- -
- 100%
- +
– А что, хорошая работа? Зачем тебе это?
– Да что там хорошего! – ответила она,– ничего. Просто мне надо оформить трудовой стаж. Чтобы потом, когда я уволюсь отсюда через пару лет, он уже у меня был.
– Здорово! Молодец! А платят как?
– Да никак. Копейки. А еще я ведь стипендию получаю.
– Классно! Вот мои документы, – и Кирилл протянул документы Татьяне.
Этот короткий разговор слушала незнакомая молодая женщина лет 30,которая сидела здесь же- на кафедре истории.
Документы приняли и теперь Кириллу предстояло сдать экзамены для поступления в универ.
«Трудовой стаж! С ума сойти! Не понятно зачем ей это? И куда она собирается пойти работать через «пару лет»? Странно все это…Деньги ей особо не нужны -это ясно как день. Разодета вся в пух и прах: юбки, джинсы, туфли, блузки! Откуда это все? Понятно: родители одевают. Значит, она сама хочет зарабатывать! Не ожидал я такого от нее. Ну дела!»-так размышлял Кирилл идя уже домой.
Глава 21.
Продать часы оказалось довольно просто. Кирилл выяснил предварительно: какова рыночная стоимость таких часов, которые он украл. Все часы стоили от 50 до 100 рублей за штуку. Всего их было почти 40 штук. Продав все, он заработал приличные деньги. Часы у него купил оптом какой-то мужик, который очень долго выпрашивал у Кирилла скидку на продажу процентов 30%, но Кирилл упорно стоял на своем. В конце концов мужик пробормотав, что «все молодые сейчас совсем оборзели», выдал Кириллу всю причитающуюся ему сумму.
Неделя до срока выплаты зарплаты кончилась. Можно было ,конечно, позвонить с домашнего телефона на завод и спросить, выдают ли зарплату? Если да, то надо было идти ее получать! Но…вдруг там уже известно. что это именно он украл часы и его под белы рученьки схватит милиция? А с другой стороны, если он не пойдет за зарплатой, то будет сразу же ясно, что это он украл часы! И потом 19 тысяч рублей- это много! На эти деньги он месяца 2 протянет! Пока поступит в универ или найдет другую работу. И Кирилл решил рискнуть: пойти на завод за зарплатой уже завтра и сделать так, как ему сказали в отделе пропусков: позвонить с проходной по внутреннему телефону, выписать разовый пропуск и получить свои деньги в кассе.
Кирилл с тяжелым сердцем лег спать в ту ночь…..
Наутро он встал и первым делом спросил себя: боится ли он идти на завод? И посмотрев себе в глаза в зеркало он уже представил, что ему задают этот вопрос посторонние люди.
« В чем я виноват? -подумал он. -Ни в чем? Какие часы? Что вы? Ничего я не брал!»
И он со спокойной душой отправился на завод….
Все прошло на удивление спокойно: Кирилл собрав всю свою волю в кулак, чтобы не волноваться, мужественно получил деньги на заводе и спокойно ушел оттуда навсегда. Это было немного странно и удивительно, так как времени с момента кражи прошло уже более 2 недель. И она уже 100% раскрылась! Почему же его никто не вызывал на завод? Почему никто ничего не требовал? Это объяснялось простой людской безалаберностью. Никакого расследования никто не проводил. Часы просто списали и все! Подумаешь, какие-то несколько тысяч рублей! Для завода- огромного предприятия с многомиллионным оборотом- это сущая мелочь и ерунда, на которую никто и внимания не обратит!
Кирилл уже успокоился душевно, как вдруг вечером в его квартире раздался телефонный звонок. К телефону как всегда подошла мать Кирилла и передала ему трубку.
– Кирилл! Привет! Это Володя Крайнов с завода.– услышал Кирилл в трубке незнакомый голос и у него упало сердце. Но он тут же усилием воли взял себя в руки. «Я ни в чем не виноват! И мне нечего боятся».
