Невеста для звёздных маршалов

Глава 5

Я смотрела на Кайла, и кусочки пазла в голове встали на свои места.

– Я попала… в прошлое? – прошептала я, сама не веря в эти слова.

Кайл ответил не сразу, видимо, он сам не особо понимал, что произошло.

– Это одна из гипотез, – сказал он наконец. – Но её необходимо проверить. Пока у нас нет доказательств временного смещения. Только твои слова.

– Может, мы… просто про разные планеты говорим? – попыталась я ухватиться за более логичное объяснение. Сердце бешено колотилось. Путешествие во времени было из области ненаучной фантастики. – Моя планета, Земля. Она находится в системе Солнца, третья от звезды. Покажите мне карту звёздного неба. Я узнаю своё созвездие.

Деймон оттолкнулся от стены.

– Кайл, не смей. Она может быть шпионкой. Карты сектора «Колыбели» засекречены. Не стоит хорошеньким незнакомкам раскрывать планы нашего конгресса.

– Шпионка? – холодно парировал Кайл, не отводя от меня взгляда. – Подумай, Деймон. Будь она шпионкой, разве стала бы она сваливаться на нас посреди Запечатления, в беспомощном состоянии, без оружия и без плана? Это не операция. Это случайность.

В этот момент дверь в палату с шипением отъехала в сторону, и внутрь ворвались двое. Впереди шёл пожилой мужчина с седыми висками и с красным лицом, судя по всему, от высшей степени злости. На нём были роскошный мундир с гербом – переплетёнными кольцами. За ним семенила, всхлипывая в тонкий платок, та самая женщина в серебряном платье с церемонии. Её идеальная причёска была слегка растрёпана, а глаза блестели от слёз.

– Маршал Кайлен Вейтар! – прогремел мужчина, не обращая внимания ни на меня, ни на Деймона. – Это безобразие! Мою дочь публично опозорили! Церемония должна быть завершена немедленно! Я требую…

За ними огромными шагами, вбежал тот самый врач в голубом комбинезоне, видимо, пытавшийся их остановить.

– Господин Мирен, умоляю, вы не можете просто…

– Молчи! – отрезал Мирен, отец невесты. Его яростный взгляд упал на Кайла. – Ты, маршал, обязан исправить эту ситуацию. Немедленно аннулируй результат сбоя и войди в круг с моей дочерью, как и было положено!

Кайл – Кайлен Вейтар, как я теперь знала – повернулся к нему с ледяным, невозмутимым спокойствием.

– Аннулировать связь, лорд Мирен, невозможно. Вы знаете законы Запечатления так же хорошо, как и я. Протокол Айона выполнен. Связь установлена. Она нерушима.

– Нерушима?! – прошипел Вирен. – С этим… этим существом? – Он кивнул в мою сторону. – Айон ошибся! Система дала сбой! Это очевидно любому, у кого есть глаза! Внесите запрос на пересмотр!

Врач, бледный как полотно, выступил вперёд, заламывая руки.

– Милорд, технически… это исключено. Айон не «ошибся». Он просканировал три биологических образца в зоне активации и совершил синтез. Его решение – закон. Любая попытка физического разрыва связи может привести к фатальным последствиям для всех трёх сторон. Это… медицинский факт.

Девушка громко всхлипнула и уткнулась в платок. Её отец, казалось, готов был взорваться от бессильной злости. Он посмотрел на Кайла, потом на Деймона, который стоял, скрестив руки, с едва заметной усмешкой на губах, явно получая удовольствие от зрелища.

– Значит, что? – голос Мирена дрожал. – Значит, мой дом, моя дочь… мы будем опозорены?А ты, маршал, теперь связан с каким-то… бледным призраком? И с ним? – Он кивнул на Деймона.

– Осторожнее со словами, лорд, – тихо произнёс он. – Маршал Вейтар и я теперь, как вы верно заметили, связаны. Оскорбление одного – оскорбление другого. И нашей… жены. – Он бросил на меня быстрый взгляд.

Кайлен Вейтар сделал шаг вперёд, занимая позицию между нами, Миреном и всей этой бушующей драмой.

– Ситуация беспрецедентна, лорд Мирен. Церемония с леди Элирой отменяется по непреодолимым обстоятельствам, санкционированным самим Айоном. Я естественно подам заявку на пересмотр, и как только получу ответ, оповещу вас. Дом Вейтар принесёт вам извинения и компенсацию, о которой мы договоримся позднее. Сейчас же приоритет – разобраться в происшедшем и обеспечить безопасность всех вовлечённых сторон. Включая, – он чуть повернул голову ко мне, – нашу неожиданную гостью.

