Поиск. Пока часы двенадцать бьют
- -
- 100%
- +
— Она в официальном разводе? Как давно разошлась с мужем?
— Да они и не были женаты, прости Господи, сколько лет во грехе жили! Зато и прав на Машеньку у Игоря нет. Побуянил, конечно, судом грозился, да быстро успокоился. Вроде новую себе пассию нашёл, его жизнью и не интересовались особо.
— Понятно. — Я сделала пометки в блокнот и протянула его Николаю: — Напишите, пожалуйста, адрес и телефон Наташи. Необходимо проверить, не забрала ли она Машу после праздника.
— Да оставьте! — Николай рубанул ребром ладони. — Она чуть не со вчерашнего вечера в загуле. Я ей когда звонил — уже у неё язык заплетался. В таком состоянии она даже до магазина с трудом доходит, не то что смогла бы примчаться на другой конец города. Зачем ей это? Наташа про Машеньку и не вспоминает сама.
— И всё-таки я настаиваю. — Натянув на лицо профессиональную улыбку, продолжила подпихивать блокнот. В следствии не всегда побеждала логика, поскольку люди способны на многие импульсивные поступки.
Николай ещё поотпирался, но, поняв, что меня не переупрямишь, крупными округлыми буквами оставил заветную запись.
— Ядвига Олеговна, прошу прощения… — Директор вернулась, цокая каблуками и отводя взгляд. — Сестра не даёт добро. Сказала, Ермоша слишком переутомился, у него эмоциональный перегруз. Ваш визит, скорее всего, будет встречен истерикой. Увы, я знаю, как сильно его может накрывать и как трудно привести обратно в чувства. Он и так живёт на таблетках, так что…
— Я поняла.
— Извините, я правда пыталась! Но… — На щеках женщины вспыхнули алые пятна. — Ермоша — трудный ребёнок, пожизненный инвалид, и…
— Екатерина, — смягчила тон, — не нужно оправдываться. Мы обязательно найдём другой выход.
Та в ответ слабо улыбнулась и перестала стискивать смартфон до побелевших костяшек.
— Простите, а я могу уже идти домой? — робко подал голос фотограф.
— А вот и он!
— Кто он? — Сергей выпучил глаза и обернулся через плечо.
— Выход, — спокойно резюмировала и смерила фотографа взглядом, отчего тот поёжился. — Нет, Сергей, я попрошу вас ещё задержаться, а вы, Екатерина, просмотрите кадры и скажите, нет ли где незнакомых взрослых. Как директор вы наверняка знаете всех подчиненных в лицо.
— Да, конечно. — Екатерина серьёзно кивнула, а Сергей сокрушенно вновь подал фотоаппарат.
— Только там батарейка садится, уже одна палочка осталась…
— Думаю, Екатерина справится быстро. — Подбадривающе улыбнулась, помня о суперспособности педагогов сканировать большое скопление людей. Во время праздника хватало фоновых дел, но сейчас-то директор максимально сосредоточена на задаче, нужно лишь подождать.
— А вы и правда не безнадёжны, невестка.
Я чуть не скривилась от этого замечания. Уже и забыла, что дражайшая свекровь никуда не делась, просто на время ушла в переписку с подругами и бывшими коллегами. А сейчас вынырнула в реальность.
— Мне дали звание капитана не за боевое ранение, Лидия Степановна, — сухо отозвалась я.
— Ах, ну да, ты же на работе с утра до ночи пропадаешь, несмотря на «культяпку». Могла бы уже на пенсию выйти, с внуками бы нянчилась, Лёше больше бы внимания уделяла. Но нет, у тебя же амбиции!
— Может, вам такси до дома вызвать? О Лёше позаботитесь, — передразнила, даже не скрываясь. — Он наверняка волнуется, соскучился по вам. Наговоритесь, всё обсудите… Вам-то зачем себя праздника лишать, раз я тут застряла на неопределённый срок?
— Ну уж нет, невестка. — Свекровь ядовито улыбнулась и приосанилась. — Такое приключение я пропустить не могу. Соседкам хвастаться буду. Правнукам рассказывать!
