Браконьер

Пролог

Старенький «мерс» сто двадцать четвёртой серии мерно тарахтел дизельным двигателем. Я сидел за баранкой, держа на ней обе руки. Сейчас главное – не дёргаться и спокойно миновать КПП, потому как в моём багажнике покоится расчленённое тело, бережно упакованное в несколько мусорных мешков.

– Кто такой? – посветив мне фонариком в лицо, поинтересовался привратник.

Двое других стояли за его спиной, направив оружие в мою сторону. Позы расслабленные, но я-то знал: стоит только дёрнуться, как из меня сделают решето.

– Человек, – буркнул в ответ я.

– Так что же ты, человек, в такое время по улицам колесишь? – усмехнулся охранник.

– Думал, до заката успею, – пожал плечами я.

– Не успел, – хмыкнул мужик в камуфляже за его спиной.

– К нам с какой целью? – поинтересовался привратник.

– С торговой.

– Купец, стало быть? – растянул губы в улыбке он. – А где же тогда товар прячешь?

– На разведку приехал, – продолжил я выдавать заученную заранее легенду. – Слыхал, вы здесь мукомольный запустили.

– Есть такое дело, – самодовольно кивнул он. – А звать-то тебя как?

– Брак, – ответил я.

– Странное погоняло, – опять прицепился он. – Хорошее дело браком не назовут.

– Слушай, командир, – поморщился я. – Ты меня что, из-за нелепой погремухи мурыжить будешь? Я весь день за баранкой, колесо ещё это, чёрти его задери. Устал как собака, ей-богу не до разборок.

– Ладно, не гунди, – усмехнулся он. – На вот, подержи малёсь.

Привратник сунул мне в ладонь серебряную плюху. Я без проблем принял её и даже пальцы сжимать не стал, показывая, что этот благородный металл не причиняет мне никакого вреда. Привратник, убедившись, что я и в самом деле человек, как-то сразу расслабился. Мужики за его спиной даже стволы опустили.

– Я думал, в «крепы» сейчас всех без разбора пускают? – произнёс я, возвращая плюху обратно.

– Это для проформы, – отмахнулся он. – Всех изменённых теперь под строгий учёт брать принято, будь они неладны!

– И много у вас таких?

– Да штук с двадцать будет.

– Не боитесь с людоедами под одной крышей жить?

– Ой, молчи, – вздохнул он. – Вот такие нынче времена. Ладно, ты езжай, токма в юго-западный район не суйся. Мы их там селим, чтоб подальше от людей.

– Эт правильно, – ухмыльнулся я и, врубив первую передачу, тронул машину с места.

Проехав чуть дальше по улице, свернул вправо, к стене. Где-то здесь должна располагаться котельная. Туда-то мне и нужно. Местный кочегар оказывал понятные услуги: избавлял таких, как я, от проблем по типу тех, что сейчас находились в моём багажнике. Дело недешёвое, но лучше опустошить кошель от серебра, чем становиться к стенке за браконьерство.

Уже в который раз жизнь сделала крутое пике, и если раньше моя профессия вызывала уважение, то теперь внезапно попала под строжайший запрет. И никто не объяснил – почему. Никто не спросил, хотим ли мы такого соседства. Однако нам чётко и ясно дали понять, что за убийство изменённого нас ожидает смертная казнь.

Но жить как-то надо. А с тех пор, как мы заключили мир с людоедами, чёрное сердце подпрыгнуло в цене так, что за него платили три полных веса серебром. И с каждым днём цены только росли, потому как спрос никуда не делся. А вот с предложением дела обстояли довольно туго.

– Есть кто живой? – спросил я, сунувшись в душное помещение кочегарки.

– Смотря кто спрашивает? – раздался голос слева от двери.

Я заглянул за створку и невольно усмехнулся, уставившись в тёмные провалы стволов обреза. Кочегар оказался не так-то прост. Он установил кресло таким образом, что его прятало дверное плотно. То есть любой вошедший тут же оказывался на линии огня, но при этом самого стрелка ещё даже не видел.

