Беглянка для космического босса

Глава 5

Машинное отделение встретило меня рёвом двигателей и едким запахом смазки. Риггс – коренастый механик с татуировками по всему телу – бросил мне рабочий комбинезон и пару перчаток.

– Ты будешь чистить фильтры. Каждые четыре часа. Без перерывов.

Я кивнула, уже чувствуя, как ноют мышцы. Но, по крайней мере, здесь было тепло, и – о чудо! – меня накормили.

В столовой экипажа я съела две порции синтетической каши и выпила литр воды. Это было невкусно, но мой желудок, измученный голодом, принял еду с благодарностью.

А потом был душ.

Горячая вода. Настоящая горячая вода. Я стояла под струями, пока кожа не покраснела, смывая с себя запах страха, пота и машинного масла.

Мне даже сменную одежду выдали – простые серые брюки и чёрную футболку с логотипом «Стрелы».

И вот теперь, когда я лежала на узкой койке в общей каюте для младшего персонала, мысли, наконец, начали приходить в порядок.

«Мне не нравится твой запах».

Я зажмурилась. Почему эти слова так задели меня? Почему я вообще думаю о том, что сказал этот высокомерный драксенит?

– Ты ненормальная, – прошептала я себе.

Он – мой враг. Он – один из тех, кто превратил мою жизнь в ад. Это его компания загнала отца в долги, и не надо об этом забывать.

Но...

Но когда он смотрел на меня своими фиолетовыми глазами, в груди что-то сжималось.

Я перевернулась набок, уткнувшись лицом в подушку.

«Хорошо, что не нравлюсь. Так спокойнее».

Да, именно так. Чем меньше внимания он будет мне уделять, тем проще будет добраться до Терминуса-5 и исчезнуть.

Но почему тогда так обидно?

Я с силой сжала уголок подушки зубами.

– Прекрати, – прошипела себе.

За стеной кто-то засмеялся – видимо, механики отмечали конец смены. Их голоса, запах еды и металла, ровный гул двигателей...

Это был теперь мой мир.

До Терминуса-5 – неделя.

Семь дней.

Сто шестьдесят восемь часов.

Я зажмурилась, попыталась заснуть.

*** ***

Третий фильтр за смену. Мои пальцы, покрытые чёрной смазкой, дрожали от напряжения. Каждый болт, каждое соединение требовало нечеловеческих усилий – мои ногти было уже не отмыть, а на ладонях уже наметились кровавые мозоли.

Риггс бросил на меня оценивающий взгляд:

– Не тормози, новичок. Через час капитанская проверка.

Я лишь кивнула, стиснув зубы. «Шесть дней. Всего шесть дней до Терминуса», – твердила я себе как мантру.

Когда, наконец, прозвучал сигнал об окончании смены, я еле волочила ноги. Тело ныло от непривычной нагрузки, но странное чувство гордости согревало изнутри – я выдержала. Выжила.

И тогда я увидела его.

Кайтер стоял в перекрестье коридоров, его чёрный костюм из хельдона идеально облегал широкие плечи. Он что-то резко объяснял младшему пилоту, когда вдруг...

Замер.

Повернул голову.

Его фиолетовые глаза, обычно холодные как космический вакуум, вдруг расширились. Ноздри дрогнули, втягивая воздух с каким-то животным напряжением.

– Свободны, – бросил он пилоту, даже не глядя на того.

Я инстинктивно прижалась к стене, чувствуя, как сердце бешено колотится в груди. Что-то было не так. Его глаза... они менялись. Фиолетовый оттенок радужки мерк, уступая место тёмно-коричневой плёнке, которая медленно затягивала зрачки, словно масляное пятно. Как вчера в каюте.

– Кайтер... – мой голос сорвался на шёпот.

Он двинулся ко мне с неестественной плавностью хищника. За доли секунды я оказалась прижата к стене - его ладонь сдавила моё запястье с силой, завтра точно следы останутся.

– Ты... – его голос звучал хрипло, с непривычными гортанными нотками. – Ты сделала это специально?

Я растерянно моргнула:

– Что?

Ответом стало его губы, грубо прижавшиеся к моим. Это не был поцелуй – это было заклеймение. Его язык вторгся в мой рот с властной требовательностью, лишая возможности дышать, думать, сопротивляться.

Я должна была оттолкнуть его. Должна была ненавидеть. Но моё тело... наоборот, отозвалось. Тепло разлилось по низу живота, колени подкосились, а пальцы сами вцепились в его мундир.