Уверенность и холодность, с которой держался Кайл, вызывала восхищение. Лорд Мирен понял, что битва проиграна. Он схватил дочь за локоть и, бросив на меня последний презрительный взгляд, поволок её к выходу. Дверь за ними закрылась, оставив в палате тяжёлое, гнетущее молчание.

Я сидела, сжимая края халата, пытаясь осмыслить этот взрыв новой информации. Кайлен Вейтар. Деймон Дагон. Похоже, я попала в самую гущу политического скандала чужой, могущественной цивилизации. И я была его эпицентром.

Кайлен первым нарушил тишину.

– Теперь, Сима с Земли, – сказал он. – Ты понимаешь серьёзность положения? Для всех нас. Нам нужны твои координаты. И доказательства. Сейчас. Деймон, прикажи подготовить навигационный терминал в моём кабинете. Без доступа к внешним сетям. Мы проверим её историю.

Глава 6

Путь до кабинета Кайла пролегал через стерильные, безликие коридоры корабля, который я в состоянии шока даже не успела как следует рассмотреть. Я шла между ними, кутаясь в слишком большой халат, едва поспевая за их широкими шагами.

Деймон шёл впереди, его широкая спина была напряжена, он явно не доверял мне. Кайлен шёл сбоку, не глядя на меня, но я чувствовала его расположение. Возможно, мне это только казалось, но всё же интуиция редко подводила меня. И сейчас она подсказывала, что Кайл не опасен.

– Видел, как старик Мирен чуть не лопнул от злости? – Деймон повернулся к нам и задержал насмешливый взгляд на Кайле.

– Не сомневаюсь, что ты даже рад подобному исходу, – ответил Кайл, даже у него дрогнули уголки губ, будто он сам сдерживал улыбку.

– Кстати, да. Я рад. Потому что жениться на Элире было настоящим безумием, – он перевёл взгляд на меня. – Надеюсь, после отмены запечатления ты не решишься снова на это.

– Посмотрим, – ответил Кайл. – Сначала надо дождаться ответа Хранителя.

Я решила не задавать лишние вопросы, чтобы не выглядеть подозрительной. Мне итак не особо доверяли. То, что я поняла: брак или, как они называли запечатление, было вынужденным. Леди Элира и Мирен этого хотели Кайл не особо, но почему-то шёл на это добровольно. Деймон был против. Этот Деймон не вызывал у меня каких-то приятных чувств. Он казался грубым, насмешливым и злым.

Кабинет маршала оказался очень похож на своего хозяина. Суровая функциональность: огромный стол из тёмного дерева, встроенный в стену голографический экран во всю ширину, несколько жёстких кресел. На столе лежали какие-то кристаллические блоки с данными и лежал недопитый кофе в прозрачной колбе. Всё дышало порядком и работой.

Деймон что-то быстро отбарабанил по панели у стены, и центральный экран ожил, залив комнату мягким синим светом. На нём замерла карта звёздного сектора с тысячами мерцающих точек.

– Система, – скомандовал Кайлен, подходя к экрану. – Поиск. Идентификация по запросу: «Земля». «Солнечная система». Радиус – неограничен.

Экран замигал. Столбы данных поплыли перед глазами. Я застыла, затаив дыхание. Это был момент истины. Сейчас я пойму, где я. В своём времени? В чужом? Своей ли вселенной?

– Результат, – безэмоционально произнёс синтезированный голос. – Найдено одно совпадение в архивах. Объект: «Колыбель-3», также известный как «Терра». Звёздная система G-класса, третья планета от светила «Соль». Статус: заповедная зона, выход из-под юрисдикции Галактического Конкордата по завершении Проекта «Зарождение» приблизительно… десять стандартных циклов назад. Развивающаяся планета. Цивилизаций нет. Контакт запрещён.

На экране возникла знакомая, родная голубая планета. Земля.

– Десять циклов, – тихо произнёс Деймон, и в его голосе не было уже ни злости, ни подозрения. Он смотрел на меня, будто впервые видел. – Ты… ты как ты можешь быть с этой планеты? Там ещё даже городов нет. Десять циклов назад там только провели терраформирование.

Кайлен стоял неподвижно, вглядываясь в изображение. Его профиль в синем свете экрана казался вырезанным изо льда. Но я видела, как напряглась его челюсть.

– Подтверди, – приказал он системе. – Биологическая верификация. Сравни генетический шаблон субъекта «Сима» с архивными образцами ДНК Проекта «Зарождение».

