое-то расслоение. По уровням.

– Не бывает равных в таком количестве, как ты того хочешь, Бавлер, – наконец-то Кирот нашелся, чем возразить. – Всегда будет расслоение. Я – опытный торговец. Вардо – советник. Но у него больше опыта, чем у Отшельника. Извини, старик, я по общению вижу, что у тебя обычная философия и не больше. Конральд – хороший воин. И Отфро, я уверен, тоже хороший воин. Они близки, но не равны, потому что у них за спиной разный опыт. Расслоение будет.

– Я бы не хотел… – начал я, но теперь возразил Вардо:

– Расслоение даст определенный стимул другим людям расти. Становиться лучше.

– Стимул? – уточнил я.

– Да, – ответил советник Полян. – Это может быть все, что угодно. Жилье в особых районах, доплата деньгами, еще один ужин на семью, например. Но последнее… не лучший вариант.

– Я понял, что ты хотел сказать, – согласился я. – Расслоения нам всем не избежать. Это значит, что рано или поздно у нас будет вражда. Или надо сделать так, чтобы люди уровня ниже не чувствовали ущемления.

– Это мы отдельно продумаем, – сказал Вардо. – Мы начали с простых параметров, и я не думаю, что есть что-то еще для старта. Сила, Ловкость и Сообразительность, – повторил он громко.

– Дальше сложнее будет, – предупредил я. – Меня устраивает три базовых параметра. Ни один человек не может стартовать с чего-то большего, на мой взгляд.

И я вписал эти параметры в состав базовых.

– А чего дальше-то сложного? – удивился Отфро.

– Дальше у детей предстоит выбор профессии, – ответил Кирот. – И согласно профессии им тоже надо развиваться. Каждая профессия, – на всякий случай повторил он, – должна давать равные возможности!

– Равные в чем? – спросил я.

– В том, что нет разницы, чем человек будет заниматься. Он достигнет успеха в равной степени. Может быть стражник десятого уровня. И плотник десятого уровня. И землекоп десятого уровня. Уловил суть?

– Уловил. Проработка дополнительных параметров! – воскликнул я.

– Для каждой профессии это очень громоздко… – протянула Ония. А потом добавила: – И сразу создать такую систему будет сложно!

– Да не надо про сложность. Ония, ты же ходишь по Рассвету и занимаешься чем сейчас? – спросил я.

– Тем, что ты мне поручил: ищу проблемы у жителей, превращаю их в систему, а потом решаю… все сразу. Так проще. Ну, как с мебелью.

– А что с мебелью? – оживился Крол.

Я позволил разговору перейти в иную плоскость. Если долго обсуждать без отдыха одну и ту же тему, то эффективность обсуждения явно упадет до нуля. Усталость еще никто не отменял. И даже я понимал, что мы не создадим систему из ничего за сегодня и уж тем более не доведем ее до совершенства!

Зато послушал, как многие восхищались Онией. Ее отец и вовсе сиял – вроде бы и дочь пристроил неплохо, и ей самой хорошо. И сам Вардо тоже может заниматься тем, чем пожелает – без оглядки на семью.

– И ты успешно все решаешь? – спросил я, когда посчитал, что прошло уже достаточно времени.

– Да, – уверила меня Ония.

– Вот видишь. А я считал, что не справлюсь с этим сам. Поэтому и систему проработать целиком тоже можно, – ответил я. – Разве что дорабатывать придется постепенно.

– Но, чтобы все это проработать, – заявил Отшельник, – надо понимать, кто у нас есть в Рассвете!

– Воины! – воскликнул Отфро. – Стражники или защитники – называйте, как хотите.

– Для них Сила и Ловкость определенно важны, – заметил старик-Отшельник.

– Сила и Ловкость, – наклонился к нему Вардо, – важны для любого дела. Ты не вспашешь землю, не сможешь поймать сбежавшую корову. Не вытащишь рыбу, не махнешь топором. Не сделаешь ничего, если у тебя нет Силы. Не сделаешь ничего.

– Про ловкость то же самое! – добавил Конральд.

– А про Сообразительность что забыли? – возмутилась Ония. – Для плотника важно понимание процесса. Какой инструмент использовать. Для рыбака – тоже. Сеть, удочка. Подсекать… – она продолжала говорить, а у меня глаза на лоб лезли. Дочь Вардо посмотрела на меня: – Что такого? Я целый день была в Валеме, насмотрелась и наслушалась!