Когда он оторвался, его глаза стали полностью коричневыми – тёплыми, почти человеческими, но от этого не менее пугающими.

– Ты сделала это специально, – прохрипел он, обнажая зубы в оскале, от которого по спине побежали мурашки.

– Я не...

– Ты помылась... – его голос звучал обвиняюще, будто я совершила тяжкое преступление.

Прежде чем я успела что-то понять, он схватил меня за плечи и потащил по коридору. Страх сжал горло ледяными пальцами – какие мысли только не проносились в голове.

«Выбросит в шлюз...»

«Изнасилует…»

«Убьёт...»

Но действительность оказалась абсурднее любых предположений.

Машинное отделение встретило нас рёвом турбин. Кайтер, не выпуская моё запястье из стальной хватки, потянулся к полке с канистрами.

– Кайтер, что ты...

Ответом стал резкий рывок. Я вскрикнула, когда холодное масло хлынуло мне на шею, заливая воротник. Его пальцы грубо втирали липкую жидкость в мою кожу, оставляя чёрные разводы на только что вымытом теле.

– Не смей смывать, – прошипел он, обмазывая мои руки густой субстанцией.

Я стояла, ошеломлённая, чувствуя, как масло стекает по спине. Его глаза снова стали фиолетовыми, но теперь в них не было того безумного огня, как пару минут назад.

– Завтра смена в шесть, – бросил он на прощание. – И не вздумай снова мыться.

Когда его шаги затихли, я медленно опустилась на колени среди блестящих масляных луж.

«Что это было?»

Глава 6

Я превратилась в тень.

Следующие три дня превратились в изощрённую игру – я научилась вычислять его маршруты по кораблю, подстраивала свой график так, чтобы никогда не пересекаться с ним в коридорах.

После того случая в машинном отделении я выработала целую систему маршрутов:

– В душевую – только в четвёртую смену, когда он обычно на капитанском мостике.

– В столовую – строго на пять минут, хватая еду и убегая обратно.

– По коридорам – только короткими перебежками, прижимаясь к стенам.

Даже в машинном отделении работала в самых дальних уголках, где даже Риггс появлялся редко.

Но корабль не был бесконечным, а Кайтер... Кайтер словно чувствовал, где я.

Пятый день начался, как обычно – с боли в мышцах и гула двигателей, въевшегося в кости, и не предвещал ничего плохого. Я протирала вентиляционные решётки в нижнем ярусе инженерного отсека, когда вошёл Риггс.

– Босс хочет тебя видеть, – бросил он, разглядывая мои грязные руки. – Сейчас.

– Я... не могу, – попыталась выкрутиться. – Фильтры...

– Ты что, совсем дура? – он фыркнул. – Когда драксенит зовёт – надо бежать.

Сердце ушло в пятки. То, что бежать надо, я итак знала, только опыт подсказывал, что бежать надо было от драксенита, а не к нему.

– Хорошо, – кивнула я. А когда вышла из инженерного отсека, направилась не на нос, где располагался жилой отсек и каюта Кайтера, а решила переждать сегодня на корме корабля. Ушла в самый конец. Незаметно примостилась в углу. Осталось-то всего ничего. В принципе я даже могу отсюда даже не выходить. Вода у меня была с собой во фляжке. Кусок хлеба, оставшийся с обеда, лежал в нагрудном кармане. Два дня можно и как-нибудь пережить и здесь, чтобы лишний раз не показывать, и желательно, чтобы все забыли обо мне.

Тишину нарушал только гул двигателей. Я почувствовала его внезапно. Ещё не видела, но чувствовала его мощную энергетику, которая словно окутывала меня, активируя нервные окончания моего тела.

Я обернулась.

Кайтер.

Он стоял в проёме двери, его фиолетовые глаза горели в полумраке. На нём не было мундира – только чёрные брюки и обтягивающая тёмная рубашка с закатанными по локти рукавами, обнажавшими мощные предплечья, покрытые тонкой сетью бледных шрамов.

– Разве тебе не передали моё послание? – его голос звучал неестественно ровно.

Я вскочила с места, стояла перед ним, ощущая и страх и огромное желание послать его подальше. Вздёрнула подбородок и как можно громче ответила.

– Да, мне передали, но ты сам сказал мне держаться от тебя подальше.

