Приключения Перельмана

Глава 2

Игорь дошёл пешком до находившейся неподалёку станции «Чистые пруды» и поехал в сторону Сокольников. Там он снова прошёл пешком до парка, но свернул левее, к проходу со шлагбаумом. На теннисных кортах стояли ряды жёлтых такси, в основном Kia Rio. Игорь поднялся на второй этаж в офис таксопарка. Там приветливый менеджер выдал ему пакет с документами и ключи от Kia Rio 2019 года. Пожелав друг другу хорошего дня, каждый занялся своими делами. Проделав необходимые манипуляции с таксистским приложением Яндекса, проверив с помощью механика работу основных узлов и механизмов и получив от вышеупомянутого механика Жени разрешение, Игорь выкатился из таксопарка, доехал до заправки Shell и, подождав, пока обновится приложение на его навороченном смартфоне, заправил 92-й бензин, оплатив его через Яндекс: «Заправляйтесь безопасно, бесконтактно, не выходя из машины», – невесело усмехнулся Игорь, вспомнив недавние проблемы с коронавирусной маразматической системой изоляции. Включив кнопку «на линии», он медленно выехал на Третье транспортное кольцо, справедливо ожидая быстрого прилёта заказа. Рейтинг у него был почти максимальный – 4,99 из пяти. Кто-то из последних 150 пассажиров поставил 4. Что его или её не устроило, останется загадкой. Уши оттопыренные? Торчащие из кармана штанов сигареты? Не важно. Главное, чтобы единицу не ставили – рейтинг тогда падает сразу на одну десятую. Поэтому Игорь, который в московском такси сравнительно недавно – с начала коронавирусной эпидемии, внимательно прочитав все рекомендации, усиленно следил за чистотой машины, за правильным плавным вождением и так далее. Главной фишкой Игоря была фантастическая для Москвы вежливость питерского интеллигента. «Здравствуйте», – говорил он при посадке всем пассажирам. – «Радио не мешает? Если мешает, скажите. Если будет холодно или жарко, скажите – настроим, как вам будет комфортнее». И самая крутая фишка, уже при окончании поездки: «Внимательно посмотрите, не забыли ли что-нибудь в машине, проверьте. Часто оставляют телефоны, сумочки…» Потрясённые москвичи благодарили и уходили довольные жизнью и Игоревой запредельной для Москвы предупредительностью, о чём свидетельствовали многочисленные чаевые и высочайший рейтинг.

Выехав на линию, как говорят таксисты, Игорь почти моментально получил первый заказ. Девушку отвёз на проспект Вернадского, оттуда парня-бармена в центр, на Лесную улицу к ресторану «Такахули», грузинскому, конечно, судя по названию с глубоко зашифрованным приколом в русском звучании этого слова. Такахули. Игорь, каждый раз видя вывеску, хотел посмотреть, что же это значит на грузинском, но каждый раз передумывал, чтобы не испортить себе этого юмористичного впечатления. Но сегодня он не поленился, набрал в Google это слово и получил: «Такахули – это блюдо грузинской кухни, означающее бокал красного вина в два часа дня». Удовлетворив свою любознательность, Игорь взял следующий заказ на Ленинградское шоссе. Потом обратно на Тверскую. И вот наконец таксистское счастье улыбнулось ему – Белорусский вокзал, дальняя поездка куда-то за МКАД, в одну из подмосковных так называемых «деревень» вроде Путилково, застроенных современными многоэтажками так плотно, что солнечный свет на узенькие улочки в этих «человейниках» падал лишь в полдень летом минут на двадцать в день. Вызвала такси немолодая, лет шестидесяти, женщина с тяжеленными чемоданами. «Это книги», – сказала она, оказавшись писательницей. Как выяснилось в дальнейшем, Лин Бао (псевдоним, конечно) практиковала даосизм, занималась целительством, вела по этим темам семинары, издавала книги и многое другое. У Игоря от этого знакомства возникло странное ощущение какой-то открытости перед ней. Как будто она сзади просвечивала его чем-то, невидимыми какими-то излучениями, вызывая даже приятные ощущения. Какое-то лёгкое покалывание в затылке, даже не покалывание, а как будто Игоря гладили по волосам, едва касаясь пальцами. Он даже несколько раз посмотрел в зеркало, чтобы убедиться в этом, но Лин Бао сидела сзади, справа от него, и рук к нему не протягивала, только весело блестели её чёрные глаза.

