Сам себе биограф. 10 способов написать автобиографию и разобраться в себе

Живая память – сильная душа

⠀

Прошлое никогда не уходит, оно в свернутом состоянии живет в каждый момент моей жизни.

– мы никак не можем забыть то, от чего душа устала, что тяжело носить в себе, что зудит и печет изнутри. Наша память так неудобно устроена

если мы уважим с воспоминания, подарим им жизнь вслух, они в благодарность освободят от нас от страхов, вины, обиды, дадут свежие силы жить в теплом принятии себя. Наша память так мудро устроена –

– она не всегда тычет нам в душу неприятными или болезненными воспоминаниями, припрятав их до времени в кладовых нашего сознания. Наша память так деликатно устроена

– если мы одно за другим аккуратно поднимаем на поверхность наши воспоминания, то наша жизнь ощущается психологически длиннее, приобретает новые эмоциональные оттенки. Наша память так хитро устроена

– когда мы облекаем воспоминания в форму рассказов, эссе, повестей и даже романов, мы даем своей судьбе второе дыхание и творчески проживаем себя еще и еще раз. И, наконец, наша память так красиво устроена

Задумайтесь, много ли мы помним всего, из чего состоит наш жизненный путь от рождения до смерти? Бережны ли мы с нашим прошлым? Обогащает ли оно наше настоящее и будущее? Делает ли наше прошлое нашу жизненную историю и ее восприятие богатой?

Например, так можно описать варианты жизненных траекторий:

1. Родился – жил да был – умер.

2. Родился – жил да был – вот что произошло – умер.

3. Родился – жил да был – сделал выбор – ошибся – размышлял – сомневался – определился – умер.

4. Родился – жил да был – а потом… – после чего… – затем… – и после этого… – ну и наконец… – а в итоге… – но в конце концов… – и сердце успокоилось тем, что… – и в завершение… умер

Жизнь каждого из нас – это четвертый вариант, если мы не пренебрегаем воспоминаниями. Если подходить к этому вопросу с точки зрения практической психологии, то в творческом обращении к воспоминаниям, в их осмыслении, перепроживании кроется большой ресурс, позволяющий человеку расстаться со многими комплексами, телесными зажимами и застарелыми непережитыми эмоциями.

Когда мы описываем наше прошлое, то еще раз эмоционально в него погружаемся и ослабляем тугие биографические узлы.

Вспоминать больно и приятно, грустно и умилительно. И всегда любопытно. Чем дольше мы живем, тем больше у нас воспоминаний – тех, которые на поверхности и тех, которые глубоко в сердце. Они – иллюстрации к прожитой жизни, жизни уникальной.

Когда мы рассказываем биографические истории, каждый волен выбирать из калейдоскопа памяти ту, которая просится стать услышанной, проявленной и ожившей. И, возможно, эти маленькие или большие, смешные или печальные ситуации станут началом книги о себе, написанной для детей и внуков. Книги неформальной, неструктурированной, нелогичной, но искренней и живой. Ведь нашим детям, как и нам, интересно знать о своих родителях: как жили, что думали, в кого влюблялись, чего пугались, как дразнились, что болтали про друзей и учителей, почему боялись высунуть ногу из-под одеяла и что любили есть на завтрак.

Время неумолимо течет, дни и годы наслаиваются, многое забывается, забывается, забывается… Родители уходят, а мы остаемся в неведении и забываем свое детство, юность, молодых маму и папу. Так мы теряем по кусочкам свое прошлое и немножко себя.

Что останется после нас? Какой след каждый из нас оставит на земле? Что будут рассказывать о нас наши дети и наши внуки?

Я верю: «Вы помните, вы все, конечно, помните…»

Давайте сыграем в биографическую игру. Я начну, а вы продолжите.

– Я помню, что была самой маленькой девочкой в классе и очень от этого робела. Я думала, что если бы носила очки, то казалась бы взрослее, умнее и даже выше.

– Я помню, как целовалась под кроватью в детском саду с мальчиком Олегом, и было мне тогда шесть лет. Я до сих пор не забыла его фамилию и люблю целоваться.

– Я помню день, когда мы вернулись в Крым из-за Полярного круга. Комната была залита ярким сладким солнцем. Стены, выкрашенные желтой побелкой, подрагивали, словно теплый пудинг, и мне хотелось их облизнуть. На Колыме я не видела такого солнца, поэтому растерялась от нового впечатления. Я стояла, зажмурившись, и впитывала, впитывала эту незнакомую радость, это золотистое волшебство южной жизни.