– Я от Макара, – обозначил свою позицию я.

– Ясно, – кивнул мужик, но обрез опускать не спешил. – И как он?

– Всё так же, – усмехнулся я. – Ноет всем и каждому, как сильно его беспокоит картечь в заднице.

Похоже, проверку я всё-таки прошёл, потому как кочегар отпустил взведённые курки и поставил обрез к стене, рядом с креслом, в котором сидел.

– Что там у тебя?

– Мясо, – ответил я.

– Так заноси, нечего там светиться.

Я кивнул и выскочил на улицу. Машину я загнал во двор, подальше от посторонних глаз. Но всё равно прежде чем распахнуть багажник, осмотрелся. Заострив особое внимание на стене, с которой открывался чудный обзор на внутренний дворик котельной. И только убедившись, что рядом нет посторонних глаз, быстро выудил шесть плотных мусорных мешков, которые чуть ли не бегом перетаскал в кочегарку. Мужик уже стоял у котла с распахнутой настежь топкой.

– Ну чего встал? – недовольно пробурчал кочегар. – Я, что ли, их туда закидывать буду?

– Да я думал…

– Ты поменьше думай, побольше делай! Швыряй, говорю.

– Все сразу, что ли?

– Нет, ёпт, по одному сопли жевать будем. Да не тормози ты!

– Так вонять же будет.

– Оно хоть так, хоть эдак – а без вони не обойтись.

Пожав плечами, я перекидал мешки в топку. Мужик тут же взялся за лопату и щедро присыпал куски тел углём из ванны, который за каким-то хреном лежал там, залитый водой. Затем он закрыл топку и на несколько секунд прибавил обдув. После чего бросился к вентилям, где несколько раз повернул колесо задвижки. Замерев у манометра, он удовлетворительно крякнул и вернулся обратно в кресло. Я же остался возле котла, наблюдая в небольшой глазок за тем, как огонь пожирает тело изменённого.

– Да не боись, через час там даже костей не останется, – заверил кочегар. – Чайку́?

– Не откажусь, – кивнул я и уселся напротив, на скамью у крохотного журнального столика.

– Полтинник с тебя, – бесцеремонно заявил кочегар, наливая мне бледный, но очень душистый чай в кружку.

– Угу, – кивнул я и выудил из кармана перехваченную резинкой связку из пяти серебряных прутков.

– Надолго к нам?

– Проездом.

– Ясно. Значит, мимо.

– Не понял? – приподнял брови я.

– Не бери в голову.

– Я могу и задержаться, если надобность есть.

– Может, и есть, – неопределённо пожал плечами мужик.

– Так ты говори, чего надо?

– Тебя как звать-то?

– Брак, – уже второй раз за сегодня представился я.

– А я Митрич. – Он протянул сухую, пропитанную угольной пылью ладонь. – Ты чай-то пей, он полезный. Я сам травы собирал.

– Угу, – буркнул я в кружку, как раз делая глоток.

– А почему Брак-то?

– Из-за фамилии. Барков я. А Брак как-то само прилипло, со школы ещё.

– Ясно. Ну так тебе подходит, – хмыкнул Митрич. – Ты ж нынче – браконьер?

– Выходит, что так, – ответил я.

– Не боишься?

– Кого? Морзе, что ли? Или ублюдка его, щенка этого?

– О как, – скорчил рожу кочегар. – Он, вообще-то, герой.

– Герой – на жопе геморрой, – передразнил Митрича я. – В очко пусть меня поцелует, герой хренов. По-твоему, это нормально, что мы людоедов в крепости пускать стали?

– Сидел бы ты сейчас здесь, если бы я так думал, – резонно заметил он.

– Так что за работа?