– Тогда все дополнительные параметры надо строить на основании этих трех, – заключил я.

– Да! – хором согласились остальные. – Везде, без исключения.

– Тогда давайте вернемся к тому, что за группы у нас есть, чтобы можно было составить для них дальнейшее развитие.

– Строители!

– Лесорубы!

– Извозчики!

– Солдаты. Нет. Защитники! Нет. Стражники! – тут уже единодушия не было.

– Рыбаки!

– Фермеры!

– Мы кого-то еще не охватили? – спросил я.

– Торговцы, – обиженно напомнил Кирот.

– У нас торговля ведется от имени Рассвета, я не вижу смысла в торговле внутри поселения. Пока что.

Торговец со вздохом согласился. Ему ли не соглашаться, когда я нашел останки Еливара, рискуя собственной жизнью. Вот уж задача так задача была.

Всех, кого мне назвали, я поспешил записать в тетрадь. Список получился приличный и формул наверняка немало под это все уйдет.

– По-моему, – заявил Отля, – нулевой уровень – это обидно.

– Ты до сих пор об этом думаешь? – ахнули все.

– Да. Вы прекрасно справляетесь без меня, когда надо рвануть в глушь и заблудиться там. Но не думаете о том, что будет обидно и неприятно людям. Особенно, – он многозначительно поднял вверх палец, – особенно для тех, кто еще бунтует в силу возраста. Первый и второй уровень – это как дать ребенку конфету или две конфеты. Вроде бы как несправедливо, но у каждого что-то есть.

– Ты прав, – Вардо хлопнул в ладоши. – Отличная идея!

Пришлось пометить и точку отсчета – первый уровень, не нулевой.

– А с какого количества очков будет первый и второй уровень? – уточнил я.

– Шесть – для первого уровня, – прозвучало первое предложение.

– Восемь! Шесть мало!

– Десять еще предложите, ну!

– Нет, десять точно много.

– А сколько очков максимум для параметра? Пять? Десять? Десять?!

Процесс обсуждения пошел живее, но не быстрее. Люди активнее включались в важное дело для Рассвета.

Я, хоть и тоже не молчал, но не понимал до конца, зачем нам нужна эта система. Если бы Рассвет не взаимодействовал с другими городами и не планировал взаимодействовать дальше, то все логично – не нужна система.

Но я хотел налаживать отношения. Пакшен. Мордин. Улерин – три города, которые должны перестать драться между собой. Воевать с триадой бессмысленно. По моим скромным подсчетам каждый город имел на своей территории по десять-двадцать тысяч жителей. И было бы полнейшим самоубийством пытаться начать новую войну.

А для мирного решения нужно было именно налаживать отношения. Торговлю. Остановить войну, заморозить конфликт. Сделать так, чтобы из города в город шли люди с товарами, а не мечами и доспехами.

Если я сунусь туда сам по себе, даже как правитель Рассвета – засмеют и выгонят. Не допустят до верхних ни в одном городе. А для меня это как раз и было важно. Поэтому я терпеливо слушал, как пытаются договорить по очкам, по параметрам – и это только для первых двух уровней.

И спорить бы не стал – проще придумать все самому, но в споре рождается истина. С чего я так решил – не помню. Наверно что-то запомнил, пока смотрел истории о жизни Артема.

Я посмотрел на людей рядом с собой. Люди из прошлого похожи на нас. Но столько лет прошло. Они для нас Древние. Интересно только, у них были ли свои Древние? И кто они тогда для нас?

– Бавлер! Бавлер!!

– А?

– Мы договорились, что шесть очков для первого уровня – самое то. Для второго – двенадцать, – услышал я голос Вардо.

– Да, хорошо, пишу, – я начал вносить новые данные.

Войну надо прекратить, чтобы узнать, как мир докатился до бесконечной войны всех со всеми.

Глава 2. Возвращение Ижерона

То, что первые шаги были сделаны – меня радовало. Как, впрочем, и многое другое, что происходило в Рассвете. В Валеме теперь тоже.

Мы составили самое необходимое, определились с основными параметрами.

Сейчас система включала в себя только три параметра, однако обсуждения «навырост» решили оставить на потом, потому что в Рассвет уже вернулся Мьелдон вместе со всеми послушниками.

Я не мог быстро ходить, но, чтобы добраться до раскопок, не требовалось много времени. Поэтому после совещания я распустил всех с призывом подумать, что мы могли упустить.

