Эпилог Цивилизации. Том 1. Крамола

Глава 1

Пробуждение

Странное, нехорошее, скорее, даже поганое чувство подняло меня с постели в ту ночь.

Я брёл по коридору и тёр глаза, которые никак не желали открываться. Да и сам коридор с кучей комнат по обеим сторонам всё не заканчивался. Чем быстрее я стремился добраться до спальни своих родителей, тем длиннее он становился, словно копируя своё продолжение каждую секунду.

Казалось, ему не будет конца, как вдруг внезапно я ощутил себя прямо у родительской спальни.

Детский мозг растерялся, заставил тело замереть в нерешительности – слишком много шума доносилось из-за двери, и слишком уж он не был похож на ежедневный, привычный слуху.

Вдруг дверь с грохотом отлетела в сторону, а в проём выскочила мать, она сразу заметила меня, я это понял по взгляду. Её зрачки расширены, а в глазах читается первобытный ужас.

– Беги, Глеб! – пронзительный крик ударил меня по ушам, а затем в спальне прозвучал громкий хлопок.

Висок матери брызнул кровью, её взгляд остекленел, остановился, и она упала лицом на ковёр. Этот звук, он показался мне самым страшным во всём мире. Такой глухой, безжизненный, будто кто-то деревяшку уронил.

Тело отказывалось слушаться, я замер столбом, не в силах отвести взгляд смотрел на труп матери, и понятия не имел, что теперь делать. Страх – тот самый первобытный ужас, теперь овладел мной и полностью поглотил волю. Сердце стучало уже не в груди, оно будто переместилось в горло.

Вместе с этим стуком подкатила тошнота, картинка перед глазами поплыла, а когда из комнаты появилась тёмная фигура, я не выдержал, закричал и…

Бабах! Внезапный грохот пробудил меня, но на этот раз я точно знал, что произошло, и тут же ужом выскользнул из-под одеяла на пол. Как оказалось, вовремя – дверь распахнулась, а в комнату заглянул брат. Да и брат ли он мне на самом деле, ведь кровного родства между нами нет от слова совсем. Я живу у этих людей лишь потому, что наши отцы были лучшими друзьями.

– Какой же ты всё-таки придурок, – с лицом, выражающим полное презрение, высказался он. – Неужели ты настолько тупой, что за все эти годы так и не смог научиться не падать с кровати?!

– Извини, я же не специально, – спокойно ответил я и, пошарив рукой по прикроватной тумбе, подхватил свои очки.

Мир приобрёл чёткость линий, а я наконец поднялся с пола.

– Чё там? Опять этот дятел с кровати слетел? – раздался из коридора знакомый голос старшего брата, Андрея.

– Ага, – растянул губы в улыбке Александр.

– Не стой долго рядом с придурками, – добавил из коридора старший, – идиотизм заразен.

Грохнул смех, дверь в мою спальню закрылась, отрезав голоса обоих идиотов. Я как ни в чём не бывало направился в ванную, которая располагалась здесь же.

– Сами вы…конченые, – усмехнулся я себе в зеркале и сосредоточил взгляд на зубной щётке.

Прошло не менее двух секунд, прежде чем она задрожала, но это оказалось всё, на что я способен, находясь в сознании.

Тот грохот, что пробудил меня с утра, раздался вовсе не потому, что я упал с кровати. В этом я специально убеждал своих братьев-придурков, да и всех остальных вокруг, но на самом деле всё гораздо сложнее.

Грохнула мебель, которую я каждый раз поднимал, пребывая в состоянии сна, и это всегда происходило именно под тот самый кошмар.

И хоть этот сон преследует меня с самого детства, впервые я поднял предметы силой мысли, когда мне стукнуло четырнадцать, а если быть точнее – ровно год назад.

Да-да, сегодня мой пятнадцатый день рождения и по традиции, я собираюсь отметить его в кругу друзей. Эти два идиота, конечно же, в него не входят. А вот в задницу пусть идут, желательно друг к другу.

Вот ведь странность: моих сил достаточно, чтобы оторвать от пола всю мебель в спальне, но сейчас их не хватает даже на сраную зубную щётку. Как это понимать? Может, я что-то делаю не так?

Жаль подсказать некому, возможно, потому, что это тайна и принадлежит она только мне. Хотя на самом деле чудно́, что никто до сих пор не догадался об истинной природе утреннего шума. С другой стороны, человеку свойственно отрицать сверхъестественное.

