Сборник рассказов разных лет

Всегда ли следует спасать «утопающих»?

1

Хорошо

– У меня две новости, и обе скверные, – грациозно проскользнув в дверь кабинета, доложила секретарша. – Даже не знаю, с какой начать.

– С крайней, – мрачно отшутился Николай. – И постарайся обойтись без столь обожаемых тобой длительных преамбул.

К тому, что его жизнь – штука весьма полосатая, двадцативосьмилетний директор Акционерного Общества «Софт-Сервис», в общем-то, привык и до недавнего времени не обращал на это внимания. Был он от природы бесспорным везунчиком, а потому периоды относительных неудач обычно продолжались недолго и, словно по мановению волшебной палочки, торопились уступить место широким и успешным «белым полосам». Но, видать, «прогнило что-то в датском королевстве», и ручеёк наметившихся ещё в прошлом месяце неприятностей не только не иссякал, но наоборот ширился, прямо на глазах превращаясь в полноводную реку. Проблемы, связанные с бизнесом, регулярно дополнялись семейными неурядицами, и плыть в этом бурлящем потоке день ото дня становилось всё трудней. А тут ещё и Татьяна со своими скверными новостями… Впрочем, тот факт, что любовница-секретарша в очередной раз не справилась с азами арифметики и угодила в «интересное положение», честно сказать, волновал Николая в последнюю очередь. К счастью, «боевая подруга» никогда не пыталась извлечь из подобных ситуаций хоть какую-нибудь выгоду, и пределом её мечтаний было избавление от нежелательной беременности в баснословно дорогой частной клинике за счёт виновника происшествия. Клятвенно пообещав Танюшке не откладывать это дело в долгий ящик и сегодня же отвезти её по хорошо известному им обоим адресу, Николай сделал вид, будто не замечает призывных намёков и, с трудом выпроводив соблазнительницу из кабинета, углубился в нелёгкие размышления по поводу второй новости.

– Поздравляю, Николай Ильич! – саркастически обратился он к самому себе. – Вот и твои лучшие друзья тебя предали. И ведь хватило же у них наглости расположиться в моём кабинете, просить мою секретаршу подавать им мой кофе и вдобавок ещё обсуждать свои вероломные планы, совершенно не стесняясь её присутствия. Охамели вы, господа хорошие, вконец охамели… Нет, это уже и впрямь переходит всякие границы!

Вскочив с кресла, Николай принялся нервно расхаживать по кабинету, изо всех сил пытаясь унять обуявшую его ярость. И тут вдруг пронзительно запищал зуммер селектора.

– Николай Ильич, на проводе ваш отец, – официальным тоном сообщила Татьяна. – Будете говорить?

– Соединяй, – подбежав к столу, ответил Николай. – А ещё, сделай доброе дело – свари-ка мне кофейку. Если, конечно, эти заговорщики полностью не опустошили наши запасы.

– Привет, бать, – произнёс он в трубку. – Как мои дела? Да так, знаешь ли, по-разному… А у тебя как?.. Более-менее? Ладно, не худший вариант… С чего это вдруг?.. Ах, ты в этом смысле… Ну так давай я прямо сегодня и подскочу, тем более что мне с тобой кое о чём потолковать надо… Да нет, тут вопрос достаточно серьёзный… Папа, это не телефонный разговор. Потерпи, я вечерком заеду и всё объясню… И я тебя обнимаю. Пока, до встречи.

Звонок отца немного отвлёк и позволил взглянуть на ситуацию без лишних эмоций. Попивая мелкими глотками крепчайший кофе, Николай курил одну сигарету за другой и всё больше и больше мрачнел. Танюшка, зайдя сзади и обняв его за шею, шептала какие-то нежные слова, но он стоически пытался не обращать на это внимания.

– Что и говорить, время они выбрали самое подходящее. Каких-нибудь две недели назад я бы их живо на место поставил, а нынче у правления общества все козыри на руках. Ну как же: налицо явное уменьшение доходов, да и два солидных клиента умудрились «с крючка сойти», – вспомнив об этом, Николай увесисто хлопнул ладонью по столу. – Такое впечатление, что я один во всём виноват… А может, это тщательно спланированная акция?! Вдруг «преданные друзья» уже давным-давно решили со мной разделаться и сами искусственно создали все эти трудности, чтобы опорочить меня в глазах учредителей? Но ведь тогда они… Танька, прекрати кусать моё ухо! Ты мешаешь мне сосредоточиться.

