Теория Хаоса. Вечные

ЧАСТЬ 1. СТАЯ

«Без любви Вечность не имеет смысла»

Пролог

— Ну глупость же несусветная!

— Да с чего вдруг?

— Да с того!

— Обалдеть обоснование!

— Я могу и поподробнее…

— Нет! — перебила я. — Можешь просто помолчать, хотя бы полчаса? Достала уже.

Тишина. Неужели?

— Подумай ещё раз, ну хрень же!

— Не прошло и пяти минут…

Вздохнув, я забралась в кресло с ногами и отдалась потоку мыслей.

Этот голос был со мной всегда. Хотелось мне того или нет. Тихий, идущий не извне, а из самой глубины сознания — и при этом всегда параллельно моим собственным мыслям, сбивая их с толку то циничным комментарием о мотивах прохожего, то внезапным вопросом о том, что бы я делала, если бы время вдруг замерло. С детства он рассказывал мне сказки. Но не те, что читают в книжках, а другие — странные, будто из другого измерения, от которых по коже бегут мурашки, но оторваться невозможно. Именно он ненавязчиво учил меня видеть красоту: изгиб шеи актрисы, игру мышц на спине атлета, скрытую чувственность в самом простом жесте.

И неизвестно, что стало последней каплей — возможно, переезд в эту странную квартиру. А странной она стала всего лишь потому, что не совсем соответствовала моим ожиданиям от жилья, за аренду которого я должна была отдавать ползарплаты. Старый диван — ровесник моей бабушки, сервант с сервизами (вот он был точно её старше), эти дурацкие пёстрые ковры на стене и на полу комнат. И при всём при этом я с удивлением ловила себя на мысли, что давно не ощущала такого уюта и необъяснимого комфорта. Тихое удовольствие будто просачивалось сквозь меня. И этот голос в моей голове — он был согласен и даже болтать стал громче.

Вот как сейчас: я думала мысль — важную, глобальную, как минимум о спасении всего человечества, а она издевалась.

Раздвоение личности, или я слышу кого-то ещё? Кто ты?— подумала я, даже не до конца представив последствия подобной выходки.

Я не успела испугаться. Просто в следующее же мгновение воздух рядом со мной сгустился и задрожал, будто от жары. И появилась Она. В лёгком недоумении я молча смотрела в её глаза — тёмные, словно ночное небо, в котором то вспыхивали, то гасли багровые искры. В них читалась насмешка и что-то ещё, недоступное мне.

Вызывайте санитаров,— мелькнуло в сознании, но её вытеснила другая мысль — или даже не мысль, а скорее чувство, с привкусом тихой, давней тоски. Где-то глубоко внутри я знала и всегда ждала этого момента.

Я застыла, нет, не сражённая, скорее восхищённая. Позже, пытаясь вспомнить, я не могла найти в её внешности ничего сверхъестественного: классический овал лица, правильные черты. Но в тот миг её красота казалась неестественной. Возможно, дело было в абсолютной, нечеловеческой симметрии, которой не бывает в живой природе. Или в том, как свет обтекал её кожу, не создавая бликов, будто она была сделана из иного вещества. Она была слишком идеальна, чтобы быть настоящей. Как математическая формула, воплощённая в плоти — безупречная и оттого пугающая.

Я даже не сразу заметила крылья у неё за спиной. Я с трудом фокусировалась на них: то это были бархатные крылья летучей мыши, то они расплывались, словно мираж, и сквозь них проступали очертания комнаты. Я зажмурилась и снова открыла глаза. Ничего не изменилось, она всё так же стояла передо мной, с лёгкой насмешкой осматриваясь вокруг.

— Ты... демон, — произнесла я. Не вопрос, а констатация. Всё ещё подозревая, то это лишь галлюцинация, я попыталась вспомнить, не было ли у меня повышенной температуры с утра.

Существо кивнуло. И тогда я услышала её голос по-настоящему — не внутри, а снаружи. Он обволакивал, как тёплый бархат, и в нём слышалось что-то очень знакомое, но начисто забытое — как мелодия из раннего детства. Но это был он! Тот самый голос, который вечно со мною спорил и ставил под сомнения все самые благородные порывы.

Однако.

— Если быть точнее, то я — суккуба.

— Эм-м, а я вроде не мужского пола, — рассматривая её изящные рожки, удивилась я.

Она театрально вздохнула, закатив глаза.

— И я таки в курсе!

