Гниль

Глава 1

Глава 1.

Мечты

Надеялись ли остатки человечества на то, что мертвецы не переживут зиму? Однозначно — да. Но этого не случилось. Мало того, зомби даже не замедлились, словно им было плевать на мороз. Вместе с тем ситуация скорее осложнилась из-за снега, под которым не удавалось заметить мертвяка, готового наброситься на случайного путника. Плюс он скрипел, что тоже не способствовало безопасности.

И всё же наибольшую опасность представляли живые люди. Отсутствие сдерживающих факторов, постоянный голод и страх заставляли выживших идти на самые гнусные поступки. И это несмотря на то, что многие из них в прошлом считали себя хорошими и даже добрыми людьми. Так что говорить о тех, чья совесть и не думала просыпаться?

И пока те, кто хоть как-то старался помочь ближнему, погибали, спасая детей и женщин из окружения мертвецов, разная мразь набирала силу. Им не требовалось оборачиваться назад и переживать о неверных поступках. Где-то жрут беременную женщину? Да насрать! Подождём, пока её доедят, а затем обыщем пухлую сумку, в которой наверняка есть что-нибудь ценное. Преследует толпа голодных зомби? Замечательно! Сейчас бросим им под ноги раненого товарища, и пока они обгладывают ему лицо, спокойно свалим в безопасное место.

Но Игорь и люди, которых он собрал вокруг себя, были гораздо страшнее всех этих имбецилов. Вожака этой стаи интересовала исключительно власть. И он был готов пойти на всё, чтобы её заполучить. Тем более в мире больше не осталось материальных ценностей, разве что еда и вода. Но с последней особых проблем не возникало. А что до еды? Так мясо — оно и в Африке мясо. И плевать, что оно передвигается на двух ногах и умеет разговаривать. Вот только в последнее время отыскать даже этот питательный белок становилось всё сложнее.

— Там, впереди по дороге, вроде какое-то поселение есть, — доложил Шуко, вернувшись с дозора.

— Вроде или есть? — поморщился Кочетков.

— Да есть, есть, — закивал цыган.

— Осталось спиздить и прине́сть, — прокомментировала Марго. — До хуя там народа?

— Не знаю, мы не считали, — пожал плечами Грек. — Да нам не похуй?

— Квадрат, — обернулся к приятелю Игорь. — Сгоняй с ними, посчитай людей.

— А чё я-то сразу? — выпучил глаза здоровяк. — Или эти долбоёбы считать не умеют?

— Хули ты ноешь вечно? — вступила в разговор Марго. — Пиздуй уже. Жрать охота, аж переночевать негде.

Троица разведчиков ушла. Остальные расположились на привал. Марго со скучающим видом ковырялась в носу, вытирая козявки о свежую майскую траву. Игорь задумчиво наблюдал за Долбоёбом. С того дня, когда они впервые познакомились, мертвяк изменился до неузнаваемости. Некроэволюция вернула ему человеческое обличие и наградила невероятной силой и ловкостью. Если бы не сильно раздавшиеся челюсти, образующие непропорционально огромную пасть, он бы совсем не отличался от других. Ну и когти, которыми заканчивались пальцы. Странные, слегка изогнутые. Да и росли они не как у всех, а заменили подушечки. В остальном — самый обыкновенный человек. Даже говорить научился, хотя голос по прежнему оставался сиплым, будто после простуды.

А ещё Игоря всё так же волновал один немаловажный факт. Марго окончательно вышла из-под контроля его силы. И как Кочетков ни старался, Долбоёб не желал возвращать всё обратно. Не помогал даже усиленный рацион из человеческих мозгов. Хотя на фоне всех остальных умения Кочета находились вне их досягаемости.

— Бля, чё они там так долго? — не выдержала Марго. — Пидорскую вечеринку, что ли, закатили?

— Да они ушли только пять минут назад, — гнусавым голосом произнёс Пудель.