Когда это произошло впервые, в мою комнату заглянула испуганная домработница, Наташа. Хорошо, что в этот момент я уже успел встать с кровати и на вопрос: «Что случилось?», не нашёлся ответить ничего лучше, чем: «С кровати упал».

Этого оказалось достаточно, чтобы она, покачав головой, покинула комнату и закрыла за собой дверь без лишних вопросов. Легенда сработала ещё по той причине, что я действительно очень долгое время не чувствовал края во сне. Доктора твердили, что всё из-за психологической травмы, приобретённой в раннем детстве и, возможно, были правы.

Какое-то время я и сам не понимал, почему вдруг с утра просыпаюсь от грохота, а многие вещи оказываются на полу, хотя ещё вечером были аккуратно расставлены по полкам, на комоде и столе. Нехитрая манипуляция с веб-камерой позволила однажды зафиксировать происходящее.

А когда я отсматривал материал, то не мог поверить собственным глазам.

Ближе к утру вся мебель, не исключая и другие вещи, вдруг воспарили, невысоко, примерно сантиметров пять, может быть, даже десять. А я в этот момент спокойно лежал в кровати, и лишь по лицу можно было понять, какие эмоции в тот момент испытывал.

С тех пор каждое утро пытаюсь сдвинуть с места эту проклятую зубную щётку силой мысли. Однако максимум, чего удаётся добиться, это вот такого нервного дрожания.

– Доброе утро, Глеб Николаевич, – поздоровалась Наташа, когда я спустился в столовую.

Стол уже накрыт для завтрака, оба придурка братца смотрят на меня с ехидными ухмылками, а их мать и моя мачеха по совместительству уже с утра теребит в руках бокал красного вина.

– На твоём месте я бы лучше позавтракала в школе, – мимолётно шепнула мне на ухо домработница в тот самый момент, когда я проходил мимо.

Пришлось незаметно кивнуть, так сказать, обозначить, что прекрасно её услышал.

Видимо, братья снова устроили какую-то диверсию с едой – нисколько этому не удивляюсь. Эти отсталые существа только и способны, что на мелкие пакости, ну ещё оскорбления. За те одиннадцать лет, что я прожил в этом доме – привык и стараюсь не обращать внимания. Я не терпила, вовсе нет, просто сам факт игнорирования бесит их намного больше.

Как-то поначалу я ещё сопротивлялся, пытался отомстить и дать сдачи. Иногда получалось, иногда нет, а вот моя злость настолько сильно забавляла братьев, что пакости с их стороны производились всё чаще. А в любой непонятной ситуации виноватым всегда оставался я.

– Доброго всем утра! – поприветствовал я семью. – Наверное, в школе поем – что-то не хочется.

– Мне насрать, – небрежно отмахнулась бокалом мачеха.

Братья попытались не реагировать, но по их скисшим лицам я всё же заметил: они расстроились от того, что подляна не удалась. Впрочем, я тоже постарался не подавать никакого вида, а просто молча покинул негостеприимный, но очень роскошный дом.

– Глеб Николаевич, – водитель услужливо распахнул дверь новенькой Ауди А8, – вы сегодня раньше.

– Да, что-то снова уличной еды захотелось, – вежливо улыбнулся я в ответ. – Давай проедем через дядю Рафика?

– Без проблем, – блеснул новыми зубами тот. – Угощаете?

– Легко, – кивком согласился я и запрыгнул в салон.

Братья предпочитали передвигаться на личных машинах, точнее, самостоятельно управлять транспортом. Уж чего-чего, а тачек в гараже хватало, от представительского класса до ярких, дорогущих спорткаров. Ребятам было совершенно плевать на юный возраст и отсутствие прав, ведь деньги решают всё. А когда не решают они, то подключаются связи.

Я же не брезговал, а скорее, даже предпочитал пользоваться услугами водителя. К тому же сам этого делать не умел. Ну вот не интересовали меня тачки, зато я очень сильно увлекался различными сверхъестественными штуками, изучал эзотерику. Да много чего интересовало меня больше, чем машины и клубы, хотя от женского общества никогда не отказывался.

Несмотря на очки, которые, к слову, стоили почти столько же, как машина среднего класса, выглядел я достаточно эффектно. Короткая модная стрижка с чёлкой, спадающей на глаза, прекрасно подчёркивала худобу.