– Заехал к нам тут один, на прошлой неделе. Инженер бывший, а может, и нынешний. Мукомольный запустить хотят. Только с его появлением здесь люди пропадать стали, а девятый отдел даже не чешется. Всем насрать, – в сердцах отмахнулся Митрич. – Он, видите ли, шишка важная. Тьфу! В общем, доказать ничего не можем, а за самоуправство сам знаешь что нынче бывает. Ну так что, возьмёшься?

– Я же не киллер какой? – усмехнулся я.

– Чего? – прищурился Митрич.

– Я говорю…

– Да я слышал, не глухой. – Он изменился в лице. – Вали давай отсюда!

– В смысле? – опешил я от столь резкой смены настроения.

– Вали, говорю, пока я в тебе дыр не наделал. – Кочегар потянулся к обрезу. – Ещё раз тебя здесь увижу, дружине сдам!

– Придурок, – выдохнул я и поднялся со скамьи.

– От придурка слышу, – огрызнулся он и для убедительности взвёл курки.

– Да ухожу я, ухожу, – примирительно подняв руки, ответил я.

Выйдя на улицу я лишь усмехнулся и, вставив в зубы самокрутку, чиркнул бензиновой зажигалкой. Горький дым ворвался в лёгкие, вызвав приступ кашля. Слишком уж крепкий табачок попался, никак не привыкну.

Я выглянул из дворика и, осмотрев пустынные улицы, забрался в салон машины. Немного поёрзал, устраиваясь поудобнее, и снова усмехнулся.

Такое со мной произошло впервые. Как правило, я стараюсь не мозолить глаза и работаю сам по себе. Отыскал одиночку, взял всё, что нужно, избавился от тела и скинул товар Макару. Получив своё, так же тихо продолжил искать следующего. Но на этот раз система дала сбой, начиная со сделки с Макаром.

Во-первых, он взял товар не торгуясь, что само по себе выглядело подозрительно. Во-вторых, ни с того ни с сего принялся допытываться, куда я тела деваю? А затем вдруг порекомендовал эту крепость, рассказав про кочегара.

Нет, тема-то хорошая. Но, похоже, здесь было что-то ещё. И теперь-то я понимаю, что именно.

Макар – тот ещё хлюст. Не удивлюсь, если он решил совместить приятное с полезным. Наверняка и денег вперёд взял за посредничество. За ним не заржавеет. Вот только рискованно это…

– А-а-а, чем чёрт не шутит! – выдохнул я и, выбравшись из салона, направился обратно в кочегарку. – Эй Митрич, не пальни там сдуру.

– Я тебе русским языком сказал…

– Да погоди ты, не ори как собака. – Я вошёл внутрь и прикрыл за собой дверь. – Ты уверен, что это инженер?

– Да пёс их знает, чертей этих, – пожал плечами Митрич. – Может, кто из людей его. Факт остаётся фактом: как только они в нашу крепость приехали, у нас уже двое сгинуло.

– А дружина что говорит?

– А ничего, – развёл руками кочегар. – Может, сами куда ушли, а может, и за стенами случилось чего. Они, знаешь ли, только за безопасность в периметре отвечают. В общем, нет тела – нет дела. Вот прям как у тебя, хе-хе.

– Они сейчас на заводе?

– Типа того. Всё налаживают что-то.

– Ясно, – кивнул я. – Ну ты, если что, печку-то не гаси.

– А ты не за меня волнуйся, а за дело своё. А уж мы в долгу не останемся.

– Мы – это кто?

– Не твоего ума дело, – огрызнулся Митрич. – Всё, вали давай, нечего от работы отвлекать.

– А у тебя когда следующая смена?

– В следующей жизни у меня смена, – усмехнулся кочегар. – Я живу здесь.

– Замечательно, – улыбнулся я. – Ну бывай, даст бог – скоро свидимся.

– Балабол, – отмахнулся Митрич и уткнулся в книгу, намекая, что разговор окончен.

