«Злой» ангел

«…Авария произошла на седьмом километре объездной дороги. На мокрой дороге водитель автомобиля Ваз 2106 не справился с управлением, и машину вынесло на встречную полосу, где произошло столкновение с «Мазом», – бесстрастным голосом говорил диктор. – Погибло три человека»

– Неужели это Киселёвы? – спросил отец.

– Да что ты, Кеша? Илья Владимирович прекрасно водит. Мне Нина рассказывала, что он больше двадцати лет за баранкой. Это не могут быть они.

Однако последующие события показали, что это были именно они, Киселёвы. Они ехали на своей машине по объездной дороге. В машине были все: Вероника, Нина Ивановна, Илья Владимирович. Скорее всего, с ними был Чарли. Но почему Чарли вернулся домой, и на его рыжей шкуре не осталось ни одной царапины, для Феди и для Фединых родителей это осталось загадкой.

Чарли остался у Феди. Федя ожидал, что пёс будет тосковать по хозяевам, но этого не произошло. Чарли отлично освоился в квартире Игнатьевых. У Феди даже было впечатление, что Чарли всю жизнь жил у него, а не у Вовы.

Федя выгуливал Чарли три раза в день: утром, днём и вечером, два раза в день кормил его. Несмотря на то, что Чарли был крупным псом, проблем с его кормежкой никогда не было. Он был непривередлив в пище, ел абсолютно всё, что ему давали. Но не это нравилось Игнатьевым в Чарли. Он был очень умён и послушен.

Иногда, когда Федя приходил домой из колледжа в плохом настроении, Чарли мог подойти к нему, положить слюнявую морду ему на колени и посмотреть в глаза, как бы говоря: «Всё нормально, приятель! Успокойся». После этого у Феди улучшалось настроение, и всё сразу становилось на свои места.

Федя выгуливал Чарлика на заросшем кустами и молодыми берёзками пустыре, напротив дома. Раньше там были частные дома, но дома снесли, а пустырь остался. Федя обычно отстёгивал поводок от ошейника Чарли, и тот свободно бегал по пустырю, пока не надоедало. Иногда они гуляли по окрестным дворам, где Федя встречал своих знакомых. В основном, это были бывшие одноклассники и одноклассницы. И Феде и Чарлику такие прогулки нравились.

Однажды, во время одной из таких прогулок Федя встретил пожилую женщину. Прихрамывая, она шла по улице. В обеих её руках были авоськи с продуктами. Увидев Федю с Чарли, она оглядела пса и пробормотала: «Завели себе телёнка… Тут людям есть нечего, а они таких больших собак заводят». Федя оставил её реплику без внимания, но про себя отметил, что где-то раньше он эту женщину видел.

В другой раз Федя встретил высокого мужчину лет тридцати и стройную симпатичную блондинку. Они, обнявшись, шли в сторону Фединого дома. Запах духов блондинки показался Феде до боли знакомым. Где он выдыхал этот запах? Почему ему показалось, что он раньше где-то видел и этого мужчину, и его подругу?

Только вечером, перед сном, когда Федя посмотрел на ковёр на стене над своим диваном, он вспомнил про свой сон, про полёт с ангелом. Он вспомнил ту пожилую женщину, семейную пару на большой кровати, над которыми он пролетал.

«Неужели это не было сном? – в ужасе подумал Игнатьев. – А может, я – шизик? У меня крыша едет?»

11

Как– то раз, когда Федя с Чарликом гуляли на пустыре, к Феде подошли несколько парней. Они неожиданно вышли из-за деревьев. Чарли в это время играл с сухой палкой, которую он выкопал из земли.

– Слышь, Вася! Подогрей братву бабками, – сказал один из них, приблизившись к Феде, и глядя ему в лицо наглыми глазами.

– Я не Вася, я – Федя! – Фёдор высматривал Чарлика, но, почему– то не видел его на пустыре. В голове закрутились тревожные мысли: «Куда мог деться пёс?.. Может, убежал?»

