Среди нас 2

Глава 1.

Гости из прошлого

Я едва успел уклониться от первого выпада. Скорость, с которой двигался пре́док, восхищала и пугала одновременно. Необычайная лёгкость в каждом взмахе, словно он и не бьётся вовсе, а танцует. И что-то мне подсказывало: Исай дерётся даже не вполсилы – скорее так, на полном расслабоне. Я же извивался словно уж на сковородке. И ведь нет даже крохотной лазейки, чтобы провести контратаку.

Его удары были не просто молниеносными, каждый скрывал в себе подвох. Размашистый внезапно переходил в колющий, а при попытке пропустить его мимо я едва успевал уклониться от второго меча. Исай будто нарочно слегка его притормаживал, а затем хитрым вывертом посылал клинок с другой стороны. Как раз там, где я пытался уйти из-под удара и снова попадал в ловушку очередного выпада.

В один из таких моментов предок ухмыльнулся и подмигнул мне, а в следующее мгновение моё тело пронзила адская боль…

***

– Он очнулся! – ударил по ушам громкий женский крик.

– Живой, – вторил ему мужской, как мне показалось, улыбчивый.

Я не без труда разлепил веки и увидел над собой кучу лиц, с любопытством рассматривающих меня. Нет, не с сочувствием или участием, а так, будто перед ними загадочная зверушка. На лице у Мишки тоже блуждала загадочная улыбка. И от всего этого я почувствовал себя крайне дискомфортно.

– Чё вылупились?! – огрызнулся я.

– Да так… – хмыкнул в ответ Михаил.

– Чего – так? Говори, раз уж начал, – буркнул я и попытался подняться.

Меня сразу подхватили и помогли сесть, даже что-то мягкое под спину подсунули. Тут же началась суета, и уже через минуту мне втиснули в руки миску с кашей. И снова уставились, как на животное в зоопарке.

– Да блядь! Вы чё как эти… – Я замолчал, подбирая правильное слово, чтобы их обозвать.

– Просто ты там такое устроил… – снова начал Михаил и опять прервался на полуслове. Правда, на этот раз его захлестнули эмоции. Но он всё же нашёл в себе силы и рассказал, что произошло перед тем, как я отключился.

По крайне мере, мне так казалось. Но люди увидели совсем другое. Вместо того, чтобы рухнуть без памяти, я подскочил будто ужаленный. Оттолкнув отца Владимира, вытянул меч из тела Алисы и принялся охаживать им всех, кто пытался проникнуть на территорию храма. И делал это настолько лихо и виртуозно, что впору на видео записывать, иначе просто никто не поверит. Со стаей псов я расправился за пару секунд, после чего начертал клинком на столбе какой-то символ, и все бесы, что успели пересечь невидимую границу, рухнули без памяти.

Баал, сидевший в теле Алисы, взревел раненым зверем. Он выкрикивал проклятья на непонятном языке (так показалось Михаилу), но не мог сдвинуться с места. Тогда я повернулся к нему, занёс меч для удара и… полетел носом в землю.

– Где она?! – услышав окончание истории, тут же оживился я.

– Там же и стоит, – пожал плечами Мишка. – Мы в неё твоими патронами стрелять пробовали, а ей хоть бы что.

– Вы чё, совсем ебанулись?! – Я подскочил и рванул на улицу.

Ноги предательски подкосились, и меня слегка повело, но я смог удержать равновесие. Правда, для этого пришлось опереться о плечо товарища. Вся толпа последовала за мной. И, кажется, народу в храме знатно прибавилось. Но это всё потом. Сейчас меня волновала только судьба Алисы.

Она стояла там же, где я в последний раз её видел, и, похоже, действительно не могла двигаться. Даже руки безвольно висели вдоль тела. Насчёт глаз – непонятно, потому как в них по-прежнему бушевало пламя и невозможно было сказать, в какую сторону направлен взгляд. Однако я понимал, что она меня видит. И наверняка даже слышит.

Несколько секунд я рассматривал её, а затем обогнул и подошёл к столбу, на котором обнаружил нацарапанный символ, о котором рассказывал Мишка. Чем-то он напоминал японский иероглиф и был мне незнаком. Я напряг извилины, но память молчала. Я даже близко не понимал его значения и не был уверен, что если повторю данный рисунок, он сработает так же. Нужно ещё как следует разобраться со всеми этими ступенями посвящения.

Кстати, о птичках… Хотя ладно, с отцом Владимиром пообщаюсь чуть позже.

