Сандра и другие. Часть первая

Охота! Хоть лошади вязнут в снегу и двигаются с трудом, пара дюжин охотников с арбалетами и фитильными ружьями явно испытывали предвкушение гона. Собаки только и ждали команды, чтб броситься искать дичь, – их уже раздражали следы оленей, зайцев, лис, куниц и прочих, для кого в надрессированном мозгу было одно название – «дичь, мясо». Принц и двое его ближайших друзей, Раманц и Грациан, проверяли стрелы и болты в колчанах и спусковые механизмы своих арбалетов. Старший из ловчих подозвал к себе одного из охотников:

– Владек, будь добр, присмотри за его высочеством – уйдут ведь в лес, собьются с дороги, а мне отвечать. Не зря этот лес у нас Вечнозеленым зовут, тут разное бывает.

– Будет сделано, – тот приложил руку к плюмажу из павлиньих перьев на шапке, кликнул двоих гвардейских стрелков посообразительнее, и двинулся вслед за принцем, но на некотором расстоянии.

Принца словно тянуло по сугробам вдоль елей, как вдруг его глазам открылась очень удачная полянка, испещренная множеством следов. Переглянувшись, он мигнул своим друзьям. Не сговариваясь, они спешились. Рáманц взял под уздцы буланого конька принца и своего гнедого, а Грáциан привязал своего к удачно оказавшемуся обломку ветви высотой под два с половиной фута, расчехлил арбалет и последовал следом за принцем. А тот уже водил заряженным арбалетом и вслушивался в лесную тишину – не побежит ли кто? На его радость, на полянку выбежала молодая олениха. Двое охотников взяли арбалеты наизготовку…

Бамс! – увесистый снежок угодил принцу прямо в бровь, Грациан дернулся в сторону снежка – но никого не успел разглядеть, только уловил, что кто-то, хохоча, бросился в сторону противоположную той, откуда они пришли.

– Догнать! – бросился было принц в сторону хохота.

– Ты что?! – остановил его Грациан. – а если это гном или какой другой лесной жилец? Заплутаем, а потом опять от его величества по шее получим.

– По звуку, вроде как ребёнок, не понять только, пацан или девчонка, – подал голос видевший все Раманц. – Мы в Вечнозелёном лесу, здесь за кем попало бегать не следует. Тут, говорят, и оборотни водятся, и иная какая нечисть…

– Досадно! – принц ударил кулаком по стволу ели. – Теперь хоть полдня проходи, удачи не будет. Поймал бы того, кто помешал, да всыпал горячих… Что ж, давайте к своим возвращаться.

Сидевший на ветви старой ели темно-серый кот прижмурил топазовые глаза и одобрительно легонько повыпускал когти.

– Молодец девчонка, – мурлыкнул он, – так им, для них – развлечение, а нам – сплошной ущерб. Правильно я говорю, сосед? – обратился к сидевшему на соседней ветке ворону.

– Бедная девочка! – прокаркал тот. – Если вы замечали, она очень любит наш Вечнозелёный лес, несмотря что и в нём живут не все такие добрые как вы, сосед, или ваш братец тигр.

– Да, не всё ладно в нашем королевстве, но, как говорят некоторые менестрели, такова жизнь. Нет живой души в лесу – нет ни охотников, ни лесорубов. Есть в лесу зайцы, белки и ежи – значит, будут и лисы, и волки… А там и до охотников недалеко, хотя скажу вам честно, сосед, охотник охотнику рознь. Иной, как наш лесничий, лишний раз подумает, кого стрелять, а кого подкормить. Добрый человек, а это, согласитесь, по нашим временам большая редкость.

Ворон ехидно каркнул:

– Добрый человек – это не должность, и не звание. Он ещё и подкаблучник, каких мало. Первая жена вертела им, как хотела, пока не померла. Теперь эта, не к ночи будь помянута, всем там верховодит. Уж кому как вам не знать, как этой бедняжке Сандре достаётся от мачехи. На все девочка готова ради младшей сестры, а мачехе всё не так. Если б не отец, бедняжке совсем было б тяжко… Вы, сосед, образованы всё-таки, в чародействе даже разбираетесь.