– Ну и пожалуйста, – секретарша надула губки и, призывно покачивая бёдрами, удалилась к себе в приёмную.

Татьяна ушла, но вместе с ней исчезло и желание думать о неприятностях. Николай внезапно почувствовал, как сильно он устал за последнее время. Измотанный постоянным напряжением, мозг напрочь отказывался направить мысли в нужное русло и требовал хотя бы маломальского отдыха. Залпом проглотив остатки кофе, Николай временно послал все дела к чёртовой бабушке и вышел из кабинета.

– Собирайся, – сказал он секретарше. – Если мы едем, то прямо сейчас.

– Ну, наконец-то! – обрадовалась та. – Сразу ко мне или сначала в ресторан?

– Прости, солнышко, но сегодня у меня на это нет ни времени, ни сил, – ласково, но твёрдо ответил Николай. – Вообще-то, я собирался выполнить своё обещание и доставить тебя в твою любимую клинику.

Возвращаясь обратно, Николай вновь погрузился в серьёзное раздумье. Мощный и вместе с тем удивительно манёвренный «Лексус RX-450», казалось, сам выбирал дорогу в сплошном потоке машин, уверенно везя своего хозяина к месту назначения. «А почему бы и вправду не послать городскую жизнь куда подальше и не сбежать? – в который уже раз задавался вопросом Николай. – Да пропади он пропадом весь этот бизнес с его вечными заморочками и непрерывной головной болью! Белого света из-за него не видишь». Удачно объехав по тротуару очередную пробку, Николай автоматически включил радио и вдруг буквально вздрогнул от неожиданности. «Но всё так же ночью снится мне деревня» – пел Сергей Беликов, и эта фраза вошла в такой глубокий резонанс с его собственной мыслью, что сомнений уже практически не осталось. « Ну а с жёнушкой своей разлюбезной ты как поступить собираешься?» – внезапно спросил внутренний голос. «Эх, Маринка, Маринка, – с грустью подумал Николай. – Уж такая у нас с тобой любовь была, что, как говорится, ни в сказке сказать ни пером описать. И куда всё подевалось?» «Поменьше нужно было с секретаршей шуры-муры разводить да на многочисленных корпоративных вечеринках до глубокой ночи засиживаться», – услужливо подсказал всё тот же внутренний голос. «А сама Марина разве достойно себя вела?» – вступил было в жаркий спор со своим альтер эго Николай, но сразу же осознал всю нелепость ситуации и умолк. Ворошить «славное» прошлое их семьи попросту не имело смысла.

– А куда я, собственно, еду-то? – внезапно сообразил Николай. – Для капитального разговора с «мятежниками» надо ещё окончательно созреть, а стало быть, в конторе пока появляться не стоит.

– Ты, кажется, собирался к «предкам» заглянуть? – вновь прорезался внутренний голос. – Ну так что ж мешает? Разворачивайся на ближайшем перекрёстке, и вперёд!

С трудом отыскав подходящее место для парковки, Николай филигранно втиснул свой автомобиль между двумя старенькими «Жигулёнками» и вскоре уже поднимался на второй этаж панельной «хрущобы». Дверь отворила мать. Радостно расцеловав сына, она выдала ему изрядно потрёпанные домашние тапочки и тут же помчалась на кухню ставить чайник. Пройдя в гостиную, Николай обнаружил отца уставившимся в экран телевизора. Шла трансляция футбольного матча. Прекрасно зная, что батю в такие моменты лучше не отвлекать, ибо он всё равно ничего вразумительного не скажет, а только рассердится, сын тихонько присел на стул и стал ждать окончания поединка. К счастью, финальный свисток арбитра прозвучал буквально через минуту, и внизу экрана появилась крупная надпись, из коей следовало, что наша сборная в очередной раз позорно «слила» отборочную встречу. «Бездарности! – в сердцах заявил отец. – С такой игрой не то что на чемпионате мира – во дворе появляться стыдно… Ой, сынок, ты уже, оказывается, приехал?»

Они обнялись и побеседовали о здоровье, погоде и беспрецедентном росте цен на товары первой необходимости. Дальнейший разговор явно не клеился, поскольку каждый из них собирался огорошить другого крайне неприятной новостью, но терялся в догадках, как бы поделикатней её подать. В конце концов обстановку разрядила мать, позвав обоих на кухню пить чай с вареньем и пирожками собственного изготовления. За столом беседа понемногу наладилась и через какое-то время сама собой вошла в нужную колею.