Я покосился на зрителей, которые вывалили из храма и внимательно наблюдали за каждым моим шагом. Так, будто сейчас на меня должно снизойти озарение, которое позволит вернуть жизнь в прежнее русло. Вот только хрен там плавал… Всем нам придётся учиться выживать. Даже если демоны вдруг решат покинуть наш мир, в чём я как раз очень сильно сомневаюсь.

Я вернулся к Алисе и уставился в адское пламя в её глазах.

– Отпусти меня, витязь, – внезапно произнесла она, заставив меня вздрогнуть.

– Ага, обязательно, – ответил я. – Может, тебя ещё до дома проводить?

– Это мы уже проходили. – На лице девушки появилась кривая ухмылка.

– Смешно тебе, мразь?! – Меня вдруг охватил гнев. – Сейчас вместе похохочем. Мих, а ну принеси фломастер!

– Уже бегу! – отозвался он и скрылся в храме.

Спустя минуту, вооружившись инструментом, я уже выводил крест на лбу демона. Баал не брыкался, терпел до последнего. Хотя, скорее всего, его попросту сдерживал нацарапанный на столбе у ворот символ. Художество не отняло много времени, и едва я закончил, бес начал корчиться, а затем пламя в глазах девушки погасло.

– Сергей?! – удивлённо спросила она. – Что происходит? Где я?

Мне тут же захотелось сгрести её в охапку, обнять и больше никогда не выпускать. Но стоило дёрнуться в её сторону, как огонь вновь вернулся в глаза Алисы.

– Ой, ха-ха-ха!– захохотал демон. – Не получилось. Может, цвет не тот выбрал?

Меня окончательно поглотила ярость.

– Заткнись, сука! – проревел я ей прямо в лицо. – Завали хлебало, тварь! Я тебя на ремни порежу!

Неизвестно, чем бы это закончилось, если бы меня вовремя не остановили. Кто-то навалился сзади, Рустам перехватил руку, в которой уже был зажат нож, а между мной и девушкой втиснулся отец Владимир. Да и на что я надеялся? Ведь Мишка говорил, что мои пули с аналогичным крестом не принесли результата. Но затуманенный гневом мозг отчего-то не воспринял эту информацию.

– Остановись! – негромко, но строго приказал священник. – Так ты ей не поможешь!

– Пусти! – рявкнул я и попытался вырваться.

– Успокойся, Могила, – ледяным тоном осадил меня Маркин. – Она же специально тебя выводит.

– Не слушай их, витязь, бей! – утробным голосом попросил Баал. – Ну давай же, чего ты ждёшь?!

– Нет! – Отец Владимир даже руки в стороны развёл, защищая беса. – Твой гнев и пролитая кровь позволят ей вырваться! Остановись!

– Да всё-всё, понял я… Пустите уже.

Я перестал сопротивляться, но Мишка с Рустамом ещё какое-то время удерживали меня. А чтобы наверняка избежать продолжения шоу, быстренько затолкали меня обратно в храм. Усадили на скамейку и снова обступили со всех сторон. Правда, сейчас в целях безопасности, чтоб я дел не наворотил.

– Извините, – спустя пару минут буркнул я. – И спасибо, что удержали.

– Ты точно нормально? – поинтересовался Маркин, дружески положив руку мне на плечо.

– Да, вроде успокоился, – кивнул я.

– Оставьте нас, – попросил отец Владимир и присел рядом. – Нам покалякать надобно.

Люди неохотно отошли в сторону. Женщины перешёптывались, а мужики опасливо косились. Придя в себя, я заметил новые лица, но тогда мозг был сфокусирован на другом, и я не стал заострять на этом внимания. Сейчас, когда окончательно оклемался, до меня наконец дошло: это же те самые бесы, что пытались прорваться к нам, когда Баал каким-то образом снял защиту. Тоже, кстати, не самая приятная новость.

Среди пополнения я увидел и знакомых: Кольку, водителя ритуальной «Газели», и Витьку, что работал фельдшером на скорой. Я поприветствовал их кивком, и они ответили, правда, подходить пока не стали. Похоже, они приехали с отцом Владимиром. Или он с ними… Впрочем, не суть.

– А Валерич? – несвязно спросил я, но священник меня прекрасно понял.

– Нет его больше, – вздохнул он. – Мало кому ту ночь пережить удалось.

– А матушка ваша где?

– Там осталась, людям помочь.

– Стало быть, и вы скоро уедете?