Кот зажмурился, лениво приоткрыл один глаз:

– Мр-р-р-рм? Сосед Абраган, вы увер-р-рены в своих выводах? По-моему, мадам Карола излишне эмоциональна, но к обеим дочкам одинаково относится. Да и младшую порой гоняет так, что ей мыши только посочувствуют. Но уж когда она в нарядах или ещё в чём отказала старшей? Мадам Кароле надо было лет двести назад родиться, тогда такие воительницы в цене были. Да и сам отец в обеих девушках как души не чает – балует как может.

– Помочь бы этой Сандре, – высказал свою мысль Абраган (а именно так звали ворона). – Сосед Чезаре, уж будьте так любезны…

– Быть любезным – не должность, – иронично промурлыкал кот. – Вот у вас наверняка есть свой интерес, поделитесь…

– Сидим в этой дыре как не знаю кто! – мадам Карола сегодня явно была не в духе. – Тебе же предлагали место третьего ловчего, ну заплатил бы как все нормальные люди, это сейчас даже и взяткой не считают. Обыкновенная благодарность – за то, что тебе помогли. Нет, ему тысячу золотых крон, видите ли, жалко. Зато жили бы сейчас в столице, как люди.

– А здесь-то чем мы не люди? – лесничий Казимир, слегка потолстевший и лысоватый добродушного вида дяденька, потер руки, присел поближе к огню. Сандра протянула отцу чашку чая. – Спасибо, дочка. И лес рядом хороший, правда заколдованный, говорят, но до нас эти чары не доходят. А сегодня принц начал здесь охоту – чем тебе не столица? В столице не каждый день короля видят, он на рынок за мясом или солеными огурцами не сам же ходит…

– И ты молчал, старый дурень? Сандра, бездельница, займись уборкой комнат и озадачь повара… Нет, лучше уж я сама. Всё сама, всё сама. Для кого стараюсь, для кого живу – одному Богу известно.

– Бога-то хоть не поминай всуе, – проворчал Казимир, – больше к астрологам, чем в церкву ходишь. За спасибо раз в два месяца на обедне бываешь.

– Астрологи – просвещенные люди, не тебе чета. Его величество и даже сам его высокопреосвященство господин примас нынче за просвещение. А церковники твои – мракобесы, Журдано Бруно сожгли.

– Ну, сожгли его, во-первых, по обвинению в колдовстве, и господин примас лично подписывал приговор, да и сам старался быть в курсе дела – чтобы не принять неправильного решения, одно следствие пять лет длилось. А во-вторых, уж коли вы, сударыня, такая сторонница просвещения, что ж за мракобеса замуж пошли? Родительское наследство промотали, решили дела поправить? Так сказать, пусть невежественные денежки делу «Книги Ветров и Водопадов» послужат. И, в-третьих, вы вроде собирались прислуге работу дать. Наверно, хотите подготовить наш скромный дворец к приёму его высочества? Сандра, милая, передай конюху эту записку.

– Слушаюсь, – девушка шутливо присела в книксене и побежала из каминной (она же гостиная и столовая) в сторону конюшни и других пристроек.

– Опять ты её балуешь. Вот выйдет замуж, как она хозяйство-то вести будет?

– Так же, как и ты свою Дану, дорогая, – лесничий взялся за трубку и табак.

– Хоть при мне не кури, не выношу этого мерзкого зелья.

– Как вам угодно, сударыня, – лесничий встал и направился во двор.

– Ох, какая же это мука – воспитывать не только детей, но и мужа, – прошептала мадам Карола вслед удалившемуся супругу.

