Один из ста

Глава 5

Вводную часть своего произведения автор посвятил размышлениям о том, почему все современные маги бесконечно бездарны и представляют собой сборище умственных калек. Затем произошел резкий переход к первой рунической печати, носившей название «Великий Щит».

Очень оригинально! Никогда бы не додумался! Я криво усмехнулся и продолжил чтение.

Сперва Корнелиус вкратце описывал схему печати магического щита. Тут мне все было знакомо и понятно, так как такой же щит мы изучали в академии. После применения он выглядит как прозрачный прямоугольник в рост человека, хорошо защищает как от магических, так и от физических атак, ману потребляет умеренно. Такой печатью обладает каждый маг в империи, поскольку на её поддержание хватает и одной звезды.

Завершив описание стандартного щита и обозвав его изобретателя убожеством, Корнелиус изложил свою версию печати щита, именуя ее не иначе, как гениальной. На вид она казалось даже более простой в освоении, и, хотя строилась немного по другому принципу, знакомый набор рун дал мне надежу, что много времени на её освоение у меня не уйдет. Сразу перейдя к практике, я попробовал повторить корнелиусовскую печать, но с первого раза ничего не получилось. Тут как игра на музыкальном инструменте, ноты и аккорды ты знаешь, но воспроизвести незнакомую мелодию с первого раза не всегда получается.

После нескольких часов упорных повторений, передо мной наконец возник небольшой прозрачный щит с желтоватым отливом в форме шестиугольника похожий на пчелиную соту.

– И как этим прикажете защищаться? Он же ничего толком не прикрывает. Любая печать стены огня или воды его обойдёт. Или две стрелы, выпущенные одновременно, например, в плечо и в колено. Тоже мне великий и ужасный мистер Гениальность. Ладно, посмотрим, что там еще он пишет.

Далее текст гласил: «Повторюсь, мне жаль тебя. Сейчас ты скорее всего кинулся испытывать мою печать, не дочитав раздел до конца, а то получив результат, сидишь и гадаешь что с ним делать. Я, Корнелиус Великий, так и быть на первый тебя прощаю, и поскольку ты юн и неопытен, советую в дальнейшем следовать всем моим рекомендациям. А если ты этого не хочешь, то закрой эту книгу, сожги её и никогда больше о ней не вспоминай».

Проглотив язвительную насмешку, я стал читать дальше и наконец понял, что созданный мной щит является центром печати гораздо более сложной, чтобы удержать которую нужна была мана не менее двух звезд.

На лбу высыпала испарина, руку заломило от начертательных движений в воздухе, но я упорно продолжал попытки активировать печать.

– Демонова задница, почему не выходит? Все же делаю верно, а в книге как назло нет подсказок. Сказано только, что пока не активирую печать читать далее нет смысла.

Провозившись до момента, пока не пошли сплошные ошибки, я принял душ, и пристроив под голову рюкзак, лег спать.

Сколько времени прошло, пока наконец я получил нужный результат, сказать трудно. За окном всегда было светло и я не мог определить, когда день сменяла ночь и наоборот, но по ощущениям прошло около трех суток.

Снова успешно активировав печать великого щита, я стал любоваться своими творением. А посмотреть было на что! Щит не был похож на другие магические щиты, которые я когда-либо видел. Меня накрывала полусфера, состоящая из небольших сот, аналогичных той, что я сотворил при первом опыте. Выглядела эта конструкция довольно внушительно, теперь стоял второй вопрос о ее эффективности.

Взявшись снова за книжку, я продолжил чтение: “Надеюсь, на активацию печати ты потратил меньше месяца, мой дорогой бездарный друг. А сейчас, когда я расскажу тебе о сокровище, попавшем в твои руки, ты преисполнишься ко мне безграничной благодарностью. Кстати, можешь реально проявить эту благодарность, выслав мне тысячу золотых в валюте любого мира на указанный ниже счет в банке Шифраль”.

Любопытно, он шутит или нет? Он что, еще жив? Счет в банке вроде настоящий. Но я никогда не слышал о маге по имени Корнелиус Великий.