То, что звонок имеет отношение к хищению часов было очевидно: во- первых, Володька Крайнов -обычный 30-летний грузчик, хамло и пьяница никогда до этого ему не звонил -у них не было и не могло быть никаких личных дел- они с Кириллом были антиподами. Во-вторых, Кирилл уже уволился с завода и понятно, что если ему звонит бывший коллега, да еще с кем они ни разу до того не общались по телефону за целый год совместной работы, то случилось нечто чрезвычайное.
– Да. Слушаю, – ответил Кирилл стараясь придать своему голосу спокойствие, хотя сердце его отчаянно заколотилось.
– Привет! Слушай, у нас тут ЧП. Мы с тобой ездили на часы, помнишь? Еще когда ты у нас работал. Там в двух коробках не хватает часов. Кто-то вскрыл их! Но доказать ничего нельзя, так как коробки были целые. Теперь нас с тобой тягают на завод, чтобы мы дали показания в кабинете у начальника отдела. Ты сможешь придти?
– Нет….то есть…– замялся Кирилл прекрасно понимая, что если он сейчас откажется от предложения Володи, то его сразу же обвинят в совершении кражи. – А когда надо?
– Желательно завтра, после обеда. Ты можешь? Ты еще не устроился никуда?
– Нет. Еще нет. А что случилось? Еще раз расскажи.
– Коробки с часами мы с тобой грузили на вокзале недавно еще до твоего увольнения. Часы из коробок кто-то взял на крупную сумму. Я им говорю: но мы ведь коробки не вскрывали! Они были зашитые уже! Откуда мы знаем, сколько там было часов? А начальник мне и говорит: Кирилл был в кузове? Вот он и взял! А потом и уволился сразу. Короче, они все на тебя думают! Если ты не придешь, грозятся милицию вызвать и завести уголовное дело. А если ты придешь и все расскажешь честно, как было ,то все будет путем.
– Хм…а откуда они знают, что я нигде не работаю пока? Может ,я работаю уже в другом месте? И не могу придти. – попытался Кирилл выстроить защиту.
– Кирилл! Ты что, совсем дурак? Ты пока тут работал всем говорил, что собираешься учиться в институте! Про это знают все! Но до учебного года еще далеко -почти 3 месяца и на работу ты пока точно не успел еще устроиться- слишком мало времени прошло. Это факт. И самое главное, что если ты сам придешь на завод, то никакое уголовное дело заводить не будут. Мне важно ,чтобы ты меня выгородил! Я-то ведь ни при чем!
– А ты что, думаешь, что это я взял часы? – в лоб спросил Кирилл.
– Я об этом не думаю. Не знаю. Я их точно не брал. Факт, что часы мог взять реально тот, кто был с коробками наедине какое-то время. Ты же ведь в кузове был тогда? А я был в кабине.
– Хорошо. А если завтра я не могу, то когда надо еще придти?– спросил Кирилл с упавшим сердцем.
– Ты позвони начальнику отдела сбыта сам. Он ждет твоего звонка. Иначе вызовет милицию. Телефон его знаешь?
– Понял. Да, знаю. Спасибо, что позвонил. Сейчас же позвоню, – и Кирилл положил трубку.
Мысли Кирилла работали очень быстро. Если он не пойдет на завод, эти «уроды», как он окрестил бывшее руководство завода и отдела сбыта еще и вправду вызовут милицию.
Ему надо изобразить честного и порядочного человека. И потом, что они могут доказать? Ничего. Никто не видел, как Кирилл крал часы. Кража вскрылась позже- после того ,как груз был доставлен в Архангельск. И никаких улик против него нет. А то, что он уволился сразу после кражи, тоже ничего не доказывает: у него начинаются вступительные экзамены в университет- причина вполне законная и обоснованная. Он решил учиться на дневном отделении и поэтому и уволился с работы.
