Невольница для генерала
- -
- 100%
- +
– Откуда в тебе эта… наглость? – спросил я, делая шаг внутрь. Комната была настолько мала, что я мгновенно сократил дистанцию вдвое. – Или ты всерьёз полагаешь, что если сумела обхитрить меня один раз, то стала умнее?
Её глаза – эти бездонные синие глаза – вдруг неестественно широко распахнулись. В них мелькнул неподдельный, животный испуг. Секундный, но яркий, как вспышка света в темноте. И всё встало на свои места. Она не просто хитрила. Она что-то нашла. Что-то, чего боялась бы потерять. Её реакция сдала её с головой.
Так. Значит, так.
Я сделал последний шаг и теперь нависал над ней, заслоняя собой свет от лампы. Она сидела, а я стоял, и разница в наших положениях, в нашей силе стала вдруг осязаемой, как стена между нами.
– Ты изучаешь меня, землянка? – спросил её. – Копаешься в данных, пытаешься понять, как мы устроены? Зачем? Чтобы найти нашу слабость?
Она попыталась отвести взгляд, сглотнула, но затем, с видимым усилием, снова подняла его на меня – уже с вызовом, но тот испуг ещё читался в самой глубине, выдавая её.
– Разве это ненормально? – её голос дрогнул, но она прикрыла это покашливанием, и снова с вызовом начала. – Интересоваться миром, в котором оказалась? Я хочу понимать, где нахожусь. С кем имею дело.
– Для чего, Лера? – я наклонился чуть ниже, заставляя её запрокинуть голову, чтобы видеть моё лицо. – Для чего тебе это понимание? Для побега? Или для чего-то ещё?
Я медленно протянул руку и обхватил её подбородок пальцами. Её кожа была на удивление мягкой и тёплой. Она вздрогнула всем телом, но не отодвинулась. Её глаза пылали, отражая тусклый свет лампы.
– В любопытстве нет ничего плохого, – продолжил я, глядя прямо в них, не позволяя ей отвернуться. – Но есть черта, которую переходить нельзя. Ты перешла её и соврала.
Я видел, как по её горлу пробежала судорога, как участилось дыхание.
– Хочешь изучать? – я наклонился ещё ближе и почувствовал исходящее от неё тепло. – Спроси. Я дам тебе материалы. Расскажу. Покажу всё, что захочешь знать. Но только не обманывай меня.
Я отпустил её подбородок, позволив ей откинуть голову, но не отступил ни на шаг, продолжая держать её в поле своего влияния, своей воли.
– Я враньё не люблю. И презираю. Запомни это.
Я не отступил ни на шаг, продолжая ощущать её быстрое, птичье дыхание. Мои пальцы всё ещё чувствовали тепло её кожи, её испуг и её вызов – странная, головокружительная смесь, которая и мне кружила голову тоже.
– Я даю тебе выбор. Честность или ложь.
Я выпрямился во весь рост, и она тут же оказалась в моей тени, маленькая и хрупкая. Её глаза снова расширились, но теперь в них читалась не просто испуганная готовность к бегству, а нечто более глубокое – осознание.
– А сейчас, – произнёс я, – ты идёшь в мою постель. Раздетая.
Она попыталась сжать губы, поднять подбородок в немом протесте, но я видел, как дрожь пробежала по её рукам, сжимавшим край койки.
– Или, – я сделал паузу, давая этим словам обрести нужный, железный вес, – я сниму с тебя всё сам. До последней нитки.
Тишина повисла густая, звенящая. Она замерла, словно испуганный детёныш перед вспышкой фотонного заряда. Я видел, как в её голове проносятся мысли, оценки, попытки найти выход там, где его не было. Её взгляд метнулся к выходу, на мгновение задержался на моём лице, ища хоть каплю снисхождения и не найдя её.