Прошло ещё несколько мучительных секунд. Мне казалось, я слышу, как бьётся моё сердце. Потом экран снова замигал.

– Совпадение: 99.8%. Обнаружены маркеры группы «Хранителей». Рецессивный признак: полный дефицит меланина (альбинизм), зафиксированный в 0.001% образцов как побочный эффект стабилизации кода. Вывод: субъект является биологическим потомком колонистов «Колыбели-3». Вероятность случайного попадания в точку активации Запечатления без преднамеренного наведения: 0.0003%.

В кабинете воцарилась гробовая тишина. Данные висели в воздухе, холодные и неопровержимые. Я была не шпионкой, неслучайной путницей. Я была… живым артефактом, выдернутым из будущего. Результатом работы их цивилизации.

Кайлен медленно повернулся ко мне.

– Ты действительно оттуда, – Потомок первых людей. Потомок Хранителей, которых мы оставили, чтобы они следили за вашим развитием.

– Теперь понятно, почему Айон не прервал процедуру, – тихо добавил Деймон.

Кайл сделал шаг ко мне. Я не отступила. Не могла. Я была словно заморожена его глазами. Его рука поднялась, медленно. Кончики его пальцев, коснулись моей щеки. Лёгкое, едва ощутимое движение, будто он проверял, настоящая ли я.

– Ты..., – прошептал он, и его дыхание коснулось моего лица.

В этот миг между нами проскочила искра. Не метафорическая. Я буквально почувствовала лёгкий, электрический разряд там, где его пальцы касались моей кожи. И не только я. Кайлен дёрнулся, его глаза расширились. Это была связь. Та самая, которую создал Айон. Она была не просто юридической формальностью. Она была живой, осязаемой силой, и сейчас она пробудилась, отозвавшись на близость.

Время остановилось. Я смотрела в его серебристые глубины, он смотрел в мои. Он был наследником цивилизации, которую я изучала по обломкам. Я была живым доказательством её величайшего свершения. И нас теперь навеки сплела одна и та же невидимая нить.

– Что за чертовщина? – раздался рядом грубый, сбитый с толку голос.

Как от ледяного душа, мы оба вздрогнули и отпрянули друг от друга. Деймон стоял рядом, его янтарные глаза метались от Кайла ко мне и обратно. На его лице читалось не только недоумение, но и какая-то тёмная, ревнивая вспышка.

– Вы что, вообще себя не контролируете? – проворчал он, но в его тоне была тревога. Он тоже это почувствовал. Эту искру. Это притяжение, порождённое не нами, но принадлежащее теперь нам. – У нас тут не романтическое свидание, а разбор военно-исторического инцидента катастрофического масштаба. Так что хватит смотреть друг на друга, как...как будто вы хотите друг друга.

Кайл первым пришёл в себя. Он резко отвёл руку, сжал её в кулак и откашлялся, снова надевая маску безупречного командира. Но скулы стали подозрительно розовыми.

– Деймон прав, – сказал он, и голос его снова стал ровным и безличным, хотя в глубине глаз ещё плескалось смятение. – Сима, теперь мы знаем, кто ты. И пока Хранитель не вынес решения по поводу нас, ты остаёшься с нами. Но сначала тебе надо одеться.

Глава 7

– А для этого нам тебе надо пройти в жилой корпус, – продолжил Кайл.

– Кайл, её нельзя просто взять и перевести в жилые помещения, Кайл! – Деймон продолжал стоять на своём, он ходил взад-вперёд по кабинету, жестикулируя. – Да, генетика совпадает. Да, Айон её принял. Да, наша цивилизация может свернуть пространство, зажечь умирающие звёзды, оживить мёртвые миры, но путешествие во времени – это из области мифов и теорий! Может, это какая-то новая форма маскировки? Или психологическое оружие? Её нужно изучить! Полное сканирование, нейроанализ, всё!

Кайлен остановился у стола, опершись ладонями о тёмную столешницу.

Я сидела на краю жёсткого кресла, всё ещё чувствуя на щеке прикосновение пальцев Кайла и ту странную, электрическую искру. А их спор нарастал, как буря, отвлекая меня от невероятного открытия. Я была не просто «из будущего». Я была плодом их проекта. «Колыбели».

Кайл медленно повернулся к нему. Искра, пробежавшая между нами минуту назад, казалось, зажгла тлеющий фитиль внутри него.

– Её положение нужно обсудить, – сказал он. – Но не здесь. В моих апартаментах. Сейчас.

– В твоих… – Деймон оттолкнулся от стены. – Ты хочешь вести её к себе? Сейчас? Ты с ума сошёл окончательно, Вейтар? Её место – в изоляторе, под наблюдением медиков и охраны, пока мы не выясним, что она такое и откуда на самом деле!