Мама Кирилл видя его встревоженное лицо на кухне, когда Кирилл молча сидел и ел, тоже интуитивно что-то почувствовала:
– Что случилось, Кирилл? Кто тебе звонил? Это с завода- я так поняла?
– Все нормально, мама, – ответил Кирилл, лихорадочно соображая, как же ему поступить.
Чтобы себя полностью реабилитировать, надо представить ситуацию так, что он ничего не брал и вести себя так, как ведет себя невиновный в такой ситуации.
Поэтому Кирилл позвонил сразу же Иннокентию Станиславовичу- бывшему начальнику отдела сбыта, где он еще недавно работал. Иннокентий Станиславович был высоким, седовласым человеком лет 50. И был всегда одет в костюм и галстук. Характером он был очень строгий. Рабочие, мастера и диспетчера всегда боялись его, как огня.
– Иннокентий Станиславович? – спросил Кирилл и назвался полностью ,– Вы просили меня позвонить?
–Да, Кирилл. У нас тут ЧП. Пропали часы в тот момент, когда вы их грузили с Крайновым Вовой. Есть основание полагать, что часы взял ты. Поэтому, во избежание всяких проблем тебе надо придти сюда на завод в мой кабинет и написать подробную объяснительную.
– А если я не смогу придти? – спросил Кирилл.
– Кирилл! У меня есть все основания полагать, что часы украл ты. Я могу прямо сейчас вызвать милицию. Они вызовут тебя сюда или к ним в отдел сами. Заведут уголовное дело. Тебе это надо? А если ты сам приедешь и все расскажешь, как было, милицию точно вызывать не будем.
– Понимаю ,– согласился Кирилл, – А когда надо придти?
– Завтра в обед. – сказал бывший начальник. – Это нужно прежде всего тебе.
– Завтра я не могу. У меня завтра вступительный экзамен,– соврал Кирилл,– ему необходимо было выиграть немного времени, чтобы все обдумать. На самом деле, первый экзамен у него был только через недели 3 . Пока Кирилл просто отдыхал от всего.
– Хорошо. Экзамен-это свято. Давай тогда послезавтра утром ,часов в 10. Ничем ты не занят?
– Ничем. Договорились. Послезавтра в 10 часов Вашем кабинете.
– Да, пройдешь на завод по разовому пропуску. Я тебе его закажу заранее, чтобы не ждать на проходной. Захвати с собой паспорт. И еще, Кирилл. Очень скоро ты снова пообщаешься с моим замом –Анатолием Григорьевичем. Ты с ним уже как-то познакомился не так давно.
– С Вашим замом? Когда я с ним познакомился?– искренне удивился Кирилл, не ожидая такого поворота разговора.
– Не так давно. Он мог представиться проще -Анатолий или просто Толя. Все, пока. До встречи.
Положив трубку ,Кирилл долго размышлял на последними словами Иннокентия Станиславовича. Как вдруг его осенило: Анатолий Григорьевич- это Толян! Тот, с которым он недавно встречался!
Глава 22.
Кирилл сидел в кабинете Иннокентия Станиславовича и ждал. Бывший начальник отдела некоторое время делал вид, что очень занят: то ему кто-нибудь звонил, то он сам. Однако он исподволь наблюдал за Кириллом, разговаривая по телефону.
Тот заметил это почти сразу. Он все понял и выбрал позицию полного отрицания своей вины. То, что он встречался с Толяном еще ничего не доказывало. Никаких улик против него у следствия не было.
«У них абсолютно ничего против меня нет. Никаких доказательств вины. Они просто думают, что это я. А думать мало, чтобы обвинять человека в чем-либо. И ничего они не смогут доказать».-так думал он. Но прекрасно понимал, что если его вызвали сюда, то просто так не отпустят.
– Ну, что, Кирилл,– наконец-то бывший начальник откинулся в кресле и закурил. -Что скажешь хорошего?
– А что говорить?– ответил Кирилл .– Вы меня вызвали для чего?