Прочитав описания преимуществ великого щита перед всеми остальными, я действительно стал преисполняться благодарностью к автору книги. Если верить написанному, сферический щит (так я его назвал для себя) гасил все магические атаки, в том числе, и энергию стихий, и энергию некромов, и даже энергию света. Кроме того, он справлялся с любым видом кинетических и физических атак, а за счет того, что сфера полностью окутывала тебя, щит отбивал атаки, ведущиеся одновременно с разных направлений. Ну и самое главное, нагрузка на щит распределялась равномерно из-за того, что составлявшие его соты как бы поддерживали друг друга. То есть он одновременно был и единым, и в то же время состоял из множество маленьких щитов, что с одной стороны позволяло значительно снизить затраты маны для поддержки его функционирования, а с другой – на порядок увеличивало его эффективность. То есть щит делал его обладателя практически неуязвимым. Достать тебя за ним могли только в том случае, если ты терял опору под ногами, или твой враг, сконцентрировав все усилия на одной из сот, добивался ее перегрузки.

– Да, Корнелиус, ты действительно гениальный чел! Какие же еще сюрпризы ты приготовил?

Следующая печать называлась «Бесконечное сжатие». По факту это был стандартный огненный шар, одно из первых и самых простых атакующих заклинаний, но печать автора вносила два дополнительных контура, которые его существенно усложняли. Все еще под вдохновением выученной печати щита, я решил просмотреть рекомендации по применению Бесконечного сжатия, но так как они отсутствовали, приступил к его освоению самостоятельно.

Сам огненный шар у меня получался легко, а вот дополнительные манипуляции с печатью постоянно сбоили. На этот раз, чтобы овладеть печатью я потратил по внутреннему таймеру около недели. Делая перерывы только на грибы, короткий сон и еще более короткие банные процедуры, я получил-таки именно то, что имел ввиду автор.

В очередной раз активировав печать, мне удалось создать перед собой огненный шар диаметром около двадцати сантиметров, а затем, с помощью дополнительных контуров начал его сжимать, увеличивая плотность. Максимальный пик, на котором я смог удержать печать до распада, это когда диаметр шарика достигал примерно одного сантиметра. Корнелиус же в книге рекомендовал не останавливаться, пока шарик не сожмётся до пятидесяти миллиметров.

Закончив с опытами, я направился в ванную комнату, однако переступив порог оказался вдруг в совершенно незнакомом месте – по колено в воде, окутанный плотным туманов, через который в ночном небе просматривались две одинаковые по размеру яркие луны – одна зеленого, а вторая фиолетового цвета.

– Хар, не смешно! Что еще за дела? Где я?

Для порядка покричав в окружающую меня сырую и прохладную тишину примерно с минуту и ожидаемо не получив ответа, я еще раз посмотрел по сторонам. Несмотря на практически нулевую видимость из-за тумана я тем не менее понял, что дверь, через которую сюда вышел, исчезла. Раскинув мозгами и не придумав ничего оригинального, чтобы не стоять на месте я просто побрел вперед, надеясь куда-нибудь да выйти.

Активация печати светлячка не принесла желаемого результата. Наоборот, стало только хуже, плотный туман отражал свет, слепивший меня. Месить голыми пятками жижу под ногами – то еще удовольствие. Спустя примерно полчаса от холода начало сводить ноги, и я пожалел, что сапоги остались в келье. Какое-то время комбинезон еще помогал удерживать тепло, но постепенно зубы начали выдавать рваный ритм.

Наконец сквозь пелену тумана я разглядел небольшое пятно света.

– Костер? Было бы не плохо. Там должны быть люди и возможно узнаю у них что это за место, да и согреть ноги сейчас не помешало бы.

Стараясь ускориться, я побрел по жиже на свет, и через полста кубитов ощутил под ногами твердую почву, а вскоре и вовсе выбрался из воды на землю, покрытую невысокой и мягкой травой. Туман здесь был не таким густым, идти стало гораздо легче, и пройдя около еще около сотни кубитов, заметил что-то похожее на человеческий силуэт. сворачиваю к нему.

– Ээээй, здравствуйте! Вы понимаете меня?!

Силуэт вздрогнул, медленно повернулся, и неспешно направился ко мне. Двинув было ему навстречу, я приостановился. Незнакомец приближался, но его походка мне показалась странной, какой-то дерганной, и к тому же он молчал. Это меня насторожило.

Когда силуэт приблизился, я увидел, что это был невысокий мужчина, со спутанными мокрыми волосами и неестественно бледной почти белой кожей. Одет он был в какие-то лохмотья, одна нога была без обуви. От фигуры явственно исходил сладковатый запах разлагаемой плоти.

