Холмс вернулся. Дело Брексита

© Ник Валин, 2019

© Издательство «Aegitas», 2019

Глава 1. Новое дело

24 мая 2019 г., пятница. 18:24 по Гринвичу

Лондон. Барк плэйс, 25

– Мэри! Ты посмотри! Эйприл уходит! Как тебе?

Реакции на этот возглас практикующего мануального терапевта Джона Уотсона, обращённый к его супруге, хлопотавшей в тот момент на кухне, не последовало.

Однако доктор не обратил на это внимания и продолжал с таким возбуждением, будто утреннюю новость о намерении премьер-министра Британии Теодоры Эйприл подать в отставку впервые передали в эфир только что:

– А ведь Холмс предрекал это. Он был уверен, что Эйприл не справится и уйдёт досрочно!

Через пару минут Мэри Уотсон, войдя в комнату, где в кресле перед телевизором сидел муж, небрежно бросила:

– Ну и что? Не он один видел, что перед премьером стоит сложнейшая задача, которая может оказаться нерешаемой.

– Нет, дорогая. Не в этом суть, – кисло выдавил из себя Джон.

Мэри, чуть помедлив, подошла к креслу, в котором сидел супруг, положила ладонь ему на голову и слегка потрепала его шевелюру. Тихо произнесла:

– Я понимаю, милый. Тебе сейчас не помешала бы его поддержка.

Джон напрягся. По лицу пробежала тень.

Годом ранее. 25 мая 2018 г., пятница. 12:39 по Гринвичу

Лондон. Бэйкер-стрит, 221 Б

– Добрый день, Холмс! Вы снова хмуры, словно туча над Тауэрским мостом. Вышли бы на улицу прогуляться: сегодня чудесный тёплый день, хоть и слегка облачно – бодро отрапортовал доктор Уотсон, едва зайдя в гостиную, где в кресле возле столика сидел выдающийся детектив.

Шерлок Холмс задумчиво смотрел в одну точку на противоположной стене, приложив к губам свою любимую трубку, которая, впрочем, была погашена.

– Здравствуйте, доктор. Однако сегодняшний день при всём желании сложно назвать добрым, – произнёс он, положив трубку на столик.

– Странно, – попытался отшутиться Уотсон. – «Ливерпуль» обыграл «Рому» и вышел в финал Лиги чемпионов. Что же вас не устраивает? Что в финале он встретится не с лондонским «Арсеналом»?

Доктору было хорошо известно, что последнее дело его закадычного друга и незаурядного сыщика было завершено ещё полгода назад, и просто не хотел заострять внимание на этом малоприятном для Холмса обстоятельстве. Однако отвлечь своего собеседника от тяготивших его мыслей оказалось непросто даже Уотсону. Зная Холмса уже много лет, он решил просто не мешать и направился к себе, обронив мимоходом, что намерен проштудировать фармакологию. Как вдруг, уже поднимаясь по лестнице в свою комнату на втором этаже, он снова услышал из-за спины голос Шерлока.

– Вы следите за последними событиями, доктор?

Вопрос был неожиданным, как и сам его факт.

– Что конкретно вы имеете в виду? – растерянно спросил Уотсон, обернувшись в недоумении.

Холмс, помедлив, произнёс:

– Ну, хотя бы взять наши недавние совместные с американцами и французами удары по Сирии.

Доктор отреагировал после некоторой паузы:

– Вы хотите поговорить об этом? – снова пытаясь перевести всё в шутку и стараясь отвлечь своего товарища от чрезмерного, как ему показалось, напряжения, спросил он. – Ну что ж! Я как доктор и как ваш друг просто не могу проигнорировать такую просьбу.

С этими словами Уотсон развернулся и, спустившись по ступенькам в гостиную, чуть прихрамывая, подошёл ко второму креслу, по другую сторону от столика. Присев, он закинул ногу за ногу и привычным движением потянулся к графину с бренди, обычно стоявшему на столике, чтобы наполнить бокал. И только сейчас, к своему удивлению, доктор обнаружил, что на столике, за которым уже сидел напряжённый Холмс, нет ни графина, ни бокалов, а вместо них лежит увесистая стопка газет и журналов. В гостиной не было включено искусственное освещение, а естественное, пробивавшееся через небольшое оконце, расположенное на приличном расстоянии от столика, оставляло желать лучшего: детектив любил такую обстановку, она помогала ему концентрироваться. К тому же Уотсон, когда вошёл с улицы в гостиную из коридора, был по своему обыкновению погружён в себя и просто не заметил, что на столике всё изменилось.