Я вернулся обратно, за руль и снова вставил в рот самокрутку. Тихонько выругался, вспоминая, что и минуты не прошло, как я выбросил окурок, и убрал сигарету обратно в портсигар. Некоторое время я так и сидел, в задумчивости барабаня пальцами по рулю.

– Ладно, – выдохнул я. – Если что не так, у меня есть где схорониться.

Двигатель послушно затарахтел и я повёл машину к ближайшей гостинице. Завтра днём осмотрюсь, с людьми пообщаюсь. А там видно будет: браться за это дело, или лучше не рисковать. Очень уж сильно от него подставой пованивает. Но и руки чешутся. Это ведь как-то несправедливо выходит: за каждого изменённого девятый отдел носом землю роет, а как дело до людей – так их оно не касается? Нехорошо. Слишком быстро они забыли, сколько дерьма приключилось с тех пор, как объявились эти твари. А вот я помню, порой даже слишком хорошо…

Глава 1

Пир

– И в кого ты только такой жадный! – выкрикнул из прихожей Колян. – Ещё брат называется. Мазут ты и есть!

– А по сопатке?! – выглянул из кухни я.

– Ну займи косарь, у тебя же есть, я знаю, – снова заканючил он.

– А ты не пробовал на работу устроиться?

– Вообще-то, я работаю.

– Нет, Колян, из нас двоих работаю я, а ты онанизмом занимаешься.

– У меня стартап, – парировал брат. – Просто ты тупой и ничего не понимаешь. Вот придёт моё время, и ты сам у меня будешь взаймы просить.

– Когда уж оно только соизволит, – усмехнулся я.

– Ты дашь косарь или нет?

– Нет.

– Мазута ответ! – крикнул брат и поспешил выскочить на площадку, чтобы избежать подзатыльника.

– Вот же придурок, – пробормотал я, глядя на закрытую дверь. – Фрилансер хренов. Лучше бы хоть сторожем каким приткнулся. И наградил же бог братцем – врагу не пожелаешь.

Нет, на самом деле я его любил. Но вот эти его закидоны? А всё мать виновата, земля ей пухом. Слишком уж сильно его опекала, всегда ставя брата мне в пример. И это несмотря на то, что он младший.

Я-то что? Учился средне, если не сказать – и того хуже. Перебивался с двойки на тройку, пока наконец страданиями матери и учителей не выпустился. Затем ПТУ, притом лишь бы как бы… Армия, контракт сдуру ещё подписал в надежде на лучшую судьбу…

А когда вернулся домой, получил приглашение на работу в органы. И отказался, о чём сейчас иногда даже жалею. Но время такое было – ментом работать западло. Сейчас, в общем-то, тоже не фонтан, но там хотя бы платят хорошо, а работа – не бей лежачего. С другой стороны, наверняка я этого не знаю. Везде хорошо, где нас нет.

А вот Колян у нас надежда и опора. Не пьёт, ни курит, как в дневник ни заглянешь – сплошные пятёрки. Даже в ВУЗ своим умом поступил, да на бюджетной основе. И профессию-то модную выбрал: программист чего-то там. Ну и кому оно, на хрен, надо в нашем зажопинске? Сидит вон второй год за монитором, хоть бы копейку в дом принёс.

Нет, может, я действительно чего не понимаю? Но, чёрт возьми, не так-то просто на зарплату автомеханика двоих тянуть!

И как объяснить, что я ему добра желаю? А у него только гулянки и бабы на уме. Хотя от последних и я бы не отказался. Женской руки в нашем доме сильно не хватает. Вот только некогда мне. Да и не горят они желанием прыгать в объятия чумазого автослесаря, хоть и не самого бедного. Всем сразу бизнесмена подавай, а ещё лучше – олигарха. Так и живём.