В какой момент своего прошлого вы сейчас улетели? Не упустите всплески воспоминаний, прямо сейчас возьмите лист, ручку и запишите наскоро эти зарисовки, начиная их словами: я помню… Я точно знаю, что по ходу чтения этой книги, выполнения творческих практик и погружения в биографический контекст эти записи вам пригодятся.

Зачем нужны воспоминания

Можете любить свое прошлое, можете его ненавидеть, но оно всегда должно стоять у вас перед глазами. Надо достичь полного знания о самом себе. Тогда, постепенно, ваше глубинное «я» отделится и выскользнет к солнцу…

Удивительное дело – чем насыщенней и содержательней становится моя жизнь, тем чаще я обращаюсь к воспоминаниям. По идее, мое активное настоящее должно превалировать над далеким и полузабытым прошлым или, по крайней мере, конкурировать с ним. Но нет, мой профессиональный и личностный интерес направлен на биографические раскопки.

Отчасти это связано с клиентскими историями, в которых иногда гулкая тема прошлого затмевает скромное звучание настоящего. Отчасти это эхо моей литературно-биографической мастерской, в которой мы учимся писать личные истории и осмысливать жизненный опыт и себя в нем.

Надо признать: чем мы становимся старше, тем больше накапливается культурных слоев в недрах нашей памяти и тем меньше у нас остается возможностей для создания чего-то кардинально нового.

В сорок лет еще можно выучить несколько языков, овладеть новой профессией, родить ребенка, но стать балериной уже нереально. В пятьдесят можно глубоко проживать духовные и интеллектуальные открытия, начать заниматься йогой или бальными танцами, но рожать детей уже поздно. В шестьдесят можно начать строить дом, заняться благотворительностью, создать новую семью, написать первую книгу, но переехать в другую страну и запросто укорениться там уже непросто.

Есть, конечно, уникумы, которые рожают в пятьдесят, женятся в семьдесят и прыгают с парашюта на 80-летний юбилей, но это редкость. Всему свое время: время накапливать содержание жизни и время его осознавать и передавать дальше.

Багаж воспоминаний в 20-40-60 и 80 лет разнится не только объемом, но и эмоциональной окрашенностью, самоценностью и отношением к этим воспоминаниям. Но существуют доминанты, которые в любом возрасте не теряют своей эмоциональной силы.

Память человека – это духовный, культурно-психологический фундамент, на котором базируется наше сегодня. Память дает нам силы, указывая на прошлые успехи, делает нас нежными, напоминая о романтических отношениях. Память дарит вдохновение, возвращая переживания встреч с красотой, рождает доверие к миру, не позволяя забыть встречи с хорошими людьми. Но там же, в глубоких слоях памяти, сокрыты корни наших тревог, слезы непрощенных обид, опущенные плечи разочарований, недовыплаканная боль потерь, застрявшие в горле слова гнева.

В силу профессии я постоянно настраиваю свою биографическую оптику, это научило меня точнее и честнее видеть свое и чужое прошлое и настоящее в их причинно-следственной связи.

Когда записываю свои воспоминания, всегда наблюдаю, исследую, как печаль сменяется вдохновением, опустошение – силой, раздражение – благодарностью и умиротворением. От некоторых воспоминаний я впадаю в тоску по упущенным возможностям или не случившемуся счастью, иные воспоминания укрепляют дух, очищают совесть, наполняют ум. Написание биографических историй – благотворный процесс для психоэмоционального состояния и во многом целительный.

Часто воспоминания налетают внезапно, унося в танце образов и эмоций. Я словно запрыгиваю в карусель: картинки прошлого стремительно мелькают, сменяя одна другую, все смешивается, и уже не разобрать, кто, с кем, куда, что было вначале, а что после. Иногда, наоборот, будто спускаюсь в сумрачный подвал – неторопливо, опасливо, подолгу останавливаясь на каждой ступеньке, внимательно рассматривая все, что попадается под руку, воскрешая в деталях лица, слова, чувства. То, что было трагичным и нежеланным, осознается как важный жизненный опыт, а что представлялось мимолетным и малоценным выглядит сущностным и ресурсным.

При первых творческих прикосновениях к воспоминаниям почти всегда боязно, об этом я могу судить по своему опыту, по опыту моих клиентов и откликам участников моей мастерской. Это объяснимо: наши жизни сотканы не только из ромашковых полей и вальсов Шопена. В судьбу каждого человека вплетены проливные дожди слез, гулкое эхо одиночества, поминальные колокола потерь и гневный скрежет железа по стеклу. Начав вспоминать, никогда не знаешь заранее, с чем встретишься на пути. Но этот путь манит по-настоящему, невзирая на опасности и трудности – так горы манят альпиниста, так близость манит влюбленных.