– Предпочли электронным носителям бумагу? – кивнул он в сторону газетной кипы.

– Просто возникло желание прогуляться, и по пути домой набрал всё это, – не отрывая взгляда от точки на противоположной стене, произнёс Холмс. – И потом, – едко добавил сыщик, – я, в отличие от вас, доктор, не страдаю аллергией на библиотечную пыль.

– Ну что ж, это так. И мне, чтобы продолжить общение с вами, сидя возле этой груды аллергенов, следует прежде сходить за маской, – снова попытался отшутиться Уотсон и уже, было, привстал, чтобы оставить раздражённого Холмса один на один со своими мыслями.

– У меня появилось новое дело, – вдруг произнёс детектив.

– Поздравляю вас, дружище, – помедлив секунду от неожиданности, пробормотал доктор и медленно погрузился обратно в кресло. – Значит моё первое ощущение, что вы что-то напряжённо анализировали, когда я вошёл, оказалось верным.

– Увы.

– Почему «увы»? Не понимаю.

25 мая 2018 г., пятница. Несколькими часами ранее. 09:27 по Гринвичу

Лондон. Даунинг-стрит, 10

– Здравствуй, Шерлок. Рад видеть тебя.

Майкрофт поднялся из кресла и, сделав шаг вперёд, протянул правую руку брату, левой – слегка похлопал его по плечу: они не виделись почти год.

– Я тоже, – отозвался вошедший в кабинет Холмс-младший.

Майкрофт указал на кресло возле небольшого круглого столика в стороне от основного рабочего стола, как бы подчёркивая доверительность предстоящей беседы.

– Присаживайся. Кофе, чай?

– Спасибо, Майки, но я плотно позавтракал и напоследок выпил порцию какао.

– Насколько я помню, раньше ты предпочитал двойной «американо».

– Серьёзнее стал относиться к здоровью. Уотсон то и дело досаждает рассказами об открытиях наших учёных умов в области медицины. Кофе в больших количествах вреден.

– Излишек вреден во всём. Как твоя борьба с табачной зависимостью?

– Успешно. Моё последнее дело было закрыто полгода назад, а у меня, как ты знаешь, за годы выработалась привычка концентрироваться, пропуская через организм эти ядовитые дымы, – хмуро пробубнил детектив. – Теперь напрягать мозги приходится в основном за редкими шахматными партиями с доктором. Да и экономить на табаке полезнее, чем на овсянке.

– Ничего, мой мальчик. Ничего! У тебя есть отличная возможность поправить финансовое положение при помощи своих необычайно способных мозгов. Удержавшись от соблазна закурить, разумеется!

С этими словами лицо Майкрофта растянулось в улыбке.

– Я догадался, что ты пригласил меня не для того, чтобы обсудить итоги воскресных матчей премьер-лиги.

– Ну что ж, в таком случае перейдём к делу. Ты, вероятно, помнишь, как полтора года назад мы обсуждали исход голосования в Королевстве по вопросу выхода из ЕС. Вскоре после этого в Штатах прошли выборы президента, которые также принесли довольно неожиданные для многих результаты.

– Но не для тебя, если мне не изменяет память.

– Да, – глухо отозвался Майкрофт Холмс, – я изначально скептически относился к тому фейерверку, которым сопровождалось в американских, да и во многих наших масс-медиа каждое выступление Клинтон. И всё же эксперты в системе безопасности Королевства убеждены, что выход Британии из ЕС был изначально срежиссирован в России. Этот недружественный шаг Москвы мог быть, как и взлом почты Клинтон, частью большой кампании, нацеленной против евроатлантического единства. В общем, – заключил Майкрофт, – необходимо разобраться в этом деле.

– Забавно. – Шерлок едва заметно улыбнулся. – У меня сложилось впечатление, что тема вмешательства в выборные процессы у нас и в Штатах носит сугубо политический характер. И, если не ошибаюсь, до недавнего времени ты…

– Знаю, знаю, мой мальчик. Я тоже ежедневно просматриваю нашу прессу и понимаю, о чём ты.

Майкрофт, поднявшись из кресла и заложив руки за спину, стал вышагивать по комнате.