Я чуть не застонала и еле сдержала желание побиться лбом о стену. Ну за что мне это? Ладно бы свекровь хоть один дельный совет подкинула, ладно бы что-то путное сказала. А так что, будет мне всю дорогу на мозги капать? Я ж не выдержу!
— По закону Российской Федерации следствием может заниматься только следователь без вмешательства посторонних лиц.
— Невестка, ты белены объелась? Какое я такое постороннее лицо?
Предсказуемая реакция… Но я хотя бы попыталась.
— Вот, нашла! — Екатерина приближалась к нам. — Эту женщину я ни разу не видела, на празднике тоже не припомню… Хорошо, что в объектив попала.
— Давайте скорее! — Протянула я руки к фотоаппарату, но стоило тому оказаться у меня в руках, как экран три раза вспыхнул, и погас. Взгляд зацепил только размытые зелёно-жёлтые пятна. Ну что за невезение. — Сергей, а запасного аккумулятора у вас нету?
— Увы, я предупреждал. — Тот развёл руками. — Второй праздник за день, под ноль все запасные высадил. Теперь только до дома.
— А дом далеко? — спросила без особой надежды.
— Отсюда минут двадцать, плюс ещё подождать, пока подзарядится. На это минут десять-пятнадцать надо.
— Так чего вы ждёте? Едем скорее!
— То задержаться, то чего ждёте… Женщины! — сокрушённо бурчал под нос фотограф, уже направляясь к выходу.
То-то же. Пока не прикрикнешь, никто шевелиться и не начнёт.
— Извините, уважаемая, — Николай деликатно кашлянул в кулак, — а нам что делать?
— Тоже ехать, — резюмировала, не долго думая. — В конце концов, пропала именно ваша внучка.
Свекровь уже и сама спускалась по лестнице. А мне, как ни крути и ни подбадривай остальных, ещё требовалось подготовиться к этой экзекуции…
Десять часов до Нового года
Внизу я поняла просчёт с бравыми ребятами, которых отправила по поручению раньше времени. Уазик бы сейчас здорово пригодился… У фотографа тоже оказалась машина, но ехать на жигулях вшестером — это не столько даже нарушение правил, сколько просто смертоубийство. Пару минут ушло на сделку с совестью: директор нужна была для указания на подозреваемую, пожилая пара для опознания, а я для дальнейшего расследования. Зато появился отличный повод избавиться от свекрови.
— Лидия Степановна, Лёша за вами приедет, не переживайте. Я ему позвонила, он собирается и приедет как можно скорее.
— А почему нам не подождать его вместе? Там тебе всяко удобнее будет, невестка. — Свекровь недвусмысленно покосилась на мою многострадальную ступню.
Знала, куда метить... В нашей машине и ногу можно вытянуть, и сиденья шире и мягче, и в целом просторнее. Но я прежде всего профессионал.
— Мы не можем терять ни минуты, подвергая жизнь девочки опасности, поэтому трогаемся уже сейчас. — Распахнув дверцу жигулей, обернулась, окидывая взглядом одинокую фигуру женщины в модной каштановой шубке и мохнатой шапке на фоне серой советской громады. — Не стойте на морозе, мама.
— Уж как-нибудь сама решу. — Она фыркнула и скривила губы, и в глазах будто что-то мелькнуло или блеснуло… У меня правда не осталось времени разбираться с её обидами, чаяниями или претензиями. Хотя на душе всё равно скребли кошки. Ненавижу это чувство!
— Трогайте! — Хлопнула я дверцей и отдала короткий понятный приказ.
Дело, у меня есть важное дело. А о том, что попросила мужа занять свекровь разговорами и всеми правдами-неправдами отвезти домой, старательно не вспоминала. В конце концов, так будет лучше для всех. И сбережёт мне нервные клетки.
Через полчаса дружной гурьбой мы оккупировали кухню Сергея, который извинился за беспорядок, ткнул в чайник и пошёл разбираться с аккумуляторами для фотоаппарата.