– Она не «что», – холодно возразил Кайл. – Данные архива подтвердили её происхождение. Она – потомок Хранителей «Колыбели-3». Наша ответственность, если ты забыл. Просто допусти мысль, что это была не «машина»? А просто трещина. Случайный разлом. Какая-то аномалия в пространстве-времени, которую её артефакт сумел ненадолго стабилизировать. Мы не всесильны, Деймон. Мы не знаем всего. Факт в том, что она здесь. И оставлять её одну, напуганную, в чужом мире, в больничной палате, как лабораторный образец… это будет не просто глупостью. Это будет настоящим свинством.

– Свинством? – Деймон бросил на меня быстрый, колючий взгляд. – Это называется осторожностью. А она, между прочим, может быть опасна. Или быть оружием. Мы ничего о ней не знаем!

– Я знаю, что человек и она моя жена, – ответил Кайл непреклонно, со стальной убеждённостью. Кайл выдержал паузу, глядя прямо на Деймона. – Так же, как и твоя. Нравится тебе это или нет. И я не оставлю её одну.

Я видела, как Деймон побледнел под своим смуглым загаром. Его челюсть напряглась, глаза горели.

– Я об этом не просил, – прошипел он, и в его голосе прорвалось нечто большее, чем злость. Что-то личное и горькое. – И жениться, чёрт возьми, не собирался! Ни на ком! Это ты у нас готов был сложить голову перед Элирой и её манипулятором отцом! А теперь, когда у тебя появился шанс на свободу, ты продолжаешь лезть в эту кабалу под названием брак!

Они стояли друг против друга, два полюса одной бури – холодный, непоколебимый долг и яростная, бунтующая свобода. А я была центром этого урагана.

– Мальчики, пожалуйста, не ссорьтесь.– сказала я, чтобы хоть как-то разрядить обстановку.

Их головы повернулись ко мне одновременно, как по команде. Два абсолютно разных лица – одно будто из мрамора, другое – из гранита. И выражали одинаковое недоумение. Видимо, никто в их жизни не обращался к ним так фамильярно.

Я выпрямилась в своём самодельном одеянии, стараясь выглядеть хоть немного увереннее.

– Я, если что, не против побыть в больнице подольше, – продолжила я, глядя то на одного, то на другого. – Чтобы… всё проверили. Как предлагает Деймон. Я ведь и сама не до конца понимаю, что произошло. И мне… не хотелось бы быть причиной ссоры.

Кайл замер.

– Это исключено, – отрезал он. – Я уже принял решение. Ты едешь ко мне. А на этого мужчину, который кажется взрослым, можешь не обращать внимания.

Деймон тяжело вздохнул и махнул рукой в нашем направлении.

– Зикк с вами! – слово было резким, гортанным, явно ругательным. По смыслу – тот же самый «чёрт», но звучало оно куда весомее и злее. – Делайте что хотите. Тащи свою «жену» куда угодно. Но если из-за этого, случится что-то хуже, чем испорченная свадьба, отвечать будем оба. Вместе. По полной.

Он бросил последний, откровенно враждебный взгляд на меня, круто развернулся и вышел из кабинета. Дверь захлопнулась с таким звуком, будто оторвался кусок обшивки корабля.

Мы вернулись в медицинский блок, но не в ту палату, а в некое подобие приёмной. Врач в голубом комбинезоне, всё такой же бледный, встретил нас с уже заполненным голографическим планшетом. Кайл что-то коротко ему сказал, врач кивнул и исчез, вернувшись через минуту с аккуратно сложенным комплектом одежды – тёмно-серым комбинезоном из мягкого, эластичного материала.

«Медицинский комбинезон для временного ношения», – объяснил врач, избегая смотреть мне в глаза. – «Переоденьтесь».

Мне указали на небольшую боковую комнату-нишу. Я закрыла дверь, отгородившись на секунду от этого чужого мира, и поспешно натянула комбинезон. Материал оказался умным – он сам подогнался по фигуре, став как вторая кожа, тёплой и удобной. Без карманов, без застёжек, один сплошной серый поток.

Когда я вышла, врач протянул мне тонкий металлический браслет. Он выглядел как простое гладкое кольцо.

«Сканер жизненных показателей, – монотонно пояснил он, надевая его мне на запястье. Браслет с мягким щелчком сомкнулся. – Он будет передавать данные о вашем состоянии. На случай, если вам станет плохо».