Кайтер не двигался, лишь его ноздри слегка раздувались, будто он...

Принюхивался.

– Ты... – его голос сорвался на хрип. – Ты опять помылась.

Это не было вопросом.

Я сделала шаг назад, наткнувшись на стену. Точно, я ведь утром приняла душ, в надежде, что работа в машинном отделении полностью перекроет мой запах. Тем более от моего комбинезона воняло так, что меня саму тошнило.

– Я... должна соблюдать гигиену…– пролепетала я, потеряв первоначальный запал.

Он двинулся ко мне. Не как капитан. Не как человек.

Как хищник.

Его пальцы впились мне в запястья, прижимая к стене. Тело Кайтера придавило меня, и я почувствовала – он возбуждён. Очень.

– Пять дней, – прошипел он, касаясь губами моей шеи. – пять дней я слышу твой запах сквозь все переборки. Даже через масло. Даже через сталь.

Его язык скользнул по моей коже, и я почувствовала, как по телу разливается странное тепло.

– Я ненавижу землянок, – продолжал он, впиваясь зубами в место между шеей и плечом. – Примитивные, слабые, ничтожные...

Он резко оторвался, его глаза теперь были почти чёрными, лишь по краям радужки мерцал фиолетовый ореол.

– Но ты... ты пахнешь как...

Кайтер не договорил. Вместо этого он схватил меня за руку и потащил к выходу.

– Куда...

– Молчи.

Его каюта поразила меня своей аскетичностью – никакой роскоши, только функциональность. Металлические стены, голографические экраны с показателями корабля, большая кровать с чёрным бельём.

– Душ. Там, – он кивнул на небольшую дверь. – Смой с себя всё и выкинь этот комбез.

Я замерла.

– Ты хочешь, чтобы я...

– Я хочу, чтобы ты перестала пахнуть как дешёвый космический бордель! – рявкнул он, и я увидела, как его руки дрожат от напряжения. – Твой естественный запах... он...

Кайтер резко выдохнул и отвернулся.

– Десять минут.

Душ был большим, вода – обжигающе горячей. Я тёрла кожу до красноты, смывая следы масла, пота, всего, что так давно мечтала смыть. Я хотела снова почувствовать себя человеком. Да, я понимала, что это опасно. Но он сам признался, что даже масло не заглушило мой запах. Так к чему все эти жертвы?

Я слышала рассказы от девчонок из бара, что у драксенитов очень хороший нюх и что своих партнёрш они выбирают по запаху. Но никогда не слышала, чтобы драксениты в парнёрши себе выбирали землянок. Как куклу, да, как игрушку для сексуальных утех, тоже. И выживет ли в этих игрищах землянка или нет, зависело от чувства меры самого драксенита. Неприятное предчувствие порождало тревогу. И всё же я надеялась на лучшее. А если всё же он позволит себе что-то мерзкое или грубое…я буду драться. Отец учил меня нескольким приёмам, и они не раз спасали мне жизнь.

Когда я вышла, завёрнутая в слишком большое полотенце, Кайтер стоял у окна, смотря на проносящиеся звёзды.

– Ложись, – сказал он не оборачиваясь.

– Кайтер, я...

Он резко обернулся. Его глаза теперь полностью потеряли фиолетовый оттенок – тёмные, почти чёрные, с вертикальными зрачками, как у хищного зверя.

– Я сказал – ложись.

Я сделала шаг назад, но он был уже рядом. Одно движение – и полотенце упало на пол. он подхватил меня на руки и грубо опустил на кровать, наваливаясь сверху.

– Сегодня, – прошептал он, прижимая меня к кровати, – я перестану бороться.

Его губы обожгли мою шею, а пальцы оставили на бёдрах следы, которые завтра станут синяками.

– Больно, – вскрикнула я и ненавидящим взглядом посмотрела на драксенита. Сдаваться молча я не собиралась.

– Потерпишь, – рявкнул он ещё сильнее, распаляясь от злости.

– Я раздеру тебе лицо в кровь, я буду сопротивляться, ты не получишь удовлетворения, – прошипела ему в губы. – Но не жди, что я буду лежать как безвольная кукла и подчиняться тебе.

Наши взгляды встретились, словно лазерные мечи в поединке.

Глава 7

Его губы растянулись в хищной усмешке, обнажая острые клыки.

– Ты будешь умолять меня, – прошептал он, и его слова звучали как обещание и угроза одновременно.