– А для того, Кирилл, – понизил голос Иннокентий Станиславович., – Чтобы ты во всем сознался.
– В чем? – голос Кирилл звучал гордо и звонко. – В чем Вы меня обвиняете?
– Пока не обвиняем. Мы просто думаем, что это ты взял часы из машины 3 недели назад, когда ездил на отгрузку с Володей Крайновым. Ты еще работал у нас тогда.
– А с чего Вы решили, что это я?
– Просто так часы никуда испариться не могли. Они пропали. Вернее, их кто-то украл. И скорее всего это был ты.
– Не понимаю о чем идет речь…
– Не понимаешь?! -вдруг заорал бывший начальник. – Если не сознаешься, то я сейчас вызываю милицию и они сами будут с тобой разговаривать, но уже по-другому.
– Да ради Бога! Вызывайте! – тоже вспылил Кирилл.
– Ах ты, щенок! Это ты взял часы! Я это знаю!
– Не надо меня оскорблять! Если хотите, вызывайте милицию. Это Ваше право. Пусть они меня допрашивают. Ничего Вы не знаете! И доказательств у вас нет!
– А уволился ты зачем? В универ поступать? Можно было уволиться позже -в конце лета! А ты как будто сбежал!
– Иннокентий Станиславович! У меня сейчас идут вступительные экзамены! Если бы я не уволился, я бы не смог никуда поступить! Ни в один ВуЗ!
– Ты взрослый парень после армии! Почему ты пошел на дневное отделение? Почему не на заочное? Ты на что жить собираешься? Тебе надо учиться и работать одновременно.
– Это мое дело, на какое отделение поступать. Я сам разберусь, что и как мне дальше делать.
Весь белый от злости – еще бы, он ничего не мог поделать с этим мальчишкой!– Иннокентий Станиславович принялся куда-то звонить. Кириллу было сказано выйти в коридор и ждать. Около выхода встал какой-то мужчина, который периодически посматривал на Кирилла. Видимо, это была мера предосторожности, чтобы Кирилл не сбежал.
« И что? Что они решили? Неужели они всерьез думают, что я сознаюсь? У них нет никаких улик против меня. И ничего они не смогут доказать. Идиоты! Думают, что я сбегу. Зачем? Чтобы я сам себя выдал? Мне бояться нечего. Я ни в чем не виноват».
По поведению Иннокентия Станиславовича было ясно, что действительно никаких улик у бывшего начальства завода против Кирилла нет.
Прошло примерно около часа. Показался тот самый Толян, с которым Кирилл встречался не так давно. Несмотря на свою твердую позицию полного отрицания, Кирилл испугался. Он понял, что хитроумный Иннокентий Станиславович решил провести очную ставку с Толяном не просто так: а именно, чтобы напугать Кирилла и заставить сознаться. Кирилла снова пригласили в кабинет.
– Привет, Кирилл,– сухо поздоровался Толян, протягивая руку,– Как дела?
– Привет,– ответил Кирилл и сглотнул слюну. «Ну сейчас начнется».
– Кирилл, тебе знаком этот человек? – спросил Иннокентий Станиславович.
Кирилл медлил сам не зная, что сказать.
– Да, знаком,– ответил он.
– Вот как? А можно узнать, при каких обстоятельствах ты с ним познакомился?
«Прямо как следователь в милиции»-подумал Кирилл.-Интересно, он будет задавать вопросы только мне или Толяну тоже?»
– А почему я должен отвечать вам на этот вопрос? – спросил Кирилл.
– Я же тебе уже все объяснил, Кирилл. Если ответишь здесь, то обойдемся без милиции. Не будешь отвечать: вызовем милицию, они увезут тебя в райотдел и сами допросят. Как хочешь? Говори.
Наступил момент, когда надо было принимать какое-то решение. Причем, очень быстро. Решение пришло в голову Кирилла внезапно.