В армию ему надо, там-то он быстро жизнь прохавает. Вот только ВУЗ он закончил с военной кафедрой, съездил пару раз на сборы наверняка таких же придурков, как и он сам, – и вся недолга. Короче, куда ни кинь – всюду клин…

На столе затрезвонил телефон, вырывая меня из размышлений о жизни.

– У аппарата, – двинув ползунок на экране, отозвался я.

– Ты где, мать твою, ходишь?! – минуя приветствие, раздался возмущённый вопрос.

– Здрасьте, – с сарказмом произнёс я. – У меня выходной, вообще-то.

– Какой, на хрен, выходной? Я тебя уже минут сорок у гаража жду. Ген, ядрёна вошь, мы же договорились!

– Ёпт, точняк. Извини, братан, совсем из башки вылетело.

– Дать бы тебе по башке этой, – впрочем, уже беззлобно отозвался приятель. – Бегом сюда, пока тебе ворота матерными словами не разукрасил.

– Ща буду, – бросил в трубку я и отключил вызов.

Быстро переодевшись, я схватил ключи от машины и выскочил в коридор. Машинально похлопал себя по карманам, убедился, что ничего не забыл, и только затем захлопнул дверь. Галопом, перепрыгивая через три ступени сразу, я спустился до третьего этажа, где замер в недоумении. Столько людей в форме я видел разве что у отделения полиции.

– Стоять, – тут же придержал меня ладонью в грудь наш участковый. – Фамилия?

– Заварзин, ты чего, в глаза долбишься? – усмехнулся я. – Или у тебя деменция в самом разгаре? Одноклассников уже не помним?

– Тьфу, Брак, ёпрст, ты что ли?

– А чего случилось то? – Я с любопытством заглянул ему через плечо.

– Да чёрт его знает, – пожал плечами он. – Вроде как убийство.

– Иди ты?! – Я выпучил глаза от удивления. – А почему вроде?

– Заварзин! – раздался гневный возглас из квартиры. – Тебе чё делать велено?!

– Да я как раз свидетеля опрашиваю, – крикнул он и, сделав очень серьёзное лицо, уставился на меня.

– Э-э-э, нет, Олежа. – Я выставил руки перед собой. – Давай только без этого дерьма. Меня, вообще-то, люди ждут.

– Ничего, подождут пять минут, – поморщился он. – Мы быстро, в двух словах: что видел, что слышал…

– Знаю я ваше быстро. Ща… – Я выудил из кармана телефон и вызвал приятеля, который уже вторую неделю никак не мог попасть ко мне на ремонт.

– Але, – раздался раздражённый голос из динамика. – Только не говори, что ты не сможешь. Я тебе точно все двери собачьим дерьмом измажу.

– Вань, ты скинь ключи соседу, я как всё сделаю, тебя наберу. Не поверишь, меня менты приняли…

– Брехло, – усмехнулся Заварзин.

– Помощь нужна? – поинтересовался Иван.

– Да не, тут ерунда, как свидетеля подтянули. Всё сделаю сегодня, не переживай.

– Лады, а то я завтра в престольную собирался.

– Всё, до связи, – бросил я и, отключив вызов, уставился на участкового. – Ну давай, доставай там свои протокольчики.

– Кстати, там братан твой в понятые попался, – хмыкнул Олег, вжикнув молнией на папке.

– Во, заодно прикройте его на пару суток, чтоб мозги на место встали.

– Всё, хорош зубы сушить, давай по делу…

Дальше понеслись стандартные вопросы: где был со стольки до стольки, кто может подтвердить? Слышал ли чего-нибудь подозрительное? Знаю ли пострадавших, и так далее и тому подобное. В общем, как я и предполагал, опрос затянулся минут на сорок вместо положенных пяти. Всё это под запись и естественно подпись.

