Руль

Глава 3

Неприятная ситуация

Как-то давным-давно один мой товарищ произнёс глубокую фразу, принадлежащую Джону Ленону: «Жизнь – это то, что проходит мимо, пока мы строим разные планы». В какой-то момент каждый из нас это понимает. Мне повезло. Я нашёл дело, которое позволяло дышать полной грудью. Да, без изъянов тоже не обошлось, например, отсутствие семьи и дома как такового. Однако я наслаждался каждым мгновением и да, бывали дни, когда даже улыбался по утрам. Ох, как же это всегда бесило гайцо́в…

И вдруг раз! – и я в полной жопе. А самое страшное, что к ней совершенно не готов, несмотря на то, что жил довольно далеко от тепличных условий. Настоящий мужик, работяга с крепкими руками. Вот только закалка в этом мире требуется совершенно другая. При взгляде на этих дружинников мне становилось по настоящему страшно. Это не наши инспекторы ГИБДД, скованные законом и моральными принципами. К тому же дорожащие прибыльной профессией, а потому вынужденные вежливо разговаривать даже с кончеными ублюдками.

Эти парни (в смысле дружинники) были способны на многое. Некая грусть и толика усталости читались в их отдающих лёгким безумием глазах. Я встречал много людей, прошедших войну, и все они смотрели точно так же. Взгляд повидавшего множество смертей человека невозможно спутать ни с каким другим. И обвинив меня в убийстве, думаю, они сразу поняли, что я этого не делал. После такого люди меняются навсегда. Уверен, что меня это тоже затронет, ведь этот мир заполнен смертью до самого края. Да что там говорить, если здесь действует единственный непреложный закон: «Не убивать в форте».

Ну правильно, а за его пределами можно творить всё что заблагорассудится. Никто не побежит проверять. Да и кому это нужно, если тело погибшего сожрут в течение часа. Но вот за стенами ситуация меняется в корне. Потому как из всех кровожадных тварей, населяющих данный мир, здесь обитает только человек. А за убийство себе подобного наказывали во все времена. И самым распространенным способом являлся «глаз за глаз».

– Так что всё, Денис Голо́вин, можешь прощаться с жизнью, – пробормотал я вслух.

– Чё? – тут же обернулся ко мне один из конвоиров.

– А кого хоть убили? – задал я совершенно другой вопрос.

– Разговорчики, – буркнул второй, что шёл позади, и ткнул меня стволом автомата в спину.

– Мужики, да вам сложно ответить, что ли?

– Щас тебе всё объяснят, – добавил он. – Двигай молча, если не хочешь зубы заново отращивать.

Похоже, лучше не спорить. Нет, я не боюсь драки, но и получать по щам особым желанием не горю. Тем более что в рамках форта идти оказалось не так уж далеко, а значит, и ответы я получу очень скоро.

Меня завели в один из бывших цехов, который давно перепланировали под другие нужды. Эта часть была чем-то вроде отделения полиции, ну или в данном случае – дружины. Затолкав меня в обезьянник, провожатые тут же вышли на улицу, а мной занялся дежурный. Ну как занялся… бросил косой взгляд и, завалив ноги на стол, продолжил читать какую-то книгу.

– Простите… – решил я выяснить свою дальнейшую судьбу, но был резко перебит.

– Ещё хоть один звук от тебя услышу, челюсть в двух местах сломаю.

Я молча кивнул и уселся на узкую лавочку. Мало того, она была прикручена прямо к стенке, так ещё и располагалась на десять сантиметров выше, чем полагалось для удобной сидячей позы. Наверняка специально. Я попытался на неё прилечь, но меня хватило минут на десять. Тело напрягалось гораздо больше, чем если бы я просто стоял. Скамья была не только слишком узкой, так ещё и короткой, что вынуждало подгибать ноги.

Сидеть на земляном полу тоже не вариант, разве что есть желание сдохнуть от воспаления в пятой точке, а то и чего похуже. В таком положении даже думать не получается. Ещё бы крышу метра полтора сделали, чтоб люди сразу с ума сходили. Интересно, надолго я здесь в таком положении?

Казалось, время застыло. С улицы доносились такие звуки, что я даже порадовался за себя. Визг и улюлюканье сменялись диким рёвом, и всё это под аккомпанемент не таких уж и редких очередей. Но стреляли скорее так, для острастки. Хотя пару раз доносился грохот пулемётов, который продолжался несколько секунд. А значит, твари нет-нет да и проверяют человеческую берлогу на бдительность.