– Если Вы думаете, что часы из машины взял я, то Ваше законное право вызвать милицию. Я готов ответить на все их вопросы.
– Кирилл, ты что, совсем оборзел? – вдруг сказал Толян,– Забыл, что мы с тобой обсуждали на встрече?
– Какой встрече? Не припоминаю, чтобы мы с Вами встречались.
– Но ты же сказал, что ты знаешь Анатолия Григорьевича! -с нетерпением воскликнул начальник отдела.
– Да не то, что знаю. Просто видел несколько раз на территории завода. Я просто знал, что это Ваш зам и все. И всегда здоровался с ним при встрече. Вот и все.
– Да ты что, падла?!– заорал Толян, обменявшись с начальником многозначительным взглядом. – Ты что, попутал? Или как?
– А что Вы на меня кричите? – спокойно, но зло ответил Кирилл.– Я говорю правду. Я Вас видел на территории завода и здоровался всегда. Это было всего раза 3-4 за все время моей работы на заводе.
– Ты сука! Мы встречались с тобой в сквере! И обсуждали возможности или ты все забыл??? – выпалил Толян и вдруг осекся. Он явно сказал лишнее.
Иннокентий Станиславович спокойно сидел в кресле и слушал этот разговор. «С ума сойти! Зам начальника открыто говорит про возможность кражи с завода в присутствии начальника. Значит, это не начальник отдела продаж, а просто вор и бандит. Ба! Да это уже целая шайка».
Весь авторитет Иннокентия Станиславовича сразу же куда-то улетучился. Теперь перед ним сидел вор, подлец и негодяй -вернее уже двое воров, подлецов и негодяев.
– Ладно, Кирилл, раз так, то сейчас мы вызовем милицию и тебя отвезут в райотдел на допрос. И посадят в обезьянник к уголовникам.
– Вызывайте. Это Ваше право, – внешне спокойно ответил Кирилл.
– Выйди в коридор. Мы тебя вызовем, – коротко приказал ему Иннокентий Станиславович.
Кирилл вышел в коридор и понял, что он «Попал».
«Здесь целая банда! Все повязано. А милиции они совсем не боятся и говорят, что попало, потому что тут нет больше никаких свидетелей и мне никто не поверит, если я передам милиции то, что слышал здесь».
«И уйти никуда уже нельзя» ,-подумал Кирилл обреченно.
–«Во всяком случае мне нечего терять. Доказательств у них против меня нет. В милиции я отвечу то же самое. И точка.»
Через полчаса в отдел зашли двое милиционеров: офицер в звании старшего лейтенанта и сержант-водитель. Они поговорили с бывшими начальниками Кирилла минут 5. Офицер подошел к Кириллу и сказал, чтобы тот ехал с ними.
Кирилл вышел из здания и молча сел в милицейский уазик. Офицер сел рядом, сержант за руль. Вскоре они подъехали к зданию РОВД.
В здании РОВД царила рабочая суета. Ходили туда-сюда милиционеры –женщины и мужчины. Иногда проходили гражданские. До Кирилла никому не было никакого дела.
И его действительно посадили в «обезьянник»– огороженное огромной решеткой место для задержанных -прямо напротив дежурной части. К счастью, в этот момент в обезьяннике никого не было. Кирилла никто не обыскивал, хотя на руке у него были часы, а в кармане у него был бумажник с деньгами. Предусмотрительно денег с собой он взял в обрез- только на дорогу.
Двое ментов, которые привезли его туда, куда-то исчезли.
«Интересно, сколько меня тут продержат? По закону без всяких оснований можно задержать человека до 3 суток. Если нет никаких обвинений до истечения этого срока, то отпустят. Если нет…»
Кирилл сидел молча и почти неподвижно часа 2. Наконец, он почувствовал, что очень хочет есть и спать. Однако никто не обращал на него никакого внимания.