К слову, я действительно ничего не слышал, потому что спал как убитый. Вчера в гараже до двух часов ночи ковырялся, чтобы с чистой совестью на выходной отвалить. Ну и, как назло, забыл, что договаривался с утра Ваньке задние суппорта поменять. Дел там немного, если, конечно, шланг легко открутится. А в этом я сильно сомневался, потому сразу наказал взять новые. В случае чего обратно в магазин сдать недолго. Ну это ладно, разберёмся.

А вот у соседей действительно произошло что-то странное. Жили здесь Никитины, молодая семья с матерью. Пацана я знал давно, он ровесник моему брату. В детстве они вроде даже дружили, а затем между ними какая-то собака пробежала, даже здороваться перестали. Я не лез, потому как дело это не моё. Но по слухам знал, что поцапались они из-за девчонки. По факту, это ей бы в рыло дать нужно, сама с обоими пацанами замутила. Но получилось так, как получилось.

Возможно, это был странный выбор, но Никитин в итоге на этой подруге женился, притом давненько, как бы не соврать, уже года полтора прошло. Парень он неплохой, работает в магазине бытовой техники. Зарплата там, конечно, с гулькин нос, так что о своём жилье можно забыть. А вот супруга ему досталась…

Впрочем, исходя из её поступка и так ясно, что там за мадам. Частенько домой возвращается за полночь. То в кабаке её с подругами увидят, то в клубе местном на танцульках. И вроде всё у них там чинно и благородно, то есть в изменах замечена не была, однако из-за этих гулянок в молодой семье периодически возникают скандалы. Что конкретно произошло вчера ночью, сказать не может даже мать, которая и вызвала полицию.

Работает она в котельной оператором, сутки через трое. Хотя вроде как сейчас им график поменяли, и теперь там сам чёрт голову сломит, как у них смены распределяются. Однако ночные никуда не делись, и вчерашнюю ночь она провела на работе. А когда вернулась домой, обнаружила огромную кровавую лужу под кухонным столом. После чего и позвонила в полицию.

Как сказал Заварзин, такая кровопотеря несовместима с жизнью, вот только тела нигде не было. Подключив логику и дедукцию, он также сделал вывод, что это молодой муж в приступе ревности завалил супругу. После чего скрылся с места преступления, забрав с собой тело пострадавшей с целью от него избавиться.

Ну ей-богу детективов пересмотрел.

В его версии я сильно сомневался, так как знал соседа и был на двести процентов уверен, что тот на такое не способен. На это Олег посмеялся и сказал, что я хреново разбираюсь в людях. А затем мы распрощались, и я отправился в гараж, который уже давно стал автомастерской.

Работы хватало, да так, что продохнуть некогда. По первому времени я ещё на заводе работал, тоже слесарил. Но когда у ворот гаража скопился целый автопарк, состоящий в основном из мертвецов, решение заниматься только машинами родилось само по себе. И я не прогадал. Отбоя от желающих попасть на приём именно ко мне хватало с запасом. Впору совсем из ямы не вылезать. Я даже ценник несколько раз прибавлял, надеясь отбрить хотя бы часть посетителей. Да где там? Вздыхают, бормочут, но всё равно едут.

Мой гараж находится недалеко от бывшего завода, где когда-то производились маленькие станочки для школ и ПТУ. Естественно, в девяностые он, как и многие другие, не выдержал перестройки и вскоре сдулся. Какой-то ушлый бизнесмен его выкупил и превратил бывшие цеха в склады. На один из них я и направился.

– Здорова, эмигранты! – поприветствовал я хозяев овощного склада.

– О, Геннадий, – широко улыбнулся Шавкад, по национальности узбек, хотя на русском изъяснялся чётко, без акцента. – Зачем так говоришь? Какой я тебе эмигрант?! Все мы из одной страны вышли…

– Да я шучу, – на всякий случай обозначил я. – Мне тут ключи должны были оставить.

– Да, заходил человек, – кивнул Шавкад и, заглянув в будку, которая исполняла роль кассы, подхватил со стола небольшую связку. – А ещё он тебя редиской обозвал, что бы это ни значило. Тебе яблок дать?