Жилище его оказалось типичной берлогой холостяка — однокомнатная квартирка с полами второй свежести и полным отсутствием милых безделушек. Зато в ванной — полная стерильность и всё для проявления фотографий: ванночки, лампы, щипцы… На проволоке сушились фото девочек на фоне зимних пейзажей. Что-то мне это напоминало, но на ум упорно лезли только советские открытки.
Никто особо не знал, о чём говорить. О празднике не хотелось, на отвлечённые темы тоже. Каждый беспокоился за Машу. Как она, где она, не мёрзнет ли, не голодает ли? Худшие варианты старательно отметались. В мире хватало извращенцев, но сейчас мороз, пожалуй, казался страшнее.
С мыслями об особо лютой зиме я изучала холодильник, на котором красовались магниты внезапно с «Комиссаром Рексом» и список продуктов. Список относился то ли к тому, что надо купить, то ли к тому, что уже есть внутри, но в любом случае большую его часть составляли полуфабрикаты. Сюда бы дородную хозяюшку, вдову или разведёнку, быстро в порядок всё приведёт. Я даже знала пару подходящих кандидатур из народного театра.
Ой, Ядвига, только свахой тебе быть и не хватало… Хотя опыт точно получится незабываемый.
Наконец, на кухню зашёл хозяин квартиры, и все одновременно встрепенулись, будто Деда Мороза увидели.
— Готово. Подсоединил фотоаппарат к ноутбуку. Сможете на большом экране посмотреть. Только заново найти фото придётся…
— Без проблем. — Екатерина поправила очки, показывая боеготовность. Уважаю.
Сергей метнулся за техникой и пристроил прямо на кухонном столе. Екатерина шустро прокрутила колёсико мыши вниз, пара щёлчков — и на экране появилась фотография зрительного зала. В основном ряды заполняли воспитанники центра, но с десяток взрослых тоже имелось. Преимущественно женщины, и лишь один мужчина, охранник. Как это типично для образовательных организаций…
Директор увеличила одну из женщин, и тут бабушка Маши вскрикнула.
— Наташа!
Я тоже встрепенулась. Сошлось! Самое первое предположение даже по статистике оказывалось самым верным. Это всякие сериалы запаривали людям мозг и выстраивали невозможно сложные связи. Сейчас поедем по добытому адресу и…
— Лет десять назад, — вдруг добавил дед с какой-то грустной задумчивостью.
— Что вы хотите этим сказать?
— Так наша дочь выглядела, ещё когда в институте училась и даже не думала становиться матерью. Блеск в глазах, румянец на щеках и светлое будущее впереди… — Николай пожевал губу, наверняка вспоминая те далёкие дни, когда он мог гордиться дочерью. — Уже через два года она сильно изменится, похудеет, круги под глазами появятся и вечная настороженность, зашуганность.
— Бедная наша девочка! — Ирина вдруг бухнулась на колени и возвела руки к небу. — Не ведает, что творит! Да смилостивится над ней Господь!..
— Ирина, перестань. — Николай дёрнул жену за руку. — В храме своём падать ниц будешь. А тут чужая кухня, вокруг люди… Не позорься.
— Согрешили мы пред Господом, Никоша, ой как согрешили, — Ирина мотала головой, не поддаваясь на уговоры встать, и из глаз её лились неподдельные слёзы. — Когда иконы плакатами комсомольскими заклеивали да в храмах кино смотрели, по могилам маршировали! Вот и наказал нас Господь, искупления требует…
— Да это когда было. Глупости всё. — Николай насупил брови, и чувствовалось, что это не первый их подобный диалог. Даже странно, что только сейчас «рвануло». Николай явно был далёк от религии, но позволял любимой жене эту «блажь». — А вот за дочкой не уследили, факт. Ведь почти договорились с Прокофьевыми, что с их сыном обручится. Потомственный кардиолог, начитанный, гроссмейстер. Но нет! Дали ненужную свободу, чтобы сама себе выбрала спутника жизни. По любви! — как она уверяла. Теперь расплачиваемся.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.