Лекарь Серрады. Книга первая

Знойный полдень, когда ослепительная звезда Алайа светит особенно ярко. Начало самого жаркого и тихого периода на Серраде. Пьянящий воздух был наполнен запахами цветущих трав.

Королеве Магде казалось, что только сейчас, когда все закончилось, она сможет спокойно вздохнуть этот тяжелый и раскаленный аромат заглядывающих на балкон цветов. Как же жарко! Она не могла, до сих пор, свыкнуться с освобождением от этого маленького существа, послужившего причиной стольких переживаний. Наконец-то она могла бегать, снова была свободна… На какой-то миг, Магда действительно почувствовала себя свободной. Ей показалось, что душа, освободившись от тела, поднялась к голубому безоблачному небу, туда, где находился их родовой замок… Она парила на невидимых крыльях и пыталась забыть о реальности.

К настоящему ее вернул крик родившегося ребенка. Вместе с этим криком душа потяжелела под грузом боли и страха.

В голове пронеслось лицо мужа, его светлые глаза, рыжеватые волосы. Это лицо неизменно появлялось во сне в течении всех дней, пока она была здесь. И взгляд короля всегда был холодно-насмешливым…

– Я жду сына, дочь мне не нужна, ты поняла?

«Где ты, мама?» – звала душа, ища поддержки и надеясь, что дух может появиться из Безвременья и успокоить, но она ушла навеки и не придет.

Магда порывалась спросить, кто же родился…

– Извините, – робко начала она.

– Что? – рядом, как-то жутко прозвучал незнакомый голос.

– У меня мальчик?

«Только бы это был мальчик, тогда можно будет отдыхать…»

– Девочка, маленькая-маленькая.

–Девочка?

Магда застыла и сердце бешено застучало. Она представила лицо короля, и от этой мысли не захотелось жить. Магда боялась и тихо ненавидела его, но расстаться они не могли. Король имел настолько сильное влияние на нее, что Магда ничего не могла сделать без его разрешения.

Он не бил, он улыбался и говорил вещи, которые больно кололи, при этом смеясь своими светлыми и равнодушными глазами. Магда терпела и рожала ему наследниц, одну за другой. У них было четырнадцать дочерей, и она смертельно устала от всего этого. И никто даже не подозревает, какой холод витал между ними. Последняя попытка, пятнадцатый ребенок. Согласно законам Серрады, если рождается девочка, то она, Магда, утрачивает статус королевы и навсегда изгоняется из их мира. Она не может покинуть его, ради своих девочек, которые будут оставлены на произвол судьбы.

А король не будет ждать и женится снова. Все девушки неизменно смотрели на него, и это позволяло обмануться, думать, что и правда, он – важная часть жизни. К тому же, рядом с ним она ощущала огромную уверенность и знала, что король Дамад может решить все проблемы. Хотя, чаще всего оказывалось, что он не хочет этого делать. Просто его обаяние, даже больше, чем обаяние, рисовало этот портрет.

И ему она преподнесет пятнадцатую дочь…

– Вы придумали, как назвать ее?

Голос, говоривший эти слова, показался Магде фальшивым. Что-то не так? Она всегда боялась этого, но ребенок кричал… И сейчас рядом кто-то кричит, кричит, надрываясь.

– Это она? – спросила Магда.

– Да.

Опять эти фальшивые нотки… А, может, я просто придумываю? Но как ее назвать… Мальчика давно решено наречь Дамадом Вторым, как отца, а девочку… Для нее не придумано имя, ее не ждали.

– Как вас зовут? – спросила Магда находившуюся рядом женщину.

– Орра, – ответила та.

– Тогда я назову девочку Ортизой.

– В честь меня? – улыбнулась женщина.

Магда вспомнила слова врача… Она очень маленькая. Совсем крошка, может быть, это смягчит его сердце. Но, услышав захлебывающиеся крики девочки, королева отбросила эти мысли…

Некоторое время спустя, когда ей показали дочь, Магда немного успокоилась и посмотрев на нее, нашла какие-то черты мужа.

Светлые большие глаза и золотые, огненного оттенка волосы. Пожалуй, из всех ее дочерей именно эта самая рыжеволосая.