– Знаете, Игорь (он тоже представился, конечно), у меня стойкое ощущение, что это не ваше настоящее имя. Вас ведь зовут не так?

– Вообще-то по документам Игорь, Игорь Маркович. Но отец, Марк Перельман, звал меня Исраэлем. Изя, если сокращённо. Папа такой у меня. Очень любит меня и…

– Исраэль. Как красиво и полностью вам подходит. Скажите, вы ветеран войны какой-нибудь? Афганистан? Чечня?

– Нет, к счастью, не был я на войне.

В машине ненадолго повисла тишина.

– Знаете, Исраэль, у вас аура воина, – сказала женщина после недолгой паузы. – Чёткий комплекс цветов вокруг вашего тела в видимом мне спектре.

«Час от часу не легче», – подумал Игорь, или, как мы его в дальнейшем будем звать, Изя. – «Что она такое говорит? Здорова ли она?» Он с подозрением посмотрел на пассажирку в зеркало.

– Я вполне здорова, – засмеялась она, повергнув Изю в лёгкий шок, что, понятно, отразилось на его лице.

– Не бойтесь, я не сумасшедшая, я просто маг. Или волшебница. Как вам будет угодно. Я многое умею, многое вижу. Сейчас я вижу, что вам ещё много открывать в этом, пока закрытом для вас, мире. Давайте обменяемся контактами. Если у вас неожиданно возникнут вопросы по этой тематике, я вам отвечу.

Они обменялись интернет-координатами – ВКонтакте, Facebook.

– До свидания, госпожа Лин Бао.

– До свидания, Исраэль. Вот эта книга вам в подарок.

Она достала новенькую книгу своего авторства, быстро написала добрые пожелания на титульном листе и сказала:

– Держите, вам будет интересно, скоро у вас будет время её прочитать.

На этом они распрощались. Очень сильно озадаченный, Изя включил навигатор на Покровку, 20 и поехал на встречу с Мариной Владимировной.

Приехав на Покровку, точнее, на Чистопрудный бульвар рядом с перекрёстком с Покровкой, Игорь, а точнее Исраэль, а ещё для удобства и краткости я, дорогой мой терпеливый читатель, буду называть нашего героя Изей. Как его отец. Ибо, в какой-то мере, я имею отношение к этому всему, причём самое непосредственное.

В общем, Изя припарковал своё такси на спецстоянке для таксомоторов Москвы. Эту приятную и удобную особенность местности он заприметил ещё в первое своё посещение. Точнее, про эту парковку он и раньше знал, и так уж совпало, что новое жилище так удобно расположено. Всего в пешей доступности тут, в Китай-городе, было штук пять таких. На Хохловском переулке, на Солянке, на Старосадском переулке, две на Чистопрудном бульваре, одна чуть дальше на Сретенском бульваре, тут же рядом на Большой Лубянке. Ого, сколько уже я насчитал? Целых семь. Городские власти Москвы сделали целую сеть таких парковок, где таксист может остановиться, передохнуть, взять пассажира и так далее. Выйдя из машины, Изя набрал номер Марины Владимировны.

– Алло, здравствуйте, Марина Владимировна. Это снова Игорь. Я приехал заселяться.

– И снова здравствуйте, Игорь Маркович. Поднимайтесь. Код помните?

– Да, конечно.

– Отлично. Жду.

Изя быстро дошёл до нужного дома, открыл калитку и направился к подъезду. Навстречу ему быстрым шагом прошёл к выходу со двора невысокий худощавый мужчина с абсолютно лысой, как бильярдный шар, головой. Глаза лысого были прикрыты тёмными очками. Быстрым взглядом бильярдная голова обежал фигуру Исраэля с ног до головы, невнятно что-то пробормотал и исчез за углом. Что-то неприятно шевельнулось в груди у Изи. «Какой странный и неприятный тип», – подумалось вдруг. Он поднялся на четвёртый этаж и вошёл в открытую дверь.