– Уеду, – кивнул он. – Как скоро – не знаю. Мы там добро твоё привезли, в машине лежит.

– Спасибо.

– Пожалуйста.

– Её можно как-то спасти? – кивнул я на дверь, имея в виду Алису.

– Этого мне неведомо. Сильная тварь в ней сидит, защиту древних играючи сломала. Мне подобное не под силу.

– Кстати, – вспомнил я. – Что за бред со всеми этими ступенями?

– Не бред это. Так наши предки решили. Думали, это позволит сохранить знания в кругу посвящённых. И до сего дня всё прекрасно работало.

– Работало… – усмехнулся я. – Вот только не в ту сторону.

– Легко осуждать то, чего не понимаешь. Ещё неизвестно, как бы всё сложилось…

– Ой, ладно, – отмахнулся я. – Слышал я эти ваши «телеги» про предателей и всё такое. Сейчас-то что делать? У вас, кстати, ступень какая?

– Пятая, – ответил отец Владимир.

– Вы в курсе, что за ключ нужен Баалу?

– Баалу? – приподняв брови, переспросил он.

– Ну да, так того демона зовут, который в Алисе засел.

Отец Владимир замолчал и некоторое время внимательно всматривался мне в глаза.

– Никогда ничего о ключе не слышал, – задумчиво пробормотал он. – Ты уверен, что всё правильно понял?

– Да куда уж правильнее. Она мне чуть мозги не расплавила, пытаясь найти нужные знания.

– Надобно других посвящённых расспросить.

– У вас есть с ними связь?

– Пока нет. Но сюда я не просто так прибыл. На собор нас призывали. Все посвящённые должны присутствовать.

– Что за собор такой? Где проходить будет?

– По всему миру, – получил я странный ответ.

– Вот сейчас вообще не понял. – Я с подозрением покосился на священника. – Можно как-то разжевать для тех, кто в танке?

– Всему своё время, Серёж, это сложно объяснить словами.

– Ясно. Значит, опять эти ваши штучки… – Я покрутил пальцами в воздухе. – Когда собор?

– Завтра в полдень.

– Хорошо, значит, успеем. Хочу на рассвете ребятам в интернат скарб отвезти и на обратном пути на приборный завод заскочить. Там тоже мужики без еды и воды сидят.

– Похвально это, но ты бы повременил пока. Собор много полезного дать может.

– Мы до обеда вернёмся, – пообещал я и поднялся со скамьи.

– Ты куда? Мы ещё не договорили…

– С Баалом хочу пообщаться, появились кое-какие мысли по поводу, – неопределённо ответил я и подался на выход.

За мной тут же поспешили Мишка с Рустамом. Видимо, опасались, что я снова психану и наброшусь на беса. Но мои мысли носили более прагматичный характер. Когда я заговорил про рассвет, в голове созрела одна интересная идея. Все бесы в это время где-то скрывались, и думаю, не просто так. Да, Баал более сильный демон, но что, если восходящее солнце действует и на него тоже?

И этим аргументом я как раз собирался воспользоваться, чтобы выторговать у твари свободу для Алисы.

– Серый, нет! – взревел я, когда распахнул дверь и выбрался из храма.

Но было слишком поздно. Пацан держал в руках клинок и вовсю счищал символ. Демон уже сделал первый шаг к свободе, но, услышав мой крик, обернулся. Баал ухмыльнулся, сложил пальцами фигуру пистолета и, направив его на меня, изобразил выстрел. А уже через мгновение бесследно исчез. Нет, он не растворился в воздухе при помощи заклинания. Просто его движение было столь стремительным, что глаза не смогли это зафиксировать.

Серёга тоже обернулся на мой крик и теперь замер с мечом в руках, с полным непониманием на лице. А затем в его глазах на мгновение вспыхнуло пламя, и он отключился.

– Что случ… Ох, ебать! – заметив отсутствие демона, выдал Мишка. – Да как так-то?!

– Думаю, пацан попал под её влияние, – вместо меня ответил Маркин.

А я устало опустился на ступени и обхватил голову руками. Настроение окончательно скатилось на дно, и впервые за долгое время мне снова захотелось нажраться в слюни.

***

– Так, вновь прибывшие, повторяю ещё раз: никто не суетится, никакой самодеятельности. На рассвете обычно безопасно, но до недавнего времени мы считали, что бесы и к нам войти не смогут.

Я раздавал последние напутствия для людей, которые уже выстроились у выхода.

– Никто вас не бросает, мы просто перекинем вас в другое безопасное место. Там дети, и им требуется присмотр.