– Эй, ты понимаешь меня? Ты говоришь на общем языке? С тобой все в порядке?

Вместо ответа, похожий на мертвяка мужик что-то промычал, а из его рта по подбородку обильно потекла желтая пена. Потом он правую руку и указывая ею на меня задвигался еще быстрее.

Я активировал печать огненного шара.

– Лучше не подходи, слышишь?

То ли мои угрозы подействовали, то ли что-то еще, но, когда незнакомцу осталось до меня каких-то пару-тройку шагов, он вдруг словно обо что-то запнулся и рухнул плашмя лицом в траву. Что-то тихо хрустнуло, руку мужика вдруг вывернуло под жутким углом, он пару раз дернулся и затих.

Не решаясь подойти, я обошел тело и направлялся в сторону маячившего вдали света.

– Все святые, что за странное место. Скорей бы понять где я очутился.

Чем ближе я подходил к светлому пятну, тем чаще стали попадаться одинокие деревья, покрытые черной маслянистой корой. Несмотря на полный штиль, их белые листья дрожали, издавая характерный шуршащий звук. Наконец впереди проявились очертания сложенного из бревен дома. В небольшом окошке горел свет, который я изначально принял за костер.

– Эээй, есть кто дома? Вы понимаете меня? Не бойтесь я безоружен! Там человеку плохо, кто ни будь может ему помочь?

Покричав еще немного пару минут, я приблизился и заглянул в окошко. Внутри можно было разглядеть небольшую комнату со столом и лавкой, стены украшали звериные шкуры и пучки сушеных трав, в стену был вмурован криво сложенный камин, в котором трещали дрова. За за столом спиной ко мне сидел человек.

– Неужели не слышит?

Я постучал по стеклу, но сидящий никак не отреагировал. Тогда я громко постучал в дверь, а потом потянул за ручку. Не заперто. Не решаясь без спроса войти в чужой дом, крикнул в приоткрывшуюся щель.

– Есть кто живой?

Сидящий на лавке человек не пошевелился. Войдя в дом, я прикрыл за собой дверь и осмотрелся. Кроме основной комнаты в доме была еще маленькая спальня с кроватью, а рядом со входом к стене приткнулся большой обитый железом сундук. За столом на лавке неподвижно застыл загорелый косматый мужчина лет пятидесяти, одетый в простую рубаху, кожаный жилет и такие же штаны. На столе стояли деревянная миска с куском мяса и кружка, наполненная какой-то жидкостью с кислым запахом. Слева от миски лежала двузубая вилка, справа – кусок хлеба.

Глаза мужика были открыты. Подойдя вплотную, я помахал перед его лицом рукой, а потом, осмелев, потыкал вилкой в щеку.

– Как статуя, но вроде дышит. Любопытно. Один, похожий на труп – ходит, другой, похожий на живого – сидит застывший, как истукан. Дела.

Решив не оставаться в этом доме, я пошарил по углам в поисках чего-нибудь полезного, что могло бы мне пригодиться, но обнаружил только кухонный нож, кое-какую одежду и пару бесформенных грубых ботинок. Тяжелый массивный сундук оказался забитым капканами, силками, рыболовными крючками, сетями и прочим бесполезным для меня хламом. В итоге воспользовался только ботинками, пусть меньшего размера, но лучше уж так, чем босиком.

Выйдя из дома, и осмотрев окрестности в поисках тропинок или других ориентиров я заметил, как отталкиваясь от земли сломанной культей к дому ползет первый незнакомец, встреченный мною в этом странном месте. Сопоставив увиденное, я пришел к мысли, что скорее всего он не просто болен, а давно уже мертв, но с помощью магии некромов воскрешен и превращен зомби. А раз так, то где-то рядом должен быть и сам маг, который своей печатью поддерживает двигательную активность зомбака.

В мирах империи магия некромов была разрешена. Однако все печати, связанные с поднятием и контролем нежити, находились под строгим запретом, их использование каралось незамедлительно, и наказанием служила публичная казнь.

Не пытаясь дальше размышлять о том, почему какой-то маг использует запрещенный вид магии, и зачем ему понадобился зомби, я вспомнил из уроков Академии, что против нежити наиболее действенны печати огня, активировал печать огненного шара и запустил им в ползущего зомби. Лохмотья моментально вспыхнули, но движение в мою сторону не прекратилось. Тогда я активировал печать ещё раз, запустил вторым шаром прямо в голову зомбака, после чего тот затих. Запахло горелой плотью. Активировав печать еще разок, я для порядка швырнул в неподвижную фигуру третьим шаром, однако не успел порадоваться победе, как заметил в тумане новые силуэты, приближающиеся ко мне уже знакомой дёрганой походкой.