– Заходите, Игорь Маркович.

– Называйте меня просто Игорь, Марина Владимировна.

– А вы меня Мариной, хорошо?

К взаимному удовольствию вся сделка – проверка документов, передача денег – не заняла много времени.

– За сим я откланиваюсь. Цветочки не забывайте поливать, – сказала Марина, передавая ключи. Она взглядом показала на цветочные горшки, рядком стоящие на широком подоконнике.

– Конечно, я буду ухаживать. Я люблю цветы, – ответил Изя.

Марина, улыбнувшись напоследок, ушла. Изя присел на стул и задумался. Вещей у него было немного, они всё ещё лежали в чемодане в багажнике. «Надо сходить, сразу принести вещички», – весело подумал он. Вышел на улицу и вскоре вернулся, катя чемодан на колёсиках. В комнате было трюмо советской работы, с какой-то фарфоровой столовой утварью, шкаф, стол, стулья, раскладной диван… В общем, было довольно уютно. Изя быстро разложил вещи и внезапно понял, что электрочайник и микроволновку он забыл в хостеле, где некоторое время жил в комнате с чеченцем Темуром, ожидая, когда же найдёт приемлемую аренду неподалёку от Б. Спасоглинищевского переулка, бывшего переулка Архипова, где расположена одна из главных, а может и главная, синагог России. «Пойду познакомлюсь поближе с соседями, думаю, не откажут в помощи кипятком новосёлу», – подумалось весело и с каким-то неожиданным волнением. В памяти появилось лицо Камиллы, такое красивое и одновременно строгое. Быстрым шагом он прошёл на огромную кухню с балконом и окном во двор. Соседки, Камилла и Ольга, были там, курили длинные тонкие сигареты и дружно оглянулись на дверь, из которой появился Изя.

– Здравствуйте, соседи. Меня зовут Игорь Маркович. Для друзей Изя.

– Я Ольга.

– Камилла.

Тёмные глаза Камиллы зажглись весёлым огоньком.

– Насколько я знаю, Изя – еврейское имя, сокращённое от Исраэль. Вы…?

– Да, но только отчасти. Папа еврей и дал мне, помимо паспортного имени, ещё и это. Мама настояла на имени Игорь. Изя мне нравится больше, когда-нибудь я его поменяю, официально став Исраэлем Марковичем.

– Как интересно… Вы надолго к нам?

В этом вопросе Изя уловил неподдельный интерес. «Ну вот, начинаю пропадать», – весело подумал он и сказал в ответ:

– Надеюсь, надолго. Соседки, не будет ли у вас кипятка, а то я чайник свой забыл на прежнем месте жительства?

– Конечно, берите наш.

Ольга кивнула своей красной головой на электрочайник, стоящий на подоконнике.

– И не спрашивайте, кипятите, когда хотите.

– Спасибо.

Изя, набрав воды, поставил чайник. Подумав, вытянул из кармана пачку Marlboro, тоже закурил.

– А, вы тоже курите? Отлично, замечательно. Не будет ругани по поводу дыма, – сказала Камилла, взмахнув длинными ресницами.

Дальше разговор пошёл о малозначительных бытовых темах, о сломанном кране на кухне, о тихом дворике, о ценах на продукты. Атмосфера общения становилась всё теплее и непринуждённее. Докурив свою сигарету, Ольга неторопливо пошла, шаркая стоптанными домашними тапками, надетыми на полные ноги, к себе в комнату. Изя и Камилла остались вдвоём.

– Изя, хотите пельменей? Сама лепила, – прищурившись от дыма, сказала Камилла. Рыжий котяра, ранее не замеченный Изей, при этих словах оживился и запрыгнул с места на высокий подоконник.

– Рыжий разбойник! Услышал знакомое слово. Любит пельмешки! – смеясь, сказала она.

– Не откажусь, но с условием, что вы тоже угоститесь потом моими вкусняшками! – сказал он.