– Нормально всё у нас, – буркнул Серёга.

– Тебя никто не спрашивал. – Я бросил на пацана строгий взгляд. – Короче, берём вещи и грузимся в машину. Ехать здесь две минуты.

Народ зашевелился, мужики подхватили сумки и потянулись к «Газели». Мишка с Рустамом уже ждали в кузове, а Колька дымил, сидя за рулём. Мы с мелким забрались в кабину, хлопнули двери, и машина тронулась с места.

Проспект преодолели без приключений, впрочем, как и планировали. Серёга командовал, как лучше проехать до интерната, и всё шло в штатном режиме. Вот только у меня внутри с каждой секундой разгоралось ощущение надвигающейся беды. Это хоть и неприятно, но свои плюсы даёт. Все чувства обострились, и я вновь начал понимать настроение окружающего мира.

В большинстве своём всюду царило одно и то же, за исключением некоторых зданий. В них явно ощущался некий могильный холод… В общем, сложно объяснить, но я почему-то предположил, что именно там бесы прячутся от восходящего солнца. Проверять сейчас некогда, но в будущем эти знания могут пригодиться. Например, при построении маршрута для отступления.

– Вот здесь направо и через дворы прям к центральному въезду, – скомандовал Серёга.

Я прикинул оставшееся расстояние до интерната и сверился с часами. Да, мы вполне успеваем разгрузиться, высадить пассажиров и домчать до завода. Даже если там живых не осталось, это всё равно может принести пользу. Инструмент лишним точно не будет, плюс всевозможные железки, которые хрен найдёшь в повседневной жизни. Ну и как очередной перевалочный пункт сгодится. Но для начала его нужно разведать.

Впереди уже показался забор интерната, и тут меня окончательно накрыло. Предчувствие беды смешалось с настроением места, и оно было очень далеко от мирного. От общаги, где прятались выжившие дети, просто несло страхом, болью и лютой ненавистью. Присутствовало там что-то ещё, но я никак не мог вычленить эти эмоции на фоне предыдущих. Они попросту тонули в них, казались крохотными огоньками.

– Проезжай мимо, – сухо скомандовал я.

– Почему? – удивлённо уставился на меня Серый.

– Рот захлопни, – огрызнулся я и повторил приказ: – Проезжай, я сказал. Вон за тем домом тормозни.

– Да что случилось-то? – снова полюбопытствовал пацан.

– Здесь сиди, – вместо ответа велел я и выскочил из кабины, едва машина остановилась.

Не успел я подойти к кузову, как из него повалили пассажиры.

– Куда, бля?! – рявкнул я. – А ну назад все. Рус, Миха, со мной, остальным сидеть и не дёргаться. Коль, если мы через пять минут не вернёмся, гони обратно в храм.

– Может, объясните нам, что случилось? – попыталась выяснить причину такого поведения одна из женщин в кузове.

– Предчувствие нехорошее, нужно проверить. Не дёргайтесь пока, всё под контролем, – успокоил людей я и обратился к водителю: – Колян, как понял?

– Всё сделаю в лучшем виде. – Он показал в окно большой палец.

– Двинули, – скомандовал я и шмыгнул в кустарник американского клёна, что разросся на углу дома.

Мы молча пробрались до территории интерната, где замерли для наблюдения. Я осмотрел общагу в бинокль, пробежав по окнам, но ничего странного в них не заметил. Однако эмоциональный фон, исходящий от общаги, не менялся, а значит, внутри происходит что-то очень плохое.

– Ты чего весь напрягся? – всё же не выдержал и спросил Мишка.

– Херня там какая-то творится. – Я кивнул на интернат. – И не спрашивай, откуда мне это известно, просто поверь.

– И что делать будем? – задал правильный вопрос Маркин.

– С задней стороны обойдём, там через кухню в корпус войти можно, – прикинул варианты я. – Двигаем тихо, но быстро. У нас семь минут до появления бесов.

Ребята кивнули, и только мы собирались сорваться с места, как позади раздался шорох и появился Серёга с обрезом в руках.

– Я тебе где сказал быть?! – сквозь зубы прошипел я.

– Там сеструха моя, – упрямо сжав зубы, ответил пацан, – Я всё равно с вами пойду.

– Да пусть идёт, – заступился за мелкого Миха.

– Ладно. – Я поморщился, но всё же согласился. – Как можно по-тихому в корпус войти?