У Онии осталась та же задача. Торну я выделил четырех мординских бойцов, пару телег и лошадей. По нашим прикидкам экспедиция, развернувшаяся на лодке Еливара, не дошла до места впадения Крали в Нируду лишь пять-семь километров.

Усиление я оставил на тот случай, если придется выдержать нападение еще одной шайки гоблинов. Мало ли сколько существ еще находится там.

До лагеря Мьелдона я добрался на лошади. Нога ныла и ходить пешком я мог только ограниченное время. Но энергии от Совета Рассвета я получил выше крыши.

И потому, оседлав четвероного скакуна, отправился к лесу, прямо к раскинувшемуся лагерю не меньше, чем в двадцать палаток. Горели костры, хотя стоял ясный день, а вокруг лагеря стояли с длинными палками несколько послушников.

– Стой! Кто такой? – остановил меня ближайший.

– Бавлер.

– А, проходи, – он отступил в сторону, позволив мне привязать лошадь к дереву.

– Как дела обстоят? – спросил я, прихромав чуть ближе.

– Копаем. Изучаем. Складываем. В монастырь увезем только те останки, что потребуют особенного исследования, – сообщил послушник. – Хорошо, что ты это все для нас устроил.

– Поблагодари Мьелдона, – улыбнулся я, перенося вес на здоровую ногу. – Это он одним глазом посмотрел на все здесь происходящее и решил перевезти сюда помощников.

– Его мы уже поблагодарили, – ответил послушник. – В монастыре в последние месяцы – тоска смертная. Ничего нового, все одно и то же, – запричитал он, но сразу же остановился: приближался Мьелдон: – Ладно, жаловаться нечего. Посмотрим, что тут будет.

– Рутине везде есть место, – ответил монах. – Рано или поздно, все превращается в рутину. И даже избавление от нее – тоже. Поэтому рано благодарить, рано, – он ухмыльнулся, оглядел всех послушников, а потом посмотрел на меня и протянул руку: – Здравствуй, Бавлер, – прищурился на мою покосившуюся фигуру и добавил: – Похоже, что здравие тебе сейчас совсем не повредит.

– Есть такое, – я пожал руку монаху.

– И кто виной такому твоему состоянию?

– Гоблины, – вздохнул я. – Один оцарапал ногу.

– Ого! – ахнул послушник. – Земляные крысы??

– И весьма агрессивные, – ответил я. – Нас было четверо, так они вшестером решили напасть.

– Не лучший расклад, – ответил Мьелдон. – Было время, мы тоже выходили охотиться на гоблинов, так лучше всего их брал старый добрый огненный шар издалека.

– Руны? – уточнил я, представив, как шар огня поглощает маленького человечка с длинными когтями.

– Конечно, другой магии у нас сейчас нет. Удобно из лука, да и посохом можно неплохо ударить. Особенно, если людей минимум в два раза больше, чем гоблинов.

– Мелкие юркие твари, – добавил послушник, стоявший на страже лагеря.

– Согласен, – кивнул Мьелдон и повел меня через лагерь. – Ты добрался до металла?

– Нет, но мы нашли немного травы, которая нужна для лечения. Торн вызвался набрать еще, чтобы сделать средство для моей ноги. Но на это уйдет время. Может, и само пройдет. Но до металла мы непременно доберемся. Рассвет растет.

– Это хорошо, – но в голосе монаха радости особой не было. – К нам ты прибыли посмотреть на наши успехи? Стоит кого-то еще ждать из Рассвета?

– Меня, Отшельника, Конральда или Аврона – не думаю, что стоит гонять сюда все поселение.

– Твое поселение становится похожим на город, – Мьелдон издалека оценил Рассвет. – Но компактно. Уж слишком. Не боишься болезней?

– Трик, кожевник, чем-то болел, но выздоровел. Йон умер – но у него были проблемы.

– Следи за своими жителями, – посоветовал монах. – Не каждый скажет, что он болен. А у нас – вот, – он подвел меня к приличных размеров яме, внутри которой виднелись сотни костей. И десятки были уже извлечены на поверхность. – Большая часть костей нам неинтересна. Вероятно, тем, кто практикует создание слуг, было бы занятно ограбить старое кладбище…

– Погоди-ка, – перебил я. – Что за слуги? И причем здесь кладбище?

– Если я тебе скажу, что человека держит на ногах его внутренняя энергия, а неодушевленных слуг – магия: этого будет достаточно?