Шли дни, близилось время покидать стены королевской больницы, но муж так и не приехал ее навестить. В предпоследний день Магда не выдержала и сделала вызов в его личные покои, попросив проведать ее. Как унизительно… Его не было в личном кабинете, планка пространства, раскрывшаяся перед ней, показывала пустую спальню…

А потом он прислал сообщение, только голос, не вышел даже на открытие… Он не насмехался. Но был недоволен…

Магда встала и подошла к окну. За эти дни Алайа спалила весь воздух, и местность за окном казалась немного оранжевой от многочисленных лучей. Фонтаны работали на полную мощность, разбрызгивая радужные капли на деревья и лианы, тянущиеся длинными зелеными нитями к висящим островкам. Свежие искры падали на листву, делая ее еще более яркой.

В комнату вошел лекарь.

Магда обернулась, и его нерешительное лицо ей не понравилось.

– Что-то случилось?

– Ваше Величество, прошу вас следовать за мной. Мне нужно с вами поговорить.

– Что-то с Ортизой?

Он ничего не отвечал и Магда испугалась.

– Я не могу вам ничего сказать здесь…

– Но разговор будет о ней?

– О ней и о вас.

Магда пошла вслед за лекарем. Зайдя в его просторный, белый кабинет, она опустилась на такое же белоснежное кресло. Стерильно, словно ни одна пылинка не может сюда залететь.

Лекарь сел в кресло напротив, за абсолютно чистый стол. Только панель управления на нем подмигивала разными цветами. Уже немолодой, с седыми влосами, он затруднялся сказать этой женщине про ее ребенка. Кто знает, может его слова могут разрушить хрупкий мир чужой души и стать причиной трагедии, за что он будет винить себя всю жизнь.

Лекарь привел королеву сюда, потому что чувствовал себя увереннее на этом месте, тут он не человек, а лишь винтик, простой служащий Великой Серрады.

– Что вы хотите мне сказать? Я видела свою дочь, она здорова. У девочки хорошенькое личико, и я не знаю, о чем вы собираетесь поговорить.

Тут ее осенило:

– Вам что-то сказал король? – она боялась ответа, возможно, страшного.

– Нет, ваш муж тут ни причем. Я буду говорить об Ортизе, вашей дочери. Дело в том, что я долгое время не хотел начинать эту беседу, но рано или поздно пришлось бы это сделать. У вас останутся сутки, чтобы все обдумать и решить.

– Что обдумать и решить? – Магда ни на шутку испугалась.

– Ладно, говорю все сразу… Ваша дочь, принцесса Ортиза пришла в этот мир с закрытыми энергетическими и умственными каналами. Она никогда не будет такой, как все дети, хотя внешне ничем не будет отличаться от них.

Магда побелела:

– Это можно исправить, вылечить, как-то открыть каналы, в конце концов?

Лекарь печально покачал головой:

– Нет, если энергетику мы можем немного нарастить, то каналы разума нам не подчиняются. Их закрыли высшие силы, по своим законам. Когда-то мы пытались начать исследования в этой области, но все пришлось свернуть. Пройдут годы, но ваша дочь и в старости не изменится, если доживет до нее… К тому же… Падение энергетики делает ее неустойчивой перед нападениями из других сфер. Это очень опасно для правящей семьи. В любой момент чуждая сущность может попытаться ей завладеть.

Этого Магда не ожидала. Неужели, маленькая девочка, которая так громко кричала, и лицо которой она видела так близко, она, так похожая на мужа, больна…

Магда отказывалась верить:

– Но ведь она такая же, как другие мои девочки!

– Сейчас признаки незаметны, но уже скоро ослабление будет налицо.

– Но в чем причина?

– Вы не разбираетесь в таких вещах, это нельзя предсказать, даже мы до конца не знаем источник.

– Неужели никто и никогда не сможет вылечить это? – Магда цеплялась за последнюю соломинку.

– Увы, но это так. Бывают более легкие случаи, но Ортиза совсем обессилена.

Магда с ужасом и жалостью смотрела на доктора. Скольких он уже так вызывал к себе и сколько уже ушло оттуда, унося печальное известие в душе, как унесет его и она…

– Но, вы хотели сказать мне что-то еще?

– Возможно, это покажется диким сейчас, но я уверен, что в скором времени вы со мной согласитесь… Я хотел предложить вам оставить Ортизу на воспитание в одной из сумеречных баз. Я понимаю, как много значил для вас этот ребенок. Она пятнадцатая по счету. Другого шанса родить наследника у вас не будет. Вы должны выбрать между здоровыми дочерями и новым шансом на рождение сына, и этой девочкой. Она вашу жертву не оценит, скажу вам сразу.