– Выбора нет, Лера, – окончательно расставил все точки я. – Есть только вопрос – как это произойдёт. Твоё упрямство против моей воли. И мы оба знаем, чем закончится эта борьба.
Я протянул к ней руку, давая ей последний шанс. Последнюю возможность сохранить хотя бы призрачную видимость собственного достоинства.
– Решай.
Глава 19
(Лера)
Сердце колотилось где-то в горле, бешено и беспомощно. Его слова висели в воздухе, тяжёлые и неоспоримые. Выбора нет.Он был прав. Я знала это. Знала каждой клеткой своего тела, которое до сих пор помнило железную хватку его рук, его подавляющую силу.
Не уступай. Нельзя уступать,– яростно шептал какой-то внутренний голос, последний оплот моего сопротивления. Если уступишь сейчас, всё кончено. Станешь вещью. Игрушкой.
Но другой, более холодный и рациональный, тут же парировал: Он сдержит слово. Он сделает это силой. И это будет унизительнее. Больнее. Ты потеряешь всё, даже призрачную иллюзию контроля над ситуацией.
Его рука всё ещё была протянута ко мне. Не для удара. Не для захвата. В ожидании. В этом жесте была какая-то дьявольская учтивость, которая бесила ещё сильнее. Он давал мне возможность согласитьсяна собственное унижение. Сделать это самой.
Я смотрела на его ладонь. Широкую, с грубыми пальцами, покрытую паутиной бледных шрамов. Руку, которая могла сломать меня пополам. И которая сейчас ждала моего решения.
Внутри всё сжалось в тугой, болезненный ком. Гордость кричала «нет». Инстинкт самосохранения, холодный и отчётливый, нашёптывал: «Выживай. Любой ценой».
Я заставила себя поднять взгляд на него. На его каменное, невозмутимое лицо. В его серых глазах не было ни злобы, ни торжества. Был лишь абсолютный, тотальный контроль. Он знал, что я сломлюсь. И ждал этого.
Моя собственная рука дрогнула. Я чувствовала, как по спине бегут мурашки стыда и ярости. Это была капитуляция. Самая горькая из возможных.
Медленно, будто против воли, я подняла свою руку и вложила ладонь в его.
Его пальцы сомкнулись вокруг моих. Негрубо. Твёрдо. Тепло его кожи обожгло меня.
Он коротко кивнул, и в уголке его рта дрогнула тень чего-то, что можно было принять за удовлетворение.
– Хорошая землянка. Умница.
Эти слова прозвучали как пощёчина. Хуже, чем ругань. Он хвалил меня за покорность. Как дрессировщик – животное, выполнившее команду.
– А теперь, – его голос не изменился, оставаясь ровным и властным, – раздевайся.
Он отпустил мою руку, продолжая смотреть мне в глаза, как бы напоминая, кто здесь хозяин.
Я отвела взгляд от его лица, чувствуя, как жар стыда заливает щёки. Мой взгляд упал на застёжку на плече платья. Простую, декоративную. Мои пальцы дрожали, когда я потянулась к ней другой, свободной рукой.
Я чувствовала его взгляд на себе. Пристальный, тяжёлый, изучающий каждый мой жест, каждую эмоцию на моём лице.
Я расстегнула застёжку. Тонкая ткань платья ослабла на плече. Потом я потянулась ко второй, на другом плече. Каждое движение давалось с невероятным трудом. Казалось, прошла вечность, прежде чем платье окончательно ослабло и начало медленно сползать вниз, обнажая кожу.
Я не смотрела на него. Я смотрела куда-то в пространство за его спиной, пытаясь отключиться, уйти в себя. Но его присутствие было слишком весомым, слишком физическим. Я чувствовала его дыхание, слышала тишину, которую нарушал только шелест ткани.
Платье упало к моим ногам мягким серым облаком. Я стояла перед ним в одном только лёгком бельё, чувствуя прохладный воздух на своей коже.
– Всё, – прошептала я.
