Когда-нибудь я стану взрослой
- -
- 100%
- +
© Мария Валерьевна Николаева, 2023
ISBN 978-5-0062-0598-7
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
«Когда-нибудь я стану взрослой…»
Когда-нибудь я стану взрослой,Лет через двадцать, двадцать пять.Уйду на пенсиюИ сяду носки и варежки вязать.Надену мягкие бабуши,Жакет и чепчик в кружевах,Найду отраду в звуках джазаИ грусть в несказанных словах.Покрашу волосы лиловымИ отращу солидный дзен.Отправлюсь в славный город Брюгге,Дай Бог откроется шенген.Перечитаю Кастанеду,Пересмотрю «Бойцовский клуб».Издам стихи и мемуары,Залью видосы на «Ютьюб».Мне не освоить мотоциклИ не взойти на Эверест.Навряд ли прыгну с парашютомИли пройду опасный квест.Мне не грозит заплыв в Ла-МаншеИли нирвана в Катманду.Я не форсирую события,Ну, разве только внуков жду.«Поговори со мной, мой ангел…»
Поговори со мной, мой ангел.Коснись плеча едва крылом.Вокруг тебя команда в белом,A ты, похоже, в голубом.Небесный, цвета океанаИ колокольчиков в степях,Ты долго выбирал клиента,Или случилось второпях?Раздали бедных и богатых,Блаженных, злобных, никаких.Осталась девочка-болтушка,Отверженка в стране глухих.Ты угадал меня, я знаю,Мой ангел, стражник, камертон.Спасибо, что не улетаешь,Не оставляешь за бортом.Поговори со мной беззвучно,Пусть будет мание крыла.Пока ты рядом, я спокойна и, кажется,Не умерла…«Мальчики и девочки, умные, красивые…»
Мальчики и девочки, умные, красивые,Что же вы уехали из своей России?Сколько евро, шекелей, лари или тугриковОбещали прибывшей на чужбину публике?Слаще ли пирожные утром в сонном Римини?В старбаксе стаканчики теперь с новым именем?Не щемит, не йокает вдалеке от Родины?Сколько ей, неприбранной, быть еще уродиной?Сколько, подпоясавшись кушаками старыми,Воевать по памяти, как тогда с татарами?Есть здесь кофе бархатный, круассаны, бургеры,Ролексы, пентхаусы, рядовые бюргеры.Есть Чайковский, Лермонтов,Васнецов и Павлова,Только гордость вящими не заменит главного.Полюби их, Родина! Девочек и мальчиков.Не считай умчавшихся за тупых болванчиков.Им не надо многого, мира б только честного,Правды незасуженной, ангела Небесного.«Напеку я стихов к сентябрю…»
Напеку я стихов к сентябрю.Пышных, сладких, румяных и сочных.Буду быстро их печь, второпях,Без затей и страданий полночных.Буду смешивать радость, любовь,Добавлять по щепотке везенья,Разбавлять родниковой водойИ варить из улыбок варенье.Эта патока будет со мнойКак рецепт абсолютного счастья.Буду их доставать и читать,Красной ниткой вязать на запястье.А тебе я оставлю стихиИз полыни и горького перца,Имбиря и травы-лебедыДля леченья холодного сердца.Принимай их с утра натощак,Принимай перед сном по стакану.И как только леченье спасет,Я писать их совсем перестану.«Потанцуй со мной фламенко…»
Потанцуй со мной фламенко.Ничего, что я – любитель,Ничего, что ты – идальгоИли просто небожитель.Персы знали толк в приправахИ вложили в малагеньюВкус гвоздики и корицыИ немного халапеньо.В полумраке душных комнат,В полумгле парадных заловТолько туфель звук и сердцаИ касание бокалов.Рук слиянье, губ открытостьИ испанской юбки шорох.Через звуки, через порыПроникает в душу морок.Потанцуй со мной фламенко,Если мы еще живые.Ничего, что я любитель.Всё когда-нибудь впервые.«Не хороните меня за плинтусом…»