Волосы чёрные, кожа смуглая, отчего черты лица кажутся ярче и привлекательнее. А в завершении всего я очень люблю носить строгую одежду и стараюсь выглядеть опрятно и ухоженно.

Девочкам такое нравится, да что там лукавить, огромным плюсом были и деньги, которые решают очень многое, а когда их столько, сколько у моих приёмных родителей… В общем, я могу позволить себе практически всё, разве что кроме развития собственного дара.

– Они снова что-то тебе подмешали? – спросил Николай, взглянув на меня в зеркало заднего вида, когда мы уже мчались по МКАДу. – Я ни за что не поверю, что тётя Маша внезапно разучилась готовить, так что можешь не сочинять.

– Они просто два обыкновенных идиота, – пожал я плечами.

– Я поражаюсь твоему спокойствию, – ухмыльнулся тот. – На твоём месте уже давно бы им носы набок свернул.

– Ты не на моём месте, дядь Коль, – вздохнул я и отвернулся к окну.

– А хочешь, я им вместо тебя наваляю или подговорю кого-нибудь? – внезапно предложил тот, но стоило посмотреть на его лицо в зеркале, я сразу понял, что он шутит.

– Да ни к чему это всё, – покачал я головой. – Совсем скоро закончу школу, а там поступлю на исторический, в Штатах…

– Приехали, – перебил меня тот и остановил машину возле моей любимой лавки с хот-догами.

Эти разговоры повторялись периодически, отличие было лишь в том, что сегодня водитель предложил свои услуги в наказании братьев-придурков. Если бы не прибытие к месту назначения, то беседа, сменилась бы в сторону осуждения моего выбора. Николай не любит Штаты и Англию, и даже Германию. Он рассуждает как типичный житель страны, который полагает, что всё самое лучшее здесь.

Я не спорю, у нас много хорошего, вот только западные дипломы принимаются во всём мире, а с нашими отчего-то приходится переучиваться и доказывать собственную состоятельность. Хотя справедливости ради наше образование, особенно то, что продаётся за большие деньги, ничуть не уступает любому другому, а в чём-то даже и превосходит.

– Глеб Николаевич? – растянул губы в улыбке хозяин лавки. – Приветствую вас, давненько не заходили. Вам как обычно?

– Да, дядя Рафик, – кивнул я. – Сделай, пожалуйста, два – дядя Коля тоже желает.

– Это мы запросто, – улыбнулся в ответ тот и забросил продолговатые булочки в гриль, чтобы у них образовалась хрустящая корочка.

Несмотря на то, что он имел Азербайджанские корни, говорил на русском без малейшего акцента. Я не задавал ему вопросов, хотя полагал, что, скорее всего, родился он уже здесь. Да и несильно меня это волновало, приходил я сюда вовсе не за этим. Вот хот-доги он готовил поистине отменные.

Об этом месте я узнал от своих друзей и одно время заезжал сюда практически каждое утро, а порой и вечер не пропускал. «Ну а настолько постоянных посетителей положено знать по имени и уж тем более в лицо», – так однажды сказал дядя Рафик после того, как я задал глупый вопрос. Как-то раз мне всё же стало любопытно, откуда он узнал моё имя?

– Глеб Николаевич, опаздываем, – крикнул в окно водитель, опустив пассажирское стекло и тем самым отвечая на ранее озвученный глупый вопрос.

– Ничего, успеете, – вместо меня ответил Рафик. – В крайнем случае свалите всё на пробки, но еду выбрасывать я не позволю, даже если вы дважды за неё заплатите.

– Хот-дог, пожалуйста, – справа подошёл какой-то человек и сделал заказ.

– Выбирайте колбаску, – с улыбкой ответил Рафик.

– Да мне без разницы, – поморщился клиент. – Давайте классику, не знаю. В общем, сделайте, пожалуйста, побыстрее – я очень спешу. Согласен даже на холодный.

– Эй, какой холодный?! – тут же возмутился повар и как мне показалось, ещё и на акцент сорвался. – Даже слышать ничего про холодный не хочу.

– Можете взять мой, – внезапно для себя самого произнёс я.

– Да чтоб… – нервно буркнул водитель и случайно задел клаксон. – Я, короче, потом заеду, – добавил он в окно, после отборного мата. – Давай, хватай свою сосиску в тесте и поехали!

– А вот это было обидно, – ткнул упакованным хот-догом в сторону машины Рафик и протянул пакет незнакомцу.