– Настоящему интеллектуалу сложно воспринимать всерьёз всё, о чём вещают СМИ в Королевстве и за его пределами. Но заверяю тебя: у меня есть достоверные сведения, что этим делом вплотную занимается наша контрразведка.

Майкрофт снова подошёл к креслу и присел.

– Вот как! – Холмс-младший вскинул брови в недоумении. – В таком случае, в чём будет состоять моя роль?

Майкрофт улыбнулся:

– Могу пообещать, что тебе не придется подавать мячики для гольфа парням из МИ-5. Они ведут дела своими методами. Твоя задача – идти параллельным курсом, используя имеющийся у тебя, вне всяких сомнений, колоссальный опыт… – Майкрофт снова улыбнулся – и наши незаурядные фамильные способности, мой мальчик!

Шерлок, поигрывая трубкой, которая, впрочем, погаснув, не зажигалась уже месяца три, произнёс:

– Тебе поручили это дело, позволив привлекать ресурсы, которые ты сочтёшь необходимыми. В роли заказчика выступил твой непосредственный шеф, вице-премьер Объединённого Королевства лорд Томас Беллинджер.

– Именно. – Майкрофт устремил взгляд на брата и в очередной раз едва заметно улыбнулся. – Ты всё правильно понял. Он высоко оценил твой успех в деле об исчезнувших файлах из базы данных МИДа…

– … и решил, что я способен переловить русских хакеров, сидящих в своих офисах где-то под Москвой, – язвительно заметил детектив.

– Перестань, Шерлок. Ты ведь отлично понял, в чём будет состоять твоя роль.

– Иными словами, есть основания полагать, что злоумышленникам оказывали помощь здесь, в Британии?

– Во всяком случае, в МИ-5 считают, что через некоторых олигархов из России, имеющих интересы здесь, шло финансирование от русских спецслужб: деньги на информационную поддержку, на политическую. При этом в контрразведке не исключают, – Майкрофт понизил голос, – что получавшие эти суммы влиятельные «евроскептики» Королевства сотрудничают с Кремлём соз-на-тель-но, – он отчеканил это слово по слогам, – а не «вслепую». Если факт финансирования имел место…, – задумчиво произнёс Холмс-старший и прервался. Чуть помедлив, продолжил: – Я говорю «если», Шерлок, поскольку это дело, сам факт его существования, представляет собой государственную тайну, и даже я не видел воочию документов, на основании которых возникли только что пересказанные мною тебе подозрения. Всю информацию я получил от лорда Беллинджера. А у меня, в свою очередь, нет оснований не доверять этим сведениям. Понимаешь меня, мой мальчик? До-ве-рять.

Холмс-младший, вскинув брови, вопросительно взглянул на брата.

Тот, немного помедлив, продолжил:

– Итак, если подозрения подтвердятся, а у контрразведки, судя по всему, есть высокая степень уверенности в этом, – монотонно произнёс Майкрофт, потупив взор, – остаётся лишь добыть конкретные свидетельства, неопровержимо доказывающие факт «грязной игры» против Лондона.

Сыщик молчал, внимательно слушая.

– И вот ещё что. Судя по тем скупым сведениям, которые я получил, парни из МИ-5, пообщавшись со своими американскими коллегами из ФБР, не исключают, что косвенное отношение к этому делу мог иметь не кто иной, как всем известный мистер Айсден.

Шерлок вновь устремил на старшего брата удивлённый взгляд.

– Тебе, разумеется, не придётся рыскать по заснеженной Сибири, чтобы отыскать его. Это задача даже не для МИ-6, а, скорее, для ЦРУ. Но попробуй пообщаться с газетчиками, которые первыми открыли мистера Айсдена для мира. Парни из аналитического отдела контрразведки, обнюхавшие каждую букву в статьях про этого «разоблачителя», предполагают, что авторы рассказали читателям не всё и сами могут быть замешаны в этом дерьме.

– Если я правильно понимаю, они находятся под наблюдением наших спецслужб, но…

– Но эти меры не дали результата, Шерлок. Верно. Поэтому попытайся ты пообщаться с ними. Ты – частный сыщик, который сейчас работает на правительство, и тебя интересуют детали их общения с мистером Айсденом. За информацию, – Майкрофт кивнул в сторону своего рабочего стола, – ты готов платить на месте. А за особо важные сведения, представляющие ценность с точки зрения национальной безопасности Королевства, они могут получить в сотню, а то и в тысячу раз больше. Будучи выдающимся детективом, опытным психологом и физиономистом, ты с лёгкостью определишь, есть ли что скрывать этим «акулам пера». Разумеется, интерес также вызывает ряд персон среди наших политиков. Но в данном случае, как ты понимаешь, работать следует тоньше.