Камилла, проворно двигаясь по кухне, моментально поставила кипятиться воду в блестящей новенькой кастрюле. Открыла морозилку в большом холодильнике и достала поднос с пельменями, видно, что ручной работы по фигурным причудливо слепленным краям.

Через десять минут Изя и Камилла уже сидели за чисто накрытым столом. Камилла пила чай, а Изя с аппетитом уплетал пельмешки.

– Вкусно? – спросила девушка.

– Ничего вкуснее не ел. Удивительный вкус у пельменей. Какой-то пряный аромат и во рту так и тают.

– Ой, что вы, Изя. Обычные пельмени. Добавила в говяжий свежий фарш немного тмина и чабреца, нашего, кавказского сбора. С этими травами надо быть осторожным. Только год после сбора можно использовать, а потом они становятся вредны.

– Как интересно, вы родом с Кавказа? Откуда, если не секрет?

– Мама горянка из древнего рода горцев, даргинцев. А папа… Папа родился в Азербайджане, в городе Куба. По происхождению он тоже горский. Горский еврей. Так что мы с вами, возможно, дальние родственники.

Изя застыл в немом изумлении.

– Вот Советский Союз как перемешивал людей. Евреи и русские, даргинцы и казаки, горцы и оленеводы. Однажды мне в жизни встречался мужчина, у которого отец донской казак, а мама – чукча. Чукча-снайпер Николай Кравчук, ветеран войны в Чечне, а потом православный священник.

Разговор между молодыми людьми сразу принял какой-то тёплый оттенок. Будто знают они друг друга много-много лет. Сколько времени они бы общались, неизвестно. Но в конце концов Изя вспомнил, что ему надо ещё поработать.

– Копеечка, знаете ли, сама себя не заработает! – совсем по-еврейски сказал он, засмеявшись. Тепло пожелав друг другу хорошего дня, они отправились по своим делам. Камилла пошла за дочкой Изольдой в садик. Изя направился к своей заждавшейся таксишке, сел, пошуршал какими-то нужными бумагами, включил Яндекс.Такси на своём навороченном Samsung и стал ждать заказа.

Глава 3

Маленькая девочка с тёмными глазами, которые были как ночь, рано накрывавшая своим искристым одеялом леса, горные вершины, ледяные быстрые речки и ручьи, лежала под лоскутным одеялом на панцирной древней кровати. Одной рукой она прижимала к себе мишку с оторванной когда-то и крепко пришитой лапой, а другой указывала на звёзды, видневшиеся в окне без занавески, и проговаривала имена каждой из них, которые сама им придумала: «Привет, Светлячок, здравствуй, Огонёк». Звёзды, казалось, слышали голос ребёнка, слегка подрагивая в чёрном небосводе. Это, конечно, был не более чем оптический эффект. Но малышке хотелось думать, что звёзды слышат её и общаются с ней.

Девочку звали Камилла. Мама и папа оставили её здесь у бабушки, в лесной избушке, почти год назад. Сказали, что скоро приедут и увезут дочку в прекрасный город на берегу моря, где у них есть большой дом, лошади, свой парк, и у Камиллы там будет своя учительница, с которой они будут учить языки, заниматься рисованием и другими интересными вещами. Папу мама называла Анвар, а он маму называл Любимка. Поэтому Камилла не помнила, как зовут маму, и называла её в своих детских молитвах просто – «мама».

Бабушку, у которой в избушке они жили, звали тоже просто – «бабушка». Никто к ним не приходил и не приезжал. Да и приехать на чём-либо, даже на коне, было бы невозможно. К избушке вела сквозь могучие заросли колючего кустарника и густой лес тоненькая тропинка, по которой с трудом мог пройти взрослый человек.

Бабушка разрешала Камилле гулять по окружающему избушку лесу, только всё время девочку сопровождал огромных размеров пёс, который безгранично был предан бабушке, а Камиллу просто обожал. На шее у пса, которого звали Мирон, был массивный стальной ошейник с торчащими стальными конусообразными шипами. Ошейник был нужен, как бабуля объяснила Камилле, для защиты от укусов волков. Но при этом старушка, улыбнувшись, добавляла:

– Это, внученька, если какой чужак забредёт. Наши волки, соседские, Мирона, меня и теперь тебя знают и не тронут.