— Ебальник захлопни, — огрызнулась Марго и уставилась в небо. — Хоть бы псина какая пробежала. У меня сейчас желудок сам себя сожрёт.

— Да откуда здесь псине взяться? — продолжил рассуждать Пудель. — Глухое место, пиздец. Здесь даже ни одного трупака нет, все вымерли к хуям.

— Есть, — прошипел Долбоёб и указал пальцем куда-то вправо. — Там. Другой. Следит.

— Ахуеть! — подорвалась Марго. — И ты говоришь нам об этом только сейчас? А если он нам пизды даст?!

— Нет, — покачал головой Долбоёб. — Боится. Слабый. Ждёт.

— Давно он за нами идёт? — нехотя уточнил Игорь.

— Три дня. Ждёт.

— Чего ждёт-то? — уточнила Марго. — Когда мы ему ебальник сломаем?

— Он один? — продолжил допытываться Кочетков. — Или с ордой?

— Один. Голодный. Слабый, — повторил Долбоёб.

— Хуй с ним тогда, — отмахнулся Игорь и снова развалился на траве.

— Э, что значит — хуй с ним?! — возмутилась Марго. — Мне эта ёбань не нравится.

— Потом разберёмся, — сухо обрезал Кочетков. — Поселение важнее.

— А если он нам в спину ударит? — предположил Пудель.

— А если мы нашумим, когда его ловить станем? — парировал Игорь.

— Ну так-то да, — согласился кудрявый.

— Блядь, там ребёнок, что ли, какой? — прищурив глаза, уставилась куда-то за деревья Марго.

— Тебе мерещится, — присмотрелся к тому же месту Пудель.

— Хуещится, — огрызнулась девушка и приподнялась на локтях. — Ебать! Да она живая, по ходу.

— Она? — покосился на подругу Игорь.

— Ну да. Девочка, лет десять на вид, может, меньше. В платьишке таком, в горошек.

— Я ни хуя не вижу, — буркнул Пудель.

— Ну ясен хуй, она уже съёбнула потому что. Или ты чё, ждал, что она сейчас к нам подбежит? Мы выглядим как говночисты еба́ные. Я проверю...

— Стой. — Кочет попытался остановить подругу, но Марго лишь раздражённо отмахнулась и скрылась за деревьями. — Долбоёб, присмотри за ней, — попросил Игорь.

Мертвяк шмыгнул в чащу с такой грацией, что Кочет невольно почувствовал укол зависти. Было в движениях мертвого товарища нечто такое, присущее хищнику. Гибкость, скорость, осанка. К тому же он исчез в подлеске совершенно бесшумно, даже веточка не хрустнула, в отличие от Марго, которая продиралась через кусты, будто слон в посудной лавке.

На некоторое время повисла тишина. Лес вокруг действительно казался вымершим, даже птицы — и те молчали. Что-то хрустнуло вдалеке, и округу озарил пронзительный крик:

— Блядь, Долбоёб! Ну на хуя?!

Спустя пару минут на поляну выбрались Марго с виновником торжества. Последний нёс на плече трупик девочки, которая и в самом деле была одета в платье, усыпанное ярким зелёным горошком. Мертвяк бесцеремонно сбросил девочку с плеча и снова отошёл на край, прислушиваясь к окружающим звукам. Марго уселась на своё место и покосилась на тельце. Пудель не спеша поднялся, вытянул нож и с задумчивым видом обошёл девочку, прикидывая, с какого места лучше начать.

— Ты чё делать собрался? — поморщилась Марго, обращаясь к приятелю.

— Ужин готовить, — пожал плечами он. — Подай рюкзак, там у меня верёвка должна быть.

— А верёвка тебе на хуя? — не поняла Марго.

— Ща увидишь, — хмыкнул он и принялся копаться в сумке, которую бросила к его ногам Марго.