И, немного помолчав, вдруг добавила с подозрительной нежностью в голосе:

— Я пришла, потому что ты наконец-то меня позвала.

Прежде чем я успела что-то сказать, её рука скользнула по воздуху, и пространство между нами заполнилось мерцающими частичками. Они устремились к моей ладони, ещё не касаясь её, но уже рисуя в воздухе таинственный узор. Я инстинктивно повернула ладонь, и серебристая пыльца сложилась в знак бесконечности.

— О, — выдохнула я, глядя на серебристую восьмёрку на своей ладони. — А я ожидала чего-то посложнее.

Такой бури вопросов я ещё никогда не ощущала.

— Самое сложное — это как раз и есть простое. Вы, люди, всегда это забываете. Но ты... ты вспомнишь.

Она провела пальцем над знаком, и тот засветился, но тут же погас.

— Теперь я смогу показать тебе мир таким, каким вижу его я. И рассказать о Вечных. И заодно обосновать, почему то, о чём ты только что размышляла, — глупость несусветная!

Теперь демонстративно закатывать глаза пришла моя очередь.

Искорка

Я спросила, как её зовут, а она предложила мне самой выбрать, потому что на демоническом её имя я всё равно не запомню, да и не произнесу. Я подумала и решила называть суккубу ЕвВой. Она рассмеялась.

— Ты назвала меня в честь себя? — уточнила она, и мне стало вдруг немножко жарко. Она знала. Конечно, знала.

— Это... вышло случайно, — смущённо пробормотала я.

— Случайностей не бывает, искорка. Особенно когда даёшь имя демону. — Она склонила голову набок, изучая мою реакцию. — Ева... Начинательница. Ва... а это, выходит, кусочек тебя. Выходит, ты назвала меня своим собственным проводником. Хитро, искорка. Очень хитро.

Я засыпала её вопросами, пытаясь удержать в голове весь этот хаос. А ЕвВа, похоже, от души забавлялась. Она сама подкидывала мне загадки в духе: «А ты знала, что эльфы просто очень долго живут, но не бессмертны?» или «Вечные маскируются только в тех мирах, где жители не умеют пользоваться магией, а в остальных находятся в своих истинных обликах».

И только я успевала открыть рот, чтобы узнать подробности, как она меняла тему, ограничившись односложным ответом. А потом внезапно спросила, что есть вкусненького и окончательно выбила меня из колеи.

— А что ты любишь?

— Ты знаешь, — хитро подмигнула суккуба.

— Идеальный момент, чтобы воззвать к моему ощущению тебя. То же самое что и я?

— Умница!

Я нахмурилась — ненавижу этот снисходительный тон. И, совсем не удивительно, ЕвВа знала, как меня выбесить. Её глаза искрились весельем. Древняя маленькая пакостница,— мысленно фыркнула я, но, усмехнувшись, только вздохнула и отправилась на кухню.

Разумеется, я не удержалась и прикоснулась к её крыльям. Это было странно — ЕвВа сама их делала плотными или полностью эфемерными. Всё было вообще не так, как я представляла.

— Почему я?

— Хм... — ЕвВа прищурилась. — Потому что ты увидела. Большинство смотрят, но не видят. А ты — увидела. Мне стало... интересно выяснить, что ещё ты способна разглядеть? Правда, пришлось немного подождать, ведь на тот момент ты была совсем мелкой и ещё лежала в коляске…

— Что?! Но… — начала было я.

— Да-да, слушай! — она прикрыла мне рот ладонью. — Однажды, в каком-то парке я просто слонялась без дела, на меня обращали внимания не больше, чем на фонарный столб. Я же умею прикидываться серой мышью. Но ты… ты поймала мой взгляд и смотрела непосредственно на МЕНЯ. В твоих глазах отразился мой истинный облик...

— А потом... — её голос дрогнул, и она на секунду отвела взгляд, — потом я увидела не тебя. Я увидела Вечность, что смотрела на меня твоими глазами… Таких мурашек, как в тот момент, я ещё никогда не ощущала.

Я, не совсем понимая, что она имеет в виду, выжидающе молчала.

— В такой маленькой человеческой оболочке… — задумчиво произнесла она, глядя куда-то перед собой, словно это были просто мысли вслух.

— Ты... серьёзно?

— Всегда, — в её улыбке промелькнула тысячелетняя усталость. — Просто потом вы вырастаете. И ваша реальность вытесняет таких, как я, заменяя собственными демонами. Вы... забываете. А я остаюсь.

