Станция Клондайк. Часть первая: где

Глава

Глава 1. Дон Альберто

Столица. Сектор Сол

Февраль 22, 2523 г.

Офис канала #StarVoice

– Ты это серьёзно, Альберто?

– Разумеется, Габриэль.

Хозяин кабинета некоторое время разглядывал своего посетителя: блондин, голубые глаза, высокий и здоровенный (по меркам марсианина), зрелый возраст, потрясающий костюм-тройка цвета «пепельная роза» из натуральной шерсти (дорого), нагрудный значок в виде золотой, раскрывшей крылья, совы (элегантно), кремовые ботинки из натуральной кожи (очень дорого!) и взгляд искателя приключений. Встал, подошёл к бару, налил стакан воды, вернулся.

– Что особенного в этой воде? – спросил Габриэль, усевшись в кресло, – такая же есть на многих планетах, лунах, астероидах, станциях… Но именно эта является самым дорогим напитком во Вселенной, хотя, казалось бы, ничем не отличается от иной воды…

– Она с Земли.

– Вот именно. Нас более ста миллиардов. Два десятка планет и спутников. Сотни станций. Но эта вода имеет особую ценность, она с Земли, – неторопливо рассуждал Габриэль, – в чём же её ценность? За ней есть История. Люди платят не за воду, а за возможность прикоснуться к легендарной прародине, к истоку… Для большинства это единственная возможность, далеко не все могут слетать в отпуск на Землю даже один раз в жизни, отсюда и цена.

За окном виднелся ярко-голубой закат, Солнце практически касалось близкого горизонта. Габриэль подошёл к окну, внизу на бульваре толпились люди, наверняка разбился очередной самоубийца.

– Ты моя лучшая ищейка, Альберто. И ты решил отправиться на Клондайк. Напомни, сколько таких станций в пространстве Земной федерации?

– Семьсот сорок две.

– И ещё пара десятков нелегальных. Но ты решил отправиться именно на ту, в сектор Зонгиинг. Она тебе чем-то приглянулась. Она особенная. Там есть История, и есть Тайна. Иначе бы ты не пришёл ко мне с этим разговором.

Габриэль развернулся от окна к своему собеседнику.

– Так чем она особенная, Альберто?

– Сейчас я тебе перешлю сообщение в профиль, – Альберто махнул рукой. Некоторое время Габриэль делал характерные жесты, как будто перелистывает страницы невидимой книги.

– Ты серьёзно? Это же Панорама! Как у вас это называют… Индюк?

– Утка.

– Невероятная история, способная потрясти весь наш мир… если это была правда. Что привлекло твоё внимание?

– То, что это правда, Габриэль.

Глава 2. Панорама находит Тайну

Привет, зайчики!

Вы живете в мире лжи… Нет, не так. В мире Очень Большой Лжи! Мы раскроем вам Ложь. Одну, но очень большую. Ложь и кражу. Как только вы узнаете правду, вы поймёте, что это Кража Века! Или даже тысячелетия.

Эта история начинается сейчас и пройдёт все стадии драмы, как и полагается. Мы будем искать главных героев и найдём их. Далее, примемся анализировать действия, пытаясь угадать Замысел. Это станет завязкой нашей истории. В определённый момент нам покажется, что вот она, Истина, мы схватили её, осталось только вынести на свет. Но на свету поймём, что это не то. Да, это интересно и важно. Да, это то, что вы должны знать, чтобы не дать себя одурачить. Но не то, совсем не то. Мы не станем отчаиваться, мы продолжим искать и, наконец, найдём ЭТО.

Почему я столь уверенно презентую вам, как всё произойдёт? Да потому что уже знаю многие детали происходящего. Скоро узнаёте и вы. А то, что мы сейчас не знаем, всплывёт в ближайшее время. Готовы? Мы начинаем.

Мы живём в мире Большой Лжи! Сомневаетесь? Оглянитесь: беспринципные алчные корпораты подкупают чиновников, и даже целые правительства. Ради чего, спросишь ты? Я отвечу, мой зайчик, они хотят прибыли. Больше прибыли! Ещё БОЛЬШЕ прибыли!

А вы кто? Вы гоблины, чтобы таскать золото! Ради их хорошей жизни. Хорошая жизнь им полагается по праву рождения. Они – Избранные. А вы гоблины. Я чувствую сомнение, у читателя этих строк:

– Ну не может же несправедливость твориться столь явно и беззастенчиво?