Теперь понятно, почему Узкий так стремился добраться до форта к рассвету. Видимо, днём здесь по улицам не разгуляешься. Очень странное место этот Мешок. И почему такое дурацкое название придумали?

Узкий… Неужели Лапша его всё-таки убил? Из-за трёх сотен камней? Сомневаюсь… Тогда чей труп хотят на меня повесить? Может, самого Лапши? Но тогда это вдвойне странно…

Внезапно затрезвонил телефон, стоявший на столе в будке дежурного. Оказывается, в эпоху сотовой связи я сильно отвык от этого звука, потому как он показался мне каким-то чужеродным, словно из очень далёкого прошлого.

– У аппарата, – вальяжно ответил дружинник.

Он выслушал короткую фразу на другом конце, бросил в трубку «Принял» и вернул её на рычаги. После этого встал, отложил книгу и, звякнув ключами, направился ко мне. Наконец-то.

За те, несколько часов, что я провёл в обезьяннике, ноги разучились ходить. Они настолько затекли от топтания на месте, что мне с трудом удавалось их передвигать. Будто на протезах вышагивал.

Кабинет, в который меня завели, выглядел убого, впрочем, как и любое другое казённое помещение. Стол, два стула по обеим сторонам и стеллаж из нестроганых досок, заставленный пухлыми папками. Потёртый от времени ноутбук и точно такой же следователь.

– Присаживайтесь, – указал он рукой на стол и снова уткнулся в компьютер.

Я терпеливо молчал, пока тот тыкал в клавиши и что-то читал, бегая глазами по экрану. Да и плевать, пусть делает вид, что меня здесь нет. Я наконец-то сижу, и нет в мире ничего важнее этого.

– Вам знаком некий человек по имени Узкий? – внезапно заговорил следак.

Вот так, никаких «Здравствуйте» и «Как вас зовут», сразу в лоб, сразу по делу.

– Да, он привёл меня в этот форт, – честно ответил я.

– Ясно, – кивнул тот и снова уткнулся в экран ноутбука.

«Угу, а вот мне ни хрена не ясно», – подумал я, но вслух ничего не сказал.

Прошло ещё несколько минут, прежде чем следователь отвлёкся от несомненно более важного занятия и обратил на меня строгий взор. Затем усмехнулся, выудил из кармана портсигар и, нажав крохотную клавишу сбоку, откинул крышку.

Я ожидал, что он сейчас закурит, однако ошибался. Дружинник вытянул из-под зажима небольшую бумажную трубочку, завёрнутую по краям, словно конфета. Оторвав один из её краешков, заткнул пальцем ставший свободным кончик, тем самым страхуя от высыпания то, что находилось внутри. Второй хвостик он попросту откусил, а затем… резко вдохнул содержимое. И сделал это очень быстро, настолько привычными, отработанными до автоматизма движениями, что стало понятно: подобное ему приходится повторять с завидной регулярностью.

Я наблюдал за ним с нескрываемым любопытством. Впрочем, уже догадался, что таким образом он употребил ту самую пыль, о которой рассказывал Узкий. Вопрос: какую?

Ответ не заставил себя долго ждать. На мою голову просто каскадом обрушились чужие мысли. Я будто в один миг спрыгнул с ума, а следователь продолжал молча сверлить меня тяжёлым взглядом. И чем дольше он на меня смотрел, тем глубже проникал мне в мозги, заставляя чувствовать страх, тревогу, какую-то предсмертную тоску.

– Лапшу ты убил? – Его голос прозвучал, словно из-под подушки.

– Нет, – не задумываясь, ответил я. Точнее, что-то заставило меня произнести эти слова. И несмотря на то, что они являлись чистейшей правдой, давление на мой мозг лишь усилилось.

– А Дрына с Сутулым? – добавил он.

– Кто это? – осоловевшим голосом переспросил я.

– Узкий где?

– В «Берлоге», наверное, – пожав плечами, ответил я. – Не знаю.

– Это он Лапшу замочил?

– Не знаю.

– Что там за тёрки у них были?

– Узкий Лапше денег должен, три сотни камней.

– Дебил, мать его… – выругался следователь, и меня вдруг отпустило. – Ладно, свободен. Не забудь у дежурного документы забрать.

– Это всё? – Я удивлённо уставился на дружинника.

– Тебе мало? Могу ещё пару часов в обезьяннике подержать.

– Спасибо, мне достаточно, – вежливо отказался я. – Ну, я пошёл?