* * *

Итак, его высочество Леон-Венцеслав со свитой и отрядом гвардейцев въехал во двор, который мы бы с вами могли назвать даже площадью – такой он был просторный, а расстояние от ворот до дома и хозяйственных построек занимало, как если бы вы переходили дорогу с двумя потоками машин. Дом лесничего походил на небольшой замок в два с половиной этажа, на крыльце которого стоял сам его милость управляющий местным лесным округом* с непокрытой головой в парадном одеянии, рядом с ним – его жена, моложавая дама внушительных размеров, и две дочки – обе симпатичные, похожие слегка друг на друга, ростом примерно одинаковые, из светлых волос сделаны красивые причёски, обе явно принаряжены и во все глаза глядят на принца.

– Какие девушки, а? – подтолкнул локтем Раманц Грациана. – И наверняка ведь больше смотрят на его высочество. Нет в мире справедливости, а, Грацек?

– Цыц, орлы, успеете ещё лясы поточить, – вполголоса прикрикнул на них старший ловчий.

Сеньор Казимир, как и полагается хозяину дома, взял было полотенце и каравай хлеба с солонкой, дабы согласно приличиям и традициям приветствовать принца у себя в гостях… Мадам Карола перехватила у мужа и каравай, и полотенце, и чуть ли не бросилась на колени перед не успевшим спешиться принцем. Буланый испуганно попятился назад.

– Ну куда лезешь, женщина! – прикрикнул, не сдержавшись, старший ловчий.

– Извините её, ваше высочество, – обратился смущённый лесничий к принцу. – Так уж не терпелось ей вас поприветствовать.

Принц спешился, церемонно поклонился, отломил кусок от каравая, обмакнул в солонку. Личный слуга лесничего поднес ему здоровенный хрустальный кубок с вином. Сам сеньор Казимир слегка развязно поклонился принцу:

– Милости просим, ваше высочество!

– Очень рад, – принц передал каравай с солонкой старшему ловчему, а здоровенный хрустальный кубок – друзьям. Тут-то откуда ни возьмись и пронесся вихрем кот. Грациан не удержался, и кубок с вином полетел на утоптанный снег.

– Ах ты, скотина! – не удержалась Дана.

– Данушка, ну как же ты? Да и кубок-то не разбился, – Сандра присела, подобрала его. – Тут только откололся кусочек, но его и приклеить можно. Или аккуратно подпилить.

– Посуда, говорят, к счастью бьётся, – усмехнулся старший ловчий. – А где ж кот-то сам?

– Да он вроде и не из наших, – начала было Дана, но мать так «ласково» посмотрела на неё, что она притихла.

Чезаре (а это был именно он) благополучно уже скрылся в хозяйственных постройках. Там его уже поджидал ворон.

– Ну как? – спросил кот.

– Достойно, сосед, – отозвался Абраган, отряхивая снег с перьев. – По-моему, первое впечатление о сёстрах все могли составить.

– А что принц?

Ворон смущённо промолчал. Кот неодобрительно посмотрел на друга, прищурил жёлтые глаза…

– Эх, сосед, сосед… В нашем деле одно слово, один взгляд имеют такое значение! А мы пропустили первое впечатление. Вот если не получится ничего, что тогда?

– Во-первых, мы только начали, – заметил Абраган. – Во-вторых, людям порой важно не только самое первое впечатление, но и второе, и третье… Не по любви же с первого взгляда эти двулапые выбирают себе пару.

– По-разному выбир-рают, – сухо проурчал Чезаре. – Вы хотите умным показаться или как? 1

*** ***

Три десятка молодых мужчин – придворных, офицеров, музыкантов, прислуги – произвели фурор в небольшом поместье сеньора лесничего. Сандра и Дана подвергались ухаживаниям и самого принца (друзья его обычно называли Леоном), и прежде всего его друзей, и их товарищей – охотников и офицеров, что в детстве учились у старого мудрого Шута, который служил ещё при дедушке нынешнего принца. И если Сандра выбрала тактику то и дело скрываться от настойчивых ухажеров на кухне или в кладовых, то Дана, впервые попав под такой поток внимания, явно получала удовольствие.