– Догадываюсь, о ком речь и что от меня потребуется.

– Ну, и славно. Детали «докрутишь» в своей голове сам, – Майкрофт улыбнулся. – Не буду перегружать тебя инструкциями. Если интересующий нас персонаж обнаружится среди медийщиков, и его прельстят деньги, то мы просто купим необходимые нам сведения. А дальнейшее его сотрудничество со следствием станет гарантией неприкосновенности. В случае отсутствия такого интереса агент неизбежно засуетится и выдаст себя, и парням из МИ-5 останется лишь зафиксировать это. Ну, а реальный шпион, как ты понимаешь, опаснее обычного бандита.

– А если я откажусь? – Шерлок решительным движением поднялся из кресла и, нахмурившись, сверху вниз посмотрел на брата.

– В таком случае, – чуть помедлив, глухо произнёс Майкрофт, потупив взор, – я рискую попасть в крайне затруднительное положение. И сложно сказать наверняка, чем закончится эта история для моей карьеры.

– Ты хочешь сказать, Майки, что обратился ко мне с этим непривычным для меня делом, потому что тебе необходима моя помощь, а не для того, чтобы…

– Я отлично знаю своего брата, – прервал его Майкрофт, взглянув снизу вверх. – И поверь, мой мальчик, ни за что не стал бы тебе подсовывать возможность заработка под надуманным предлогом только ради того, чтобы обеспечить твою занятость.

– Какие у тебя возникли проблемы? – спросил Шерлок и снова присел в кресло.

– Давай не будем вдаваться в детали. – Майкрофт пристально посмотрел на него. – Просто поверь мне на слово. И попытайся поскорее вжиться в этот, надо признать, не самый привычный для тебя образ, чтобы получить привычный для тебя превосходный результат. – Холмс-старший попытался выдавить из себя улыбку, но она почему-то напомнила брату гримасу внезапной боли, хотя сам детектив возобладал над собой после высказанного недовольства, и по его выражению лица Майкрофт мог прочесть, что ответные аргументы приняты. – Меня, в том числе, интересует твоё мнение относительно того, кто из российских олигархов, тесно связанных с Кремлём, или действующих обособленно, мог иметь отношение к поддержке Брексита. Прежде всего, обрати, пожалуйста, внимание на тех лиц, у которых имеются активы на территории Королевства. Ведь в ходе глобального экономического роста в 2001–2007-м выросла привлекательность готового бизнеса как объекта финансовых вливаний, и зарубежные инвесторы, в том числе российские, уделяли большое внимание активам в Британии. А крупные международные банки обильно кредитовали крупный и средний капитал в его стремлении к агрессивному развитию, в том числе на Западе и конкретно – в нашей стране.

– В стороне от этого процесса, насколько я помню, не остались и государственные структуры, – добавил Холмс-младший.

– Именно. Не прекратился поток инвестиций из России и после острой фазы глобального кризиса 2008–2009-го, – уточнил Майкрофт. Он встал и, подойдя к своему рабочему столу, открыл верхний ящик, откуда извлёк несколько толстых пачек наличных и какие-то белые картонные коробки без надписей или наклеек, напоминавшие упаковки с новенькими смартфонами и прилагающимися к ним аксессуарами внутри. – Здесь пять пачек по сто купюр: каждая – достоинством в 50 фунтов.

– Двадцать пять тысяч, – произнёс Шерлок и вопросительно посмотрел на брата.

– Да.

Майкрофт неспешно вернулся к круглому столику и положил на него извлечённое из рабочего стола.

– Этого, полагаю, достаточно, чтобы развязать интересующие нас языки.

– Вполне, – отстранённо, глядя куда-то в сторону, ответил Шерлок. – А это? – кивнул он в сторону коробок.

– Сопутствующие устройства. Разные полезные «гаджеты», с которыми тебе будет проще. «Прослушка», мини-камера, «глушилка».

– То есть средство против прослушивания.

– Именно.