В ответ на это я задам несколько встречных вопросов:

1) Почему Землю объявили заповедником, и там никто не живёт, кроме, разумеется, толстосумов?

2) Почему Аэлла-1[1], прекрасная землеподобная планета, закрыта от колонизации? Уж не для нового ли поколения толстосумов её берегут? Может, это новое поколение уже вовсю там обитает, и строит свой прекрасный Элизиум…, а кто тогда мы? Мы – рабы, на плечах которых будет стоять этот Рай для Избранных.

3) Почему мы живём в ужасных условиях, на Вулкане, Дверге, Линбазе и Сиберии, а толстосумы – на Флостоне и Альдее? Для них нашлась пара планет с прекрасной атмосферой и приятным климатом. А для нас – нет.

Несправедливость УЖЕ творится явно и беззастенчиво.

Но то, что должно произойти, затмит собой всё! Ибо будет являться неслыханной по своей наглости и масштабности несправедливостью. Такой, что все нынешние вам покажутся детским уровнем.

Главным местом действия нашей драмы станет станция освоения фронтира Клондайк-VI-626. Кажется, что может быть банальнее? Но именно здесь решается судьба всего Человечества, не побоюсь столь громкого эпитета.

Эта станция уже участвовала в таинственных событиях, произошедших совсем недавно в секторе Серапис. Случившиеся там является очень важным для понимания текущих событий, поэтому мы не будем отвлекаться на подробности. Мы сделаем это в одной из ближайших публикаций.

Что мы знаем про Клондайк-VI-626 прямо сейчас? Не так много, но уже и это порождает множество вопросов.

На станции, в нашем шахтёрском захолустье, будут филиалы четырёх крупнейших корпораций человечества. Да, да, вы не ослышались. Мы просмотрели профили примерно пяти сотен подобных станций, на 53 из них мы нашли по одному филиалу. Ещё у десятка есть по два. А здесь – четыре. Может, у нас воды по колено? Нет, дело совершенно в другом. Они знают, или догадываются… и хотят урвать свою часть лакомого кусочка.

Со станцией подписали исследовательские контракты 12 кораблей Вольного флота. Мы изучили список, и долгое время не могли поднять упавшую челюсть. Невозможно представить столь странного набора кораблей. Но! Принимая во внимание тайный смысл происходящего, начинают проступать контуры Замысла. Мы соберём дополнительную информацию и проведём детальный разбор в будущих выпусках. Вы будете удивлены не меньше нашего.

Канал #StarVoice, входящий в десятку самых популярных, открывает на станции собственное информбюро. Уже это неслыханная новость сама по себе, но её продолжение так и вовсе выходит за все рамки. Возглавит бюро один из бонз канала, лично Альберто Херейро. Вы, разумеется, много раз слышали продажные репортажи продажного репортёра с продажного канала. Что заставило этого человека покинуть приёмы министров, вечеринки Флостона и благотворительные ужины, где толстосумы, поедая тигровых креветок Европы, гордятся, пожертвованием горсточки риса доведённым до отчаянья жителям Либанзы?

Ответ на эти вопросы один и тот же, и вы его узнаете. Но всё по порядку. Только агентство новостей ПАНОРАМА сообщит вам правду, какой бы неприглядной она ни была. Вы ужаснётесь тому, что творится вокруг Клондайк-VI-626.

Белый кролик

_____

[1] Полный перечень секторов и планет Федерации см. в Энциклопедии https://author.today/work/442564

Глава 3. Ханни Спарк скучает

Планета Кандидат. Сектор Гагарин

Март 03, 2523 г.

Кандидат-бюро #StarVoice

– Ты любишь космос, Ханни?

Мой шеф умеет задавать вопросы. Люблю ли я космос? Я грезила о нём с малых лет, когда мне дарили куклы, а я хотела космический корабль. В семнадцать моё многоуважаемое семейство Спарк сдалось и отправило меня в университет Кларка на обучение пилотированию, надеясь, что после окончания учёбы устроят меня под своё крыло, на какой-нибудь корпоративный корабль USC[1]. Училась я старательно, но под крыло не собиралось, и сбежала в Хель. Было очень весело, хотя кончилась эта история не очень хорошо. Точнее, совсем нехорошо, и я стараюсь об этом не вспоминать.