Я машинально кивнула. Это была электронная версия смирительной рубашки. Ошейник, чтобы не потеряться. Но в данных обстоятельствах это казалось скорее обнадёживающим, чем пугающим – по крайней мере, они не планировали дать мне умереть в тишине.

Врач что-то отметил на планшете, провёл им перед браслетом, и на его поверхности вспыхнул крошечный зелёный индикатор. Затем он передал планшет Кайлу. Тот быстро просмотрел, подписал что-то своим пальцем прямо в воздухе над экраном и коротко бросил:

«Ответственность принимаю. Все вопросы – ко мне».

Врач отсалютовал, и мы ушли.

Путь на парковку занял ещё несколько минут. Мы спустились на лифте, который двигался так плавно, что я лишь по лёгкому давлению в ушах поняла, что мы едем вниз. Когда двери разъехались, я замерла.

Передо мной открывался не «ангар» в моём понимании. Это была огромная, пронизанная светом вертикальная шахта. Сотни, тысячи прозрачных труб и тоннелей расходились во все стороны, словно паутина из света. И по ним, бесшумно и с невероятной скоростью, скользили… объекты. Одни были похожи на вытянутые капли, другие – на плоские диски, третьи напоминали стрекоз с тонкими крыльями. Воздух над нами гудел от их движения, но звук был приглушённым, технологичным.

– Колесопарк, – сказал Кайл, как будто это было самое обычное дело, и повёл меня к одному из посадочных доков. К нему уже подлетал один из тех самых «колёс» – машина, напоминавшая вытянутую овальную капсулу с закруглёнными краями, без видимых колёс или крыльев. Она зависла в сантиметре от пола, и её боковая панель бесшумно сдвинулась.

– Садись в колесо, – приказал Кайл.

Колесо? – улыбнулась странному названию. – У нас „колесо“ – это что-то круглое, а у них – целая транспортная система.

Я скользнула внутрь. Там было два кресла, обитых тёмной тканью, и перед ними – прозрачная панель, через которую открывался вид на шахту. Кайл сел рядом, пальцем провёл по незаметной панели на подлокотнике, и панель закрылась. Машина плавно тронулась, выскользнула из дока и ринулась в один из светящихся тоннелей.

Ускорение вжало меня в кресло. Мы неслись вверх по спирали, и через прозрачный купол открывался вид на город. Вернее, на то, что было городом. Я прижалась лбом к прохладному стеклу, не в силах оторвать глаз. Башни из стекла и какого-то светящегося металла вздымались на невероятную высоту, переплетаясь воздушными мостами и садами, висящими прямо в небе. Рекламы – нет, скорее информационные потоки – текли по фасадам, как жидкий свет. Внизу, в каньонах между зданиями, клубился мягкий искусственный туман, а в нём мелькали огни других «колёс». Это был не город. Это был улей. Громадный, сияющий, дышащий технологиями улей, порождённый цивилизацией, которую я считала лишь прародительской легендой.

Наше «колесо» вынырнуло из тоннеля и, описав широкую дугу, направился к одной из самых высоких башен. Мы приблизились к её гладкой поверхности, и в ней открылся проём без двери – просто часть стены стала прозрачной и расступилась. Машина зависла, и боковая панель снова сдвинулась. Мы оказались не в гараже, а прямо… в квартире.

Я осторожно выбралась наружу. Мы стояли на просторной лоджии с прозрачным ограждением.

За моей спиной «колесо» мягко щёлкнуло, панель закрылась, и оно бесшумно скрылось в вечернем небе, усыпанном искусственными огнями и парящими рекламными голограммами.

Я обернулась, чтобы осмотреть жилище Кайлена Вейтара, маршала Конкордата.

Первое впечатление – пустота. Не бедность, а минимализм, доведённый до аскетизма. Огромное помещение с высокими потолками и панорамным остеклением, открывающим весь сияющий город. Пол – тёмный матовый полимер, холодный под босыми ногами. Мебели почти не было: низкий широкий диван строгих очертаний, пара таких же кресел у камина, в котором горел не огонь, а медленно переливающиеся световые поля, имитирующие пламя. В дальнем углу – рабочий стол, точная копия кабинетного, только меньше. Ни картин, ни безделушек, ни следов личной жизни. Даже растения в узких вертикальных колбах у стены выглядели как часть архитектурного проекта.

Всё было безупречно чисто и… бездушно. Как будто сам Кайл был не человеком, а функцией, и его жилище лишь отражало это.

Он снял с себя парадный мундир, оставшись в простых тёмных брюках и рубашке с расстёгнутым воротником, и подошёл к стене. Лёгкое движение руки – и в воздухе возникла голографическая панель управления.