Минут через пять труп девочки уже был подвешен вверх ногами, а Пудель, будто заправский мясник, пилил ей горло. На землю хлынула кровь, но на этом кудрявый не остановился. Он без труда срезал с тушки красивое платье и, вонзив клинок ей в живот, вспорол его до самых рёбер. Вывалил кишки прямо под ноги и начал подрезать рёбра, чтобы освободить тело от остального ливера.

Не прошло и получаса, как Пудель начал сдирать с девочки кожу. Добравшись до бедра, он взялся вырезать из него сочные куски мяса, которые складывал аккуратной стопкой на чистой траве. Долбоёб дождался, когда количество кусков дошло до пяти, и, подхватив один из них, принялся жрать прямо сырым.

— Башку отрежь, — попросил Кочетков. — Мозги потом между собой поделим.

— Ага, — кивнул Пудель, взявшись за вторую ногу.

В этот момент кусты снова затрещали и на поляну выбрались разведчики.

— О, нихуясе! — потёр ладоням Грек. — У нас девочка-целочка на ужин. Чей улов?

— Марго постаралась, — буркнул Пудель, поглощённый работой.

— Ну ты прям добытчица, — растянул губы в кривой ухмылке Грек.

— Что с поселением? — спросил Кочетков, глядя на Квадрата.

— Да в целом ничего такого, справимся, — ответил здоровяк и пристроился к тушке. Вытянув свой клинок, он аккуратно срезал тонкий ломтик мяса с уже освежёванного бедра и сунул его себе в рот. Пожевал немного, проглотил и ощерился: — Заебись, нежненькое. Его бы в фольге, прямо в углях запечь, вот обжираловка будет.

— Человек там сколько?

— Тридцать шесть рыл, — ответил Квадрат. — Ещё восемь куда-то уехали. Скорее всего, на поиски припасов. Но к закату сто пудов вернутся, и тогда можем начинать. Там у них две пулемётные точки, но их я возьму на себя. Смогу ещё двоих на стене завалить, а потом потребуется перезарядка.

— Тридцать шесть, — пробормотал Кочетков, будто пробуя цифру на вкус.

Он тоже поднялся и взял из стопки один из шматков мяса. Вернулся на своё место, расстегнул рюкзак и вытащил из него жестяную банку с солью. Потом вытянул нож, отрезал небольшой кусок, подцепил его двумя пальцами и, ткнув в солонку, забросил в рот.

— Своими силами не возьмём, — продолжил он. — Нужно пару сотен мертвяков притащить.

— Да где их взять-то? — развёл руками Шуко. — До ближайшего города дня два скоблить. Да и то не факт, что мы там наших сможем отыскать. Здесь какой-то другой альфа работал, они нас не слушаются.

— Ну, вариант есть, — усмехнулся Кочет. — Тут неподалеку один шляется, за нами присматривает. Если Долбоёб его завалит, то мы сможем его ордой управлять.

— Звучит как план, — согласился Квадрат. — Жратва теперь есть, на пару дней нам хватит.

— Закоптить нужно, — резонно подметил Пудель, — чтоб не пропало. Предлагаю отойти километров на десять назад и спокойно всё приготовить, чтоб без палева. Один хуй в город возвращаться собираемся. А ночью дым никто не увидит. Щас только тушу до конца расчехлю, и можем двигать.

— Хули вы тут все жрёте в одно ебало?! — возмутилась Марго и тоже подхватила себе небольшой кусок.

Она присела рядом с Игорем, чтобы воспользоваться солью, и принялась поглощать сырое мясо. Цыган тоже поступил их примеру, а вскоре возле солонки сгрудились все. Даже Пудель на время оставил своё занятие, чтобы утолить голод.

Спустя двадцать минут, довольные и сытые, приятели развалились на поляне. Марго мощно рыгнула и, оторвав травинку, принялась ковырять ей в зубах. Шуко где-то нарвал лопухов. Он аккуратно закручивал мясные куски в широкие листья и складывал их в один из рюкзаков. Пудель продолжал разделывать то, что осталось от девочки. Квадрат по просьбе Кочета расчистил небольшой пятачок земли и усердно рисовал схему укреплённого поселения.