– Никогда, – выдохнула я, но моё тело уже предательски дрожало под его прикосновениями. – Ненавижу тебя.

Кайтер не стал спорить. Вместо этого он действовал.

Его поцелуй обрушился на меня, как удар плазмы – горячий, властный, лишающий разума. Губы драксенита прижались к моим с такой силой, что я почувствовала вкус крови – то ли его, то ли моей. Его язык вторгся в мой рот, исследуя каждый уголок, словно заявляя права на то, что ему принадлежало.

Я должна была сопротивляться.

Но мои пальцы вопреки воле, впились в его плечи, притягивая ближе.

– Ненавижу тебя, – прошептала я, когда его губы скользнули к моей шее.

– Ты ненавидишь меня? Прекрасно. Я тебя тоже, – голос темноволосого драксенита царапнул меня своей хрипотцой. – Но для совокупления мне достаточно того, что твоё тело просто хочет меня и отзывается, – ответил Кайтер, покусывая кожу за ухом. А мой мозг был готов уже сдать свои позиции, но я продолжала сопротивляться. Мурашки бежали по спине и рукам.

Его ладонь скользнула между моих бёдер, и я закусила губу, чтобы не застонать.

Нет. Нет. Нет.

Но моё тело отвечало ему – предательски горячее, влажное, жадное.

– Видишь? – Кайтер провёл пальцем по моим складкам, заставляя меня вздрогнуть. – Твоё тело говорит совсем другое.

Я хотела ответить, но в этот момент его язык скользнул по моему соску, я охнула от новых ощущений. Его язык играл с соском, пока тот не набух и не превратился в твёрдый камень. Его зубы слегка сжали – больно-приятно.

– Прекрати... – протестовала я, голос звучал слабо, даже в моих ушах.

Я попыталась его остановить, вцепилась в его волосы, с силой попыталась оторвать его от себя, но он лишь приподнял голову на секунду, удовлетворённо улыбнулся и накрыл губами другой сосок, лаская его уже нежнее, заставляя мое дыхание сбиваться. Он посасывал его, не выпускал изо рта, сжимал губами, снова облизывал и каждое движение его губ и языка отдавалось внизу моего живота. Будто там разгорался огонь всё жарче и жарче становилось между ног. И когда его палец коснулся моего лона, тело инстинктивно подалось вперёд, в надежде получить освобождение.

Кайтер же словно издевался. Ласкал, едва касаясь, размазывал влагу по нижним губам, кружил вокруг пульсирующего бугорка.

– Ты вся течёшь, – прошептал он на ухо, и его голос звучал торжествующе. – Скоро ты будешь умолять.

И я ненавидела его за то, что он был прав.

Но прежде чем я успела что-то ответить – стук в дверь.

Кайтер проигнорировал его, продолжая ласкать меня, но через секунду раздался робкий голос:

– Босс... вас на связь вызывают.

– Идите к заар кхану! – рыкнул он, не отрываясь от моей груди.

За дверью заколебался.

– Это... ваш брат. Он требует ответа срочно.

Всё замерло.

Кайтер застыл над моим телом, его глаза снова приобретали фиолетовый цвет и осмысленное выражение, дикость и одержимость отступали.

– Азарион... – прошипел он, в голосе прозвучало раздражение.

Он резко поднялся, оставив меня лежать на кровати – разгорячённую, дрожащую и ненавидящую.

– Это не конец, – бросил он на прощание, уже на ходу застёгивая штаны. – Когда я вернусь, мы продолжим.

Дверь захлопнулась.

Я лежала, глядя в потолок, чувствуя, как моё тело вопит от несправедливости.

Чёрт.

Чёрт.

ЧЁРТ.

Я ненавидела его.

Но ещё больше я ненавидела себя за то, что ждала, когда он вернётся.

*** ****

(Кайтер)

– Заар кхан! – я мысленно материл брата и его внезапный звонок.

Я шагал по коридору, сжимая кулаки так, что ногти впивались в ладони. Кровь всё ещё бешено пульсировала в висках, тело было напряжено до боли, в паху болело особенно сильно. Это было уже не желание, а потребность избавиться от дискомфорта.

Эта землянка...

Её запах преследовал меня даже сейчас – сладкий, густой, невыносимо соблазнительный. Я представлял, как вонзаюсь в её мягкое тело, как она стонет подо мной, как её ноги обвиваются вокруг моих бёдер… Пять суток я нормально не сплю. О, кай'тош! Пять грёбанных суток!