Не хороните меня за плинтусом.Там пыльно, сыро, возможны тараканы.Не хочу утром слушать соседские ссоры,Вечером бьющиеся стаканы.Не хороните меня за плинтусом.Там душно, грустно, возможны мыши.По ночам они выходят в поисках еды,Утром их караулит кот, живущий на крыше.Не хороните меня за плинтусом.Там одиноко, темно, сквозняки возможны.Утром придет мужик —Приладить плинтус к стене,И к ночи пространство сузится безнадежно.Не хороните меня за плинтусом.Я совершенно не та по размерам.Мне бы подвиги еще совершать,На худой конец строить карьеру.Не хороните меня за плинтусом.Нет, ведь правда это дурная затея.Тем более что место занято давно.Но если что, есть еще батарея.«Мне сегодня хочется проснуться…»
Мне сегодня хочется проснутьсяИ забыть число и время дня,Если не получится с избою,На скаку придерживать коня.Выплакать из глаз зеленых морок,Нацепить улыбку до ушей.И гулять до рыжего рассвета,Вытолкав разборчивость взашей.Спотыкаться о сплошные лужи,Ободрав до мяса каблуки,Продолжать идти к безумной цели,Как умеют только дураки…Упиваться этой детской сказкойИ смеяться до счастливых слез,Понимая – рано или поздноВсё это закончится всерьез.Мне сегодня хочется проснутьсяИ понять, что сон не наяву.Мне ведь нужно очень-очень мало.Я дышу, а значит, я живу…«Виски янтарные, дождь за окном…»
Виски янтарные, дождь за окном,Стол под зеленым протертым сукном.Старые тапки в углу у двери.Трудно быть Богом, и не говори!Кофе, разбавленный дымом Житан,Полупустой или полный стакан.За слюдяной непрозрачностью днейБог затерялся средь ярких огней.Запахи кухни сквозь привкус тоскиИ потерявшие пару носки.Больше не Бог, но и не человек,И не вернешься как минимум век.«Я иду за тобой, спотыкаясь и падая…»
Я иду за тобой, спотыкаясь и падая.Без огня, без тепла, без намека на свет.Если б знать тот вопрос,Что ты так и не задал мне,Я бы все отдала и нашла бы ответЯ бы утром вставала с такими молитвами,Что вернут мне тебя без условий и цен,Без полночных звонков,Без погони за призрачным,Без дурной маеты и копеечных сцен.Я не знаю, когда это просто закончится,Оборвется и станет простым дежавю.И опять я гнездо, словно птица дотошная,Среди майской листвы непременно совью…«Рай, когда не через край…»
Рай, когда не через край,Когда есть предел и точка.Рай, когда легко дышатьИ писать слова и строчки.Рай, когда ты рядом спишьИ дурачишься спросонок.Рай, когда годам назлоТы в душе большой ребенок.Рай, когда твоя семья —И надежда, и отрада.И не верится самой,Что мне большего не надо.«Мы не были с тобою параллельными…»
Мы не были с тобою параллельными,Иначе б не случилось точки «а»,В которой происходит столкновение,Всё остальное – мысли и слова.Не расшибая лбов, без искр и пламени,Без пафосных уходов в никудаСошлись непараллельные вселенные,Когда упала млечная звезда.Двенадцать тысяч раз ЗемляВорочалась вокруг своей оси за годом год,Пока мы привыкали к непохожестиИ находили выход там, где вход.Звезда, упав, потухла и растаяла,Секунды, чтоб желанье загадать,И целой жизни мало, чтоб исполнилось,И целой жизни хватит, чтобы ждать.Сыну
Мой мальчик, жизнь не бесконечна,Зато бездонна и трудна.Когда-нибудь я стану старойИ сяду бабкой у окна.Перебирая мемуары,Листая памяти листы,Я буду ждать, когда о мамеВ своей мороке вспомнишь ты.Зайдешь, обнимешь, сядешь рядом,И мы с тобой поговоримО непогоде и природе,О чем-то ясном нам одним.Пока же старость не случиласьИ есть надежда впереди,Прошу тебя, будь просто рядомИ просто чаще заходи.«Прости, но мне уже намного лучше…»
Прости, но мне уже намного лучше.Я не встречаю каждый день зарю.Пью кофе с сахаром и делаю зарядку.Все чаще выпиваю, а не ПЬЮ.Прости, меня, похоже, отпустило.Не верилось, что может отболеть.Мне хочется опять играть на скрипке,Дурачиться и в душе песни петь.С листвой опавшей улетает время.Часы, минуты больше не балласт.Пусть кто-нибудь тебе любви отмерит,А не случится, может, Бог подаст.«Если б не было меня и тебя…»