Зрачки Магды расширилась:

– Нет, нет! Я не смогу отдать свою дочь, я сама буду заботиться о ней во дворце… Возможно. Со временем…

– Я еще раз повторяю, такое время не наступит никогда. Слух о рождении утаить не удастся. Единственная возможность для вас, это полный обрыв связей с ней. Все будут знать, что ребенок умер.

– Но, может быть?

Больно было видеть эту слепую надежду, но сделать ничего нельзя:

– Нет.

Магда заплакала, но тут же вспомнила про короля. Ужас от случившегося только-только обретал реальность.

– Мой муж знает о болезни?

– Пока нет.

– Что он скажет? Я не могу ему сообщить, не могу…

– Хотите, я сам скажу?

– Да, да…

Магда еще сильнее заплакала:

– Я пойду обратно…

– Идите…

– А можно… Можно мне ее принести?

– Конечно, идите и успокойтесь.

Магда уже подошла к порогу, но внезапно обернулась и с надеждой спросила:

– Может, вы что-то перепутали? Может, все проверить еще раз?

– Нет, я не ошибся. К принцессам внимание особенно пристальное, нельзя игнорировать даже мелочи.

Магда молча вышла, последняя вера в ошибку исчезла…

В ее комнате никого не было. Вскоре пришла помощница лекаря и принесла Ортизу.

Магда внимательно смотрела на девочку и не находила ничего странного в ее взгляде, движениях. Большие глаза, уже сейчас светлые, внимательно смотрели на нее. Магда испугалась этого взгляда и поднесла девочку к окну, поближе к лучам Алайи. Она зажмурилась и закричала.

«Она кричит, значит, все понимает и врачи вполне могли ошибиться… Но лекарь говорит, что это невозможно…»

– Я унесу ее, – сказала вернувшаяся на крик ребенка помощница.

– Да, да, унесите, – если все так, не нужно больше видеть этого ребенка, одним махом разрушившего мир в ее жизни.

Она, эта малышка, была самым худшим вариантом для мужа. Но при каждом воспоминании жалость все накатывала и накатывала. Одна ее половина говорила, что девочка не виновата, она может поправиться… Но разум кричал другие вещи… Никто и никогда не сможет вылечить Ортизу. Никто и никогда.

Магда пережила тяжелый день и не могла ни на что решиться…

– Вы еще не легли? – спросил заглянувший к ней лекарь.

– Нет… Я ничего не могу решить, мне ее страшно жалко, я не могу отправить ее на базу… Но завтра придет король, я не сомневаюсь, что он согласится.

– Не бойтесь вы этой сумеречной базы. Сколько детей, похожих на Ортизу, находятся там. Они вместе, прекрасно себя чувствуют, за ними осуществляется уход.

– Но они на орбите…

– Только из безопасности и для уравновешивания энергетики Великой Серрады.

Магда с надеждой вслушивалась в эти слова. Завтра придет муж и придется сдаться, отдать Ортизу. Но нужно быть хотя бы уверенной, что ей там будет хорошо. Если бы так было на самом деле…

– Что вас еще мучает?

– Я никак не избавлюсь от мысли, что девочка может вылечиться. Она станет все понимать и возненавидит меня за то, что ее отдала, отказалась… Она меня не простит…

– Не выдумывайте сказки, которых не существует. Я полностью отвечаю за диагноз, это навсегда, я уже говорил вам.

Магда снова заплакала:

– Я сейчас держала ее на руках, она выглядит, как обычная девочка. Если бы вы знали, как мне ее жалко.

– Идите спать, у вас еще будет ребенок, обязательно долгожданный наследник.

– Но ее уже не будет никогда…

– Она останется там, где ей лучше.

– Как я это проверю?

– Спите!

Но Магда не стала спать, просидев всю ночь рядом с открытым балконом и вдыхая ночной воздух. Сколько детей родилось за эти дни, и именно у нее Ортиза…

Мимо по черному небу проплывали паутинные облачка, и мелькала сеть станций на орбите Великой Серрады. Где-то там находятся сумеречные базы. Каждый раз, когда она будет смотреть на звезды, станет вспоминать дочь.

Все эти дни держалась жаркая погода, и вот, жара стала медленно спадать.

Утро следующего дня пришло.

Ближе к полудню, Магду позвали к главному лекарю, туда, где прошел вчерашний разговор.