Он знал: стоит ему начать что-то требовать от ментов или угрожать, к нему сразу же будет отрицательное отношение. Большинство тех, кто попадал сюда, вели себя именно так.
Кирилл устал так, что поневоле лег на твердую и холодную лавку, на которой он сидел.
Глаза устремленные в потолок поневоле закрылись.
«Как там мама?– подумал он засыпая,– Наверное волнуется! Надо бы позвонить ей!».
Глава 24.
Кирилл проснулся от звука открываемой двери. И тут же сел ,вспомнив где он и с кем.
В «обезьянник» вошли двое: майор милиции в форме и штатский, но судя по внешности –тоже мент. Кирилл сразу же решил, что штатский здесь более главный нежели в форме.
– Привет!– поздоровался майор милиции, – Пошли поговорим.
Кирилл понял, что лучше помалкивать и выполнять то, что ему говорят беспрекословно.
Сержант закрыл обезьянник и Кирилл быстро пошел по коридорам РОВД. Впереди шел штатский, сзади- майор. «Охраняют, падлы- подумал Кирилл,– думают, я сбегу. Ничего! Мне терять нечего….Я ни в чем не виновен.»
Вскоре они подошли к кабинету и вошли внутрь. Внутри была такая обстановка, какая и должна быть в кабинете следователя: большой стол возле окна зарешеченного решеткой, перпендикулярно ему маленький стол для посетителей, несколько стульев, в углу- небольшой шкаф со стеклянными дверцами наполненный документами.
– Садись,– сказал майор указав на стул .Кирилл молча и покорно сел.
–Так-с, Кирилл, – сказал вдруг штатский, – я майор Шеховцов из уголовного розыска.
Хотел бы задать тебе несколько вопросов. Майор в форме закурил и отошел к окну.
– Слушаю Вас, – так же холодно и официально ответил Кирилл. « Надо же – тоже майор! А я подумал, что это минимум подполковник».
– Значит, ты утверждаешь, Кирилл, что никак не связан с тем, что на заводе пропали часы из машины, когда ты и еще Владимир Крайнов их выгружали 18 мая этого года на железно- дорожном вокзале.
– Да, никак, – ответил Кирилл.
– А как ты объяснишь тот факт, что Анатолий Григорьевич-заместитель начальника отдела сбыта завода встречался с тобой? Ты договаривался с ним на то, чтобы он тебе помог обворовать завод.
– Ого! Интересно! Я подбивал зам начальника! Это что-то новое… – даже улыбнулся Кирилл, но мысли завертелись в голове у него с лихорадочной быстротой.
«Так! Они хотят представить дело так, что я сам обратился к Толяну с просьбой помочь мне организовать кражу. Да-с! Сволочь и гнида –эти бывшие начальники. Сами воры, но вину всегда сваливают на других. Но ничего: прямых доказательств моей вины у следаков нет. Есть домыслы и косвенные незначительные факты. Надо стоять на своем и точка».
– «Не подбивал»,– штатский угрожающе замолчал и так поглядел на Кирилла, что тот внутренне похолодел,– Не подбивал. А договаривался.
– Товарищ майор,– холодно сказал Кирилл, – Вам не кажется странным, что я мог обратиться с такой просьбой с своему начальнику? Вообще, в принципе? Вы что за идиота меня принимаете? Сами подумайте: я договаривался с моим начальником о том, чтобы обворовать завод! Какой нормальный человек в это поверит? Бред!
– Кирилл! У меня есть заявление составленное Анатолием Григорьевичем. Там сказано, что еще 1,5 месяца назад ты сам позвонил ему и попросил с встрече. И вы встречались с ним в сквере на площади Куйбышева и обсуждали возможность кражи с завода крупной партии часов.
– Да-а-а? – протянул Кирилл.– Это как же понимать? Анатолий Григорьевич-соучастник кражи? Или как? Почему Вы его не арестовали? Почему у него ничего не спросили?
Штатский вздохнул видимо не зная, что ответить и зашелестел бумагами, вчитываясь с текст ,который был в папке у него на столе.