— А только меня интересует, какого хуя маленькая девочка делала в лесу одна? — вдруг озвучила свои мысли Марго. — Это же ненормально, да?

— А тебе не похуй? — лениво поинтересовался Грек. — Может, ягоды собирала или цветочки маме рвала.

— Какие, на хуй, цветочки, еблан?! — возмутилась она. — Никто в здравом уме сейчас ребёнка одного не отпустит. Где-то поблизости наверняка её родители шарятся.

— Мертвы, — прошипел Долбоёб. — Другой убил. Вчера или позавчера.

— А ты откуда знаешь? — уставился на него Игорь.

— Ночью. Хорошо слышно, — рваными фразами объяснил тот. — Искали убежище. Долго шли. Голодные. Устали. Уснули. Он их убил. Девочка сбежала. Нас заметила. За нами шла.

— Уверен, что они мертвы?

— Да. Они другие. Чувствую. Там. — Долбоёб указал пальцем в направлении, откуда пришли приятели.

— Почему я узнаю об этом только сейчас?! — нахмурив брови, строго спросил Кочетков.

Долбоёб молча пожал плечами и снова отвернулся. Он мощно втянул носом воздух, почавкал и как-то тяжело вздохнул.

— Ну вот, — продолжил бормотать Квадрат, — здесь у них постоянно двое с автоматами курсируют. Вот здесь вышка дозорная. Лес вокруг вырублен примерно метров на сто, незаметно не подойти. Вот так дорога проходит, но они её забором перегородили.

— Что за забор? — спросил Игорь.

— Добротный. Брёвна вкопали, концы как карандаши заточили. Мёртвые туда точно не пройдут.

— Нам нужно их только отвлечь, — произнёс Игорь, — Если орду пустим с этой стороны, вот здесь можем подобраться. Ты пулемётчиков снимешь сразу, перед тем как мертвецы пойдут. Но других не трогай, оставь энергии на всякий случай. Я бы на их месте сразу людей в эту часть на укрепление послал, и тогда вот этот участок, возле реки, должен освободиться от дозорных.

— Как вариант, — согласился Квадрат. — Но нам отсюда до ворот долго прорываться.

— Мы Долбоёба вперёд пустим. Я стражу страхом оглушу, он их за секунду порвёт и двери откроет. Марго второй отряд мертвецов пустит. Грек, поди сюда.

— Чё? — лениво отозвался тот, но всё же подошёл к кривой схеме посёлка.

— Смотри: вот вышка, от подлеска до нее примерно метров сто пятьдесят. Сможешь на ней стрелка ослепить?

— Должен, — неуверенно ответил он. — Но это если на всю энергию жахнуть. Да и то долго не продержусь, секунд пять максимум.

— Нам хватит, — кивнул Игорь. — А там цыган его в сон отправит, когда мы к забору подберёмся. А заодно и тех, кто под волну попадёт.

— А мне чё делать? — обернулся Пудель.

— Не гавкать, — хмыкнула Марго.

— Нюхать будешь, — не обращая внимания на комментарий подруги, поставил задачу Кочетков. — Если кто к нам сунется раньше времени — предупредишь. Кстати, собаки там есть?

— Нет, — уверенно ответил Квадрат.

— Значит, всё, — кивнул Игорь. — Когда войдём, будешь правый фланг прикрывать. Зайдём обороне в спину — считай, посёлок наш, — закончил инструктаж Кочетков.

— Заебись, — уверенно кивнул Квадрат. — Кстати, а зачем такая сложность с вышкой? Я могу там часового за секунду ушатать!

— Можешь, но твоя способность, скорее всего, в наступлении понадобится, — отрезал Игорь. — Пусть запас энергии останется. От них пока толку мало, не развиты ещё. Твоя задача — прикрывать Долбоёба, чтобы он до ворот добрался. Понял?