Она снова о чем-то задумалась и вдруг закрыла лицо ладонями:

— Боюсь тебе признаться, но это я виновата, что ты боишься темноты! — ЕвВа раздвинула пальцы, лукаво подглядывая сквозь щёлку. — Ты же меня не прибьёшь за это?..

Я застыла с открытым ртом.

— В смысле «виновата»?!

— Ну... — она сделала «невинные» глазки. — Я забывала, что ты малявка, и нашептывала свои истории. А у тебя воображение... — ЕвВа демонстративно сглотнула, — слишком живое для ребёнка.

— А сны... эти яркие, как кино, невероятные сны — тоже твоих рук дело?

Она замерла на секунду, потом рассмеялась:

— Сны — это твой собственный кинотеатр. Мои истории — просто... триггеры для твоего воображения.

— Хотя... — её глаза странно блеснули, — иногда мне кажется, что ты ловишь сигналы напрямую из тех мест, о которых я тебе никогда не рассказывала... Но теперь, — с довольным видом она забралась с ногами в кресло, — всё обещает быть гораздо интереснее! Ты не просто услышишь, а ещё и сможешь нарисовать — меня и моих друзей, и любых, кто тебе понравится из Вечных.

— О, ну наконец-то! — почти подпрыгнула я.

— Только учти, это долгая история, — ЕвВа откинулась на спинку. — Целая вселенная. Но будь осторожна: некоторые истории, стоит их услышать, начинают жить собственной жизнью. И требуют, чтобы их... записали. Готова ли ты стать не просто слушателем, а летописцем?

Я хотела ответить, но в пальцах вдруг почувствовала шершавую бумагу. Блокнот. Ручка. Я уставилась на них, не понимая, откуда они взялись.

— Стоп-стоп, не сегодня! — рассмеялась ЕвВа, и заклятье рухнуло. — Сегодня ты и так узнала достаточно, чтобы твоя голова пошла кругом. Всему своё время, искорка.

Лекция о Вечных

Прошло несколько дней, прежде чем ЕвВа явилась мне вновь. Возможно, она знала, как всегда, что я была занята, и просто ждала подходящего момента, чтобы я могла полностью погрузиться в её рассказы.

— Ну как, вечер в нашем распоряжении? — Она притащила с кухни поднос с печеньками и конфетами и устроилась в кресле. — С тебя чай.

— А самой сделать — религия не позволяет? — съехидничала я в ответ.

— Точно! — ЕвВа тут же ткнула пальцем в мою сторону, подхватив мой тон и даже не изображая вежливость. — Где ты видела демона, делающего себе чай?

— Топай на кухню, я мысленно с тобой! — расплылась она в самой обаятельной улыбке.

Почему мне иногда хочется запустить в неё тапочкой?— подумала я, наполняя чайник.

С наслаждением поглощая вкусности, ЕвВа собиралась с мыслями.

— Считай, что это ознакомительная лекция. Вопросы – приветствуются, но сильно не увлекайся. Мастерски перепрыгивать с темы на тему и бесить слушающего — моя прерогатива.

— Однако! — озадаченно выдала я.

— Итак, Вечные… — начала она, сделав большой глоток чая, — мы бессмертны, что как бы логично-понятно из названия. Но это так, приятное дополнение к способности путешествовать между мирами.

— Стой. То есть этот — их прям много?

— Хм, а ты быстро соображаешь.

Я только было открыла рот, чтобы задать вопрос, но ЕвВа тут же продолжила, прочитав мои мысли.

— И нет, мы не летаем на космических кораблях, это слишком долго. Мы умеем открывать порталы… Всего-то. Быстро и эффективно.

— О как! Действительно удобно, а-а.. — опять попыталась задать вопрос я и снова она меня опередила.

— Нет, демоны живут не в дурацком месте под названием «Ад» у вас тут, а на Скаларисе. Там тоже жарко, но и близко не то, что вы тут напридумывали.

— Может ты дашь мне хотя бы рот открыть? — рассмеялась я.

— Уже дала, — парировала она, заговорщицки подмигнув.

Я хмыкнула, а ЕвВа вернулась к «лекции».

— Мы разные — и внешне, и по характеру, и по способностям. Есть представители и вашего вида тоже — люди, но… они всё-таки сильно другие, пропитанные магией до мозга костей.

— И когда можно ждать подробностей? — не удержалась я. — Эльфы, например... они какие?