– А этот маг не так прост, раз может контролировать такое количество зомби одновременно.

В следующие пятнадцать минут я как в тире расстреливал огненными шарами приближавшихся ко мне зомбаков, и в итоге остался стоять на месте, окруженный десятком дергавшихся на земле противных тел, источавших жуткое зловоние.

Вдруг раздался громкий утробный свист, затем всплеск и в глубине тумана я разглядел двигающуюся рывками огромную тень. Величаво, словно специально давая себя получше рассмотреть, ко мне выползла гигантская пиявка, на маслянистых боках которой виднелось множество коротких лапок, а безглазая морда была украшена круглым ртом с множеством кривых и загнутых зубов.

Цели твари были предельно ясны. Не стал дожидаться, когда она бросится на меня, я активировал подряд три печати, и шары, оставляя за собой хвост словно небольшие кометы, с большой скоростью врезались в переднюю часть пиявки. Я уже собрался отпраздновать победу, как произошло неожиданное. Огонь словно вода стек со шкуры монстра, не причинив ему никакого вреда. Тварь сжалась словно пружина и резко прыгнула в мою сторону.

Не знаю, как у меня получилось, видимо тренировки дали о себе знать, но в самый последний момент я успел активировать печать Великого щита. Гигантский кровосос всем весом влетел в сферу и легко был отброшен назад. Судя по свисту пиявке такой расклад совсем не понравился. Она снова сжалась и ударилась о щит. Потом еще и еще. На морде адского создания проступила зеленоватая кровь, но ее это не остановило, и удары не прекратились.

Потихоньку я начать понимать, что мой противник не такой уж и безмозглый и возможно избрал верную тактику. Ведь как только мои запасы маны иссякнут, меня можно будет брать тепленьким. Лихорадочно проанализировал ситуацию и не придумав, как остановить нападение, я решил и укрыться в доме, чтобы выиграть немного времени. Как только монстр в очередной раз был отброшен щитом, я побежал.

Влетев в дверь и заперев ее за собой, я почувствовал, как она начала содрогаться под мощными ударами.

– Думай, Рик, что у тебя есть против этой твари? Огонь её не берет, это мы проверили. «Светлячок» тоже будет бесполезен, глаз-то у неё нет. Остаётся только попробовать «Сжатие» – эту новую печать Корнелиуса. Лишь бы получилось!

Активированный печатью и появившийся в воздухе огненный шар начал постепенно сжиматься, но грохот от ударов по двери отвлек меня и печать разрушилась. Стиснув до боли зубы, я полностью сконцентрировался на печати. Весь мир для меня исчез – остался только постепенно сжимающийся до нужного размера шар. И в том момент, когда дверь слетела с петель, мой шарик с огромной скоростью влетел в окровавленную морду твари.

Сначала мне показалось, что печать не сработала. Но эту мысль тут же прогнали яркая вспышка и раздавшийся следом за ней взрыв. Последним, что я увидел, стали ошметки пиявки, разлетавшиеся по комнате. Взрывной волной меня сначала бросило на стену, затем приложило головой к сундуку, и я опять потерял сознание.

Глава 6

Проснулся я от того, что кто-то настойчиво тряс меня за плечо. Голова жутко гудела, веки словно налились свинцом.

– Эй, парень, парень, ты живой?

Ко мне обращались на всеобщем языке, но ответить не было сил.

– Очнись!

Меня продолжали тормошить.

– Да, да, сейчас, подожди.

Поочередная активирование двух печатей малого исцеления немного привела меня в чувство, но голова продолжала трещать. Потрогав засохшую корку крови на затылке и применив еще одну печать, я наконец с трудом разлепил глаза. Надо мной склонился тот самый мужик, которого я ранее видел неподвижно сидящим за столом.

– Парень, ты откудыть? И зачем в мою хату залезть удумал?

– Что значит откуда? Ты что, не помнишь, как я тебе тут жизнь спасал?

– Как этыть ты мне жизнь спасал? В хату мою залез, небось украсть, что хотел, вор ты, а не спаситель вот.