Семейство уговорило меня пойти учиться на более «спокойную и приличную для девушки из нашего общества» профессию. Я закончила магистратуру по журналистике в Гобере и следующие два года прошли в битве за место под солнцем в мире интриг и новостей. Я не гнушалась ничем, копалась в чужом белье, разнюхивала сплетни, цинично и с юмором предавала огласке очередную скабрёзную историю. В этих скандалах, а ещё в казино, я топила своё одиночество.

В определённый момент, в моей беспутной жизни была поставлена точка, в ней появился Дон Альберто Хулио Херейро, шеф-редактор #StarVoice в секторе Гагарин. Это был качественный скачок. Из беспринципной суки с третьесортных каналов, я, мановением палочки, превратилась в респектабельного репортёра светской хроники в топовом федеральном новостном агентстве. Светские львицы вчера презрительно отводили взгляд, а сегодня, сияя фальшивыми улыбками, наперебой уверяли в уважении и дружбе.

В моей текущей работе мне нравилось решительно всё. В первую очередь, полный карт-бланш на любые действия. Как сказал шеф: «Даже если тебя застукают в шкафу спальни министра, во время встречи с любовницей, улыбайся и говори, что изучала жизнь клопов». Я не поняла, что такое клопы, а шеф отказался объяснить. Наверное, они имеют отношение к любовницам. В остальном светская жизнь Кандидата состояла из трёх неравномерных эпизодов.

Первый из них, разнообразные общества экоактивистов. Эта публика ратовала за первозданность природы Кандидата и требовала любить её такой, как она есть. Природа не отвечала взаимностью, была готова сожрать, отравить, убить любого из них, сотней способов. Спасение природы велось в виде многочисленных конференций, пикетов, интервью и редких научных исследований.

Второй, клубы охоты. В отличие от предыдущей публики, эти желали природу убивать. Но делать это следовало изысканно: пропагандировалась равенство возможностей Охотника и Зверя. Ножи, импланты, армированная ткань одежды, достижения современной биохимии и галеон спасения – разумеется, не в счёт. Завсегдатаями клубов было множество мужчин с разных планет и станций Федерации, от джентльменов до мачо. Последние считали, что примерно через 10 минут разговора, я просто обязана упасть в их постель, видимо, от счастья. Спаси меня, мой Турбо-Иисус!

Третий же претендовал на роль национальной идеи планетарного масштаба. Формулировалось это так: человечество должно быть человечным, а всякая модификация своего тела считалась грехом и повергалась ледяному презрению. Национальная идея проявлялась во всевозможных олимпиадах и соревнованиях, где почтенные матроны наблюдали, как их чада становятся самыми лучшими в очередной дисциплине. Количеством разнообразных побед во всём подряд, от бега до философии, измерялась та самая человечность. И это на планете, где практически каждый имеет зелёные пятна на коже – зримое доказательство генетической модификации для нейтрализации цианотоксинов, обильно присутствующих в природе Кандидата. Немного лицемерно, как по мне.

В этот день я уже успела посетить конференцию по спасению доброй природы от злых людей, в офисе сдала материал риторам и лениво переписывалась с разной богемой (надо быть в курсе последних сплетен), когда появился Шеф и немедленно вызвал в свой кабинет. Его не было десять дней, по каким-то важным делам Дон Альберто отбыл в Столицу. Узнав об этом, я вспомнила, как давно не была дома…, но вернуться на Марс в ближайшее время мне никак не светило, увы.

Кабинет шефа находился на третьем этаже особняка редакции (небоскрёб, по местным меркам) и пребывал в творческом беспорядке. Свалки здесь не было, просто очень много разных предметов: картины, статуэтки, вазы, минералы, куски чего-то и кого-то. Вот, например, шкатулка красного дерева с орнаментом по краю и изображением созвездия в виде буквы «W» – какую историю она скрывает? Задавать вопросы было опасно, для каждого из этих предметов у Шефа была история длинной не менее сорока минут. Нет, рассказчик он был отменный, и я с удовольствием выслушала не одну из них, вот только шефа в этот момент совершенно не волновало, есть ли у меня иные дела или нет.

– Ты любишь космос, Ханни?

Мой шеф умеет задавать вопросы. Люблю ли я космос?

– Вы хотите уехать? – догадалась я, − Куда же?