– Далее. Владимир Крайнов показал, что 18 мая 1992 года вы с ним разгружали машину на вокзале. Он был в кабине с экспедитором и водителем, а ты – в кузове, где были сложены коробки с часами. Вы разгрузили машину, но через несколько дней в городе Архангельске на Архангельском часовом заводе обнаружилось, что часть часов вынута из коробок и они аккуратно зашиты белыми нитками. После этого ты уволился с завода. Так было дело?
– Так. И что?
– А то, что на заводе часы были все зашиты и запечатаны в специальные упаковки. И пропасть часы могли только в пути- между Куйбышевом и Архангельском. Ни экспедитор Ненашева Татьяна Сергеевна, ни водитель Иванов Виктор Петрович, ни грузчик-транспортировщик Крайнов Владимир Вениаминович не находились наедине с часами в отличии от тебя. Ты был с часами всю дорогу в закрытом кузове. И взять часы мог только ты. И потом, как ты объяснишь свое быстрое увольнение после этого? Все остались на работе, а ты уволился.
– Товарищ майор, – ответил Кирилл по -военному, как в армии,– Я уже тысячу раз объяснял моим бывшим начальникам и Вам говорю, что я уволился с завода, чтобы поступить в СамГУ. Мне всего 22 года. Что мне делать на заводе? Пока я еще молод, надо учиться, получать высшее образование. Вот и все. Разве поступление в ВУЗ- не достойное объяснение моему увольнению?
– Достойное. Но уж больно все сходится на тебе, Кирилл. Все факты против тебя.
– Какие факты? Да, я был в кузове с часами некоторое время и что? Кто-то видел, что я вскрывал упаковки с часами?
– А зачем видеть? Часы пропали именно в дороге.
– Хорошо. А почему Вы решили, что они пропали в Самаре? Путь до Архангельска- не близкий- дней 5 на поезде. Может быть их вскрыли в поезде? Или Вы это тоже не допускаете?
– Допускаю. Но установить, что часы украли именно в поезде невозможно. Есть основания полагать, что часы пропали именно по дороге на вокзал. Тем более, что все упаковки были зашиты одними нитками, а именно те из которых вынули часы- уже другими.
«Вот падлы! Значит, все-таки заметили ,что нитки другие».
– Ну что же! Если Вы считаете, что часы взял именно я, докажите это. И еще: меня арестовали сегодня утром и привезли сюда. Моя мать ничего не знает, что я здесь. Можно мне позвонить и сказать ей пару слов?
– Что же…позвони, – и следователь протянул Кириллу телефонный аппарат.
Кирилл быстро набрал номер телефона.
– Мама! Это я. Я в милиции. Меня опрашивают как свидетеля. Все нормально. Не волнуйся! – быстро выпалил Кирилл, зная, что мать сразу же разволнуется.
– Что?! Где ты? В какой милиции? Какой ужас! Что случилось?
– Не волнуйся! Я скоро приду. Меня просто вызвали ,как свидетеля.
Кирилл положил трубку, чтобы мать не задавала ему слишком много вопросов.
«Блин! Теперь придется объясняться еще и с ней!»
– Ну что, позвонил? – следователь забрал у него телефон.– А теперь слушай сюда! По закону мы имеем право задержать тебя до 3 суток до выяснения: виновен ты или нет. Сейчас тебя отведут в камеру. Посидишь ,подумаешь, что и как. Заодно пообщаешься с остальными задержанными.
Кирилл похолодел. Однажды в кино он видел сцену, как задержанный заходит в камеру, где сидят уголовники. Что происходило потом всегда вызывало у него только отвращение и ужас от тех нравов, которые царят за решеткой. Здесь были и жестокие драки и издевательства. И всегда одно: неистребимое желание всех заключенных унизить и оскорбить новенького. Это было очень похоже на то, с чем он столкнулся в армии.