– Мне пофиг, кто ты! Гони бабки! – Парень вытащил из кармана нож и приставил его к горлу Феди. Его товарищи, все коротко стриженные, в одинаковых кожаных куртках и в спортивных костюмах, плотным кольцом окружили Федора.

–У меня нет денег, – ответил Федя. Глядя на парней, он узнал их. Это были те самые парни, которые избили его в конце лета, когда погиб Володя Киселёв. Они ещё тогда сказали, что он им не нравится. На лице Феди тогда после встречи с этими парнями остался большой синяк и челюсть потом долго болела, особенно, во время еды.

«Сейчас начнётся что-то нехорошее!» – подумал Федя, пожалев, что оставил дома свой нож. Хотя, смог бы он испугать ножом этих отморозков?

Вдруг Федя услышал крики и рычание. Отморозки в кожаных куртках разошлись в стороны. Федя увидел, как Чарли прорывается сквозь толпу, кусая обидчиков хозяина за ноги. Парни вскрикивали и нагибались, держась руками за прокушенные ноги. Двое парней, увидев Чарли, сразу отскочили в сторону. В глазах их Федя увидел испуг. Они отбежали метра на четыре, стояли и смотрели, не решаясь подойти ближе.

Парень, который держал нож у Фединого горла, опустил его и направил на Чарли. Чарли в это время крепко вцепился зубами в икру рыжего толстого парня, иногда мотая головой из стороны в сторону. Рыжий лежал на земле и орал во всё горло. Из его ноги хлестала кровь, заливая землю вокруг него. Штанина его спортивных штанов была изодрана в клочья.

–Убери собаку! – прокричал парень с ножом. Он уже не был лихим рэкетиром, которым показался Феде вначале. Теперь он был испуганным подростком. Голос его дрожал, нож прыгал в руке.

– Ну, уж нет! – сказал Федя, видя, что бояться ему уже нечего. Страх отошёл на задний план. Остались только злость и желание расквитаться за прошлую встречу. – Чарли, куси этого!

Выпустив из пасти ногу толстяка, Чарли прыгнул на парня с ножом, крепкой хваткой вцепившись ему в руку. Нож выпал из руки парня и воткнулся в землю, парень завизжал. Он дёргал рукой, пытаясь освободить руку, бил Чарлика по голове второй рукой, пытался пнуть его, но Чарли уходил от ударов, дёргая головой и двигаясь на своих сильных лапах вперёд-назад, вправо и влево.

В какой-то момент пацан упал на землю. От его визга у Феди заложило уши. Феде показалось, что Чарли сорвал всю кожу с его руки, оставив только мясо. Федя никогда не видел столько крови. В какой-то момент Феде стало жалко этого парня и его покусанных товарищей, которые сейчас стояли в стороне и наблюдали, за происходящим. На их лицах Федя видел даже не страх, а ужас. Одновременно с этим Федя почувствовал, как его тело наполняется энергией. Словно он подпитался их страхом, хотя минуту назад страшно было ему.

– Чарли, фу! – крикнул Федя.

Пёс отпустил руку парня и сел у Фединых ног.

Держась за согнутую в локте руку, из которой лились струйки крови, повизгивая, парень встал с земли. Пошатываясь, он дошёл до своих друзей, которые стояли кучкой за деревьями. Ни у кого не было желания подойти ближе. Судя по тому, что большинство парней морщились, держась за бёдра и за икры, Чарли поработал на славу.

– Молодец, Чарли! – Фёдор потрепал пса по холке.

Чарли прижал уши, облизал языком окровавленную пасть. Федя пристегнул поводок к ошейнику, и они не торопясь, пошли домой.