– Что-то Маринка сегодня не звонила, – вспомнил вдруг Николай. – Пожалуй, надо бы самому её набрать.

– Она теперь вряд ли позвонит, – собравшись с духом, сказал батя. – Да и твой звонок, скорее всего, проигнорирует.

– Не понял, – удивлённо вскинул брови Николай.

– Видишь ли, – грустно начала мать, – Марина сегодня была у нас и…

– …снова наговорила обо мне кучу гадостей, – быстро закончил фразу сын.

– Не перебивай! – рассердился отец. – Вечно ты стремишься бежать впереди паровоза. На самом деле всё намного серьёзнее… Ну, в общем… твоя жена от тебя ушла.

– Как ушла?! – не поверил своим ушам Николай.

– Ножками, – ответила мать. – А точнее, колёсиками. Села в своё шикарное авто и укатила домой к родителям.

– Вот как? – присвистнул сын. – И чем же она мотивировала столь внезапный поступок?

– Судя по её словам, он далеко не внезапный, – возразил отец. – Марина заявила нам, что с мыслью о разводе она жила уже почти год, а буквально на днях окончательно пришла к выводу, что никакого совместного будущего у вас нет.

– Но при этом подчеркнула, что от общения со мной и отцом у неё останутся самые приятные воспоминания, – в общем-то, не совсем к месту добавила мать.

«Кто бы сомневался, – подумал Николай. – Уж чего у Марины точно не отнять, так это показной тактичности. Подсластить горькую пилюлю она всегда умела. Вот и сейчас: милые свёкор и свекруха, хоть я вашего сына и бросила, но лично к вам испытываю одни только нежные чувства!»

– Я-то втайне сокрушалась, что время идёт, а вы всё детишками не обзаводитесь, – продолжала меж тем свои рассуждения мать. – А теперь получается, что оно и к лучшему.

– Всё что ни делается, всё к лучшему, – Николай вдруг сообразил, что теперь уже ничто не мешает ему осуществить задуманный план и улыбнулся.

– Да ты, я вижу, не очень-то и расстраиваешься, – с удивлением посмотрел на него отец.

– Как тебе сказать, – пожал плечами Николай. – С одной стороны, мы с Маринкой не один пуд соли вместе съели, но с другой… Увы, до нас слишком поздно дошло, что двум ярко выраженным лидерам тяжело ужиться под одной крышей.

– Тут ты, безусловно, прав, – кивнул батя. – Вам обоим всегда не хватало готовности идти на компромиссы, а без них нормальная семейная жизнь попросту невозможна.

– Отныне всё уже в прошлом, – подвёл черту под этой частью разговора Николай. – Быть может, это прозвучит и кощунственно, но своим уходом Маринка весьма удачно развязала мне руки для последующих действий.

– Мы так и предполагали! – чуть ли не в унисон воскликнули оба родителя.

– Что вы предполагали? – опешил сын.

– А то, что в твоей жизни давно существует другая женщина, на которой бы ты с радостью женился, если б не состоял в браке с Мариной, – уверенно заявила мать.

– Боже, какая чушь! – не сдержавшись, громко расхохотался Николай.

– Вообще-то, ты мог бы быть и повежливей, – заметил отец.

– Извините, – смутился сын. – Просто мамино высказывание застало меня врасплох.

– Так, значит, я всё-таки права? – мать, разумеется, поняла его по-своему. – Ты уж нас не стесняйся, сынок. Мы с отцом тоже люди и…

– Дайте же мне наконец объясниться! – не выдержал Николай. – Поучаете, что не следует бежать впереди паровоза, а сами чем занимаетесь?.. Ладно, проехали. Скажите-ка лучше: ваш деревенский дом в нормальном состоянии?

– Слава богу, да, – ответил отец. – Я его прошлым летом основательно подремонтировал. А что это ты вдруг вспомнил о «родовом поместье»?

– Да есть тут одна задумка… – Николай мысленно перекрестился и продолжил: – Дело в том, что мне за последнее время порядком осточертела городская жизнь.

– Так ты хочешь взять отпуск и махнуть в деревню? – обрадовалась мать. – Вот умница! Я всегда говорила, что наша природа куда лучше любого заграничного курорта.

– Отличная идея, – тут же поддержал её батя. – Хоть раз за столько лет отдохнёшь по-человечески.

– А если не в отпуск? – пристально посмотрел на родителей Николай. – Сказать по правде, я намерен уехать из города насовсем.