– Насколько эффективное?

– Можешь не опасаться ничего в радиусе 50 м.

– Подойдёт.

– Да, гражданские аналоги имеют меньшую мощность и более масштабные габариты. А этот, как видишь, сама компактность. Как «флешка». Что касается гонорара…

– Можно умножать выделенную мне сумму в разы.

– В случае успешного исхода дела мультипликатор выберешь сам. В разумных пределах, конечно, – добавил Холмс-старший с улыбкой. – Вот это – твой задаток.

Он выложил на стол конверт, в котором, судя по его виду, находилась банковская карта, и плотный непрозрачный пакет для казённых технических «ноу-хау».

– Ты на машине?

– Нет.

– Вызову такси.

С этими словами Майкрофт протянул руку поднявшемуся из своего кресла Шерлоку.

– Мой рабочий номер прежний. Но лучше, конечно, звонить на личный. Сейчас зайдём в один кабинет, подпишешь необходимые бумаги, – сказал он, когда они уже шли по коридору к проходной. – Информацию, исключающую общение по незащищённым каналам связи, будешь передавать мне в устной форме с глазу на глаз.

– «Диоген»?

– Да, будешь приезжать туда. Но предупреждай не менее, чем за час. Держи.

Майкрофт достал из нагрудного кармана пиджака небольшую книжицу.

– Твоя «ксива».

– Зачем?

– А затем, что с этим, – он постучал подушечкой указательного пальца по обложке документа, – ты откроешь почти все двери в Британии, и большинство чиновников Королевства будут вынуждены оказывать тебе содействие.

Кроме удостоверения, Холмсу-младшему также выдали табельное оружие – казённый ствол, который мог оказаться нелишним в ходе расследования.

25 мая 2018 г., пятница. 13:11 по Гринвичу

Лондон. Бэйкер-стрит, 221 Б

– Ну, понятно, Холмс, что вас не прельстила роль, грубо говоря, провокатора. Я говорю «грубо», – поспешил уточнить доктор, – поскольку, на мой взгляд, если честно, это некоторое преувеличение. Всё-таки речь идёт о потенциальных агентах недружественной державы, и вы в этой ситуации, насколько я понимаю, руководствовались не только уважением к брату и соображениями личной выгоды, но и патриотизмом истинного англичанина, – пафосно закончил свою мысль Уотсон. – Я как ваш давний друг и как опытный боевой офицер уверен в этом.

Холмс молча слушал, не шевеля ни единым мускулом. Откинувшись в кресле, он продолжал сосредоточенно смотреть в одну и ту же точку на стене.

Возникла неловкая пауза, которую доктор снова поторопился прервать:

– Но я, признаться, не понимаю, причём тут удары нашей авиации по Сирии совместно с Францией и США…

– Вот именно, Уотсон, – перебил его детектив. – Именно это событие, которое я упомянул мимоходом, как и ряд прочих, заставляет меня задуматься о поставленной утром задаче.

– Не понимаю, – растерянно пробормотал Уотсон. – Поясните.

– Не сейчас, друг мой. Не сейчас. Время очень дорого. Мне нужна ваша помощь.

Холмс вдруг резко оживился, подался вперёд и, встав с кресла, решительными шагами направился к себе.

– Вы располагаете свободным временем?

– Ближайший час у меня совершенно свободен.

– Поможете мне?

– В этом деле?

– Разумеется. Я приступаю незамедлительно.

– Да, но имеете ли вы право посвящать меня в эту, без преувеличения, государственную тайну?

– Так ведь я уже изложил вам её суть. А толковый помощник в столь существенном предприятии просто необходим.

– Хотите сказать, что берёте меня в дело?

– Дорогой Уотсон! Как же я могу обойтись без вас? Просто я не стал упоминать ту часть беседы с братом, в которой обсудил ваше возможное участие в расследовании. Мне нужно лишь ваше согласие.

– Что ж… Я с удовольствием окажу вам содействие и постараюсь быть полезным.

– А Мэри?

– Ну, я думаю, она будет не против, чтобы я в преддверии нашей с ней свадьбы заработал дополнительные деньги для семейного бюджета. И потом, – доктор лукаво прищурился, – ведь она мне пока ещё не жена, а я, стало быть, пока не подкаблучник.