– Ты тупой, что ли?! – раздражённо буркнул он. – Свободен.

Больше его терпение я испытывать не стал и пулей выскочил за дверь. Прошёл по коридору до будки дежурного, который, уткнувшись в книгу, держал между пальцами мои новые документы. Он всем своим видом показывал, что его лучше не беспокоить. Я и не стал: выхватил ламинированный прямоугольник и выбрался на улицу.

Противный, мелкий холодный дождь тут же ударил в лицо. Но сейчас от этого мне стало даже чуточку лучше. Туман в голове окончательно развеялся, а на душе немного полегчало. Всё-таки, учитывая местные порядки, я не безосновательно переживал за свою дальнейшую судьбу. Однако эта пыль – довольно серьёзный аргумент. Нашему миру бы такую – и в тюрьмах точно не осталось бы ни одного невинного.

***

Остаток дня прошёл без происшествий. Мне даже удалось немного поспать, притом в тепле и сухости, тем более что за койку я уже заплатил.

Пробуждение было крайне неприятным. У меня болело всё, что только возможно, голова просто раскалывалась после вчерашней встречи с прикладом и знакомством с сиденьем УАЗа. Ну а поверх всего этого, спал я всего часа три, да и то не факт. Однако соседей мало волновали мои проблемы: они что-то шумно обсуждали и гремели всем подряд. Спросонья я даже не смог уловить суть их беседы. А когда наконец хлопнула дверь и я снова расслабился, пытаясь провалиться в сон, меня наглым образом растолкала старуха.

– Всё, подъём, касатик, выписной час давно прошёл.

– Я вам заплатил, – буркнул я, не особо вникая в её слова.

– Хочешь дрыхнуть – плати ещё. – И я получил жёсткий удар по спине, похоже, какой-то палкой.

– Да что с вами не так?! – Я подскочил, преисполненный праведным гневом.

– Так-то лучше, – усмехнулась старуха. – Взбодрился? А теперь давай, выметайся отсюда, пока я в расположении.

– Минуту можно? – попросил я.

– Нет, – сухо отрезала она.

– Карга, – не стесняясь, обозвал я бабку и поднялся с кровати.

Старуха пропустила мои слова мимо ушей и, скрестив руки на груди, терпеливо ожидала, пока я натягивал штаны и пытался хоть как-то собрать в охапку свои вещи. Впрочем, нищему собраться – только подпоясаться. Кое-как скомкав сменку, за которую тоже было заплачено, я сунул узелок под мышку и с гордым видом двинулся к выходу. И только у самой двери вдруг обнаружил, что у меня украли кошель с подъёмными.

– Эй, где мои камни?! – возмутился я.

– А мне почём знать? – проскрипела старуха, высунувшись из комнаты.

– Меня ограбили!

– Раззява, – было мне ответом.

– Это ваша гостиница!

– И что?!

– Как что? Я же вам объясняю: меня ограбили!

– Послушай, касатик, это твои трудности. Нужно было лучше присматривать за вещами. А теперь пошёл вон, пока я дружину не вызвала!

Эмоции немного схлынули при упоминании доблестных стражей порядка. В памяти были ещё свежи образы обезьянника, как и великолепные ощущения от пребывания в нём. Ноги болели так, словно я приседал всю ночь.

– Я про ваш клоповник такие слухи пущу, ни один человек сюда больше не сунется, – пригрозил я и направился к двери.

Вместо ответа, старуха лишь расхохоталась, хотя это больше напоминало воронье карканье. Дверью я постарался приложить как можно сильнее. Но если быть честным, от моих выходок бабке ни жарко ни холодно. Да и права она по большому счёту, сам виноват. Однако положение совсем не располагает к веселью. Остаться в незнакомом мире без средств к существованию… У меня даже оружия нет, чтобы попытаться завалить какую-нибудь тварь и разжиться камнями.

Стоп! Меня же хотел видеть комендант. Вроде как он говорил о профессиональных водителях и их катастрофической нехватке в этом мире. Вчера я как-то вскользь уловил эту информацию, но меня можно понять: не каждый день проваливаешься в параллельную вселенную, полную смертельной опасности. А ведь я даже не вспомнил бы о вчерашнем предложении, если бы не пропажа камней. Ладно, что бог ни делает, всё к лучшему. Может быть, здесь мне удастся устроиться не хуже, чем в прошлой жизни.

