На севере души расправь крылья

Дракон над Босфором

Мир наплывал огнями, листопадом, у ног моих плескался, как прибой, и где-то очень близко, очень рядом в нем предстояло встретиться с тобой.

Высокий болезненно худой с глазами на пол лица. Когда он улыбнулся, на впалых от худобы щеках появились смешные ямочки, которые придали его лицу ту самую детскость и легкость. С таким мужчиной можно смело идти по жизни, он всегда будет озарять твой будущий путь своим внутренним светом.

Обескураженная его улыбкой, я повисла на его шее. И мир вокруг исчез. Звуки аэропорта затихли. Дом. Рядом с ним я ощутила себя дома. В полной безопасности. Когда-то я сравнивала своих мужчин с рыцарями, у меня даже существовала определенная градация и классификация этих рыцарей. Но в ту секунду я поняла, что мне не нужен рыцарь, жаждущий всегда воевать, завоевывать, странствовать и доказывать что-то миру ради своего эго.

Меня прижимал к себе настоящий дракон. Да-да. Именно тот, который оберегал сон спящей красавицы в замке. Дракону не нужно никому ничего доказывать, его боятся и уважают в априори. А, значит, именно рядом с ним можно ощущать себя в той безопасности от окружающего мира, которая так необходима мне и моей душе. «К черту драму и рыцарские поединки, дайте мне одного дракона, и я буду счастлива», – эти пророческие слова вырвались у меня на рубеже моего двадцатилетия в момент жаркого спора с одним из недорыцарей моей жизни.

– Ты обещала меня долго целовать, – медово-сладкий шепот вырвал меня из глубин моего сознания и прошлого.

– Поцелую, – я сделала шаг назад, освобождая моего мужчины из объятий.

Он протянул мне огромный букет цветов, а мои щеки залила алая краска. И кажется, все идет по классическому сюжету: аэропорт, встреча, цветы… Я десятки раз описывала эту сцену в своих сценариях, даже проживала несколько раз. И никогда не возникало внутри того щекочущего чувства внизу живота, когда хочется смеяться, прыгать и бесконечно быть счастливой. «О, великая сила веника», – как говорила моя бабушка, которая тоже не любила цветы в букетах, как и я. Всегда предпочитала отдельные цветы без всякой упаковки.

– Ты будешь молчать? – в голосе моего мужчины появились нотки раздражительности.

– Дай мне немного прилететь, – все еще смущенно пробормотала я, прижимая к груди букет.

– Выпьем кофе?

– Да, можно.

Он взял мой чемодан и отправился вперед. Даже не задержал взгляд на мне. Если бы чемодан остался при мне, я бы развернулась и убежала бы. То чувство, когда ты не понимаешь причин происходящего. А в голове уже мысль накручивает другую, а нервозность достигает своего пика.

И именно в тот самый момент, когда я уже почти смирилась с тем, что он разочаровался во мне. (Весь путь до Starbucks занял от силы полторы минуты, между прочим). Именно тогда мой мужчина, видимо почувствовав, как я сгораю изнутри, развернулся, отпустил чемоданы и, как в самом шикарном романтическом фильме, прижал к себе и поцеловал.

Новогодние салюты в Кремле меркнут перед тем разрывом моего внутреннего мира. Это как первый полет птенца, у которого только-только окрепли крылья. Эйфория сознания. Лететь выше, выше, выше… Этот поцелуй стал моим глотком кислорода, который настолько необходим умирающему.

– Как ты?

– Все хорошо, – прошептала я. – Теперь все хорошо.

Безумный смех на весь Starbucks, когда мы поняли, что пьем одинаковый кофе (исключительно Карамель Макиато). Горечь кофе и сладость карамели настолько идеально сочетались и дополняли друг друга, что разум мутнел от вкусового оргазма.

– Кофе – самый страшный наркотик, – почти промурлыкала я.

– Мы с тобой будем общаться? – его кристально-чистые глаза цвета оливы вглядывались в меня.

– Будем, – мои щеки залил яркий румянец.

Когда кофе был допит, мы сели в такси и отправились в наш дом. Я легла на плечо моего мужчины, задыхаясь от эмоций, чувств и невероятного аромата парфюма. Дорогой мужской парфюм в сочетании с флюидами мужчины способны свести с ума за долю секунды, это невероятная магия, которая действует гипнотически на физиологию женщины, заставляя растворяться, возбуждаться, погружаться и бесконечно доверять именно этому мужчине.

– Поспи, если хочешь… – нежно прошептал он, проводя рукой по моим волосам.

– Мур, мур, мур…

– Кошка моя, – засмеялся мой мужчина. Его полный жизни смех заставил улыбнуться даже сурового таксиста, недовольного трафиком на дороге.

– Твоя, – я поудобнее вжалась в моего дракона и провалилась в полусон.