Впрочем, не прошло и трех дней, как младшая из сестёр стала предпочитать всем остальным общество принца Леона. Сандра сама как-то наткнулась на них, сидящих молчаливо на террасе. Напряжение меж ними висело, как топор в свеженакуренной комнате, и звенело подобно натянутой до предела струне.

– Ну вот что хотите делайте, не верю я вам, – говорила Дана. – Вы принц, вам девушке голову вскружить ничего не стоит. А сами женитесь потом на королевне заморской.

– На какой такой королевне? Понимаешь, я без тебя жить не могу, – хмуро говорил принц. – Ну вот что прикажешь делать?

– Ничего приказывать не буду! – психанула девушка. – Добром у вас со мной ничего не кончится, чует моё сердце.

Подобный разговор и подобный тон всегда легкой в общении Дануськи заставлял задуматься…

*** *** ***

Впрочем, как-то на кухне Сандре самой пришлось столкнуться с Рáманцем, кравчим принца. Она была занята готовкой очередного общего ужина на полсотни персон. Рамек, впрочем, тоже зашел на кухню по делам – нести ответственность за стол наследника престола дело хлопотное и весьма ответственное. Посмотрев, как готовят на огне бараньи ноги и лопатки, свинину и птиц, кравчий почему-то придрался к паре кухарок, готовивших салаты на всю ораву гостей.

– Cюда не следует добавлять столько лука и чеснока, лучше покрошить мелко четвертинку луковицы, пару соленых огурцов и небольшое яблоко, это придаст блюду более неповторимый вкус, – заметил Рамек.

– Не барское это дело, молодой сеньор, советы нам давать, – заметила одна из кухарок, обычно добродушная Роза.

– А я и не барин, – рассмеялся парень, – мой отец – простой плотник, он каждый год занимается ремонтом в королевском дворце.

– А с виду и не скажешь, – проворчала Роза, – однако все равно, сеньор, ваше дело смотреть, а наше – делать.

– Скоро по всему дому прислужники принца смотреть за нами будут. Сеньор кравчий, а вы нужный чулан не проверяли? – там тоже опасность для его высочества может таиться, – вмешалась в разговор и Сандра.

– Мягко говоря, вы невежливы, барышня, – почувствовав укол, Рамек убрал добродушие. – У каждого из нас своя работа.

– Ну да, ваша работа очень ответственная – пробовать вино и кушанья в большом количестве по поводу и без повода.

– А вы, очевидно, перепутали меня с прислугой, сеньорита. Помимо этого я исполняю между делом кое-какие офицерские обязанности в конной гвардии. Поверьте, мне порой помимо командования как-то приходилось готовить ужин и для своего подразделения, и для офицерского стола.

– Я и не знала, что готовка входит в обязанности командира. А уж готовить для офицеров – это кухмистерские обязанности, – отреагировала Сандра. Она сама готова была уже ругать себя, но её несло.

– В таком случае за сегодняшний стол ответственность несёте вы, так и сообщу принцу, – отреагировал Рамек. И поспешил удалиться.

– Превратили дом чёрт знает во что, – проворчала Сандра, и продолжила работу. Ситуация, что ей самой или её отцу придётся отвечать перед принцем за недосол, пересол или подобные неприятности, явно не улыбалась ей. Но, как ни странно, всё обошлось.

***

– Грацек, а что там законы говорят о женитьбе наследника на дворянке низшего ранга? – уточнил Леон, когда три друга сидели вечером за бутылкой доброго вина.

– Лео, ты влюбился? – обычно сдержанный Грáциан внимательно посмотрел на друга и повелителя. – это дочка лесничего?!

– А я одобряю твой выбор, сынок, – Рамек покачал моргенштерном, будто в руках у него было кадило. – Благословляю, – пророкотал он, подражая басу отца Амвросия.