12

Стоя за деревьями, парни выкурили по сигарете, осмотрели свои раны. Они всё ещё были в шоке, поэтому никто не произнёс ни слова. Такого с ними ещё не было. Они стояли за деревьями, видели одиноко стоящего паренька. У них сложилось такое впечатление, что он или кого-то ждал, или просто стоял. Никто нигде не видел собаку, поэтому решили подойти к пареньку и отобрать у него деньги. Для парней, которые считали себя криминальными авторитетами дворового масштаба, нападение здоровенного пса было полной неожиданностью.

Почти все разошлись по домам, чтобы залечить раны.

– Тебе в больницу нужно, Паша! – сказал Кирилл, осматривая окровавленную руку товарища. – Вот это зубы! Он насквозь тебе руку прокусил!

–Знаю, что не облизал! – Паша достал из кармана носовой платок, обмотал им кровоточащую руку. Дождавшись, когда лох со своей собакой скроется за углом дома, Павел подошёл к месту побоища, нашёл свой нож, который торчал из земли, сложил его и убрал в карман. Этот нож ему подарил брат перед первой ходкой. Жалко было лишиться такого хорошего подарка.

– Пацаны! Я вспомнил этого лоха! – морщась от боли, прохрипел Паша.

– Что-то рожа знакомая, где-то мы его раньше видели! – согласился Саня по кличке Рыжик.

– Мы его летом уработали. Это кореш Дауна.

– Точно! Он самый! – закивали головами парни.

Чтобы лишний раз не «палиться» и избежать ненужных вопросов, решили в больницу не идти, а лечиться самостоятельно. Под выражением «лечиться самостоятельно» подразумевалось то, что парни планировали прийти в заброшенный двухэтажный дом в двух кварталах от того места, где они повстречали Федю и Чарли, и прибегнуть к помощи наркотиков.

– Сейчас пойдём на хату, ширнёмся, а завтра будем думать, что делать дальше, – проговорил Паша, покачивая ноющую от боли руку, как маленького ребёнка.

– Это называется нетрадиционной медициной, – пошутил Толик, но никто не засмеялся.

– Макс, Колян! Помогите Рыжику!

Максим с Колей не стали возражать. Сейчас они больше всего боялись, что их могут «пустить под молотки», то есть избить за то, что они стояли и смотрели, как собака Лоха расправляется с их друзьями. Ни того, ни другого пёс не тронул, потому, что они успели отойти в сторону. А что им ещё оставалось делать? И Макс, и Коля в детстве были покусаны собаками, оба с детства панически боялись собак.

Подхватив под руки сильно хромающего и стонущего на каждом шагу Саню, они повели его к «хате». Рыжик стонал на каждом шагу.

– Ничего, сейчас мы тебя подлечим! – говорил Максим Рыжику. – Потерпи, немного осталось.

Раньше «хата» была двухэтажным бараком, жильцов которого расселили в силу его ветхости, но сносить почему-то не торопились. После того, как жильцы покинули барак, его заселили бомжи. Жильцам окрестных домов не нравилось такое соседство, но больше всего это не нравилось Паше и его команде. Когда наступила осень, им срочно понадобилось место для притона, где можно было собираться для нескучного времяпровождения. Где-то им нужно было пить спиртное и колоться. Пацанам надоело скитаться по подъездам, по чердакам и по подвалам. Для них барак был идеальным местом.

Однажды вечером, уколовшись для храбрости, малолетние наркоманы заявились в барак с бейсбольными битами, с металлическими прутами и с кастетами. Бомжи в это время были в «отключке», поэтому наркоманам не составило большого труда избить их и выгнать на улицу. Молодые отморозки не знали, что женщина и трое мужчин, которых они избили, в тот же вечер умерли от полученных травм, а ещё двое бомжей умерли от переохлаждения. После бомжей осталась кое-какая мебель, кучи вонючего тряпья и горы пустых бутылок, но наркоманов это не смущало. Пацаны долго праздновали победу, на празднование к ним приходили все окрестные наркоманы. С того времени барак стал официальным притоном. В бараке наркоманы вели себя тихо, чтобы не привлекать к себе внимание, поэтому ни жильцы домов, ни милиция их не трогали. Прохожих вблизи притона они старались не грабить.