– Бабушка, а если они будут голодные, наши волки? Они же могут напасть?

– Не могут. Мирон не даст. И я сумею за нас постоять.

При этом бабушка ласково улыбнулась и потрогала мешочек с травами, висевший всё время у неё на наборном поясе, рядом с большими ножнами, которые тоже не пустовали. Камилла видела этот нож пару раз. Обоюдоострый клинок голубоватого цвета даже на вид был смертельно опасен. Бабуля при готовке обходилась обычными кухонными ножами, тоже острыми и немаленькими. Но этот поясной клинок, казалось, говорил: «Я – оружие. Меня по пустякам не беспокойте».

Сегодняшняя ночь была как-то по-особенному темна. Звёздочки, конечно, светили. Но света они не давали. Месяц был тоненький, только что обновившийся. И, не успев показаться на небе, скрылся в тёмных же облаках.

Маленькая девочка лежала под одеялом, но сна не было, как говорится, ни в одном глазу. Это чувство – как будто была не ночь, а ясный день, и сил полно, и энергии что-то делать – тоже хоть отбавляй – появлялось у Камиллы каждый раз после выхода звёзд. Она тихо лежала, прижимая к себе мишку и еле слышно говорила с мамой и папой: «Мамочка, когда же ты придёшь ко мне? Я так скучаю, мне так грустно без тебя, без вас с папочкой! Пожалуйста, мамочка, приезжайте за мной, и поедем в прекрасный город. Я буду кататься на пони, а Мирон будет бежать рядом и весело лаять. А бабушка будет готовить свои вкуснющие картофельные оладьи. Или делать чолнт. Это такая вкусная еда, которую бабуля делает раз в неделю, накануне субботы она его готовит и ставит в печку. Ведь в субботу нельзя готовить, зажигать огонь и колоть дрова. И собирать ягоды. Можно только слушать сказки, которые бабушка замечательно рассказывает. Сидя у большой свечи, мы долго разговариваем. Она рассказывает разные истории. В прошлую субботу она рассказывала про нашего дальнего предка. Пра-пра-пра-пра… дедушку. Которого звали Симан-мореход. Он сначала был очень богатый и жил в стране со странным названием – Сфарада. У него была большая семья, много детей. Большой дом в городе у моря. А потом пришёл злой Фердинанд с женой-ведьмой по имени Изабелла. Они были королём и королевой. Обманом они захватили страну, где жили Симан с семьёй и много хороших и добрых людей. Силой Фердинанд и Изабелла заставляли принимать людей свою веру. Симан был схвачен и замурован в стену, а его семью продали в рабство. Симан смог с помощью своего друга освободиться. Завладев оружием, они с другом, по имени Давид, проникли во дворец к Фердинанду и Изабелле, перебили охрану, но король с королевой тайным ходом смогли сбежать. Вскоре подоспели рыцари со своими отрядами, и Симан с другом вынуждены были отступить. Они на захваченных конях доскакали до гавани, захватили небольшой кораблик с одной пушкой и поплыли в Африку, искать свои семьи (семью Давида тоже продали в рабство). Дальше были совершенно уже удивительные приключения. О них бабушка обещала рассказать в следующую субботу. Мамочка, папочка, прошу вас, как можно скорее приезжайте за нами с бабулей, Мироном и мишкой. Это моя игрушка».

Так по ночам маленькая девочка общалась со своими родителями, пока не засыпала, обхватив ручонками своего мишутку. А следующий день бывал загружен разными интересными событиями: то они с бабушкой  и неразлучным псом ходили за водой на ручей, то собирали вкусные ягоды. Так и летели дни и ночи у Камиллы и её любимой бабули. Но мама с папой все не приезжали.