ЕвВа лукаво улыбнулась, отламывая кусочек печенья.

— Из плоти и крови, как бы банально это ни звучало. Не торопись, со временем я тебе о них обязательно расскажу, но на чем мы там остановились? Ах да! Точно… Миры.

Так вот. Единственная настоящая наша одержимость – это возможность поучаствовать в судьбе мира. Но тут есть один нюанс. Мир может тебя не принять, и в таком случае ты просто «Зритель», как в кинотеатре. Бесправный, невидимый, скучающий. Даже если «кино» интересное, обычно никто не остаётся его смотреть. Но говорят, был один исследователь — всё искал секрет воскрешения из мёртвых, шатаясь по всей вселенной. Видать, очень было нужно. Лично я не вижу смысла оставаться, так что обычно – нет.

ЕвВа пожала плечами, но тут же в её глазах вспыхнул загадочный огонёк, а голос стал тихим и даже каким-то сказочным.

— А ещё есть могущественные, древние драконы… — Она провела пальцем по воздуху, оставив след из мерцающих пылинок. Сверкающие частички тут же образовали крошечную галактику с величественно летящими призрачными силуэтами драконов.

— Те, кто видел, как гаснут солнца… — прошептала она с нескрываемым восхищением.

Я заворожённо смотрела на парящую в воздухе картинку.

— Многие из них участвуют в создании миров, а потом в них же и остаются в роли Хранителей, чтобы поддерживать баланс. В вашем мире это — Зориэль. Он, кстати, умеет принимать человеческую форму, — в глазах ЕвВы мелькнули игривые искорки. — Интересно, каким ты его себе представишь.

— Уже заинтриговала. — Во мне вдруг проснулось жгучее любопытство. — То есть он может находиться среди людей? А можно как-то понять, что это он?

— Нет, даже если ты начнёшь догадываться, он уведёт тебя с этого пути размышлений. Люди для него — открытая книга. Других Вечных вы тоже не сможете вычислить, только если мы сами по каким-то причинам решаем открыться. Но обычно … — ЕвВа явно подбирала слова. — Это случается крайне редко, а у вас потом новые персонажи сказок появляются, зачастую с прямо противоположными свойствами.

Лёгким жестом она рассеяла призрачную галактику с драконами и таинственно улыбнулась.

— Сказки о суккубах яркий тому пример. Но об этом в следующий раз.

— Подожди, но… ты ведь открылась мне, что теперь будет? — в лёгкой панике произнесла я. Мне совсем не хотелось, чтобы она исчезла.

— Возможно, твой мир наконец-то стал готов услышать… хм, другую точку зрения. Или... — её глаза насмешливо блеснули, — ты сама стала достаточно крепкой, чтобы не сломаться, попытавшись объять необъятное. В любом случае, пришло время новых сказок.

Я молчала, переваривая услышанное. Галактика в воздухе, драконы-хранители, миры, которые могут тебя не принять... В голове крутилась одна мысль, простая и оглушительная.

Где-то прямо сейчас ходит настоящий дракон… Значит, всё, что я считала сказкой, — возможно.

Мифология от ЕвВы

— ЕвВа, у меня ещё один вопрос, — сказала я, когда мы снова устроились с чаем. — Как так получилось, что у нас есть понятие «демон»? Это же вы так называетесь, и даже есть «суккуб» и «инкуб», но у нас вы с хвостами, когтями, копытами и жуткими свойствами.

— Вот в том-то и дело! — рассмеялась ЕвВа. — Вы как в том анекдоте: «Слышал, Абрам 50 рублей выиграл в карты!» — «Слышал. Только не Абрам, а Изя. И не 50, а 10 рублей. И не в карты, а в домино. И не выиграл, а проиграл». Можно даже не продолжать, посыл понятен, я думаю.

Она снова засмеялась, а затем продолжила, театрально прикрыв глаза рукой в знак вселенской усталости.

— Не суккуб, а суккуба. Не когти, а кинжалы или меч — да, обычно чёрные. Ну, потому что металл магический и это всё же оружие, а не часть тела. И главное, на кой чёрт нам ваши души? Что за манера пытаться продать то, что вам даже не принадлежит?

Я растерянно развела руками, пожав плечами. ЕвВа покачала головой и продолжила:

— А вообще всё достаточно просто. Один мой сородич, тоже Вечный, как-то раз наткнулся в лесу на стайку заблудившихся детей. Естественно, внешне он никак не отличался от людей и детей не напугал. А пока вёл их домой к людям в деревню, надо же было чем-то отвлекать от тревоги и переживаний — вот и начал травить байки про Скаларис.