Если б не было меня и тебяНи тогда, ни сейчас, ни после,Я бы просто жила в своем тихом миркеИ к подругам ходила в гости.Я бы просто пила вечерами виноВ одиночестве гордом и страшном,Занималась какой-нибудь ерундой,Обрастая добром сермяжным.Просыпалась от страха остаться одной,И все именно так случалось.А моя нерастраченная любовьТак ни с кем бы не повстречалась.Лучше б мне тогда чуточку опоздатьИ с тобой навсегда разминутьсяВ душном баре, где лабух стонал про мечтыИ про то, как легко свихнуться.Не пошло бы все так наперекосяк,Будто не было в жизни света, а теперь он внутри,По-другому никак.Но спасибо тебе за это.«Тебе не будет скучно никогда…»
Тебе не будет скучно никогда,Ты не заснешь за чтением газеты.Не сочиняй, ведь у тебя есть я —Стихи, катрены, басни и куплеты.Не пой – я твой дежурный соловей.Баллады, рок, застольные и блюзы.С холодным сердцем, ясной головой,Уйдя в отрыв, от всех задраив шлюзы.Не знай – я знаю коды наперед.Твой шифр давно разгадан и заблочен.Преумножают знания печаль,А с этим до сих пор у нас не очень.Не жди. Придут и сами все дадут.И я не жду, мы в этом солидарны.Тебе не будет скучно никогда.К тому же все газеты так бульварны!«Твой пульс сливается с дождем…»
Твой пульс сливается с дождем.Я слышу капель стук и сердца.Ты и стихия – две сестры,Сообщницы, единоверцы.Негласным правилам верна,Всегда в тоске, всегда в разлуке,Стена из зябкого дождяКому-то согревает руки.Кому-то рай, кому-то ад,Огонь и лёд, тупик и выход.Стучит по крыше дождик-пульс,И на душе легко и тихо…«В твоем окне – мое спасенье…»
В твоем окне – мое спасенье.Пока в нем свет, мне не темно.Он согревает, не сжигая.Как солнце, что утомлено.В твоих руках – моя надеждаНа то, что можно просто ЖИТЬ.Мне без нее никак не выплыть,Когда вдруг оборвется нить.В твоих глазах – мои разгадкиТех тайн, которых больше нет.И я не знаю, было ль нужноМне знать единственный ответ.В твоей улыбке – мой наркотикОто всего, что так болит.Не прячь ее за миллиономГлупейших, маленьких обид.Оставь мне свет. Сомкни ладони.Глаза в глаза не надоест.И улыбайся, улыбайся…Мой неприступный Эверест.«Ты – суета, ты – беспокойство…»
Ты – суета, ты – беспокойство,Ты – бесконечный красный свет.Ты обжигаешься так часто,Что гладкой кожи больше нет.Нет глаз, прищуренных на солнце,Нет смеха, звонкого как лед,Нет безразличия к провалам,Есть только прерванный полет.Где тонко, там всегда и рвется,Где гулко, там не слышно нот,А мне остались только строчкиТвоих стихов как антидот.«Скажи мне, сколько нужно…»
Скажи мне, сколько нужно.Скажи мне, сколько можноТравить меня любовью,Вводить её подкожно.Скажи, из скольких литров,По рюмке, в полстакана,Мне ставилась прививкаОт вечного обмана.Скажи, как мне остатьсяЖивой и не свихнуться.Когда-то и деревьяПод ветром низко гнутся.Скажи, ведь это просто —Идти по жизни фартом,Не мучиться тоскою,Горячкой и инфарктом.Скажи, где взять отвараОт этой безнадеги.Как было бы все просто,Зачем тогда нам Боги.Детка моя, не плачь
Детка моя, не плачь.Это лишь пробный шарВ череде проигранных партий…Ты еще будешь первую скрипку игратьВ оркестре судьбы.И менять без концаОбразцы договоров, контрактов и хартий!Это все отболит,Как хирургом однажды искусно зашитая рана.Это станет золой в той печи,Где вы спешно сжигалиСвидетельства лжи и обмана.Даже если нет сил, даже если нет словИ остались лишь жесты,Осторожно иди, без оглядки беги,Что есть силы лети обживать обретенное место.Детка моя, мы все вне заслуг,Вне наград и регалийВсё равно совершаем свой путьИ последними будем едва ли.«Нетривиальные способности…»