– На станцию Клондайк-VI-626. Её только что отбуксировали в сектор Зонгиинг.

Шеф встал, подошёл к бару, спросил, желаю ли я выпить? Я отказалась, сославшись на здоровье. Это был ритуал, выполнять который требовалось неукоснительно. Шеф налил себе брусничного ликёра. Вот что-что, но отменным вкусом он обладал в полной мере. Иногда я жалела, что нас разделяет полвека…

– Ты прекрасный репортёр, Ханни.

– Только благодаря вам, Дон Альберто, − это тоже было частью ритуала.

– Я хочу, чтобы ты поехала со мной.

– Вам требуется репортёр светской хроники на шахтёрской станции? – я очень постаралась, чтобы в этом вопросе не прозвучал сарказм.

– Там будет много людей, со странными историями (этим меня не удивить), будет что-то сокрыто в их душах, и надо в них проникнуть (так, так, уже интересно). Найти там тщательно скрываемые ниточки и потянуть за них (о, это мы умеем), и так мы найдём, то, что ищем.

– Но что мы ищем, Шеф?

Дон Альберто, небрежным взмахом руки отправил сообщение мне в профиль. У каждого из нас от рождения есть крохотный имплант в голове, который образует дополненную реальность. Это называют сферой или профилем. Именно здесь происходит общение, взаиморасчёты, моя работа и любой обмен информацией. Я бегло просмотрела присланную информацию.

– О мой Турбо-Иисус! Это же произойдёт впервые, за всю историю человечества… я… я лечу с тобой, Шеф!

_____

[1] USC – крупнейшая корпорация ЗФ, лидер космического кораблестроения. Подробнее о корпорациях см. в Энциклопедии https://author.today/work/442564

Глава 4. Как Эмили Хок стала исполнительным директором за 15 минут

Новая Селена. Сектор Армстронг

Август 06, 2518 г.

Научно-производственный центр USC

Если тебя оставили устранять последствия, это означает, что ты уже умер. Твои коллеги перестанут обращаться за помощью, потому что помочь им ты никак не сможешь. А значит, и они тебе помочь не смогут. Они оторвутся в карьере, ваши разговоры превратятся в набор вежливых банальностей, а в скором времени и вовсе перестанут отвечать на сообщения. «Можно заказать некролог, это единственное, что заставит вспомнить обо мне», – горько усмехнулась Эмили Хок. Она прекрасно помнила, тот самый день на Новой Селене. День катастрофы и головокружительной карьеры.

Новая Селена считалась жемчужной корпорации USC. Лаборатории новых энергий, экспериментальные производства, а также сотрудничество с одной из престижных научных школ. Всё это давало уникальные возможности, новые патенты и запах успеха. Менеджеры корпорации всеми силами стремились попасть в филиал на Новой Селене, разумно полагая его хорошей площадкой для старта карьеры. Эмили искренне радовалась, считая, что вытянула счастливый билетик судьбы: личный помощник первого заместителя Исполнительного директора! Жизнь казалась прекрасной, руководство давало возможность проявить себя, а коллеги-менеджеры смотрели ей в рот, справедливо полагая, что именно она попадёт, первой из всех, в касту Руководителей USC. Но никто и не предполагал, что это случится столь быстро, и при столь ужасных обстоятельствах.

Потом Эмили часто вспоминала этот день. Она стояла на обзорной площадке центральной башни корпорации. Рядом находились другие, пониже. Там располагались лаборатории, производства, много обслуживающих и сервисных компаний. Все башни были соединены закрытыми галереями, имели единый комплекс жизнеобеспечения. Когда снаружи -50 градусов, снабжение теплом и водой становится серьёзным делом. В USC подошли к этому вопросу обстоятельно: в скальном основании, под центральной башней был размещён термоядерный энергореактор, который обеспечивал жизнеобеспечение всего комплекса, работая всего лишь в четверть мощности. Функционеры корпорации имели обширные планы, экспериментальные производства планировалось расширять в полноценный фабричный комплекс. Именно это помогло выжить Эмили и миллионам людей в тот день.

На Новой Селене начинался вечер, который длился более 100 стандартных часов. Звезда Барнарда, едва видимая сквозь мутную атмосферу планеты, давала восхитительный закат. «Страна багровых туч», – подумала Эмили, – «эту планету можно назвать так». С высоты галереи было прекрасно видно, как двигалась Волна холода – фронт наступающего антициклона. Данное атмосферное явление, само по себе не редкость для этой планеты, возникало регулярно, накрывая собой обширные территории в полярных районах. Но до сих пор ни разу не было, чтобы гигантский антициклон сорвался с места и с огромной скоростью летел прямо на поселение людей.