Я уверенной походкой направился в сторону ворот, где как раз неподалёку и располагалась комендатура. Но стоило вывернуть из-за угла, как мной овладели смешанные чувства. Прямо над воротами, в петле, болтался труп Узкого. У меня даже колени подкосились от шока. Всё-таки вчера я лишь чудом избежал смерти, притом дважды. Но как? Как ему удалось замочить Лапшу и его двоих немаленьких размеров телохранителей?!

Хотя о чём это я? Местная пыль из камней способна творить чудеса. А будучи невидимкой, хватит и пары секунд, чтобы расстрелять троих человек.

Я помотал головой, отгоняя наваждение и мрачные мысли по поводу. Узкий не был мне близким другом, так чего ради я распереживался? Неприятно, конечно, но не стоит того, чтобы зацикливаться. Сейчас нужно решать свои проблемы, которые пока лишь множатся.

– Войдите, – раздался глухой голос после того, как я вежливо постучался в дверь комендатуры.

– Доброй ночи. Вы, кажется, просили зайти?

– А, это ты? – усмехнулся комендант. – Ну, проходи. Видок у тебя, конечно… Краше в гроб кладут.

– Спасибо.

– Да на здоровье. Говорил я тебе: не связывайся ты с этим придурком, только проблем наживёшь. Накосорезили вы вчера знатно.

– Я ни при чём.

– Знаю, иначе уже болтался бы в петле рядом с ним. Ладно, не куксись, чего там у тебя?

– Вы мне вроде работу предлагали?

– Я?! – искренне удивился комендант. – С чего ты так решил?

– Вы же вчера сами просили, чтоб я на закате к вам зашёл.

– А, точно, – почесав макушку, ответил он. – Только ты уже опоздал. Всё, Руль, пролюбил ты своё счастье.

– Капец, – выдохнул я и устало опустился на стул.

– Так, – тут же нахмурил брови комендант, – если у тебя всё, то вали давай, у меня ещё дел по горло.

– У меня в гостинице подъёмные украли.

– Поздравляю, – пожал плечами он. – Не ты первый, не ты последний. Меньше будешь клювом щёлкать.

– Но… – Я вдруг растерялся. – Чё мне теперь делать-то?

– Я что, на твоего психолога похож? Послушай, парень, мы с тобой не друзья, так что давай, шагай отсюда, пока я дружину не вызвал.

– Чтоб тебе так твои дети отвечали, – буркнул я и поднялся со стула.

– Чё ты там вякнул?!

– Всего доброго, – не оборачиваясь, бросил я и вышел за дверь.

И снова противный холодный дождь слегка остудил гнев, переполняющий мою душу. Да какого хрена? Что я, денег не смогу заработать? Я же на все руки от скуки! Любую машину с завязанными главами отремонтировать могу. А за баранкой могу такие чудеса исполнять, что не каждому снилось.

– Так, Голо́вин, собрался! – приободрил я себя и отправился изучать форт в надежде наткнуться на любое предложение работы.

Основной поток людей уже схлынул. У ворот лениво перетаптывались трое дружинников. Несколько человек крутились возле «Берлоги», судя по виду – ждали открытия, чтобы опохмелиться. Пройдя чуть дальше, вдоль цехов, я увидел оружейную лавку и решил зайти ради интереса.

Небольшое помещение с витриной напротив входа. Справа висят костюмы, по большому счёту камуфляж, слева – ботинки. За витриной продавец таких размеров, что с ним даже поздороваться страшно. А учитывая темперамент местных жителей, не факт, что вообще имеет смысл с ним разговаривать.

– Вам что-то подсказать? – на удивление, вполне даже вежливо спросил он.

– Да я так, посмотреть, – замялся я, а затем неожиданно даже для себя выпалил: – А вам работник не нужен?

– А что ты умеешь?

– Всё, – не моргнув глазом, соврал я.

– Новенький, что ли? – каким-то неведомым образом тут же раскусил меня он.

– Вчера провалился, – кивнул я.

– Хреново, – ухмыльнулся продавец. – Ну что же, добро пожаловать в ад. Кем наверху работал?

– В смысле – наверху?

– Ну, если здесь ад, стало быть, жизнь в нормальном мире где-то там, сверху.

– Вы тоже думаете, что все мы здесь мертвы?

– Понятия не имею, – пожал плечами продавец. – В прошлой жизни я на рыбалку с парнями поехал. Отошёл поссать и оказался здесь. Не думаю, что в этот момент я умер, хотя как знать?