— Теперь да, — хищно оскалился здоровяк. — Ну чё, когда выдвигаемся?

— Я закончил, — объявил Пудель.

Марго хмыкнула, посмотрев на практически голый скелет девочки, привязанный вверх ногами к толстому суку. Голова лежала отдельно, но череп пока не вскрывали, чтобы мозг не заветрился. Шуко тоже почти закончил с мясом, которое заворачивал в листья лопуха. Кочетков задумчиво почесал редкую, росшую какими-то клоками бороду, и скомандовал общий сбор.

— Выдвигаемся через пять минут, — добавил он. — Пока валим ближе к городу, там будем решать, как ловить альфу.

Народ зашевелился. Все похватали потяжелевшие рюкзаки и друг за другом потянулись в обратную сторону. Путь до города неблизкий. Да и городом, это захолустье назвать можно лишь с большой натяжкой. В лучшие времена там проживало около десяти тысяч человек. Сейчас он практически опустел, что сильно усложняло предстоящую задачу. Даже мертвяки, понимая, что там больше не осталось еды, покинули его. Нет, не полностью, то здесь, то там попадались одинокие, ослабевшие от нехватки жратвы особи.

Когда приятели проходили через него, в схватку вступали всего дважды. Да и те скорее выглядели как избиение младенцев.

Улицы выглядели так, будто по ним хан Мамай промчался, попутно выбрасывая из окон всё, что оказалось не прибито. Выбитые окна домов, грязные остовы машин, навсегда замершие у обочины со спущенными колёсами… А на выезде из них образовалась целая свалка, которую возглавляла страшная авария из десятка машин.

Глядя на весь этот хаос, Игорь часто вспоминал первые дни апокалипсиса. Тогда всё было гораздо веселее и динамичнее. А сейчас он уже успел позабыть, когда в последний раз убивал кого-то с наслаждением, максимально оттягивая тот самый момент кончины. И стоило ему об этом подумать, как тело отреагировало на отголоски памяти. Низ живота налился тяжестью, а в штанах начало становиться тесно. А внутри, где-то в глубине души, снова зародилось неутолимое желание. Вот только поделать с этим он ничего не мог. Ну не было поблизости никого живого, кроме их небольшой шайки.

На ночлег остановились в лесу, когда по прикидкам того же Пуделя компания отмотала около десяти километров. Дрова собрали быстро, тем более что под ногами их было предостаточно. А когда запылал костёр, Пудель с цыганом снова взялись за мясо. Работая в четыре руки, они быстро натёрли его солью и остатками приправ. Часть оставили, чтобы зажарить, а другую аккуратно обвязали нитками, чтобы было удобно подвешивать.

Квадрат, действуя рекомендациям кудрявого, соорудил над огнём перекладину, на которой и было развешена часть кусков. За ночь оно как раз подкоптится и подвялится. Этого будет достаточно, чтобы оно не стухло в ближайшие два-три дня. Естественно, всё это сделали, когда основное пламя уже прогорело и на земле остались только угли.

Рядом выкопали небольшую ямку, куда сложили следующую партию мяса, снова завёрнутую в листья лопуха. Всё это присыпали сверху тонким слоем земли, а поверх разожгли ещё один костёр.

Приятели копошились всем составом, и только Игорь не принимал в этом никакого участия. Впрочем, как и Долбоёб, который всё так же стоял словно манекен у края поляны, постоянно к чему-то прислушиваясь и принюхиваясь.

— Долбоёб, — окликнул его Кочетков, и мертвяк обернулся. — Вскрой, пожалуйста, черепушку.

И снова Игорь невольно засмотрелся на хищную грацию товарища. Долбоёб подхватил голову девочки за волосы, осмотрел её со всех сторон и зачем-то понюхал. А затем в одно движение, прямо когтем, сделал глубокий надрез по кругу и рывком отделил скальп. Пару раз что-то ковырнул, стукнул о ближайшее дерево и с хрустом вырвал пластину с макушки. Снова втянул ноздрями воздух, почавкал, предвкушая деликатес, и аккуратно, когтем, поддел тонкую плёнку, закрывающую мозг. Стянул её, словно пакет, и вытряхнул на ладонь содержимое.