Интересно наблюдать, как память меняет восприятие траектории времени. В обычной жизни время движется по прямой – от утра к ночи, от понедельника к воскресенью, от рождения к смерти. А когда мы погружаемся в воспоминания, время округляется, петляет, завязывается в узлы – одно воспоминание протягивает руку другому, одна история связывается с другой через значимого человека, одно переживание развивается в последующем или тонет в предыдущем. Но несмотря на хронологическую разорванность, записанные и рассказанные истории обволакивают вспоминающего, постепенно заполняя слепые пятна нашего Я.

Исследователи феномена памяти говорят, что человек забывает около 90% информации о своей жизни. Выходит, что десятилетия прожитой жизни – вашей, моей, их – навсегда проваливаются в бездну и становятся доступными лишь при намерении их вернуть.

Русский философ Лев Карсавин писал, что восстановить себя через воспоминания – значит воскресить себя, объединив себя настоящего с собой прошлым, тем самым воссоздав свое целостное Я.

Написание автобиографических историй – это акт зрелой самостоятельной личности, готовой к нравственно-эстетической ответственности за сказанное слово. Это проявление способности человека к глубинному самопознанию и открытому предъявлению своего Я без нарциссического любования, невротического обесценивания и самоуничижения.

Воспоминания и размышления о себе всегда субъективны, а значит в них всегда есть место смысловым или фактологическим искажениям. Степень достоверности биографической прозы во многом зависит от возраста автора, от личного отношения к прошлому, от степени осознанности, глубины контакта с самими собой и, в целом, от отношения человека к жизни. Но, как мне видится, две вещи делают биографические истории интересными для потомков: искренность автора и атмосферность жизнеописания. В живописи глубину и атмосферу художник передает через сочетание красок и рефлексы. Автор прозы может сделать это через любовное описание деталей, ароматов, вкусовых и телесных ощущений.

В исследовании себя через биографические истории лично мне было полезно свериться с теми, кто по своей природе более чуток к шелесту календарных листов, к шепоту чувств: с художниками, поэтами, писателями, философами, кинематографистами. Они немного иначе относятся к жизни вообще и человеческой судьбе в частности, они более смело и художественно выразительно позволяют себе с ней обращаться. Мне показалось, что у них я найду ответы на вопрос: «Зачем нужны воспоминания?».

Это был любопытный и полезный опыт, который привел меня к более заинтересованному изучению автобиографической темы. Так я пришла к освоению нового направления в психологии. Нарративная терапия – это осознание себя в опыте прошлого и его экстраполяция на себя нынешнего. Такая творческо-психологическая работа помогает восстанавливать свою целостность, пережить инсайты о логике своей судьбы и природе характера. 1 2

Какую я получила пользу от работы с биографическими историями? Во-первых, стала ощущать свою жизнь не только насыщенней и содержательней, но и длиннее. Это подарило необычное и приятное ощущение. Если представить, что годы жизни – это поезд, то, когда начинаешь работать с воспоминаниями, вагонов в нем становится все больше и больше. С каждой новой записанной историей состав увеличивается, дорога-жизнь кажется увлекательнее и длиннее. И, возможно, чем длиннее и насыщеннее прожитая жизнь, тем легче будет смириться в ее финале с чем-то незавершенным, недосказанным, не пережитым. Мысль «Как много я успела!» дает ощущение, что день прожит не зря. Возможно, эти же слова дадут утешение в последние минуты жизни.

Отсюда вторая польза работы с автобиографией – когда мы ныряем в истории своего прошлого, осмысливаем их и присваиваем свой опыт, наша экзистенциальная тревога на тему приближающейся бездны, куда мы все упадем, становится меньше. И это один из продуктивных терапевтических способов работы со страхом смерти для пожилых людей или тех, кто живет в ежедневной близости к своему скорому уходу. Идея бессмысленности бытия и тоска о бесцельно прожитых годах получает альтернативу в виде нового личного смысла – написания автобиографии, сохранения памяти о своем времени и сохранения себя в памяти других. Это значит, что появляется задача перелистать еще и еще раз свои годы, создается возможность дообъяснить себя близким людям, наполниться переживаниями, переосмыслить некоторые моменты и тем самым, наведя порядок в своей душе, в некоторой степени подготовиться к встрече с небытием. Такая работа, возможно, была бы психологической поддержкой паллиативным больным.