Дойдя до барака, пацаны остановились. Макс с Коляном обошли барак, заглянули внутрь. Не увидев ничего подозрительного, они подали знак и все остальные ввалились в притон. На первом этаже уже сидели Гумер, Штырь и две их подруги. Судя по их виду, они уже были под «кайфом». Они никак не прореагировали на появление Пашиной команды, что Пашу только обрадовало. Хоть не нужно будет делиться «кайфом» с этими конченными. Гумер в последнее время был всем должен, но не торопился отдавать.

Пацаны поднялись на второй этаж. Там никого не было. Из куч тряпья парни выбрали тряпки, которые на их взгляд были чистыми, стали делать себе перевязки. Тряпки они смочили водкой, которую купили в продуктовом киоске для «дезинфекции».

– Ну, лох, ну сука!– морщась от боли, причитал Саня. – Это надо же, его собака мне новые штаны порвала!

– Ты ещё легко отделался! Этот Бобик мог тебе ногу отгрызть! А-А-А! – Паша приложил смоченную водкой тряпку к окровавленной руке. – Пацаны! Я что-то сомневаюсь, что само заживёт. Эта тварь мне насквозь руку прокусила!

– Дай посмотреть! – Макс приблизился к Паше.

– Иди-ка ты, урод! – Павел ударил Максима кулаком в лицо, глаза его гневно сверкнули. Все услышали, как щёлкнули зубы Макса. – Стояли они в сторонке… Козлы! Не хватило ума помочь!

Макс ничего не ответил. Он схватился рукой за нижнюю челюсть и отошёл в сторону.

– Паша, мы пытались…– оправдывался Коля.

– Заткнись! Сейчас и ты у меня по харе получишь!

Когда раны были обработаны, Киря развёл костёр в середине комнаты, как раз под дырой в крыше. Пацаны расселись вокруг костра и пустили кайф по венам. Шприц передавался по кругу. Через минуту они забыли про взаимные обиды и вновь стали одной командой. Всех охватило ощущение счастья и покоя.

«Я лечу!» – прошептал Саня. Нога уже не болела. «Нетрадиционная медицина» подействовала.

Пацаны сидели кружком и остекленевшими глазами смотрели на разгорающийся костёр. Со стороны они напоминали индейцев у костра. Не хватало только трубки мира. Языки пламени поднимались куда-то вверх, освещая лица парней ярким оранжевым светом. Вдруг в бараке послышалась музыка, а из огня стали появляться руки. Сначала появились огненные кисти рук, потом голова, плечи. Из огня поднималась молодая, красивая девушка, не старше семнадцати лет. Черты лица её были прекрасны, её стройная фигура с торчащими огненными грудями была божественной.

– Пацаны, я слышу музыку, я вижу тёлку! Огненную Тёлку! – прошептал Макс.

– Я тоже её вижу, – произнёс Павел. – Не пойму, откуда музыка?

– И я её вижу, – сказал Колян, глядя на обнажённую девицу полузакрытыми глазами. – Кирюха, ты что купил? Меня ещё никогда так не торкало.

– Меня тоже так не торкало…– тихим голосом ответил Кирилл.

Огненная девица уже стояла перед парнями в полный рост. Они видели, как она дышит, как поднимается и опускается её грудная клетка.

– Она живая …Как настоящая! – Глаза Коляна расширились от удивления, когда девица нагнулась и, склонив голову набок, улыбнулась ему.

– Вы видели, пацаны? Вот это сиськи! – Паша протянул руку, хотел дотронуться до ягодиц странной красотки, но она увернулась от его руки, вышла из костра и стала танцевать вокруг парней.