Пудель кивком поблагодарил мертвяка, принимая от него подношение, и, лихо орудуя ножом, порезал мозг на ровные куски. Получилось по три каждому. Недолго думая, приятели сожрали его и развалились на травке. Игорь закинул руки за голову и уставился в звёздное небо. Сейчас, когда на Земле их больше ничто не засвечивало, они казались особенно яркими.

Марго о чём-то тихо шепталась с Греком, периодически похрюкивая от смеха. Пудель следил за подвешенным мясом, подбрасывая топливо в едва горящий костёр. Квадрат уже вовсю дрых, оглашая округу мощным храпом.

Глава 2

Глава 2.

Загон

— Слышь, Пудель, а ты где так научился людей разделывать? — спросила Марго.

— Да я ещё мелким с батей на охоту гонял, пока его не закрыли, — ответил он. — Мы, конечно, не людей ебашили. Так: кабанов да лосей всяких. Но в целом мясо — оно и в Африке мясо. Шкуру вот только снимать хуёво, мягкая очень, постоянно прорезается. С кабанами в этом плане гораздо удобнее. Там...

— Ой всё, завали ебальник, — остановил рассказ приятеля Грек. — Ща развезёшь здесь на полдня. Кстати, о шкуре: мог бы её и не срезать, в ней самый сок. А то суховата девчуля вышла, никакого жирочка нет.

— Где же тебе сейчас жирных-то найти? — хмыкнула Марго.

— Вот и я о чём, — пожал плечами Грек и оторвал зубами очередной кусок от мясного ломтя. — Эх... Хлебушка бы сейчас.

— Могу по ебальнику дать, — буркнул Квадрат. — Заебал скулить, падла.

— Да ладно, чё ты сразу начинаешь-то? — попытался сгладить углы отморозок. — Это я так… ностальгирую типа.

— Спать ложитесь, — приказал Кочетков. — Завтра будем альфу ловить.

— А я вот чё подумал, — подал голос цыган. — А нахуя мы эти поселения под корень изводим? Это же не прагматично.

— Хуясе, слово-то какое, — хмыкнула Марго.

— Не, ну в натуре. Сама посуди: если их на дань выставить, это же гораздо выгоднее. Жратва там, патроны и всё такое… — Шуко покрутил пальцами в воздухе. — И это на постоянной основе. Гоняли бы между такими лагерями, дань собирали. И делать даже ни хуя не надо.

— И с какого хуя они нам платить вдруг станут? — поинтересовался Квадрат.

— Ну как, за крышу.

— За хуишу, — огрызнулся здоровяк. — От кого ты их крышевать собрался? Мертвяков здесь почти нет, а с теми, что иногда забредают, они и сами прекрасно справляются. Бандитов, кроме нас, тут тоже что-то не видно.

— Ну можно же просто закошмарить, — нахмурился цыган, пытаясь выдумать хоть какой-то стоящий аргумент.

— Кем? Нами? — усмехнулся Грек, уже понимая, к чему клонит старший товарищ. — Семеро оборванцев, вооружённых кое-как — ебать какая жуткая картина. Прям обосраться от страха можно.

— Ну я так, предложил просто, — буркнул Шуко и развалился в траве. — Оно же выгоднее получится.

— Ебало завали, — прошипел Долбоёб.

— Во, как с языка снял, — развеселилась Марго.

— Ш-ш-ш, — зашипел на неё мертвяк.

Игорь тут же перестал жевать и прислушался. И вроде вокруг ничего не происходило, но раз их мёртвый приятель так напрягся, значит, он что-то почувствовал. При этом он даже позу охотничью принял: присел, весь подобрался, носом водит, того и гляди с места в карьер возьмёт.