Нетривиальные способностиТебе дарованы судьбой,Но ты с упорством обреченногоВедешь неравный с ними бой.Ты сторонишься дара Божьего,Чтоб стать таким же, как и все,Плыть потихоньку по течению,Не мчать по встречной полосе.Сквозь гавань тихую и соннуюКак шпала ровный ляжет путь,А ты забудешь настоящегоСебя, увы, когда-нибудь.И будет знать одна Вселенная,Та, что тебе была мала,Куда ушло необратимое,По ком звонят колокола…«От веселых потешек из-за Божьего гнева…»
От веселых потешек из-за Божьего гневаСнова всех отлучили, Как Адама и Еву.Может, мышь, может, крот,Может, оба и сразу,В Поднебесной чихнув, мир накрыли заразой.Не сбежать, не уплыть,Вирус – маска, локдаун.Никаких тет-а-тет, посиделок и саун.Кто-то сходит с ума в одиночку и вместе,Кто-то ринулся в бой, как в заезженной песне.Мало воздуха, страх, суета, аносмияИ не в книжках, а здесь, за окном, – пандемия.Уходи по добру, високосный, крысиный.Хочешь черной икры, «Периньон», апельсины?Забирай и иди, помяни или празднуй,Нам надежду оставьХоть на спутник двухфазный.Хоть на русский авось и проверку на вшивость.Всё равно будет деньСмены гнева на милость.«Гуси-лебеди, хмели-сунели…»
Гуси-лебеди, хмели-сунели,Дочки-матери, ритм-энд-блюз.Сколько всякой намешано всячиныВ наш с тобой в четверть века союз!В результате небесной селекцииИли прихоти высшей из силили прихоти высшей из силКаждый то получил, что заслуживалИ о чем у Вселенной просил.Иногда параллельные сходятся,Пересечься не всем суждено,Только мы вопреки геометрииСтолько лет уж с тобой заодно…Столько съедено вишни и выпитоВсевозможной бурды и «Клико»,Столько сказано и пересказано,А мне так же тепло и легко.Мне не страшно толстеть и прихрамывать,Мне не страшно грустить и болеть…Потому что мне есть с кем состариться,Даже если потом умереть.Столько всякой намешано всячиныВ наш с тобой в четверть века союз,Приезжай, уже стынут оладушки,И пускай будет все ритм-энд-блюз.«Трусость – ведь это прекрасно…»
Трусость – ведь это прекрасно.Тихо сидишь себе в танке.Нервы не тратишь напрасно.Копишь проценты в Сбербанке.Голоса не повышаешь,Правду не режешь и матку,Веришь всему, если хочешь,И призываешь к порядку.Уровень «бог» пустодушья,Уровень «неуч» в марксизме.Не был замечен на кухняхИ не силен в альтруизме.Сухо, не зябко и сыто.Пьяно случается тоже.Старше лихих девяностыхИли намного моложе.Разве так важно, откуда,С кем ты и сколько ты прожил.Кто-то нашел знаменатель иЗа тебя подытожил.«Когда перевалило за полсотни…»
Когда перевалило за полсотни,Уходит много страхов навсегда.Не страшно незамеченной остаться,Не страшно не дождаться слова «да».Плевать на суету, возню и лепет.Так хочется событий, а не сцен.Сразить, затмить, уйти, не попрощавшись,И выглядеть как дивная Марлен.Не прятаться в подтяжки и утяжки,Стареть красиво – тоже мастерство.Остаться на исходных позитурах,Надолго сохраняя статус-кво.Все то, что бередило, отболело.Все то, что не случилось, карме в плюс.Намеченную массу впечатленийЕще есть время пробовать на вкус.«Я не люблю сухие вина, Селин Дион не мой кумир…»