– Спасибо, молодой человек, сколько я вам должен? – решил отблагодарить меня тот.

– Да бросьте вы, – усмехнулся я. – Неужели вы считаете, что у меня нет денег на хот-дог?

– Дело ваше, – вежливо улыбнулся в ответ незнакомец, а я вдруг заметил одну странность.

В первое мгновение даже не понял того, что именно поймал мой взгляд. Но вот мозг, который каждое утро на протяжении целого года пытался решить одну-единственную непростую загадку, заострил внимание на, казалось бы, случайной детали.

Незнакомец, когда предлагал расплатиться за хот-дог, потянулся к карману плаща, но когда я отказался, он остановил руку. И несмотря на то, что он даже не прикоснулся к кошельку, тот очень отчётливо шевельнулся под тканью.

Любой другой не обратил бы на это явление никакого внимания. Даже я не сразу сообразил, что случилось и только спустя долгих пять секунд, мозг сумел сделать правильные выводы, а затем ещё и сомнениями их приправить. За это время незнакомец уже показал спину, поспешно удаляясь в сторону входа в метро.

– Я сам доберусь, – быстро бросил я дяде Коле, и прежде чем он успел что-либо возразить, подхватил свою сумку с заднего сиденья и помчался вслед за незнакомцем.

Глава 2

Когда ученик готов

Эта встреча перевернула всю мою жизнь с ног на голову. Конечно, в тот момент я ещё этого не знал и даже не догадывался, к чему в итоге приду. Жажда познания гнала меня вперёд.

Я, словно умалишённый, следовал за человеком в длинном лёгком плаще мышиного серого цвета и хот-догом в руках. Стараясь не упустить ни единого движения, пристально смотрел ему в спину и пожирал глазами каждый жест.

Наверняка именно так ведут себя одержимые фанаты, пускающие слюни от одного только вида своего кумира. Но меня интересовал вовсе не автограф и даже не селфи, а совсем другое.

Я желал точно знать, показалось мне то, что я увидел возле лавки дяди Рафика, или этот человек действительно что-то умеет. Много мне не нужно, хотя бы просто быть уверенным в том, что я такой не один, что всё-таки не схожу с умаот полученных в раннем возрасте психологических травм.

Да если повезёт, то я готов отдать всё, что у меня есть, за единственный ответ на вопрос: «Как развить способность?»

Само собой, что подростковый разум унёс меня в дебри. Я уже представил себе, как мы вместе учимся гасить свечи на расстоянии, как под руководством этого странного незнакомца я с напряжённым лицом двигаю монетку по столу. Да я уже целую историю выдумать успел, когда вдруг понял, что больше не вижу впереди спину в сером плаще.

Первое, что я почувствовал в этот момент – паника. Я замер посреди платформы и судорожно осматривался по сторонам, пока наконец не выхватил нужное лицо в вагоне электрички.

Внутрь я запрыгнул в самый последний момент, когда диктор уже объявлял механическим голосом о закрытии дверей и осторожности.

Показалось, что незнакомец бросил в мою сторону мимолётный взгляд и вроде как улыбнулся. Не широко и открыто, а так, лишь слегка дёрнул уголками губ. Это меня смутило, но я сделал вид, будто еду по своим делам и не имею к слежке никакого отношения.

Я даже постарался сместиться таким образом, чтобы выйти из его поля зрения, но при этом пристально продолжать следить за каждым движением.

Но ничего необычного не происходило. Человек просто стоял и держался за поручень одной рукой, а другой, не переставая, мял бумажную упаковку от хот-дога.

Я наконец вспомнил, что свой даже не попробовал. Мало того, от напряжения и волнения просто раздавил его, даже упаковка из-за соуса промокла. Да уж, дядя Рафик такого отношения к своей стряпне точно не оценит. Надеюсь, никто ему не расскажет, что хот-дог полетел в помойку.

Я невольно улыбнулся, представив себе его лицо. Примерно так же он возмущался перед незнакомцем, когда тот попросил холодную еду.

Кто он такой? Почему так странно одет? И куда торопится?

Вопросы беспорядочно роились в голове, напрыгивали один на другой и всё это вперемешку с мечтами о грядущем обучении.

Проехав три станции, человек продвинулся ближе к выходу и покинул вагон на следующей.

Я будто пёс последовал за ним, стараясь при этом не привлекать внимания. Разум подростка даже не подозревал, что в своём дорогом костюме я, словно новогодняя ёлка, выделяюсь среди толпы.