Зайдя в белоснежное помещение, она увидела потрясенное и злое лицо мужа.

– Дамад…

– Я рассказал королю про Ортизу, и мы пришли к общему решению…

– Какому? – тихо спросила Магда.

– Я сказал, что не хочу видеть рядом с собой подобного ребенка! Такая душа не могла прийти ко мне!

– Нет, нет! Ортиза твоя, я никогда тебе не изменяла, ни на кого не смотрела, кроме тебя… Она очень похожа, только посмотри на нее…

Дамад пришел в ярость:

– Как ты можешь заявлять, что она похожа на меня? Скорее всего, это ваше, семейное. Ты – неполноценная жена, поэтому к тебе и пришла подобная душа!

– Но я не хотела тебя обидеть… Ты полюбишь ее, она очень красивая девочка…

– И, вдобавок, может притащить чуждую энергию в нашу семью! Безмозглость ей досталась от тебя, этому я не удивляюсь, но потеря энергии…

– Я ни в чем не виновата.

Слезы стекали по щекам Магды. В чем ее вина? В том, что рожала детей одного за другим и растеряла свою привлекательность? Ноги ее уже не держали, и она облокотилась на стол.

– Что ты решил? Хочешь отдать ее?

– Да, хочу. И ты обязана понять, что это необходимо. Никто не должен узнать, что у тебя был ребенок.

– Хотя бы посмотри на нее…

– Даже не собираюсь этого делать!

– Магда, вы должны согласиться, – вмешался лекарь.

– Ну, я спрашиваю в последний раз, ты соглашаешься?

Магда посмотрела в глаза мужа. На какой-то момент они показались безумными и страшными.

Она сдалась.

– Да… Но оставим ей, хотя бы имя и наш семейный оттиск на запястье…

– Ты думаешь, она вылечится, придет и скажет, что твоя дочь? Глупые надежды.

– Я согласна только при таком условии.

«Он ничего не понимает… Мне ее жалко, как только представлю дочь в более взрослом возрасте, так тут же на глаза наворачиваются слезы. Ведь я ничего не могу для нее сделать. Девочка проживет всю свою жизнь за невидимой стеной изолирования, среди таких же, как она. Жизнь, как один миг, как сон. Она не поймет, что у нее есть родители, никогда не поговорит со мной… Но, если она вылечится? Если вопреки всему возненавидит меня за предательство? Это глупо, мои пустые мысли ничем ей не помогут. У меня еще родятся дети, но ее не будет никогда.»

– Хорошо, пусть будет так, – выдавил Дамад.

– Тогда, я согласна. Но, что я думаю про все это, тебя больше не касается…

– Успокойтесь, только подтвердите ваше согласие и вы свободны. Не терзайте себя, Магда, такие случаи происходят время от времени, – снова вмешался лекарь.

Легкое прикосновение запястья к белоснежному пульту и судьба Ортизы решена.

Магда последний раз посмотрела на дочь, которая находилась в общем зале, вместе с другими детьми. Девочка спала. В этот момент мужа не было рядом и королева была совсем одна. Никто из дочерей не пришел ее навестить, жесткий контроль Дамада неусыпно сопровождал каждое их передвижение.

Пока она стояла и молча прощалась, девочка сладко спала и так и не проснулась.

Все.

Малый диск, в котором Дамад ждал ее, уже стоял у лечебницы.

Домой ехали молча. Оставив Магду около ворот во внутренний дворец, муж сказал:

– Я уезжаю, вернусь поздно.

– Куда ты?

Он не ответил. Алайа снова палила и Магда быстро зашла в ворота, где ее никто не встречал. Голова кружилась от сладкого запаха цветов. Они плелись, цепляясь друг за друга тонкими розовато-зелеными пластинками и настырно заглядывали во все щели. Вечное бедствие Серрады…

Казалось, будто все кругом кружится и уплывает из-под ног. Магда долго не могла зайти в свои покои, датчик двоился в глазах. Наконец, ей это удалось и она тут же упала на кушетку. Слезы душили.

Никогда прежде она не испытывала такого чувства всепоглощающего одиночества, никогда за всю свою жизнь боль от неосуществимости не терзала ее так сильно.

Магда не хотела этого, все должно быть по-другому. Никому не нужна, абсолютно никому… Сама виновата, во всем виновата, лекари могли ошибиться, но теперь уже ничего не поделаешь

Она больше не представляет ценности, муж будет только рад от нее избавиться, он быстро найдет другую. А ей ничего не светит, все закончилось.