Таксист включил погромче тюркю1, которые по своим магически-мелодичным ритмам уносили мое сознание в мир за гранью реальности.

Ты когда-нибудь видел настоящих драконов? Огромный величественно-прекрасный дракон парил над кипящими водами Босфора. Каждая красно-желтая чешуйка переливалась в лучах турецкого солнца, заставляя прищуриваться, чтобы разглядеть мое чудо природы. Я всегда думала, что драконьи крылья невероятно огромные, но или мой дракон был не обычный, или огромные крылья – лишь плод режиссерского воображения. Небольшие, но мощные и мускулистые крылья помогали моему зверю (уместно ли это, говоря о драконах) держаться в воздухе.

Еще одно заблуждения – небольшие (обычно черные) глаза. Бред человека, который никогда не видел настоящих драконов. Бесконечно глубокие зеленовато-серые глаза, обрамленные густыми черными, как смола ресницами. Взгляд, полный жизни. Как тебе это объяснить?! Видел ли ты глаза человека, которому сказали, что у него ремиссия? Или глаза того, кто находился за секунду до смерти, но остался жив? Эйфория, смешанная с безумием. Лишь раз взглянув в глаза моего прекрасного дракона, я растворилась в желании жить.

Истерично-нервозные чайки с криками разлетались в разные стороны, уступая путь моему чуду. Языки пламени, вырывающиеся из его пасти, должны были сжечь меня, но вместо этого нежно обнимали, согревая и даря ощущение невероятной и бесконечной безопасности. В моей жизни всего лишь три человека, с которыми я бы ощущала себя защищенной: мой папа, мой брат и мой самый родной и близкий друг. Но в тот момент, рядом с моим нервирующим чаек и доводящим Босфор до состояния кипения драконом – я находилась дома.

Дай женщине ощущение дома, и она никогда тебя не покинет. Рядом с тобой женщина должна через кожу ощущать себя под твоей защитой, заботой, опекой… Назови, как угодно. Но факт останется фактом. Стань для нее домом, и она сделает всё, чтобы ты был счастлив. Круговорот домов в природе – я бы так назвала идеальные отношения между мужчиной и женщиной. К черту драму, страсть и даже любовь. Состояние безопасности рядом с другим человеком – единственное условие продолжительных отношений. Любовь проходит, страсть угасает, драма быстро надоедает, уважение испаряется… Но именно состояние «ты-мой дом» бесконечно. Мой тебе совет, если ты не можешь с уверенностью сказать человеку рядом, что ты дома – беги от него, бросай, заканчивай отношения. Это не твой человек. Поверь.

Возьми меня, к примеру, вечно играющую чувствами рыцарей, наслаждающуюся внимание принцев и даже королей. Но что ты видишь? Летит дракон, который одним только неловким выдохом способен уничтожить полмира, и, я понимаю, что я дома. Рядом с этим нелепым и опасным зверем. Как такое возможно?

Писательский мозг воспринимает мир через призму метафор, эпитетов и сравнений. Организм работает на максимуме своих возможностей, потому что малейшее прикосновение может вызвать разрыв сердца в прямом смысле этого слова, а поцелуй может свести с ума и отправить писателя в мир нереального.

Тогда в такси я настолько утонула в музыке и своих ощущениях, что не заметила, как мы приехали, как выгрузили мои чемоданы, как поднялись на шестой этаж, как открыли дверь, как мой мужчина с порога впился в мои губы, одежда, ожившая под влиянием моего мужчины, срывалась и падала на пол.

Ощущение реальности пришло лишь в тот момент, когда я оказалась в горизонтальном положении на белых простынях. Первые прикосновения всегда грубы, угловаты и неловки. Тебе настолько хочется раствориться в твоем человеке, показать себя с лучшей стороны (глупо звучит, конечно, но ты пытаешься вспомнить всю камасутру, которую ты никогда не видела в глаза). Страсть и волнение находятся на таком пике, что погружение друг в друга происходит неестественно быстро и без ощущения полного наслаждения.

Дыхание сбивается, сердца вот-вот пробьют грудные клетки, влажные тела бьются в конвульсиях от перенапряжения, губы пересыхают от стонов… И вот комната наполняется лишь биением сердец и глубокими вздохами двух счастливых идиотов. Первое стеснение испаряется с первым смехом. Запомни это мгновение. Ты никогда не вернешься в него с этим конкретным человеком. Раскрась этот момент всей палитрой цветов, что есть у тебя в арсенале. Не жалей красок, ты будешь прокручивать это состояние миллионы раз. Состояние – эйфории. Первого знакомства ваших тел, вкусов и предпочтений. Два мощных океана сталкиваются, бушуют, но в конце наполняют воды друг друга собой.

В книжках писатели часто приукрашивают первый физический контакт своих героев, но так как в этой повести главная героиня я, то приукрашивать и привирать не имеет смысла. Намного важнее то, что происходило дальше.