Я не люблю сухие вина, Селин Дион не мой кумир.Возможно, я поеду в СочиИ расплачусь по карте «Мир».Меня не бесят либералы,Но раздражают чудаки,Они всегда про всех все знают,Им жить так, видимо, с руки.Люблю Москву, когда на дачи случился массовый исход.Не для меня плоты, байдарки и романтический поход.Я с детства плохо рисовала: и угол мимо, и овал,Люблю миндальный капучино,Чтоб утром муж поцеловал.Собаки мне милей, чем кошки,При виде змей бросает в дрожь,Я не прощаю лицемеров и различаю фальшь и ложь.Не сотворив себе кумиров, ценю доступность и кураж.Принадлежу к числу счастливыхИ самых въедливых мамаш.Полвека в поисках дороги, полжизни в поисках себя,Спасибо, если дочитали, привет, ребята, это я!«Бутылку рома в снегу под елкой…»
Бутылку рома в снегу под елкойМы закопали давным-давно.Декабрь вьюжил, ты был простужен,Но потихоньку курил в окно.Холодный ветер врывался в кухнюНа старой даче поселка Рай,В раю прекрасно, но было ясно,Все слишком «пере», все через край.Шарфы на печку, в подсвечник свечкуИ перебранки до хрипоты.Нам восемнадцать, и эта данностьНе избавляет от прямоты.Пройдет полвека, и дровосекиВ лесу окрестном поселка РайНайдут бутылку во мху и листьях,Переглянутся, ну, наливай!«Закрой глаза. Есть только звук…»
Закрой глаза. Есть только звук.Унылый дождь как босанова.Он бесконечен, стыл как ледИ будет завтра здесь и снова.Дождь обволакивает сад,Пустеет старая веранда.Почти что лондонский туман,Почти что джазовая банда.Как медитация, как гимнУшедшим солнечным пейзажам.Когда иссякнут закрома,Мы музыки еще закажем.На бис – ветра, рефреном – град,Как залихватские дробушки.А ты с пластинкой и бордо,Шуршат пуховые подушки.Есть только звук. Уходит сонС дождливой музыкой в ночное.Замрет игла на тремоло.Теперь штрафное!Лето
Попрощались.Пока. Ты вернешься?Девять месяцев? Целая жизнь.Вспоминай обо мне, мы похожи,И, смотри, сгоряча не женись.Уберу в чемоданы на полки всё,Что может напомнить те дни,Когда мы наслаждались друг другомПосреди суетной беготни.От тебя было столько подарков —Море, солнце, ночной звездопад.Я могла подарить тебе время, ноТы здесь лишь на девять декад.Ты вернешься, ведь так не бывает,Чтобы радость ушла навсегда,Тридцать первого мая накрашусь,Сяду ждать, чтоб сказать тебе «да».Ты ворвешься, распахнуты окна,Птицы сходят с ума от любви,Лето, мы не прощаемся, слышишь?Если будешь проездом, зови!«Бредет человек на работу…»
Бредет человек на работуВ конторку из двух помещений.В раздолбанной старенькой «Ниве»К заутрене едет священник.По сельской размытой дорогеПешком, матерясь от бессилья,Идет участковый на службу,Защитник от зла и насилья.По-чеховски мелко и жалкоИ длится столетия крядуНелепое существованьеС высоким процентом по вкладу.Священнику вроде бы легче,Он праведник с верой и честью.А сельский инспектор опасен,Он всех расстрелял бы на месте.За то, что они туповаты,Воруют и пьют беспробудно,За то, что он точно такой жеИ это грешно и паскудно.Бредет человек на работу,Как старый унылый савраска,И каждому хочется счастья,И каждому грезится сказка.«Степь…»
Степь.Почему мне так хочется выйти и крикнуть:ㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤ«Свобода»?Будто я не жила или все проспала сгоряча.А теперь разнотравье въедается в поры и мысли,Чтобы вылечить разом от хворей и дум без врача.Степь.Будто скатерть цветастая в стопке на полке,До поры не берешь, а потом на столе пестрина.И от края до края тягучее марево льется,А под ним стрекотанье цикад дотемна.Степь.Гармонична, сурова, просторна, волшебна,Сколько красок и воздух,Сбивающий радостно с ног.Мои корни, сплетенные в узел, оттуда,Прапрапра иной раз обнажает точеный клинок.Степь.Есть где руки раскинуть и сделаться птицей.Пролететь не спеша поутру над ковыльной волной.Ничего нет прекрасней свободы и веры.Я проснулась и вряд ли я буду иной.«По ком звонит сегодня колокол?..»