В-третьих, после творческой работы с воспоминаниями отчетливо ощущается приток энергии, вдохновение и ценность каждого мгновения. В-четвертых, некоторые воспоминания приносят нам ключи к разгадкам наших сегодняшних поступков, мыслей, чувств, привычек и комплексов. Я, например, стала проще принимать свои слабости и особенности, с большим доверием относиться к моим таланты и духовной силе. По сути, автобиографическое писательство обновило мое отношение к родителям, к детству, к жизненным выборам, к потерям, к успехам, к любви, к творчеству. Это вдохновляло меня не только на новые биографические раскопки, но и на смелые жизненные решения.

Теперь я подкину вам противоречивые афоризмы о воспоминаниях из моей коллекции. Надеюсь, они не станут для вас лабиринтом Минотавра, напротив – расширят взгляд на вашу жизнь, на самого себя и пробудят творческий интерес к литературно-биографической работе.

Настоящее есть проявление прошлого, как бы далеко оно от нас ни отстояло.

Воспоминанья – это пот души.

Воспоминания, радостные ли, горькие ли, всегда мучительны; по крайней мере, так у меня; но и мучение это сладостно. И когда сердцу становится тяжело, больно, томительно, грустно, тогда воспоминания свежат и живят его, как капли росы во влажный вечер, после жаркого дня, свежат и живят бедный, чахлый цветок, сгоревший от зноя дневного.

Одиночество нельзя заполнить воспоминаниями, они только усугубляют его.

Никогда не знаешь, когда на тебя нахлынут воспоминания. Они приходят неожиданно, просто так, без всякого предупреждения, не спросив разрешения. И никогда не знаешь, когда они уйдут. Единственное, что ты знаешь, – это то, что они, черт возьми, когда-нибудь всплывут снова. Как только воспоминания пришли, нужно быстро от них отмахнуться, и сделать это сразу, без сожаления, без уступок, не раздувая в них огонь, не погружаясь в них. Не доставляя себе боль.

Радость – она в покое и воспоминаниях.

Ваши воспоминания – всего лишь старый фонарь, висящий на углу улицы, где больше почти никто не ходит.

Чем больше я вас забываю – тем больше мне вас не хватает.

Воспоминания – это не часть нас, лучше пусть они идут рядом с нами. У них свое право на странствие. Поверь, воспоминания знают, когда нужно отойти, на время исчезнуть. Жалуются на их постоянное присутствие те, кто сами же заперли их в себе.

Анализировать прошлое <…> имеет смысл только в том случае, когда на основании этого анализа можно исправить настоящее или подготовить будущее.

Ибо именно чувством изгнанника следует назвать то состояние незаполненности, в каком мы постоянно пребывали, то отчетливо ощущаемое, безрассудное желание повернуть время вспять или, наоборот, ускорить его бег, все эти обжигающие стрелы воспоминаний.

8 веских причин для написания автобиографических историй

А ведь пока молодость не прошла, ее нужно превращать в радость <…> Только этими воспоминаниями и можно будет согреть себя в старости.

Творчество! Вот великое спасение от страданий, великое облегчение жизни!

В этой главе мы подробно обсудим восемь уважительных причин для того, чтобы начать работать со своими воспоминаниями.

Работа с биографическими историями – это и самопознание, и творчество, и желание остановить и сохранить уникальные мгновения своей жизни. Поделюсь своими соображениями и опытом, а вы примерьте мои слова на себя и задумайтесь, зачем именно вам полезно обратиться к собственному прошлому.

1. Работа с биографическим повествованием помогает осознать и оценить свои достижения и преодоленные трудности, позволяет присвоить уверенность в своих силах для конструирования будущего.

Часто повторяют идею Ницше – мол, если нас что-то не убивает, то делает сильнее. В этом есть правда: если мы все еще живы, несмотря на беды, потери и трудности, значит, у нас есть силы на развитие своей судьбы. Но стали ли мы действительно сильнее и чем тогда приумножилась наша сила?

Вероятно, для Ницше, с его характером и складом ума, жить вопреки – это был лучший путь. А вот Герман Гессе в «Степном волке» писал: «При каждом таком потрясении моей жизни я в итоге что-то приобретал, этого нельзя отрицать, становился свободнее, духовнее, глубже, но и делался более одинок, более непонятен, более холоден».

Моя работа с клиентами показывает, что, проходя сквозь жизненные испытания, люди не всегда становятся сильнее. Опытнее – да, но сильнее – далеко не все и не всегда. Есть те, кто ломается, ожесточается, замораживает свои чувства, впадает в депрессию, отворачивается от мира, перестает верить в свои силы или соглашается с «плохой судьбой».