Пройдя по широкому проспекту, незнакомец свернул в переулок, а когда я поспешил следом, то вдруг не обнаружил его там. Волнение вновь охватило меня, заставило недоумённо озираться и суетиться.

Наверное, самое глупое решение, что могло прийти в голову, это ломануться вперёд. Вот только пробежать я успел лишь до следующего незаметного поворота, где внезапно утратил способность двигаться.

Словно огромный невидимый спрут опутал меня щупальцами, лишая возможности сделать вдох. Кажется, я даже от земли оторвался и сейчас левитировал в нескольких сантиметрах от неё.

– И зачем ты за мной ходишь? – прозвучал позади вкрадчивый голос.

Эх, а ведь я заготовил на этот случай шикарную речь!.. Правда, сейчас от волнения не смог выдать ничего членораздельного и уж тем более понятного.

– Я?! Нет… Я не… Вы не так поняли… – из моего рта вылетал какой-то бред и это очень сильно бесило.

– Я знаю, кто ты и чьей семье принадлежишь, – так же, сухо добавил незнакомец. – Передай Смирнову, что если он не отвалит, я лично выдавлю из его черепушки мозги. Нас не интересуют его предложения.

– Нет, всё не так, – я наконец собрался с мыслями и затараторил как пулемёт. – Мой отчим здесь ни при чём! Я сам! Научите меня!

– Что? Ты сказал отчим?! – невидимая сила развернула меня на сто восемьдесят градусов, где незнакомец с подозрительным прищуром всматривался в моё лицо. – Кто твой настоящий отец?

– Это неважно, просто научите меня, – отбросил я в сторону все сомнения и лишнюю шелуху, а глаза горели азартом, словно у сумасшедшего. – Я умею, если позволите, я покажу вам.

– У меня нет времени на эту ерунду, – покачал головой тот, – и, кажется, я задал тебе вопрос!

– Ларычев, моя фамилия Ларычев, – чуть не прокричал я. – Хоть подскажите, с чего мне начать… Я не понимаю…

Взгляд незнакомца дрогнул, лицо сделалось задумчивым, а я замер, боясь помешать, спугнуть правильные мысли в его голове. Лишь внимательно следил за эмоциями, силясь понять, какое решение собирается принять этот человек.

– Эй, ублюдок, а ну, отпустил мальца! – в переулке появился дядя Коля, тот, что водитель, и навёл ствол пистолета незнакомцу прямо в лицо. – Я в тебе сейчас дырок наделаю, раз…

Досчитать он не успел, как и спустить курок. Незнакомец лишь пальцами дёрнул, и тело водителя с глухим стуком впечаталось в стену. Пистолет звякнул по асфальту, а дядя Коля закатил глаза и отключился.

Внезапно хватка ослабла, и мои ноги почувствовали твёрдое основание под собой. Незнакомец отпустил меня и, не говоря ни слова, развернулся и попытался уйти прочь.

Несколько секунд я в недоумении наблюдал его спину. Сердце стучало где-то в горле, руки тряслись…

– Стой! – закричал я во всю силу лёгких и вдруг это случилось.

От моего тела в сторону незнакомца рванула мощная волна. Она смела на своём пути пластиковый мусорный контейнер и сбила с ног уходящего человека.

Меня охватили странные чувства: вроде и радостно – ведь наконец свершилось то, о чём я мечтал каждый день, на протяжении целого года. Но одновременно с восторгом я испытал испуг. За то, что мог навредить незнакомцу, разозлить его и сейчас выхвачу сдачу или окончательно отобью у него всё желание помогать мне.

– Ха-ха-ха-ха! – хохот раздался внезапно и окончательно сбил меня с толку.

Вот сейчас я точно ничего не понимаю. Почему он смеётся? Разве я сделал что-то смешное?

– Чё ты ржёшь?! – теперь меня охватила ярость. – Заткнись! Хватит!

Пистолет вдруг прыгнул ко мне в ладонь, и я трясущейся рукой направил его в лицо незнакомцу. А дальше произошло нечто непредвиденное.

Желудок вдруг скрутило спазмом, и я вывернул его себе под ноги. А так как с утра в нём не было ни крошки, то кроме кислоты наружу ничего и не вышло. Мерзко, отвратительно и стыдно.

– Брось железку, – голос незнакомца вдруг прозвучал рядом, а его рука заботливо похлопала меня по спине.