Такого танца они ещё никогда не видели. Девушка прыгала, кружилась вокруг парней. Они не могли оторвать глаз от её лица, от её груди, бёдер, ягодиц. Её движения были плавны и грациозны. Казалось, она сошла со страниц какого-нибудь эротического журнала.

– Я хочу тебя! Мы займёмся с тобой любовью? – спросил Павел, но девушка не ответила. Она продолжала танцевать под странную музыку. Там, где ступала её нога, загорался огонь.

Слышались звуки скрипки, перезвон колокольчиков, женское пение. Никто из пацанов никогда не слышал подобной музыки. Это не «попса» и не «классика», это было что-то особенное. Эта музыка успокаивала и убаюкивала, создавая ощущение счастья.

–У х ты… Огневушка-Поскакушка, блин! Дай я тебя обниму, что ли? – Колян хотел протянуть руки, чтобы прикоснуться к упругим ягодицам огненной красавицы, но руки не слушались. Они, как две верёвки, безвольно висели вдоль его тела. Коля даже не мог пошевелиться

«Что за фигня?» – подумал Коля.

Внезапно красавица обернулась, и вместо улыбающегося девичьего лица Коля увидел оранжевый череп с пустыми глазницами, обрамлённый длинными волосами. Волосы колыхались, как на сильном ветру. Молодое, привлекательное тело вдруг превратилось в кости, обёрнутые саваном. Костлявая рука прикоснулась к плечу Кости, и он почувствовал сильное жжение и увидел, что плечо горит. Он хотел бы сбить пламя, но не мог даже пошевелиться. Когда загорелись волосы на голове, он стал кричать. В следующее мгновение он увидел стену огня и дыма. Глаза слезились, лёгкие обжигало при каждом вдохе.

Киря смотрел на девицу, чувствовал, как наливается кровью его член. Как он хотел её! Вдруг он увидел, как девушка превратилась в осьминога. Осьминог стал опутывать своими щупальцами тело Кирилла, которое вдруг стало неподвижным. Как он ни старался, ему не удалось даже пальцем пошевелить. Он лежал на куче тряпья, которая превратилась в гигантский костёр. Его тело охватило пламя. В то же мгновение Кирилл почувствовал жжение во всём теле. Хотелось вскочить, сбить пламя, но Киря мог только кричать. Он кричал во всю мощь своих лёгких, слышал дикие крики своих друзей, а осьминог обвил его щупальцами, прижал Кирилла к себе. В следующую секунду Кирилл увидел рот осьминога, похожий на клюв попугая. Рот широко раскрылся, и осьминог проглотил Кирилла.

Саня лежал и смотрел на танцующую девушку. Она двигалась с грацией лани, иногда она оглядывалась на Саню, словно говоря: «Возьми меня! Я твоя!». Только Саня почему-то не мог пошевелиться. Внезапно волшебная музыка стихла, и со всех сторон раздались душераздирающие вопли. Барак превратился в один большой костёр, из которого выплыла большая акула. Акула кружила вокруг Рыжика, периодически откусывая от него руки, ноги. На месте укусов не было крови. Там появлялись языки пламени и невыносимое жжение. Саня кричал до тех пор, пока акула не откусила ему голову.

Паша увидел, как клёвая тёлка, сделав круг по бараку, превратилась в огнедышащего дракона, который махал крыльями и плевался огнём. Паша видел его толстое брюхо, покрытое чешуёй, короткие лапы, оканчивающиеся длинными острыми когтями. Дракон рос на глазах у Паши. Он становился больше и больше. Он уже заполнил своим большим телом весь второй этаж барака. Там, где раньше сидели Пашины друзья, сейчас были четыре орущих, извивающихся факела. Павел почувствовал, как горит его тело, попробовал встать, но не смог. Он начал кричать, но пожалел об этом, потому, что дракон, учуяв Павла, повернул к нему свою большую голову, открыл пасть, полную гигантских зубов и съел его.