Нет.

Я резко встряхнулся.

Она всего лишь землянка. Слабая. Ничтожная.

Но моё тело не желало слушать разум.

Дверь в переговорную распахнулась передо мной. На экране уже мерцало изображение: высокомерно поднятый подбородок, холодные фиолетовые глаза, ухоженные пальцы, сложенные перед собой.

Азарион.

Мой «любимый» старший брат.

– Что ты хотел? – я не стал скрывать раздражения.

Азарион улыбнулся – той самой улыбкой, которая всегда предвещала неприятности.

– До меня дошли слухи, что моя кукла на твоём корабле.

Лёд пробежал по спине, охлаждая разум.

– Твоя кукла? – я заставил себя рассмеяться. – На «Стреле» только экипаж и груз. Никаких кукол.

Брат медленно поднял бровь.

– Не ври, Кайтер. Я знаю, что она на твоём корабле, – его глаза сузились.

Я стиснул зубы. Заар кхан!

Он знал.

– Она беглянка, – резко сказал я. – И теперь отрабатывает долг на моём корабле.

Азарион замер, его лицо стало каменным.

– Ты прикоснулся к тому, что принадлежит мне.

– Она не принадлежала тебе! – рыкнул я.

Экран завибрировал – брат резко встал, его пальцы впились в край стола.

– Я выбирал её. Я заплатил за неё. Погасил весь её долг. И ты знаешь, что это значит.

Я знал.

Чёртовы драксенитские законы.

– И что?

Брат рассмеялся – холодно, без тёплых ноток.

– О, значит, ты уже решил не следовать нашим правилам? – он изогнул надменно бровь и наклонился к экрану. – Жду её на Октавии, через две недели. И только попробуй дотронуться до неё. Она моя.

Глава 8

Я лежала на широкой кровати Кайтера, прислушиваясь к затихающим шагам в коридоре. Тело всё ещё горело от его прикосновений, кожа под пальцами была горячей, будто обожжённой. Я ненавидела себя за эту слабость, за то, как откликалась на каждое движение его рук.

«Когда я вернусь, мы продолжим».

Эти слова заставили меня вздрогнуть. Нет, я не собиралась ждать его возвращения.

Я резко поднялась с кровати, оглядывая каюту. Пространство говорило о Кайтере больше, чем он сам: всё чётко, функционально, без излишеств. На столе – навигационные карты, оружие, браслет с доступом к системам корабля.

Азарион знает, что я здесь?

Мысль заставила сердце бешено колотиться. Если Кайтер скажет ему...

Нет. Я не могу оставаться здесь.

Быстро осмотревшись, я нашла в шкафу запасной комбинезон – чёрный, с серебряными нашивками «Стрелы”, явно не моего размера, но лучше, чем ничего. Переодевшись, я сунула в карманы всё, что могло пригодиться:

1. Энергоклинок (маленький, но смертоносный)

2. Кредитный чип (с жалкими остатками)

3. Коммуникатор (отключённый, но вдруг получится починить)

Браслет Кайтера лежал на столе, мерцая голубым светом. Я протянула руку –

«Виззз!»

Резкая боль пронзила запястье. На экране вспыхнуло:

«Доступ запрещён. Тревога активирована.»

Чёрт!

Я отпрянула, услышав в коридоре голоса:

– Капитан приказал усилить охрану шлюзов!

– Проверить все отсеки!

Сердце заколотилось. Они уже ищут меня.

Я рванула к двери, приоткрыла её и замерла, услышав шаги. Кайтер? Нет, слишком лёгкие...

Через щель я увидела младшего помощника капитана, спешащего по коридору.

Шанс.

Выскользнув за дверь, я прижалась к стене, сливаясь с тенями.

Чтобы не растеряться и обдумывала план:

Итак, первое, добраться до грузового отсека – там можно спрятаться. Второе, найти аварийный челнок – маленький, незаметный. Третье, улететь – хоть к чёрту на рога, лишь бы подальше.

Я двинулась вперёд, стараясь ступать бесшумно.

Но не успела сделать и десяти шагов, как из-за поворота вышел он.

Кайтер.

Его фиолетовые глаза горели холодным огнём, пальцы сжимались в кулаки.

– Элли... – его голос звучал как предупреждение.

Я замерла, чувствуя, как по спине бегут мурашки.

– Ты действительно думала, что убежишь?