Убедить «предков» в правильности принятого им решения оказалось непросто. Да и чему тут удивляться? Людям, выросшим в деревне и приложившим в своё время немало усилий, для того чтобы перебраться в большой город, было достаточно трудно поверить в целесообразность прямо противоположного поступка. Тщетно попугав сына отсутствием горячей воды, центрального отопления и ватерклозета, мать с отцом решили пустить в ход «стратегическое оружие».

– А «Софт-Сервис» тебе не жалко на произвол судьбы бросать? – спросил батя. – Ведь ты его, можно сказать, собственными руками вынянчил.

– Да и без старых друзей, поди, скучно будет, – добавила мать. – Вы же со студенческой скамьи не разлей вода.

Слова матери поставили Николая перед нелёгкой задачей. Жаловаться родителям на предательство друзей выглядело недостойным и унизительным. Но придумать наспех какую-нибудь «левую» версию положения дел на работе он не сумел, а потому пришлось заставить себя смириться с унижением и выложить всё начистоту. Слушая рассказ сына, «предки» то и дело вздыхали. Становилось понятно, что его жизнь, ещё утром казавшаяся им весьма безоблачной, и в самом деле остро нуждается в переменах.

– Предупреждали тебя опытные бизнесмены, что не следует совмещать дружеские отношения с деловыми, – не удержалась мать. – Послушал бы их совета – не оказался бы в такой незавидной ситуации.

– Это ты сейчас так рассуждаешь, – резонно заметил Николай, – а когда я только начинал свой бизнес, вы с отцом сами рекомендовали мне опереться на проверенных друзей. Мол, они-то уж точно не подведут и всё такое… Впрочем, какой смысл обсуждать то, чего уже не вернёшь? Ответьте лучше: вы моё решение одобряете?

– Поступай, как знаешь, – произнёс после некоторого раздумья отец. – В конце концов, и в сельской местности прожить можно, было бы желание. Но я тебя настоятельно прошу: все мосты за собой не сжигай, ладно?

– О каких мостах идёт речь? – не понял Николай.

– Городскую квартиру продавать не вздумай, – пояснил батя. – Мало ли что.

– Само собой разумеется, – улыбнулся сын, а про себя поклялся, что приложит максимум усилий, для того чтобы это «мало ли что» никогда не наступило.

– Когда уезжать-то собираешься? – осторожно поинтересовалась мать.

– Надеюсь, что уже завтра, – ответил Николай. – Вот расставлю все точки над i у себя в офисе, и видели меня здесь!

Наутро от вчерашней бравады остались лишь жалкие воспоминания. Продумывая свою гневную речь перед правлением «Софт-Сервиса», Николай вдруг почувствовал, что он абсолютно не готов к радикальному разговору с изменщиками. Больше всего хотелось молча оставить на рабочем столе заявление об уходе по собственному желанию и свалить, что называется, по-английски.

– Именно так ты и поступишь, – настойчиво нашёптывал внутренний голос. – Ещё не хватало опускаться до грязных разборок. Тем более что твои недавние дружки такому повороту событий только обрадуются.

– Они-то, может, и обрадуются, – робко пыталась возражать совесть, – но с нашей стороны это будет выглядеть не совсем порядочно.

– Да брось ты! – почувствовав слабину противника, «второе я» двинулось в решительное наступление. – Излишняя щепетильность в данном случае совершенно неуместна. Они нас втихаря подсиживают, а мы в ответ бац – и упреждающий удар нанесём. С волками жить – по-волчьи выть.

На этой реплике поединок совести с внутренним голосом был остановлен за явным преимуществом последнего. В темпе настрочив стандартное заявление, Николай положил его на самое видное место и направился к выходу. Все вещи он упаковал накануне, а стало быть, оставалось лишь сесть в машину и с ветерком умчаться навстречу новой судьбе.

– Вот вам! – желчно подумал Николай, от души хлопнув дверью своего теперь уже бывшего кабинета. – Отныне сами разбирайтесь с вашими проблемами в бизнесе.

– Хотели власти, так получайте! – на сей раз изрядно досталось водительской дверце бедняги «Лексуса». – А я ещё посмотрю, как вы с этой властью управитесь. Каждый мнит себя стратегом, видя бой со стороны.

– Хватит злобствовать, – приказал он себе, выезжая из города на трассу. – Нелёгкое расставание с прошлым осталось позади, а впереди тебя ждут свежий воздух, грибы, рыбалка… Господи, я ведь и думать забыл, что в мире существуют эти маленькие человеческие радости. Ну ничего, теперь-то уж с лихвой наверстаю!