Но ничего этого не случилось. Спустя несколько секунд Долбоёб расслабился и снова отошёл к краю поляны, всматриваясь куда-то в темноту. Свой кусок мяса он сожрал буквально в два укуса, плюс закинулся ещё парочкой ломтей сырого. Но никто не возражал на его прожорливость.

— Что там? — всё же не удержался и спросил Кочетков.

— Боится, — прошипел мертвяк. — Жрать хочет. Пахнет вкусно. Но страшно. Осторожный. Момент ждёт.

Длинные предложения ему всё ещё не давались, но мысли он излагал более чем доступно. Многие живые люди, полноценно владеющие речью, порой не в состоянии донести до окружающих то, что царит в их головах.

Впрочем, Долбоёб тоже рассказывал далеко не всё. Например, он точно знал, что у Марго пошла кровь. Он ощущал ее. Казалось, будто она уже на его языке, вязкая, солоноватая на вкус. А ещё он знал, что существо, которое притаилось метрах в ста, на ветвях раскидистого дуба, тоже чувствует её вкус. Его голод настолько сильный, что уже превратился в сосущую, ноющую боль. И это мешает ему, не даёт сосредоточиться на охоте, заставляет нервничать и спешить.

Все друзья уже развалились на траве и дремали. Квадрат вновь озарил округу мощным храпом, сигнализируя о том, что лагерь спит.

Марго сладко причмокивала во сне, словно ей досталась самая вкусная конфета. Долбоёб даже обернулся к ней и на какое-то время засмотрелся на блаженную улыбку.

И в этот момент он услышал шорох. Пока ещё отдалённый, едва уловимый. Но уже знал, что это тот самый, другой, плавно скользнул вниз с дерева. Человек ни за что не расслышал бы этого звука, даже если чудовище приземлилось бы от него, всего в паре метров. Но чутьё Долбоёба давно вышло за рамки нормального.

Даже в те дни, когда он только вырвался из лаборатории, он уже слышал и чувствовал в сотни раз больше, чем до собственной смерти. А сейчас, после всех мутаций, его тело сделалось совершенным. И всё равно до финальной стадии некроэволюции оставалось ещё очень далеко.

Долбоёб присел, скрываясь за высокой травой. Он сделал это абсолютно бесшумно, но всё же противник, который крался к их лагерю, внезапно замер. Это смутило мертвяка, ведь по его мнению, тот, другой, был гораздо слабее. Но затем до него дошло: это не его вина. Квадрат громко всхрапнул и затих, чем сбил с толку противника.

Нет, сегодня нападения ждать не стоит. Он слишком осторожен, слишком пуглив. Завтра. Когда голод станет невыносим, когда он обратится во всеобъемлющую боль, только тогда он рискнёт, попытается атаковать.

И вдруг его осенило.

Однажды он сам едва не попался на такую уловку, которую подготовили для него люди в одинаковой форме. Они бросили окровавленный труп без малейших следов заражения, и Долбоёб попался. Но тогда ему повезло, рядом было полно заражённых. Ещё слабых, медленных, но их хватило, чтобы отогнать злых людей. И тогда он понял, что может ими управлять, заставлять делать грязную работу.

Нужна приманка. Кажется, так это называется. Другой настолько голоден, что для него даже не придётся никого убивать. Достаточно небольшой кровоточащей раны, и тогда он не сможет сдержаться. Голод затмит страх и выключит разум, заставит действовать.

Долбоёб кивнул собственным мыслям и совершенно бесшумно подошёл к кудрявому члену отряда. Не только по его мнению Пудель был самым слабым из них. Открывшийся в нём дар практически бесполезен. Физически слаб, морально неустойчив. Никто не станет переживать, если с ним что-то случится.

Мертвяк присел перед спящим товарищем и положил ему руку на лицо, закрывая рот. Кудрявый тут же подхватился, но единственное, что смог, — это начать вращать глазами, полными страха.