И, ясное дело, ничего умнее не придумал, как описать нас такими, какие мы и есть — с крыльями, рогами... но не учёл одной маленькой детали: богатой фантазии слушателей. Анекдота того он тоже ещё не знал, а сейчас, наверное, голову пеплом посыпает.

Маленькие ушастики не просто всё запомнили — они потом своим детям пересказали. Справедливости ради, изначально «демон» было для вас равно божеству. Конечно, спасённая детвора и не догадывалась, что домой их привёл демон, но будучи людьми благодарными не стали окрашивать его сказки в чёрный цвет. Ну, а потом появились человеки, куда более изобретательные в своих фантазиях, чем мы в своих попытках представиться... И понеслась.

Так что ваши «демоны» с хвостами и копытами — это, можно сказать, народный фольклор. А мы... мы просто продолжаем жить.

— А как на демоническом слово "демон"? Также звучит или нет? Как вы себя сами называете?

— Хм, а зачем тебе?

— Ну ваш же язык совсем на наш не похож, я слышала, как ты ворчишь. Я часть звуков даже воспроизвести не могу.

ЕвВа усмехнулась и нарисовала в воздухе кириллицей.

— «Ак'Туурги», если буквально — «те, кто выбирает». Или «делающие выбор». На всеобщем — а Вечные именно на нём общаются — это упростили до «демон»: «иной», «не-мы». В очереди сотворения наша раса вроде как была третьей, после драконов и сильфов, вот с их лёгкой руки мы теперь так и называемся. Они-то не знали, что «иные» не последние, что будут ещё нэрии, эльфы, тролли, люди и так далее, и тому подобное.

Она фыркнула, но в её глазах мелькнула знакомая смесь усталости и иронии.

— Для нас это просто слово. Как «дерево» или «река». Ничего особенного. Это вы услышали «иной» и дорисовали когти, ад и злобу и наполнили своим страхом. Вам не нужны внешние демоны, у вас свои, внутренние — страшнее не придумаешь. А как произнести, я сейчас покажу.

Правильно повторить за ЕвВой у меня вышло только с третьей попытки и всё равно получилось неидеально.

— Язык сломать можно, и им же потом и подавиться, — шутя возмущалась я.

— Это я тебе ещё имена демонов не называла. Хорошо, что у тебя нет магических способностей, а то точно либо прокляла бы кого-то, либо призвала.

— Вот уж радость какая, — вздохнула я и почему-то расстроилась, но немного помолчав решилась спросить: — А демоны, они бессмертные?

Обучение суккубы

На тренировочном поле Цитадели, вооружившись учебными клинками, воспитанники разбились по парам и заняли позиции. После прохладных и тихих залов горячие порывы ветра и палящее светило будоражили, разгоняя кровь молодых демонов. Эмоции начинали бурлить и инстинкты пытались взять верх. Время для оттачивания боевых навыков под присмотром Вечного Мастера было выбрано не случайно. Самоконтроль, выработка реакций вне боевой формы и без применения магии — главная задача.

ЕвВа, можешь тренироваться на ком угодно, кроме инкубов. Запрещено! Наказание — изгнание!— правило Ведьмы-Хранительницы впилось в память, но сейчас ЕвВа мысленно смяла его и отшвырнула. Почему?— ядовито пронеслось в голове. — Они же такие... соблазнительные...

Она невольно покосилась в сторону Каина. Особенно... Мастер.Внутри всё ёкнуло — не страхом, а тягой. По коже пробежали мурашки, слишком знакомые и совсем не к месту. Эта мгновенная слабость едва не стоила удара в ребро — она успела парировать в последний момент, с нелепым вздохом.

Каин наблюдал за ней весь спарринг, и она знала об этом. Уже несколько недель ЕвВа чувствовала его интерес — и теперь сгорала от любопытства и, что уж там скрывать, от гордости тоже. Ещё бы: мечта всех «проснувшихся» демониц Цитадели, но абсолютно равнодушный к любой из них.

Когда время истекло, Каин жестом велел ей встать в пару с другим демоном — ровесником, от природы более мощным и выносливым. Воспитанники переглянулись. Для суккубы, представительницы не самого сильного рода демонов, это могло считаться повышением. Или наказанием — если она не выстоит.