Его взгляд медленно, с неприкрытой оценкой, скользнул с моих ног до лица. Во мне всё сжалось от этого взгляда. Это было хуже, чем прикосновение.
– Продолжай, – прозвучало его следующее повеление. Тихим, нетерпящим возражений тоном.
Мои пальцы снова задрожали, когда я потянулась к застёжке на спине. Этот простой механизм вдруг показался невероятно сложным. Я чувствовала, как его взгляд прикован к моим рукам и плечам. Щелчок прозвучал оглушительно громко в звенящей тишине. Бретели ослабли, и я, сдерживая дрожь, сняла лифчик, позволив ему упасть на пол к платью.
Воздух коснулся обнажённой кожи, и я непроизвольно вздрогнула. Мой взгляд метнулся к нему.
Его серые глаза, тяжёлые и непроницаемые, теперь были прикованы к моей груди. Я видела, как его зрачки слегка расширились. И самое ужасное – моё тело отреагировало на этот голодный, оценивающий взгляд. Соски налились и затвердели, предательски выдавая не только реакцию на холод, но и нечто другое. Что-то тёплое и тягучее поползло из груди в низ живота, сжимаясь в тугой, трепещущий комок. Это был уже не просто страх. Страх был острым, колючим. Это было что-то глубже, тяжелее, будто вся кровь отхлынула от головы и прилила туда, в самую сокровенную точку, наполняя её пульсирующим теплом.
Я заставила себя опустить руки к резинке трусиков. Тонкая ткань скользнула вниз по бёдрам. Я сделала неуклюжий шаг, высвобождаясь из них, и осталась стоять перед ним совершенно голая. Дрожь пробежала по коже, но я впилась ногтями в ладони, стараясь не закрываться руками. Уступить в этом – значит проиграть окончательно.
Его кадык резко дёрнулся, когда его взгляд скользнул по мне с ног до головы. Едва заметное движение, но я его поймала.
Он тоже волнуется, – пронеслось в голове ослепительной догадкой. Эта мысль была странно ободряющей. Он не был бесстрастной машиной. В нём тоже кипели страсти.
Не говоря ни слова, он взялся за застёжку своего мундира. Скинул его на стул и принялся расстегивать пуговицы рубашки. Он снимал одежду не с поспешностью любовника, а с выверенной точностью военного, предоставляя мне возможность рассмотреть его при свете. Его торс был таким, каким я и представляла – мощным, покрытым паутиной шрамов, с рельефными мышцами живота и груди. Каждый шрам был историей, каждый мускул – свидетельством силы.
Потом его руки опустились к пряжке ремня. Моё сердце забилось с такой силой, что я почувствовала его стук в висках. Я заставила себя не отводить взгляд. На Земле я бы сгорела со стыда, пялясь на обнажающегося мужчину. Но здесь это было оружием. Единственным, что у меня оставалось. Если он будет изучать меня, то и я буду изучать его. На равных. Чтобы он не думал, что сломал меня полностью.
Ремень расстегнулся с тихим щелчком. Брюки упали на пол. И он предстал передо мной во всей своей… мощи. Его член был напряжённым и прямым, как копьё, тёмно-бордовым, налитым кровью. Длинный, с мощной головкой, увитый сетью сосудов. Ничем не отличался от человеческого. Та же плоть, та же жизнь. только если размером.
Он сделал шаг вперёд, тоже полностью обнажённый. Его тело казалось ещё более огромным и неумолимым без одежды. Я, наконец, оторвала взгляд от его члена и подняла глаза к его лицу. И встретила там усмешку. Не злую, не торжествующую. Скорее… оценивающую и полную какого-то тёмного азарта. Он видел, что я не отвожу глаз. Видел мой вызов и смущение.
Его губы тронула усмешка, когда он произнёс, низко и глубоко, протягивая ко мне руку уже не для приказа, а для приглашения:
– Иди сюда.
Г
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.