Рисуя в воображении радужные картины деревенского бытия, Николай постепенно расслабился и повеселел. И чем ближе он подъезжал к своей «исторической родине», тем спокойней становилось у него на сердце.

– Да кто сказал, что в моей жизни произошла трагедия? – искренне недоумевал он, уже свернув с автомагистрали на грунтовую дорогу. – По-моему, всё очень даже хорошо.

2

Там, где…

«Ну что ж, попробуем ещё раз», – поплевав на свеженасаженного червя, Николай сделал очередной заброс и вновь замер в ожидании поклёвки. Но время шло, и надежд на «маленькое чудо» оставалось всё меньше. Возникало полное ощущение, что местная рыба либо поголовно «ушла на дальний кордон», либо увлеклась идеями лечебного голодания.

– Бог в помощь, – неожиданно раздался сзади чуть насмешливый девичий голос. – Не помешаю?

Николай обернулся и… Нет, родители всегда утверждали, что их деревня славится красивыми девушками, но чтоб до такой степени?!

– Конечно, не помешаешь, – с трудом обретя дар речи, вскочил он. – Присаживайся. Стульчик у меня, к сожалению, один, но я и постоять могу.

– Тогда давай вместе постоим, – весело предложила незнакомка. – Как улов?

– Рад бы похвастаться, да нечем, – честно признался Николай. – Третий час сижу, и всё без толку. Только мелочь какая-то постоянно червей обгладывает.

– И неудивительно, – авторитетно заявила собеседница. – В нашей, с позволения сказать, речке нормальная рыба давным-давно перевелась.

– Тебе-то откуда это известно? – удивился Николай. – Сама, что ли, ловишь?

– Скажешь тоже, – отмахнулась красавица. – У меня батя – заядлый рыбак. Если хочешь, могу тебя с ним познакомить. Он все рыбные места в округе как свои пять пальцев знает.

– Разумеется, хочу, – согласился Николай. – Но прежде давай и мы с тобой познакомимся. Меня Николаем зовут.

– Колька, значит? – улыбнулась девушка. – Ну а я, стало быть, Катька.

«И ведь ничего не поделаешь, – подумал он. – Придётся привыкать к тому, что я теперь не респектабельный бизнесмен Николай Ильич, а обычный деревенский парень Колька».

– Твоя машина на пригорке стоит? – поинтересовалась меж тем Катя.

– Моя, – не без гордости ответил Николай. – Нравится?

– Крутая тачка, – с уважением произнесла она. – Давно мечтала на такой покататься.

– Ну так за чем же дело стало? – рассмеялся «новоявленный» Колька. – Только удочку по-быстрому смотаю, и поедем с твоим «предком» знакомиться.

«Интересно, это провинциальная беспечность или женская интуиция? – размышлял по дороге Николай, искоса поглядывая на новую знакомую. – Вот что бы ты делала, милая девочка, если бы на моём месте оказался какой-нибудь подонок? Завёз бы он тебя, недолго думая, в первый попавшийся лесок, и поминай как звали».

– Здесь направо поверни, – уверенно командовала тем временем Катерина. – И ещё раз направо… Да не гони ты как ненормальный, чуть соседскую курицу не задавил… Всё, приехали, можешь тормозить.

– Знакомься, бать, это Коля, – представила она Николая вышедшему им навстречу отцу. – Ты давеча переживал, что у Панкрата мотоцикл сломался и вам теперь на рыбалку ездить не на чем? Ну так я эту проблему по ходу дела разрулила. Представляешь, Колька всерьёз надеялся в нашей речке-переплюйке рыбы наловить, а я ему и говорю…

– Уймись, сорока, – резко осадил её отец. – Тебе дай волю – до вечера трещать будешь.

– Иван Петрович, – с улыбкой протянул он Николаю заскорузлую ладонь. – Ну а ты, ежели я правильно понимаю, Илюхи Рябова сын?

– Он самый, – с удивлением произнёс Колька. – А вы откуда знаете?

– Не «выкай», в отцы не гожусь, – остановил его Иван. – Батька твой меня годов на десять постарше будет. Как, кстати, Илюхино здоровьице?

– Спасибо, вроде не жалуется, – ответил Николай. – Но мне всё-таки непонятно, как вы… ну, то есть, ты догадался, что я его сын?