В этот момент на канал филиала корпорации сыпались сообщения, одно за другим: Исполнительный директор, оказывается, уже три дня назад переведён в другой филиал с понижением в должности. Среди заместителей один ушёл на пенсию раньше срока, другой уволился, про остальных неожиданно стало известно, что они в отпуске, или в командировке, или на корпоративной стажировке, с передачей полномочий. За эти 15 минут выяснилось: Эмили Хок является старшим руководителем филиала с полномочиями Исполнительного директора и всех его заместителей, что беспристрастно зафиксировал искин-контролёр.

– Входящий вызов. Кейла Арнольд.

– Соединить.

– Эмили, мне никто не отвечает! Выслушай хотя бы ты! Речь о жизни всех нас!

– Кейла, успокойся! Говори.

– Мы провели расчёты, этот антициклон убьёт всех нас!

– Не надо паники, у нас достаточно тепла в реакторе.

– Ты не понимаешь, это совершенно не такой антициклон. Он несёт массу активных частиц, как называют их ваши физики, у нас здесь вырубит практически всё. Все управляющие узлы во всех башнях. Кроме разве что размещённых под землёй.

Беспокойство Кейлы передалось Эмили. Тепла в реакторе много, но его надо передавать на все этажи, во все башни. За это ответственны системы жизнеобеспечения, состоящие из множества узлов и управляющих элементов. Если это всё выключится одномоментно… Эмили почувствовала, как шевелятся волосы её прекрасной сиберийской шевелюры.

– Кейла, кому ты уже сказала?

– Я разослала рапорт всем руководителям, но мне никто не ответил.

«И не ответят», – подумала Эмили, – «некому отвечать».

– Сколько у нас времени?

– Примерно 20 минут и Волна будет здесь. Далее, каскад сбоев, думаю ещё минут десять, и мы начнём замерзать. Нужно как можно быстрее объявить эвакуацию!

– Куда?

– Зона реактора. Она под землёй, и ближайшие этажи к ней. Там ангары и гаражи, туда поместится много людей. Мы сможем выпускать охладитель из контура реактора и таким образом, подогревать эти этажи.

– Кейла, в башнях миллионы людей. Как мы перевезём их в главную башню? Это займёт десятки дней…

Голос учёной начал дрожать и опустился до шёпота:

– Они все умрут, Эмили… башни обречены…, но мы можем спасти хоть кого-то… пять или десять тысяч успеют добежать по галерее до главной башни! НАДО СПАСТИ ИХ! СДЕЛАЙ ЧТО-НИБУДЬ! – на последней фразе Кейла сорвалась на крик.

– Стой, Кейла! Ты сказала, можно выпускать охладитель для подогрева, что это значит?

– Она рехнулась! – в диспетчерском центре реактора находилась дежурная смена из четырёх энергетиков. Экспрессивное высказывание принадлежало Старшему энергетику.

– Малолетняя выскочка ещё смеет мне угрожать! Да она вообще понимает, что у нас тут под ногами? – продолжил возмущаться он.

Старший энергетик был родом с Марса, на что указывал его темно-рыжий оттенок кожи. Как и любой житель Столицы, он относился к урождённым иных планет (и станций) слегка свысока. Членов остальной смены мы назовём Тощий, Старик и Бывалый.

Тощий являлся уроженцем комической станции: нескладно худой и высокий, за что и получил своё прозвище. Старик однозначно с Сиберии: военная выправка и пышная грива седых волос. Бывалый выглядел как самый обычный человек, что большая редкость, и был родом с Кебрион-1. Жители этого спутника слыли дружелюбными ребятами, но на дух не переносили урождённых на Кебрионе-2, считая тех испорченными пороком разврата.

Бывалый взял в руки планшет и скопировал последнее распоряжение в общий канал смены.

– Подписано сигной исполнительного директора филиала, – подал голос Старик.

– Да пошла она в Хель! Это убьёт нас всех!

– Почему? – спросил Тощий.

– А ты прочитай!