– Сзади подвал есть, там на двери замок кодовый, я пароль знаю, – тут же включился в игру Серёга. – Или через кухню, но там придётся окно бить.

– Веди, – кивнул я. – Желательно, чтоб нас из окон никто не видел.

Шкет лишь ухмыльнулся и первым рванул к правой части забора. Мы молча проследовали за ним. Вскоре протиснулись сквозь прореху в рабице, которую, судя по кускам проволоки, неоднократно пытались заделывать. Пацан действительно оказался очень полезен, но это и не удивительно. Кто ещё, как не он, мог знать территорию, с которой периодически приходилось незаметно сваливать.

Обогнув здание школы, мы выбрались в небольшой сквер, который окружал спортивную площадку. Через него пробежали до угла кухни, прижались к стене, и, пригибаясь, чтобы нас не заметили в окнах на первом этаже, добрались до подвала. Серый быстро набрал код на замке и осторожно вытянул дужку. Я слегка толкнул его в плечо, знаками указал, что теперь его место за Мишкой, и нырнул в тёмный подвал.

Зрение быстро перестроилось, но Михаил и мелкий вряд ли обладали подобными талантами. А потому воспользовались фонарём. Рустам вошёл последним и не забыл плотно прикрыть за собой дверь. Серый постучал меня по плечу и пальцем указал направление. Я кивнул и последовал совету, чтобы через минуту оказаться у лестницы, ведущей наверх. Похоже, именно здесь в прошлый раз скрывался Ванька с обрезом, когда вышел нам в спину.

Осторожно приоткрыв дверь, я выглянул наружу. Никого. Однако страх и боль, которыми было пропитано здание, усилились настолько, что я ощущал их почти физически. Прикрыв глаза, я напряг слух, хотя этого и не требовалось, потому как сверху донёсся звук падающего тела, который тут же сопроводил громкий хохот.

Я уже начинал догадываться, что здесь произошло. И почему в подобных ситуациях всегда выживают разные мрази, а хорошие люди умирают первыми? На этот счёт у меня имелась теория, но размышлять о ней было некогда.

Мы влетели по лестнице на второй этаж и, ориентируясь по звукам, вломились во вторую дверь слева. Я едва смог сдержать стон оттого, что предстало перед глазами.

Судя по табличке на двери, здесь располагалась игровая комната. Довольно просторная, чтобы внутри поместились все дети, которым удалось выжить. Их выстроили в дальнем конце и раздели догола. Прямо у двери стояли двое с укороченными автоматами «Калашникова» в руках. Очень грозное оружие, кто бы что ни говорил. Ещё один сидел на стуле, развернув его спинкой перед собой. А последний урод лежал на полу и мерно двигал голым задом…

Перемкнуло меня сразу. Я даже опасность не оценил, а тело уже начало действовать. В ублюдка слева я разрядил обрез, превратив его наглую, ухмылявшуюся рожу в кровавое месиво. Стрелял не думая, отчего разрядил оба ствола сразу, а потому второму попросту сунул рукояткой в лицо. Впрочем, силу я тоже не рассчитывал, ведь я не собирался оставлять этих мразей в живых. Раздался хруст костей, блатной отлетел затылком в стену, а мой обрез застрял рукояткой в проломленном лице.

Позади грохнул выстрел, и заряд картечи смёл со стула Хряща. Да, я узнал этих мудаков, с которыми успел познакомиться в камере. Последний, тот, что с голой жопой, наверняка Фитиль. И эту мразь я собирался убивать медленно. Стрелять по нему не стали, побоялись задеть девчонку, что лежала под ним. Ему хватило пинка по рёбрам, чтобы слететь с неё и захрипеть от боли. О да, бил я со знанием дела и от всей души. Хруст костей наверняка услышали все присутствующие.

– Лежать падла! – прорычал Мишка.

Я обернулся на крик и не смог сдержать хищного оскала, ведь Хрящ тоже оказался жив. Картечь разворотила ему бедро, но жизненно важные органы остались не задеты. Видимо, палил по нему Серый, так как ни Мишка, ни Маркин точно не промахнулись бы.

К слову, пацан уже стоял на коленях перед девчонкой и, гладя её по волосам, что-то тихонько бормотал. Вот только она не слышала и безучастно смотрела куда-то в сторону и вверх.

Внутри меня всё сжалось, а затем взорвалось яростью. Я ещё раз приложил носком ботинка Фитиля, Мишка добавил Хрящу, после чего мы приступили к делу.