Магда подошла к шкафу и достала оттуда мешочек с разными снадобьями. Ее здоровье оставляло желать лучшего. Сейчас она даже не могла точно сказать, какая болезнь проявляется сильнее. Наскоро выпив последние назначенные капсулы, она опустилась на пол.

Если ее переживания не напрасны, и девочке станет лучше… Надо оставить ей послание, иначе она просто не сможет жить дальше.

Магда достала из хрустальной шкатулки небольшой голубой кристалл и вставила его в устройство для записи. Девочка увидит ее и поймет, как тяжело далось такое решение.

Голос дрожал:

– Ортиза! Я, твоя мама, оставляю тебе это послание, потому что не верю, сомневаюсь в твоей болезни. Если ты увидишь его однажды, значит, я была права. Не обижайся на меня, моя хорошая, я не хотела тебя отдавать, но твой отец настоял на этом. Я не могла поступить иначе. Сегодня я сама заверила согласие, но не хотела этого, поверь мне, пожалуйста! Сейчас я совсем одна, король уехал и оставил меня. Ортиза, доченька, пойми, я не смогла выдержать давления, я очень слабый человек. В этом вся причина. Не знаю, выйдешь ли ты из сумеречных баз когда-нибудь, но пусть твоя судьба не повторит мою. Будь сильной, не позволяй ни одному мужчине взять верх над твой жизнью. Я все равно верю в тебя… Прощай.

С посыльным отправлять кристалл Магда не рискнула, вызвав предназначенную для личной доставки мини-станцию. Лекарь все поймет и обязательно отправит этот кристалл вместе с девочкой. Она сделала все, что могла.

Раздался стук в дверь. Мощный и громкий, он не оставил сомнений в том, кто пришел:

– Открывай, Магда!

Дамад вернулся… Его не должно быть здесь… Женщина быстро встала и открыла дверь.

– Почему так долго молчала?

Дамад просто ворвался в комнату, увидев окно распахнутым, он быстро осмотрел помещение. Его взгляд остановился на столике с записывающим устройством.

– Почему это здесь лежит? Ты не прекращаешь попыток меня опозорить?

Магда затравленно смотрела на мужа. Она не могла ничего ответить, лишь боялась каждого слова. Вечный страх, что он ее выгонит, и девочки останутся одни.

– Ты опять молчишь? – только сейчас она заметила в его взгляде проблеск сочувствия.

Магда посмотрела на свое отражение. Женщина с огромными синяками под глазами, бледная и опухшая, понятно, почему даже Дамад ее пожалел.

Так хотелось, чтобы он сказал что-то ласковое и доброе, но он никогда этого не говорил…

– Магда, не смей больше совершать неразумных поступков!

– Она так похожа на тебя…

Дамад кисло улыбнулся, но спорить не стал:

– Теперь у нас будет сын.

– Я не хочу больше детей! Не хочу!

– Зато я хочу, и на этот раз ты родишь мне здорового наследника, сколько можно!

Он уже был полон планов на будущее, ведь брошенная маленькая девочка не оставила никакого следа в его душе.

Сумеречная база. Орбита Великой Серрады.

Я проснулась и мне показалось, что окружающая обстановка изменилась. Чего-то не хватало, но чего? На какой-то миг я вспомнила яркие лучи, проникающие в глаза через ресницы, но тут же это воспоминание ускользнуло. Как я ни старалась направить мысли в нужное русло, ничего не получалось.

Кто-то должен быть рядом, но кто?

Мысли уходили и не хотели оставаться на месте. Не успев осознать одну, на меня надвигалась другая. Все забывалось, оставляя в душе лишь впечатления.

Но я четко помнила одно, что не изгладилось в памяти и будет вспоминаться всегда. Добрые глаза, наблюдающие за мной. Я чувствовала, что это был кто-то родной, но не могла вспомнить, что значил для меня этот человек.

Но почему сейчас ко мне никто не подходит, почему никого не видно?

Кругом была лишь темнота. Я попыталась в нее вглядеться, но лишь потолок слабо изменял цвета, бледные и расплывчатые. Вот и они исчезли…

Почему я тут? О чем сейчас думала? Мои мысли заблокировало. Наглухо, намертво… Единственное, что осталось, это те незнакомые глаза, их выражение… Они прощались.

Я вижу, но не могу понять, все ускользает и забывается, потом по кругу, снова и снова. Руки… Где мои руки?