– Тоже мне, тайна бермудского треугольника, – усмехнулся Петрович. – Твоя соседка ещё вчера всю деревню в известность поставила, что Рябов-младший к нам погостить приехал. Вылитый, говорит, Илюха в молодости… И нечего удивляться – здесь тебе не городские масштабы. У нас любая новость в момент разлетается.

– Так вот почему Катька без всякой опаски ко мне в машину села, – подумал Николай, а вслух произнёс: – И тем не менее, кое в чём моя болтливая соседка всё же ошиблась. Не в гости я к вам нагрянул – я теперь тут жить собираюсь.

– Неужто на самом деле? – озадаченно крякнул Иван. – Наша молодёжь из кожи вон лезет, чтобы в городе себе место отвоевать, а ты вдруг надумал сельским жителем заделаться? Впрочем, тебе видней. Отговаривать не стану.

– А из-за чего ближайшая речка так рыбой-то оскудела? – решил сменить тему Николай. – Мой отец до сих пор вспоминает, каких чудо-окуней он из неё в юности вытягивал.

– Слишком много за последнее время браконьеров развелось, – махнул рукой Петрович. – Вот предложи мне втихаря сетями побаловаться или, ещё того хуже, электроудочку в руки взять – в жизни не соглашусь! И вовсе не потому, что штрафы за это немереные. Просто я привык к природе с уважением относиться, да и хапугой бессовестным тоже никогда не был. А у этих одно на уме: хапнуть рыбки побольше да покрупней и на базаре втридорога продать. Ну а на то, что после их варварских набегов повсюду одни опустевшие водоёмы остаются, им попросту наплевать.

– Да что ж мы у калитки-то топчемся? – спохватился вдруг Иван. – Заходи, чаем липовым тебя угощу. А при желании можно и по рюмашке «беленькой» за знакомство опрокинуть.

– Ну, если только по одной, – улыбнулся Колька. – Я всё-таки за рулём, да и дел у меня на сегодня намечено выше крыши. Надо потихонечку быт свой налаживать.

* * *

Первая неделя деревенской жизни принесла давно забытые ощущения спокойствия и умиротворённости. Наконец-то исчезла необходимость постоянно куда-то спешить, до предела уплотняя и без того крайне насыщенный распорядок дня. Чередуя нехитрые дела по дому с активным отдыхом, Николай откровенно блаженствовал. Совместные рыбалки с опытным Петровичем оказались весьма добычливыми, и целая вереница вывешенных для просушки подлещиков и плотвиц уже готовилась к скорой встрече с охлаждённым пивом. На очереди были поездка на укромное лесное озеро за трофейной щукой, а также срочная вылазка по грибы. Согласно агентурным сведениям Ивана, в одном из окрестных лесов на днях бурно «пошли» лисички.

«Вот она – настоящая жизнь! – размышлял как-то вечером Колька, любуясь последними лучами уходящего солнца. – Осталось только на личном фронте дела наладить, и совсем лафа будет». Покуривая перед сном на крылечке, он и представить не мог, что такая возможность буквально через считанные мгновения в прямом смысле слова ворвётся в его калитку.

– Слава богу, что ты ещё не спишь! – даже не поздоровавшись, выпалила запыхавшаяся Катя. – Там Петруху… ну, короче, парня одного здорово избили. Сможешь его в больницу отвезти? Дотуда километров пятнадцать, не больше.

– Конечно, смогу, – мгновенно сориентировался Николай. – Прыгай в машину.

– Сперва к моему дому подъедем, – не дожидаясь очевидного вопроса, сказала Катюха. – Я Петьку с его девушкой и лучшим другом там оставила, а сама сразу к тебе метнулась.

– На бедного Петруху аж смотреть страшно! – судорожно вдохнув, продолжила Катя. – У него весь глаз заплыл, верхняя губа разворочена, а кроме того он еле ноги переставляет и при каждом неловком движении за правый бок хватается.

– Крепко досталось парню, – покачал головой Колька, лихо выруливая со двора. – Как это произошло-то?

– Обычная история, – махнула рукой Катька. – Здесь неподалёку ещё одна деревня есть – «Кострово» называется – так их пацаны постоянно с нашими метелятся. По-моему, им для драки даже особого повода не надо.

– Ясно, – кивнул Николай. – В точности, как у Портоса: «Я дерусь, потому что я дерусь».

– Во-во, – грустно усмехнулась Катюха. – Очень похоже.

– Передай нашим ребятам, чтобы они в следующий раз меня с собой взяли, – с напускной небрежностью попросил Колька. – Будем честь деревни вместе отстаивать.