Вскоре у дверей припарковалась «Газель», которую вызвал по рации Маркин. Её быстро разгрузили и заперли дверь в общежитии. С минуты на минуту должны были объявиться бесы, и на сей раз мы ожидали их с нетерпением. Детей одели, спустили вниз к остальным и настрого запретили к нам подниматься. В игровой остались только я, Маркин, Серёга с сестрой и две еле живые мрази. Мишку оставили за дверью, чтобы к нам наверняка никто не вошёл во время экзекуции.

– Не думаю, что вам нужно это видеть, – в очередной раз повторил Маркин, обращаясь к Серёге с сестрой.

– Мы не уйдём, пока эти двое не сдохнут, – сквозь зубы прошипел пацан.

– Пусть останутся, – произнёс я и распахнул окно.

Выбросив в него обоих покойников, мы принялись ждать, когда на запах свежей крови явятся псы. Прошло не менее пяти минут, прежде чем раздался цокот когтей по бетонной отмостке. А затем последовал треск разрываемой плоти и хруст костей.

– Надеюсь, они не нажрутся, – выглянув в окно, прокомментировал Рустам.

– Ничего, пошумим – ещё набегут, – усмехнулся я и кивнул на раненого Хряща. – Ты нормально его перевязал? Не хочу, чтобы он сдох раньше времени.

– Ничего. Такие, как он, живучие, – ответил Маркин. – Ну чё, погнали?

– Угу, – кивнул я, и мы подхватили Фитиля.

С обоих мы заранее стянули штаны и связали таким образом, чтобы оба урода приняли позу эмбрионов. К каждому закрепили верёвку, чтобы контролировать высоту, и теперь перешли к финальной стадии плана. Перевалив орущего Фитиля через подоконник, слегка стравили его примерно до окон на первом этаже.

– Ещё чуть пониже, – скомандовал Серёга, высунувшийся в соседнее окно. – Стоп!

– Уверен? – переспросил я.

– А-а-а! – донёсся с улицы полный боли крик.

– Да, – с хищным оскалом подтвердил Серый. – Самое то.

Мы намотали другой конец верёвки на радиатор отопления, предварительно убедившись, что он выдержит вес ублюдка, и тоже высунулись окно. Да, высоту пацан определил правильную. Псы едва доставали в прыжке до голой задницы Фитиля, а тому оставалось лишь визжать, потому как он даже не мог трепыхаться.

– Как думаешь, яйца ему уже откусили? – с задумчивым видом поинтересовался Рустам.

– Поёт вроде тоненько, – пожал я плечами. – Ну чё, второго вывешиваем?

– Давай, – кивнул Маркин.

Мы подхватили Хряща и поволокли его ко второму окну.

Глава 2.

Небольшой прогресс

– Я вот одного не понимаю: нахуя они детей-то раздели? – нарушил тишину Мишка.

Мы сидели на ступенях лестницы, ведущей на второй этаж, выжидая, когда закончится адреналиновый отходняк. В такие моменты тело становится ватным. Можно, конечно, заставить себя двигаться, но смысла сейчас в этом нет. Проще отдохнуть, тем более что у нас имеется свободная минутка. Да и соваться наружу в таком состоянии – не самая лучшая затея, а десять-пятнадцать минут ничего особо не решат.

– Это психологический фактор, – нехотя ответил Рустам. – Голый человек менее склонен к побегу и сопротивлению.

– Мрази ебаные, – выругался Мишка и присосался к банке с пивом.

– Хорош бухать! – одёрнул его я.

– Да я пивка, – оправдался он. – С одной баночки ничего не будет. Мне нужно нервы успокоить. Блядь, как вспомню! Сука, вот чё в головах у людей? Они ведь дети! Как только совесть позволила…

Мишка замолчал и снова присосался к банке.

– Как она? – кивнул я Серёге, который продолжал обнимать сестру.

– Она сильная, переживёт, – ответил пацан.

– Спасибо вам, – вдруг заговорила она.

– Как они вообще к вам вошли? – решил выяснить я. – И почему вы их пустили?

– Это всё ребята, – тихо отозвалась девчонка. – Я говорила, что не нужно никуда ходить, но им же вечно на месте не сидится. Они в ларёк за пивом побежали, а вернулись уже с этими…

– Ясно, – буркнул я. – Миш, по ходу, тебе здесь придётся остаться.

– Ладно, – сразу согласился он.

– Пообщайся с новенькими, объясни, что и как нужно делать. Короче, за старшего здесь пока останешься. Дальше будем думать.