Я послушался, вытянул из сумки с учебниками упаковку влажных салфеток и вытер рот. Затем высморкался, освобождая нос от противного кислого запаха. Третьей салфеткой я протёр туфли, на которые попало немного рвоты.

– Простите, – виновато буркнул я. – Я не хотел вас толкать.

– Ещё как хотел, – ухмыльнулся тот. – Пойдём, купим тебе воды.

– А…

– Ничего с ним не случится, – человек понял, что я имел в виду дядю Колю. – Очнётся через пару минут.

– Кто вы? – впервые я задал нормальный, правильный вопрос.

– Меня больше интересует, кто ты, – с интересом посмотрел мне в глаза незнакомец. – Тебя ведь Глеб зовут или лучше Глеб Николаевич?

– Нет, не нужно, – помотал я головой. – А вас как?

– Можно просто Макс, – ответил тот. – Ну что, идём?

– Да, простите, – коротко кивнул я.

– Так, давай уже на ты, раз пошло такое дело, – сказал незнакомец и направился к выходу из переулка. – Здесь неподалёку есть кафе, предлагаю продолжить беседу там.

– Но вы вроде как спешили? – намекнул я на то, за что поделился с ним хот-догом.

– Ничего страшного, дела подождут, – ухмыльнулся он, как мне показалось, загадочно. – Ну, долго тебя ждать? То бежишь за мной через половину города, а то с места сойти не можешь.

– Да, простите, – в очередной раз перешёл на извинения я.

Когда мы проходили мимо дяди Коли, я присмотрелся, жив ли он. Грудь поднималась, а значит, он дышит, надеюсь, с ним всё будет в порядке.

– С ним всё хорошо, – уверенным голосом, в очередной раз повторил Макс, словно прочитав мои мысли. – Пойдём, у меня действительно не так много времени.

Мы сели за свободный столик. Утром, в кафе, в мегаполисе, такой отыскать непросто. Шум, гам, какие-то злободневные новости обсуждают по телевизору. Если действительно к ним прислушаться, можно и в самом деле поверить в грядущий конец света. Или в то, что весь мир, внезапно решил спрыгнуть с ума.

– Вы хотите говорить здесь? – с недоумением я осмотрелся в помещении. – Да здесь народу куча, нас же могут услышать.

– Парень, всем насрать на парочку чокнутых, уж поверь мне, – усмехнулся тот. – Никому нет дела до того, что происходит вокруг. У них проблем столько, что они за ними не видят завтрашний день.

Я молча кивнул, потому как был вынужден с ним согласиться. Во многом он сейчас прав, хоть я никогда в таком ключе не думал.

– Слышал, о чём говорят? – кивнул Макс в сторону телевизора. – Скоро нам всем конец.

– Я это слышу ровно столько, сколько живу, – отмахнулся я. – Почему у меня получилось там, в переулке?

– Что получилось? – откинулся на спинку дивана тот. – Ударить взрослого человека в спину?

– Вот только давайте не будем, – поморщился я. – Вы поняли, о чём речь, и вообще-то, я извинился.

– А ты сам как думаешь? – задал правильный вопрос он и слегка склонил голову набок, продолжая при этом внимательно за мной наблюдать.

– Не знаю даже, – немного смутился я такой постановке ответа. – Что-то внутри закипело вдруг. Я разозлился на вас, стало обидно и страшно одновременно. А потом я почувствовал, что смогу…

Я поднял на Макса удивлённый взгляд. А ведь действительно, это как-то взаимосвязано. Во снах я тоже чувствую именно это – страх, боль, желание отомстить, но Макс вдруг объяснил всё иначе.

– Дело в надпочечниках, – усмехнулся он. – Помимо адреналина, у нас они вырабатывают ещё один гормон, это он отвечает за твои способности и силу.

– Подождите, вы сказали способности? Их что, много? – кажется, в моих глазах блеснул огонёк безумия, потому как Макс снова ухмыльнулся.

– Нет, скорее, уровень развития и диапазон использования разные, – на этот раз он точно ответил на мой вопрос. – Ты обладаешь одним, кто-то другим, гормон у каждого дозируется по-своему. Названия ему так и не дали, пусть будет просто сверхгормон – так удобнее, и всё.

– Значит, у меня телекинез, так? – мои мысли вновь умчались вперёд, я уже прикидывал, в каких областях его можно использовать. – И у тебя, выходит, тоже?