По ком звонит сегодня колокол?Ты в списке или пронесло?Наивность, схожую с безумием,Могло бы выдолбить тесло.Но трепанация не справится,Когда в крови особый ген.Не дай вам Бог с собой не справитьсяИ жить в эпоху перемен.Пока что колокол не ухает,Почти что жалобно поет.Не ждите умопомрачения,Когда набатом громыхнет.Любовь спасает мир и грешников,Попробуйте любить себя,Который год на небе ангелы не спят,Стеная и трубя.«Как это так получается?..»
Как это так получается?Целая жизнь за мгновение.Я у тебя пересмешница,Ты для меня – вдохновение.Я хлопотунья, проказница,Ты – образец беззаветности.Детям, собакам, родителям,Мне, твоей лучшей из светлостей.Знаешь, так редко случаютсяПросто прогулки и ужины…Пусть без свечей и шампанского,Устриц молочных по дюжине.Редко случается шепотом простоСказать что-то нежное.Вместе паркетник откапыватьВ утро промозглое, снежное.Вместе поплакать над «Хатико»,Вместе нарезать салатики.Переболеть недовериемБез распашной симптоматики.Нам ли не знать цену близости,Плотской, душевной, губительной.Я до сих пор влюблена в тебя,И это так упоительно!«Когда перевалило за полсотни…»
Когда перевалило за полсотни,Уходит много страхов навсегда.Не страшно незамеченной остаться,Не страшно не дождаться слова «да».Плевать на суету, возню и лепет.Так хочется событий, а не сцен.Сразить, затмить, уйти, не попрощавшись,И выглядеть как дивная Марлен.Не прятаться в подтяжки и утяжки,Стареть красиво – тоже мастерство.Остаться на исходных позитурах,Надолго сохраняя статус-кво.Все то, что бередило, отболело.Все то, что не случилось, карме в плюс.Намеченную массу впечатленийЕще есть время пробовать на вкус.«Попробуй со мной поспорить о том…»
Попробуй со мной поспорить о том,Как устроен мир.Могу одолжить учебник, зачитанныйСплошь до дыр.В нем Дарвин, Эйнштейн и ПолингСлегка приоткрыли дверь.Не слушай досужих споровИ в истинность меньше верь.Возможно, наш мир придуман,Возможно, сошел с ума.И если захлопнуть двери,Останется только тьма.Не будет ни звезд, ни неба,Ни моря, ни синих гор,Сотрется живая память,Как выгоревший узор.Вселенная на бумаге совсем не похожа на ту,Что ты для себя открываешь,Гоняя оливку во рту,Строгая рубанком доски,В тупик загоняя хворь.Лишь так ты живешь и дюжишь.И больше со мной не спорь!«Москва, разве ты такая…»
Москва, разве ты такая:Резиновая, без границ?Пускай ты слезам не веришь,Но столько недобрых лиц.Да Бог с ним, бордюром, плиткойИ пробками вечной рекой.Откуда такая пошлость? и кто тебя сделал такой?Зачем тебе столько гномов, еду развозящих нон-стоп?Сегодня, сейчас, побольше!А там после нас хоть потоп.Вот всадник на крыльях ночи с моторчиком на колесе.Куда он летит, безумец, по выделенной полосе?Дворы – для машин, скамейки —Для тех, кто давно в беде.Московское «аканье» – редкость, привет Золотой Орде.Гостим у себя же дома, стенаем негромко в сети.С угрозами хлопнуть дверью, забыться, вздохнуть, уйти.Москва, разве ты такая? Полвека любовь и боль.Скажи мне, сама ты знаешь ответ на вопрос: «Доколь»?«Будь что будет, кукушка торопится…»