– Вот и я тоже… не думаю, – вздохнул я. – Так что насчёт работы?

– Все подъёмные пропил?

– Украли. Проснулся в гостинице, а кошелёк пропал.

– Ясно, – с сочувствием произнёс он. – Так кем ты был в прошлой жизни?

– Дальнобойщиком.

– Ого, – уважительно кивнул здоровяк. – Стало быть, в машинах понимаешь?

– С детства с техникой на «ты».

– Тогда почему ищешь работу в оружейном? Вроде как немного не твой профиль?

– Да я просто спросил, – буркнул в ответ я и развернулся к двери.

– Постой, – остановил меня продавец. – Ты вроде парень нормальный, хотя это пока ещё не ясно.

– Почему это?

– Мешок меняет людей, и чаще всего не в лучшую сторону, – с какой-то грустью произнёс продавец. – Как звать?

– Руль, – представился я.

– Тишина, – протянул руку тот.

– Странное погоняло.

– Нормальное. Особенно в драке: бью один раз, а дальше тишина.

– Не сомневаюсь.

Тишина достал небольшой клочок бумаги и ручку.

– Значит, смотри сюда. Вот здесь мы. Тебе нужно двигать строго на восток, там, на расстоянии дневного перехода, ещё один форт. Его координаты тысяча двести пятьдесят на минус четыреста двадцать девять.

– Ничего не понял, – честно признался я. – Что означают эти координаты?

– Просто расположение относительно осей. Так здесь проще всего ориентироваться. Мы хотя бы понимаем, с какого ты района Мешка. Первая ось – это север-юг, вторая – запад-восток. Северные форты начинаются с минуса, как и западные. Все они рано или поздно сводятся к нулевому форту.

– А что там? Ну, в этом нулевом форте?

– Те, кто решил, что они рулят Мешком. Ближе к центру их власть, конечно, чувствуется, но здесь, на окраине, всем насрать на Мазая и его людей.

– Мазай? Это типа местный президент?

– Послушай, Руль, ты сейчас пытаешься вникнуть в то, чего не понимают даже те, кто прожил здесь больше сотни лет.

– Сколько?! Такое вообще возможно?

– Здесь всякое случается, – загадочно покрутил пальцами в воздухе Тишина. – Суть не в этом. Тебе нужно выбираться отсюда и идти на восток. Там найдёшь человека по кличке Мост, он владеет мастерской и уже давно ищет слесаря. Скажешь, что ты от меня.

– Спасибо, конечно, но как я пойду? У меня даже ножа нет!

– Парень, нож тебе здесь не поможет, разве что только колбаску порезать. Попробуй попутку поймать.

– Ладно, – кивнул я. – Спасибо за совет и всё такое. А сколько вон тот «Калаш» стоит?

– Тридцать камней, – проследив за моим пальцем, ответил Тишина.

– Недорого вроде, – пробормотал я, прикидывая свои шансы, останься у меня подъемные.

– Он уже старый, хоть и работает чётко, если вовремя следить и смазывать. Ствол, конечно, потёртый, кучность не очень, но на первое время пойдёт.

– А вы в кредит не работаете?

– Ха-ха-ха, – грохнул от смеха здоровяк. – Извини, но нет. Мне здесь тоже как-то жить надо. Мой тебе совет, дружище: не щёлкай клювом и дуй к воротам. Если повезёт, с ближайшим караваном доедешь до минус четыреста двадцать девятого.

– Там все уже разъехались.

– Ближе к полуночи здесь будет столько людей, что не протолкнуться. Мы единственный форт с топливом на ближайшие сто километров.

– И мастерских нет? Странно.

– Политика, – ответил здоровяк. – У нас топляк, у соседей – мастерские. Если проехать ещё дальше к востоку, там овощебаза нехилая. Собственно, оттуда все машины и едут. Или туда. Через десять фортов на север всё есть, там производство патронов наладили, но и форт не чета нашему.

– Так, может, мне лучше сразу туда?

– Это только тебе решать. Но там я за тебя поручиться не смогу, некому. Мост – нормальный мужик, работяга. Мы с ним давно знакомы, так что после моего привета тебя без лишних вопросов к работе приставят.

– Ладно, спасибо тебе ещё раз.

– Ты, главное, человеком оставайся, остальное приложится. Глядишь, и мне доброе дело в карму зачтётся.

– Обязательно, – кивнул я и вышел на улицу.