Мне захотелось посмотреть на них, но ничего не получалось. Ладони, спеленатые туго-претуго, не хотели освобождаться.

И тогда я закричала от неизвестного ужаса, от того, что не могу быть свободной, от окружающей неизвестности и странного, словно заторможенного состояния. Хотелось говорить, но ничего не получалось, и я кричала, кричала, долго и напрасно, никто не приходил. Но я все звала и звала, стараясь заглушить своими криками ужас от окружающей темноты и молчания.

В ответ, рядом раздался другой детский крик, слабый и тихий, по сравнению с моим голосом. У меня из глаз потекли слезы, голова сильно болела, но никто не шел. Я почувствовала, что слабею и напрасно зову, но уже не могла остановиться.

Вспыхнул яркий и резкий белый свет, вошла женщина в темно-красном костюме.

– Никогда бы не согласилась здесь работать… Вечно орут и орут, когда это закончится…

Я продолжала всхлипывать, надеясь, что пришедшая освободит мои руки.

– Новенькая всех разбудила… Мокрая, что ли?

Я хотела объяснить, что плачу по другой причине, но не могла.

Женщина подошла, грубые руки встряхнули меня, и я закричала еще громче, зовя свою память и понимая, что в ней скрыто и навсегда оставлено в прошлом, то родное, что было готово помочь.

Первые впечатления, что подарила мне жизнь, были далеко не самыми приятными.

Одежду сменили:

– И, чего орала? Все сухое… Скорее бы закончились мои дни здесь и назад, на Серраду…

Я молчала и слушала, глядя женщине в лицо. Заметив мой взгляд, она почему-то смутилась, отвернулась и ушла.

Комната снова погрузилась в темноту. Теперь я боялась кричать, чтобы опять не пришла та женщина с ее грубыми руками и тоскливым голосом. Никто меня не видел и никого рядом не было, кроме нескольких рядов кроваток с подмигивающими датчиками. И тут меня осенило, когда-то я спала совсем на других подушках, мягких и блестящих, украшенных рисунками и белоснежных. Мне показалось, что во сне я снова их увижу, так я провалилась в сновидения.

Когда снова открыла глаза, комната была наполнена синеватыми огнями, они сотней маленьких полосок бегали по детским кроватям. Очень красиво… Вошла женщина, тоже в красноватом костюме, но совсем другая и подошла ко мне.

Взгляд был добрым и серьезным, я даже захотела протянуть руки, они были все также стянуты. Женщина принесла с собой небольшой цилиндр с жидкостью белого цвета и наклонила его ко мне:

– Пей…

Я попробовала. Сладкий напиток в этом цилиндре был вкусным и сблизил меня с этой незнакомкой. Хотя бы какое-то внимание.

–Ты должна выпить всю норму, хочешь, или нет.

Только после того. как я все выпила, она направилась к другим детям. И тут я обратила внимание, что таких женщин несколько. Они ходили между рядами с детьми, кормили их и беседовали между собой. Но, все-таки, эта гостья была лучше той, другой…

Напоив всех детей, незнакомка присела рядом с моей кроваткой:

– Я расскажу тебе легенду об Ондро… Все дети ее знают, вот, послушай…

Казалось, я что-то понимала, но смысл тут же терялся.

– Маленькая ты еще… Потом поймешь… Ондро был великим основателем этих мест. Когда-то он прилетел сюда вместе со своей женой Алайей, в ее честь и названа наша звезда…

К кроватке подошла другая няня:

– Опять ты, Магда, им читаешь, они же тебя не понимают, зачем тратить время?

– Ты видела информацию о новенькой?

– Да, ничего особенного.

– Я еще не успела взглянуть. Мне их жалко, когда сидишь рядом, то понимаешь, что они еще, как чистые сосуды, необыкновенно наивные…

Женщина фыркнула:

– Не выдумывай, просто у тебя своих детей быть теперь не может.

– Да, ты права. И напомнила мне в который раз…

– О твоем приговоре знают все. Так ты идешь с нами?

– Нет, я пока останусь.

Я понимала отдельные слова, но больше чувствовала их.

– Раньше я читала другим детям, теперь они выросли, и появилась ты. После тебя придут другие, им тоже буду рассказывать эту историю… Сейчас мне не с кем даже поговорить, кроме тех, кто безмолвен. Всегда есть надежда, что вы когда-нибудь оцените мои рассказы.