Будь что будет, кукушка торопится,Через миг прокукует семь раз.Посидим на дорожку, обнимемсяИ допишем короткий рассказ.Проходной, словно поезд полуночный,Пролетающий села в ночи,Он не будет ни драмой, ни эпосом,Только ты говори, не молчи.Называй меня девочкой, дурочкой,Ведь, по правде, не все ли равно?Наш рассказ не расскажешь с подстрочникомИ не сделаешь темой в кино.Неизбитый сюжет, незаконченный,Рано ставить в стеллаж за стекло.Для тебя – это просто история,Незатейливое ремесло.Я слова подбираю и пробуюКаждый слог, как икринку на вкус.Кукушонок молчит в ожиданииИ мотает неспешно на ус.«Коней на переправе не меняют…»
Коней на переправе не меняют,Меняют ли на росстани друзей?Теперь ты в окружении богемы:От китчевых певичек до князей.Гламурные аншлаги в «Инстаграме»1,Притворный и дежурный поцелуй.Немного шпилек в сторону имущих,И запевала – радостный холуй.Когда с тобой случился этот казус?Настолько сладок денег фимиам?Когда-то мы на кухне пили пивоИ бутерброд делили пополам.Мы были беззаботны и смешливы,Ни денег, ни забот, ни ерунды.Без комплексов непризнанных старлеток,Без признаков заносчивой звезды.Земля осталась круглой и махотной,Нет-нет – да и встречаются пути.Дай Бог тебе потерянных обрящить,А всех неочарованных прости.«Когда-то в голубой далекой спаленке…»
В голубой далекой спаленке
Твой ребенок опочил.
Тихо вылез карлик маленький
И часы остановил.
Александр БлокКогда-то в голубой далекой спаленкеЧасы не шли, хранили детский сон.Теперь года летят как сумасшедшиеЗа горы и моря, за небосклон.Вчера был май, воспетый и воспрянувший.Сегодня снова осень и туман.Не успеваю складывать мгновеньяНи в мемы, ни в коробку под диван.В коробке серпантин, снежинки, лампочки,Еще чуть-чуть – и снова Новый год.Кто ускоряет стрелки ежеутренне?Проказник, недоумок, кукловод?Куда летят встревоженно мгновения?Кого спешат догнать и перегнать?Мы забываем жить и притормаживатьИ выбираем спутников под стать.Хоть время бесконечно и разборчиво,Настанет день и можно не успетьПройти огонь и воду как положено,У труб до блеска натирая медь.В моей уже, увы, недетской спаленкеНет сумрака и карлик не придет.Давно стоят задумчивые ходикиИ ждут, пока их кто-то заведет…«Ты опоздал на целое мгновенье…»
Ты опоздал на целое мгновенье.Хоть ехал не с войны, не из тайги.Хотел сказать дежурную банальность,А вырвалось на вдохе: «Помоги».Чего ты ждал? Объятий, объяснений?Соломинку – схватился, я тащу?Как долго может лопаться терпенье?Забуду, снова вспомню и прощу?Оскомину набили обещанья,Привет прислали письма из вчера,Они так уморительно кривлялисьВ вишнево-красном пламени костра.Поднялся ветер, разметал обрывки.Остался привкус гари на губах.Она меня тихонько убивала и сдюжила,Пока ты был в бегах.Ты опоздал, вчера дошили платье,Раздали в храме нищим по рублю,Пусть молятся о всех, кто был мне дорог,Пусть просят за того, кого люблю.Мне с ним легко, надежно и бесценно.Не жечь, не ждать, не бегать, просто жить.Тебе помочь я вряд ли бы сумела…Ну разве что игристого налить?«Я иду по перрону…»