Немного подумав, я прикинул время (точнее, сколько мне ещё топтаться у ворот в ожидании первых машин) и решил для начала закончить осмотр форта. Выудив из пачки сигарету, закурил и двинулся дальше, вдоль цехов. По пути обнаружил ещё пару кабаков. К слову, многим приличнее «Берлоги» и наверняка дороже. Нашлась и гостиница, однако днёвка в ней стоила аж пятнадцать камней, о чём гласила надпись на вывеске. Чуть дальше расположилось увеселительное заведение сексуального характера. Попалось несколько объявлений об аренде квартир, и на этом форт закончился.

Противоположная от ворот стена оказалась глухой. Я отправился к выезду вдоль неё и как раз вышел к заправочной станции. Здесь всё ещё было тихо и безлюдно. Если не считать двоих дружинников, что курили неподалёку и кассира, скучающего в будке за окном, забранным решёткой.

Ну что, делать больше нечего, остаётся дождаться того, кто согласится подвести меня до соседнего форта. Там устроюсь на работу, немного осмотрюсь, обрасту информацией и уже буду окончательно искать своё место под солнцем. Кстати, а оно здесь когда-нибудь выглядывает из-за свинцовых туч? Или здесь вечно такая сопливая, унылая погода?

Глава 4

Попутка

Если где-то и есть самая мерзкая погода, которую только можно представить, так это здесь, в Мешке. Мелкий противный дождь в считаные минуты промочил всю одежду. Меня уже трясло от холода, когда загудел редуктор и тяжёлая створка ворот поползла в сторону. Проезд тут же перегородили вооружённые люди, один из которых подошёл к кабине. В руках он держал нечто похожее на сканер, какими девчата в супермаркетах проводят учёт.

Пропикав им документы, он кивнул дружине, что преграждала путь, и в форт втянулось несколько грузовиков. Следом зашли два УАЗа без крыши и с пулемётом в задней части кузова. А за ними вкатил натуральный БТР-80. Техника тут же свернула к заправке. Началась суета.

Часть людей отправилась на обед, в ту самую «Берлогу», где не далее как вчера я познакомился с покойным Лапшой. Другие принялись крутиться возле машин. К ним подошёл заправщик, которому вручили мешочек (скорее всего, с камнями), и вскоре топливо потекло в баки.

Я дождался, пока закончится основная суета и люди переключатся в режим «ждунов». Это наиболее подходящий момент, чтобы завязать разговор.

– Здорова, мужики! – Я подошёл к кучке людей, что курили неподалёку.

– Здоровей видали – и тех не боялись, – грубо ответил один из них, и остальные захохотали.

– Попутчиков берёте? – не стал ходить вокруг да около я.

– А тебе куда?

– На восток, в минус четыреста двадцать девятый.

– Десять камеей, – не думая, ответил юморист.

– Дело в том, что меня ограбили…

– Сдристнул отсюда, – даже не выслушав, огрызнулся тот и в качестве дополнительного аргумента направил мне в живот ствол автомата.

– Извините, – буркнул я и отошёл.

Похоже, поймать попутку в Мешке будет не так-то просто. Но и выбора нет. У меня ни оружия, ни камней, ни даже знакомых. И как выкручиваться? Можно попытаться кого-нибудь хлопнуть, как в пресловутые девяностые, но здесь это очень опасное занятие. На весь форт безоружных людей – только я, так ещё можно нарваться на объект под каменной пылью. Короче, вариантов у меня ноль, только вот так торчать под дождём и просить о помощи в надежде встретить совестливого человека. А они в Мешке, похоже, большая редкость.

Может, в дружину податься? Да кто меня возьмёт? Я даже не знаю, с какой стороны к автомату подходить. Если коснётся серьёзного боя, могу ненароком и по своим полоснуть. И по мне это сразу понятно. От меня проку – разве что патроны подносить, но, думаю, эти вакансии уже заняты. М-да, свезло так свезло…

– Здорова, – вывел меня из раздумий чей-то голос.

– Привет. – Я обернулся и по привычке протянул руку для пожатий.

– Ты на Кира не обижайся, он у нас на язык острый, – с добродушной улыбкой произнёс собеседник. – На самом деле даже не ему решать, кого брать в команду, а кого нет.

– А кто решает, ты?

– Нет, – расхохотался он. – Начальник каравана. Он сейчас обедает, как вернётся – я ему за тебя маякну. Ты новенький, что ли?

– Так заметно?

– Ну, ты сам как думаешь? Много здесь людей в спортивных трениках и без оружия видишь?