Первый удар больно задел руку. Второй пришёлся в локоть, заставив вскрикнуть. Уклонилась. Отбила. В первые минуты ЕвВа металась, слышала собственный нервный смех. А потом мысль о Каине, о его оценивающем взгляде, стала резать уже не томностью, а стыдом: Он же видит — не воина…

Тепло в жилах пришлось выжечь — оставить только холод. Внутри что-то резко переключилось — с податливой жертвы на соперницу. Отбрось. Соберись. Заставь его видеть равную.

В голове сложилась чёткая картинка действий соперника. К концу раунда она уже не отбивалась — атаковала.

Ещё раунд. Демон, злясь, пропускал удары один за другим. Она победила.

Каин не хлопал — лишь одобрительно кивнул. В последний год обучения она стала показывать не просто способности, а настоящий, острый талант. Ункарх, один из Верховных демонов Скалариса тоже её заметил и несколько раз уже намекал, что Каину стоило бы взять ЕвВу в ученицы.

— Молодец, ЕвВа. Когда не мешаешь сама себе — получается. — Его голос звучал ровно, но во взгляде было нечто вымеряющее её до конца, будто бой был лишь частью. Он видел её пробудившийся потенциал… и не только. Молодые демоны читались им слишком легко, без усилий — желания выдают себя быстрее навыков. А уж единственная суккуба в группе, вся дышащая тем, что здесь не применяют, — и вовсе была открытой книгой. — С завтрашнего дня будешь тренироваться со мной. Через день, после всех занятий. Будем отсекать лишнее.

— О, не-е-т, ну почему? — застонала она, изображая вялый овощ.

Побеждённый демон фыркнул. «Довыпендривалась?»— говорили его глаза. Но ЕвВа, даже не глядя на него, чувствовала: за этим фырканьем — почти детская зависть. Его выбрали бы за силу, её — нет. Демоны страсти всегда относились к отдельной касте — их одновременно и опасались, и вожделели.

— Почему? — Каин поднял бровь. — Можешь лучше. Просто не всегда выбираешь это. Завтра жду. Свободна.

Чёрт, через день? Я сдохну…— она мысленно разозлилась на себя, но тут же губы тронула хитрая, томная улыбка. Она поспешно спрятала её, делая вид, что поправляет одежду. Ну что ж, Мастер… Посмотрим, кто кого здесь будет тренировать. Если он думает, что это можно просто отсечь — пусть попробует.

Но ни первая, ни последующие тренировки не оставляли ей ни секунды на привычные игры. Каин, появляясь на площадке, начинал говорить раньше, чем она успевала зацепиться за него взглядом, заставляя отрабатывать уклонения и приёмы, так что к концу она просто валилась с ног. Какие уж тут игры — до кровати бы доползти.

Преодолев очередной рубеж, он обозначал ей новый, и это казалось бесконечным. Мастер почти никогда не хвалил её, но хотя бы освободил от общих занятий на поле, оставив только персональные тренировки, и она теперь могла уделять время другими предметами или просто бездельничать. В какой-то момент ЕвВа осознала, что синяков и ссадин стало гораздо меньше, но желание соблазнить наставника не утихло, а лишь ушло вглубь, превратившись в навязчивый, сверлящий душу фон. Оно мешало спать, заставляло в сотый раз прокручивать в голове каждый его взгляд, каждое слово. И придавало сил, когда ноги уже подкашивались.

Придя немного раньше на очередную тренировку, она подошла к ограждению и, устремив невидящий взгляд в долину, настолько погрузилась в мысли, что не заметила, как он появился на площадке. Холодное остриё кинжала, приставленное к горлу, вернуло её в реальность, заставив замереть на месте.

— Ну что, ты убита? И спрашивается, к чему все эти старания были нужны? — Каин убрал клинок и развернул её за плечи. Он стоял прямо перед ней, так близко, что ЕвВа совсем растерялась, и единственным, что она могла сделать, было прикусить губу до боли, лишь бы не выдохнуть всё то, о чём думала все эти недели.

Она чувствовала исходящий от него едва уловимый запах — озон, смешанный с горьковатым дымком колдовских трав. Запах, от которого перехватывало дыхание. Запах силы и тайны… и его. Сознание затуманилось, а взгляд, против её воли, пополз вниз, скользя по упругим очертаниям мускулов, проступавшим сквозь ткань облегающей туники. И тут её пронзило словно ударом молнии: Каин смотрит прямо на неё и, кажется, читает каждую её мысль.