Один Максим не чувствовал боли, не кричал и не видел, во что превратилась Огневушка-Поскакушка. Он умер от передозировки в тот момент, когда из огня появились кисти рук огненной девушки.

На следующий день в «Новостях» передали следующее: «Серьезный пожар произошел вчера вечером на улице Лучевая, в результате которого сгорел дом под номером 12. Это был барак, предназначенный для сноса. Бывшим жильцам этого дома несколько месяцев назад предоставили другое жильё. Пока дом пустовал, в него заселились бомжи. По мнению жильцов соседних домов, именно они стали виновниками пожара. Площадь пожара составила 400 квадратных метров. Когда пожарные затушили огонь, были обнаружены пять обгоревших трупов. Личность погибших уточняется».

– Какой ужас! – произнесла Галина Дмитриевна, оторвавшись от вязания.

– Так им и надо, алкашам этим! – Иннокентий Фёдорович с невозмутимым видом продолжал читать газету.

– Круто поджарились! – сказал Федя, когда показали фрагменты обгоревших тел. Он и представить не мог, что на экране телевизора видит останки тех парней, которые вчера, угрожая ножом, хотели его ограбить.

13

А жизнь продолжалась. Учёба в колледже давалась Феде легко. Не прилагая особых усилий, он учится на четвёрки и пятёрки. Сокурсники его тихо ненавидели, писали на столах нелестные высказывания в адрес Феди, но ему на это было наплевать. В колледже он общался с Ромой и с некоторыми Ромиными друзьями. Дома, во дворе, у Феди появились новые друзья и подруги. Стоило ему только выйти с Чарликом во двор, вокруг него собирались ребята. Кто-то просто хотел пообщаться, кто-то в это время гулял со своим четвероногим другом. На пустыре сейчас постоянно собирались собаководы, так что недостатка в общении Федя не испытывал. С ним стали общаться даже те, кто в школе на него не обращали внимания.

Наташа Симонова когда-то училась с Федей в одном классе. Хотя они жили в одном подъезде, Наташа никогда не общалась с Федей, считая его непривлекательным. Однако, в последнее время она стала замечать, что из ощипанного цыплёнка Федя стал превращаться в красивого молодого мужчину. Федя стал выше ростом, шире в плечах. Внешне он тоже Наташе нравился. Каждый раз, когда она видела Федю, гуляющим с собакой, она подходила к нему, чтобы пообщаться. Федя был неглупым, добрым, внимательным. Наташе нравился его пёсик, с которым раньше почему-то гулял Даун.

Федя нисколько не удивлялся тому, что у него стало так много друзей. Он считал, что Чарли, как магнит, притягивает к себе внимание. Не было бы Чарлика, Федя по-прежнему был бы один. У Феди сложилось впечатление, что с появлением в их квартире собаки всё стало меняться в лучшую сторону. А не потому ли у Киселёвых всё закончилось так трагично? Может, они ехали за город, чтобы оставить там Чарлика, привязав его к толстому дереву? Федя не знал ответ на этот вопрос. Если Чарли что-то знал, он бы никогда не сказал этого Феде. Собаки говорить не умеют!

14

Боре Пятакову Федя не нравился с первого дня учёбы. Боре не нравилось, что Игнатьев постоянно держится особняком, ни с кем не общается из группы, дружит со старшекурсниками. «Наверное, этот урод возомнил, что он лучше нас! – с раздражением думал Борис, глядя на Федю. – Не понятно, почему его все побаиваются? Скурихин, Шестаков и Палкин говорят, что у Игнатьева какие-то сильные криминальные связи. По-моему, Федя простой лошарик. Нужно как-нибудь подшутить над ним, чтобы сбить с него спесь. Как бы я хотел снова видеть его таким же, каким он был на первом курсе!»

Однажды, когда у Бори было плохое настроение, он сидел и думал, что бы такое сделать Феде, чтобы поднять себе настроение. Боря увидел, что у Феди новый пакет, в котором он носит свои конспекты. На пакете была изображена блондинка с большими грудями. На Борином пакете были изображены какие-то цветочки.