Глава 4

Заказы пошли один за другим. Люберцы, Балашиха, Фрязино, снова Люберцы. Мелодичный сигнал вызова, короткая, минут на 5–7 поездка по адресу за пассажиром. Обычные рутинные фразы: «Радио не мешает?», «Люберцы, улица Вертолётная, дом 14?», «Если будет холодно или жарко, говорите, у моей ласточки климат-контроль вручную предоставляется». Кто-то из пассажиров улыбался, кто-то нет. ФМ-станция «Монте-Карло» ненавязчиво доносила- то хиты The Beatles, то любимого Изиного певца Эда Ширана. Всё шло как обычно. «Спасибо, очень комфортно!», «Хорошего дня вам, Игорь…» Чаевые не слишком крупные, рублей по 100 в среднем, довольно часто дополняли скромный Изин заработок. И ничто не предвещало беды. Как только выпал заказ в Химках, далеко от текущего местоположения Изиного такси, он довольно резко перестроился, немного подрезав чёрный «Гелендваген» в тюнинге от AMG, затонированный полностью. Изя дважды помигал аварийкой, мол, «извини, братишка, случайно». Но водитель «Гелика», резко рванув вперёд, стал прижимать жёлтую Kia Rio к обочине. Правое окно джипа опустилось, показалась голая, как бильярдный шар, голова в больших тёмных очках. Рука лысого стала недвусмысленно жестикулировать, призывая водителя жёлтого седана немедленно остановиться. «Прямо как в "Бумере"», – невесело подумалось Изе. («Бумер», «Бумер-2» – гангстерская сага российского кинопроката.) Он неохотно съехал на обочину, понимая, что просто так ему не дадут уехать. Приготовившись извиняться, он вышел из машины. «Гелик» встал чуть впереди, неподалёку. Из него показались три фигуры. Один – невысокий, лысый, в тёмных очках, который, видимо, и показался тогда в окне, был, очевидно, за старшего. Двое других мужчин были высокие, такие же, как Изя, выше 190 см. Одеты все трое были солидно: костюмы, рубашки, галстуки… Дорогие, видимо, ботинки. Изя в своих потёртых джинсах смотрелся несколько бледновато.

Троица неспешно приблизилась. Лысый коротышка, ощерив мелкие желтоватые от курения зубы, прогнусил высоким противным голосом: «Тебя кто так ездить научил?»

«Опять "Бумер"!» – только и успел подумать Изя, как резко выкинутый размашистый крюк правой руки лысого прилетел бы Изе прямо в левую скулу, если бы он не успел среагировать, резко отдёрнув голову с линии удара. Кулак пролетел в нескольких миллиметрах от Изиного упрямого подбородка. По инерции коротышка пролетел вперёд и, несомненно, потеряв равновесие, упал бы, если бы не уткнулся своим бильярдным шаром прямо Изе в грудь. Наш герой растерянно охватил задиру руками и крепко сжал. «Уже не "Бумер"!» – отчего-то весело подумалось ему.

– Мужики, давайте поговорим. Я не хотел вас подрезать, случайно получилось, торопился на заказ. Извините…

– В детском саду свои извинялки будешь приносить, лох ты чилийский.

С этими словами один из троих, тот, что слева, достал выкидной нож и воткнул его в переднее колесо Изиной верной помощницы.

В глазах у Изи на мгновение потемнело, и на него накатило знакомое с детства чувство замедленности всего окружающего мира. Его же тело, как бы получив заряд неизвестной энергии, стало действовать вне времени и вне воли своего хозяина. Резко дёрнув вверх нетяжёлое, всё ещё сжатое в недружественном объятии туловище лысого, Изя мастерским прогибом отправил противника на усыпанную крупной галькой обочину. Тело мягко шлёпнулось у заднего колеса Kia Rio. Не успело оно коснуться земли, Изина левая нога, обутая в поношенный кроссовок Reebok, резко взлетев, каким-то очень сложным финтом ударила верзилу с ножом прямо в середину его низкого лба. Что-то противно хрустнуло, и верзила повалился навзничь, видимо, уже в нокауте. Последний оставшийся на ногах Изин оппонент быстро для него, но слишком медленно для Изиного восприятия, среагировал на этот Mortal Kombat, повернулся и побежал к своей машине. Но пока он разворачивался, Изино тело само рванулось вперёд, и Изин левый кулак с противным чмоканьем врезался сбоку в левое ухо незадачливого бойца.