Я покачался из стороны в сторону, проверяя, как чувствует себя поврежденная мышца после нескольких минут активности. Не болела, но все равно было неприятно. А потом посмотрел в яму.

Послушники, из которых десяток ковырялся на дне, сперва вытаскивали кости из верхнего слоя, складывали их в кучу поближе к краю, а потом передавали наверх. Получалось довольно оперативно, хотя одежда послушников делала их похожими на жуков. Особенно, если они еще все перепачкались.

Кости собирала в кучу еще пара послушников наверху. И куча костей росла явно быстрее, чем земляная. Белеющая гора смотрелась более жутко, чем нагромождение скелетов в земле.

Но и землю, которая освобождалась от костей, аккуратно собирали и отправляли на другую сторону ямы. Черное и белое. Меня передернуло.

– Некромантия называется. Но разные люди называют по-разному. Для кого-то колдунство, для кого-то – труповство. А старое название, которое звучало даже в твоих историях из той машины – некромантия. Не так много слов из прошлого мира нам осталось в той форме, в которой они были тогда.

– И кому оно нужно?

– Некромантия – заманчивая штука, – задумчиво проговорил Мьелдон. – В какой-то момент времени ее практиковали все, кому не лень. Экспериментировали. Иногда называли некромантию магией для мертвых. Когда пытались оживить умерших. Но не все так просто и однозначно. Мертво и дерево, потому что не шевелится. Почему бы не оживить дерево? Или камень? Были такие существа, а может и есть – доказательств их присутствия в этом мире до сих пор нет. Да и монастырь не так часто отправляет людей в мир. Ты был третьим за эту сотню лет.

– И все из-за войн?

– Да, – покивал Мьелдон.

– Мы прекратили сотрудничество с фортом, кстати, – ответил я.

– Большое достижение. Чего вам это стоило?

– Пока не ясно. В форте сменилась власть. А с другим командиром я ни о чем не договаривался. Но мы получили своих людей.

– И волки сыты, и овцы целы, – заметил монах.

– Обычная торговля, – я посмотрел, как очередную партию костей закидывают наверх. – Мы обменяли несколько плотов бревен на сотни выживших. Выгнали из Ничков пакшенское дворянство. Если бы на нашей стороне были солдаты в форте, мы могли бы занять и сами Нички. Заброшенную деревню Бережок тоже – и тогда властвовали бы по обе стороны Нируды.

– Я только что хотел тебя похвалить, Бавлер, но сейчас думаю, что зря. Ход с разрывом отношений – верный. Ты не должен поддерживать Пакшен. Или вредить Пакшену.

– То, что я собираю у себя их жителей – это уже считается вредом для города, разве нет? Как и то, что со мной кто-то торгует.

– Политика – зло. Необходимое для победы в опасной игре под названием война, но в мирное время – сама является опасной игрой.

– Если уж говорить про опасные игры, то пакшенских дворян захватил Мордин. Конные увели их, пока мы…

– Мы? – глаза Мьелдона сверкнули. – Нет-нет-нет, не говори, что ты принимал участие…

– Я забрал благодаря этому десятки солдат Мордина к себе. Теперь у меня есть жители обоих городов. И вот уже третий день все идет мирно. Да и Маринек у меня живет больше двух недель. Это отдельная история, но у него дела тоже неплохо идут – он делает отличный кирпич.

– Остальные тоже будут делать что-то мирное? Все дружно?

– Нет, – я отрицательно покачал головой, предполагая, что за это мне прилетит еще одно осуждения от Мьелдона. Но не прилетело.

– Философия жизни такова, что если ты насильно лишаешь человека того, к чему он привык и жаждет делать, он найдет способ к этому вернуться. Если ты заставить солдата силой пахать землю, первой его жертвой будешь ты сам. И ничего хорошего в этом нет.

– Я планировал самых активных в стражу, в порядок. Может, сделать отряд для вылазок на другие территории. Для защиты от монстров и животных. От тех же гоблинов.

– Кстати о них, – Мьелдон потер переносицу. – Их не зря называют земляными крысами. Крысы – они и есть крысы. Плодятся быстро. Если кто-то остался, на следующий год еще найдете столько же, сколько убили в этом.

– О чем я еще не знаю из того, что может угрожать моей жизни или жизни жителей Рассвета? – спросил я, стараясь не сердиться на Мьелдона. – Как ты не понимаешь, что если я забыл все, то значит, я не помню не только истории, прошлого. Но и настоящего.