– … подать в зону охлаждения воду, так, чтобы перегретый пар стравливался в систему вентиляции под бо́льшим давлением…

– Она там вообще представляет, что теплообменная жидкость – это вовсе не вода?

Старик внимательно дочитал распоряжение: – Но ведь мы можем стравить текущий теплообмен и залить в реактор воду. Воды у нас много, целое море.

– Что такое море? – Тощий вновь осмелился задать вопрос, но опять был проигнорирован.

– Даже если мы это сделаем… даже если не впрыснем порцию отравы вместо пара… там же будет настоящая баня! Из всех климатических установок начнёт сифонить раскалённый пар!

– Когда за стеной ледяной ад, я буду рад тёплой водичке, – буркнул Бывалый, – сигна на месте, надо исполнять, иначе нас первых назначат виноватыми, уж вам ли не знать этого.

– Погоди, – прервал Старший, – если там будет баня, то что будет здесь, у нас? Циркуляцию воды надо регулировать, как вы собираетесь не сдохнуть при этом?

Ответил Старик:

– Наденем скафандры, они с термозащитой. Даже если кипятка по колено будет, выдержат.

– И сколько дней ты будешь стоять по колено?

– Сколько надо, столько и буду, – Старик ткнул пальцем вверх, – там миллионы людей. Надевайте скафандры, будем продувать контур.

Глава 5. Бонзы канала обнаружили новую спецслужбу

Столица. Сектор Сол.

Февраль 28, 2523 г.

Офис канала #StarVoice

Совещание проходило в сфере, а участники находились в разных секторах. Это было заметно по лёгкому мерцанию аватаров, хорошая полоса пропускания на ансибле стоила безумно дорого, даже для собравшихся людей. А бедняков здесь не было.

– Зачем мы собрались? – спросил Толстяк.

– Ты совсем не рад нас видеть? – улыбнулась ему Кошечка, помахивая хвостом.

– Уж тебя точно.

– Не ругайтесь, – бросил им Блондин в белом, и, повернувшись, сказал: – Габриэль, введи нас в курс дела.

Габриэль, единственный из всех, кто присутствовал физически, а не в виде аватара, взял в руки стакан, отпил воды: – Перед тем как я начну, хочу ещё раз напомнить, насколько важной является эта информация… и опасной.

– Опасной? – прищурилась Красная дама, – даже для нас? Габриэль, ты прекрасно знаешь, наши делишки, мы иногда правительства меняем за завтраком!

– Меняла, допустим, не ты, а твой любимчик Херейро, – фыркнула Кошечка.

– А как же производственные совещания каждую ночь? – вступил в разговор Элегантный щёголь, – я помню те события, в секторе Икар.

– Это совершенно не ваше дело! – в голосе Красной дамы холода было, как при катастрофе на Новой Селене.

– Дамы и господа! – повысил голос Габриэль…

– Шовинист! – фыркнула Кошечка.

– … и хомохимеры, – невозмутимо продолжил он, – позвольте продолжить. Наша история начинается в 2489 году, когда было создано архивное бюро археологии и каталогизации, сокращённо АБАК. Случилось это сразу после Рёва Призрака.

– Что за новый отдел тунеядцев? – поинтересовался Блондин в белом.

– В точку, – ответил ему Толстяк, – мои ребята занимались этим, нашли дядю министра транспорта в руководстве и другие синекуры. Бюджет крохотный, а доступ только в архив правительства.

– Чем они вообще занимаются?

– В их обязанности входил сбор и каталогизация объектов, которые могут иметь отношение к иным цивилизациям. А в широком смысле, поиск контакта с пришельцами.

– Гранда инфинити! У нас что, закончились сумасшедшие, которые делают это бесплатно? – фыркнула Красная дама.

– Моя дорогая, ты же знаешь наше правительство, для всех должно быть своё бюро, куда будут трудоустроены бесчисленные родственники министров и депутатов. Создание АБАК даже не попало в нашу федеральную ленту, так, новости сектора.

– Разве учёные не доказали, что Земля уникальна, и никаких пришельцев не будет? – Блондин в белом.

– Мой юный друг, учёные доказали сразу несколько теорий на этот счёт, и все они имеют красивые названия: Тёмный лес, Светлый зоопарк, Великий фильтр, Летняя спячка. С тех пор они пытаются выяснить, какая из них верная. Истину же, мы видим собственными глазами, никаких пришельцев как не было, так и нет.