Уотсон явно попытался поддеть Холмса за его в целом негативное отношение к матримониальным планам друга. Сыщик не раз давал понять, что скептически относится к возможности продолжения совместных расследований после того, как доктор свяжет себя узами брака. Но Холмс сделал вид, что не заметил его ехидства.

– В таком случае не будем терять ни минуты. Первым делом, давайте заглянем в нашу картотеку. А затем вам предстоит съездить на Даунинг-стрит, к Майкрофту, и подписать кое-какие бумаги.

В этот момент в холле появилась престарелая хозяйка, миссис Хадсон.

– Обед готов, джентльмены, – торжественно пророкотала она своим гортанным гласом. – Приятного аппетита!

– Ну что ж. Тогда поедим, а потом сразу же приступим, – предложил Холмс. – Спасибо вам большое, миссис Хадсон! Вы, как всегда, очень заботливы!

– А вы, джентльмены, как всегда, предельно тактичны!

Пообедав, Холмс пригласил доктора к себе. Через минуту Уотсон с планшетом в руках просматривал нужную директорию в поисках интересующих друзей файлов.

– Литера «А»?

– Нет, доктор. Отложим пока мозговой штурм по делу пресловутого Айсдена. Литера «Эйтщ». Хопкинс. Гилберт Хопкинс.

– Так… Хопкинс… – бормотал задумчиво Уотсон. – Вот, нашёл. – «Британский бизнесмен. Активный сторонник выхода Объединённого Королевства из Евросоюза. Создал коммерческую организацию, занимавшуюся агитацией за Брексит. Является объектом расследования правоохранительных органов Британии. Подозревается в том, что на кампанию за выход страны из ЕС использовал привлечённые средства, предположительно – российского происхождения. Отрицает все обвинения: утверждает, что изначально они возникли исключительно из-за статьи, опубликованной одним американским аналитическим центром. В этом материале Хопкинс был прямо обозначен как «троянский конь Кремля» и «российский игрок». Настаивает, что статья является выдумкой от начала до конца и что резонанс она получила только из-за того, что была растиражирована в СМИ США. Хопкинс признал, что контактировал с российским послом в Британии, с которым провёл несколько «очень интересных бесед». При этом он настаивает, что никогда не получал деньги или советы от российских чиновников или связанных с ними лиц. Написал книгу о Брексите. Скептически высказывается о вероятности влияния на исход референдума о выходе из ЕС пророссийских интернет-ботов. Женат на гражданке России, имеет пятерых детей».

– Так, любопытно… – задумчиво произнёс Холмс, расхаживая по комнате. – Значит, по версии самого Хопкинса, всё началось с публикации влиятельного американского издания. И никаких доказательств, кроме подозрительной активности бизнесмена, нет.

– Следствие продолжается.

– М-да… Значит, учитывая информацию, полученную от Майкрофта, он и его контакты не просто на виду, а под пристальным вниманием наших специальных служб. Окей. – Холмс чуть помедлил. – Давайте пока зайдём с другой стороны. Я имею в виду российских олигархов, имеющих интересы здесь.

– Самый известный российский инвестор в Британии – Давид Румович, – констатировал Уотсон. Но может ли этот миллиардер быть интересен в нашем деле? – пожал плечами доктор.

– Согласен, слишком заметная фигура, чтобы поддерживать активные связи с русской разведкой, – продолжал вслух рассуждать детектив. – Не приходится сомневаться, что он и его люди также постоянно пребывают под пристальным наблюдением наших органов, прежде всего – всё той же МИ-5.

– Однако есть и другие, менее заметные фигуры, – откликнулся Уотсон. – При этом тоже вполне публичные, но в меньшей степени изученные и понятные британской публике.

– Согласен с вами, дружище. Взять, к примеру, другого «любителя английского футбола», Тимура Умарбаева. У нас есть какая-либо информация о его инвестициях в Британии, которые можно было бы трактовать как стремление втереться в доверие к нашему истеблишменту?

– Так… Да, собственно, под такую оценку, пожалуй, подпадает лишь тот самый «футбольный интерес».

– Не то. А впрочем, прочтите, что там.

– В принципе, эту историю я и сам неплохо знаю. В 2007-м этот российский миллиардер купил 15 % акций управляющей компании всеми нами любимого неоднократного чемпиона Англии у бывшего вице-президента клуба за… сейчас, – доктор быстро пробежался глазами по тексту, – 75 миллионов фунтов.