Когда началась перемена, Боря дождался, когда Федя выйдет из кабинета, подошёл к входной двери, посмотрел вслед удаляющемуся Феде. Когда Федя в конце коридора повернул направо, Боря подошёл к Фединому столу, достал из кармана лезвие и исполосовал Федин пакет.

Все, кто находились в этот момент в аудитории, притихли, наблюдая за действиями Пятакова.

– Чего притихли? – весело спросил Пятаков, оглядывая аудиторию. – Он нас за людей не считает. Может, хоть сейчас он обратит на нас внимание?

Боря держал Федин пакет на вытянутой руке, любуясь своей работой.

– По-моему, ему нужно пакет сменить! – давясь от смеха, сказал Боря. В этот момент из дыры в пакете выпал свёрток и упал на стол. Развернув свёрток, Боря увидел нож, похожий на охотничий, с широким острым лезвием и толстой рукояткой. Боря вдруг перестал смеяться, покраснел и почувствовал, как на лбу его выступили капли пота. Кажется, теперь он понял, почему Игнатьева никто не трогает, почему Игнатьев ни с кем не общается. Он ненавидит всех! Борю вдруг бросило в жар. Дрожащими руками он завернул нож в тряпку, положил свёрток в пакет, и сложил пакет так, чтобы не было видно порезов. Когда Боря возвращался на своё место, он встретился взглядом с глазами Димы Шестакова.

– Дурак ты, Боря, – сказал Дима, – он же тебя сейчас во все щели за свой пакет поимеет. Ты просто не представляешь, в какое дерьмо ты вляпался.

– Ничего, – с беззаботным видом ответил Боря, садясь на своё место. – Он поймёт, что это шутка.

В кабинет вошёл Федя. В руке у него была толстая книжка по гидравлике, с белой наклейкой на обложке, из чего все сделали вывод, что Федя был в библиотеке. Федя сел за свой стол, развернул пакет, замер. В кабинете царила полная тишина. Все смотрели на Федю. Федя подержал в руках разрезанный пакет, потом обернулся и оглядел всех, находящихся в аудитории. У Бори внутри всё похолодело. Он увидел глаза Феди, и ему почему-то стало страшно.

– Ну и какой дебил это сделал? – спросил Федя, держа на вытянутой руке свой пакет.

– Это не я, – сказала Марина Пургина. – Не расслабляйся, следи за своими вещами!

Федя кивнул головой в знак согласия и стал с интересом рассматривать учебник по гидравлике.

Пока шли лекции, Боря следил за Федей и пришёл к выводу, что его шутка не произвела на Федю должного впечатления. Он даже не расстроился. Однако реакция сокурсников Борю удивила и насторожила.

Когда закончились лекции, Боря не торопился домой. Он подождал, когда уйдёт Федя, а потом стал собираться.

«Мало ли что? Вдруг он и вправду такой страшный», – думал Боря.

Направляясь от здания колледжа до трамвайной остановки, Боря постоянно оглядывался, не следил ли кто за ним? Но слежки не было, прохожих было немного, а те, что были, не обращали на Борю никакого внимания.

Дойдя до остановки, Боря ещё раз посмотрел по сторонам. Ничего подозрительного. Боря облегчённо вздохнул, сел в трамвай десятого маршрута. Боря жил на другом конце Гневинска. Чтобы добраться от колледжа до дома, ему нужно было доехать на десятом трамвае до автовокзала, а там пересесть на автобус сорок девятого маршрута. На то, чтобы добраться до дома, у Бори уходил час, а иногда больше. Поначалу его это раздражало, а потом он привык.

Как всегда, доехав до автовокзала, Боря пересел на сорок девятый автобус. Он пробил билет в компостере, положил билет в карман кожаной куртки и сел у окна. На площади Революции в автобус зашли контролёры.