– Ну их, – отмахнулся я. – Потом если только. Хочу побыстрее с делами разобраться и на речку свалить. Жарища сегодня, с утра уже на голову давит. Возьму пивка холодного…

– Эй, хватит, а?! – возмутился Шавкад. – Зачем душу травишь?! Иди уже, редиска.

– Ха-ха-ха, – грохнул от смеха я и, позвякивая ключами, перебежал через дорогу.

***

Пораньше закончить не получилось. Как специально, шланги не желали откручиваться ни с одной стороны. И если на суппортах я их нещадно обрезал, то со стороны трубок такой номер не прокатит. Пришлось греть, брызгать ВДшкой и снова греть. Левая сторона с горем пополам пошла, а вот правая так и не захотела. И чтобы окончательно всё не разворочать, пришлось идти на хитрость.

Я отпилил трубку у самой гайки, затем, в тисках, всё аккуратно раскрутил и, вернув гайку на место, снова развальцевал трубку. Операцию можно было смело назвать «гинекологической», так как подлезть нормально не получалось. А разбирать подвеску было лень. Впрочем, она-то меня и сгубила. Ведь проще было освободить место, чем выделываться не пойми как.

В общем, когда я закончил, время уже перевалило за пять часов. На речку ехать расхотелось, а вот побаловать себя холодненьким пивком – нет. На этот случай у меня в углу как раз здесь стоит холодильник. Я выгнал из гаража Ванькину машину и закатил свою. Только после этого открыл банку тёмного и расслабленно развалился в кресле.

Со стороны центра города уже доносилась музыка. Я даже на мгновение задумался: а с чего вдруг, пока не вспомнил, что сегодня День молодёжи. Ну вот и славненько, вместо речки прогуляюсь на праздник. Нужно только Ваньке позвонить, чтобы он свой тарантас забрал. Заодно и меня до дома подбросит.

Выудив телефон, я крепко выругался. То-то у меня сегодня день выдался спокойный, ни разу никто не позвонил. Оказывается, он у меня тупо сел. Пришлось отрывать задницу от кресла, чтобы воткнуть в мобильник провод зарядки. Выждав несколько секунд, чтобы в батарейку набежало хоть немного энергии, я зажал клавишу включения. Дождался когда отыграет тупая стартовая мелодия, а затем с кривой ухмылкой принялся наблюдать за летящими СМС-сообщениями о пропущенных звонках.

Естественно, читать я их не стал. И уж тем более – каждому перезванивать. Кому надо – те найдут. Меня интересовал только Ванька.

Однако не успел я его вызвать, как на экране высветилась надпись входящего звонка. Номер у меня записан не был, но трубку я всё равно снял. Мало ли, вдруг кому по знакомству контакт скинули, а лишних клиентов не бывает.

– У аппарата, – бросил привычную фразу я.

– Заварзин, – сухо представился участковый. – Ты чего вне зоны весь день?

– Трубка села, – спокойно ответил я. – А что?

– Теперь уже ничего. Завтра как, сможешь в отделение подъехать?

– Пф-ф-ф, – с шумом выдохнул я. – Вот как знал, что добром твоё свидетельство не закончится.

– Ой, да хорош ныть. Тут дел на пару минут…

– Ага, как с опросом. А без меня никак?

– Ген, ты дурак, что ли? Не, как хочешь, конечно, я могу и повесткой вызвать.

– Да что там такое случилось-то? Я ж тебе всё рассказал…

– То мне, а то следователю. Короче, завтра к десяти в отдел, понял?

– Утра?

– Нет, ёпт, ночи! Брак, хорош тупить!

– Ты на праздник идёшь?

– Ага, бегу аж волосы назад, – с усмешкой произнёс Олег. – Мне теперь с бумажками до ночи ковыряться.

– Кстати, завтра же воскресенье? – вспомнил я.