Я подарю тебе время

Пролог

Звук выстрела вспугнул ночную тишину. Сергей сжался в комок, прячась за пышными цветами на носу катера. Видать, украсили к празднику. Что там, День космонавтики грядёт? Или у кого-то свадьба. Странно, что патрули не снуют косяками. Может, праздник уже и прошёл. Без разницы – ему точно на нём не гулять! Грудь тяжело вздымалась, кровь пульсировала в висках. Казалось, биение сердца должны слышать и по другую сторону канала, но топот ног и ругань постепенно отдалялись. А потом вовсе послышались короткий свист и звук мотора. Уехали…

Плеск волн да поскрипывание досок навевали спокойствие. Чудилось, катер вот-вот тронется, а экскурсовод начнёт рассказывать о достопримечательностях ночного Петербурга. Хотя сезон прогулок ещё не начался, и это спасало от ненужных свидетелей. Выждав для верности пару минут, Сергей наконец выбрался из временного убежища. Комбинезон, и так не отличающийся чистотой, весь изгваздался и обзавелся лишними дырками от забора-рабицы, будь тот неладен. Ткань на плече потемнела от крови – задела пуля-дура, к счастью, по касательной, но всё равно неприятно. Лишь новенькие кроссовки не пострадали, если не считать налипшей грязи. Держались крепко, красуясь логотипом «Найк». А он думал: паль…

Сергей пригладил курчавые каштановые волосы и оглядел пристань. Всё было тихо. Покачивались на волнах другие катера. Мягко горели фонари. Аккуратные домики таращились слепыми окнами в ночь. Удивительно, что никого не потревожил выстрел. Впрочем, его могли принять за барахлящий мотор. Сломанные машины издавали те ещё звуки, напоминая то храп, то задушенный писк. Сергей в этом хорошо разбирался, поскольку работал автомехаником. Ещё до вчерашнего дня. Позже, может, резко сменит профессию, если вообще останется жив.

Эта мысль заставила вздрогнуть. Нужно срочно найти место, где он сможет привести себя в порядок, прежде чем двинется дальше. Обработать рану, сменить одежду… Да и раздобыть оружие было бы кстати. Времени у него максимум до рассвета, лучше вовсе управиться за пару часов.

***

Знакомая забегаловка находилась в переулке неподалёку от крупного перекрёстка. Это делало её невидимкой в большом городе и в то же время легко находимой точкой, если знать, где искать. Забегаловка огибала угол дома и вся просматривалась за счёт сплошных прозрачных витрин. Буквально аквариум, только вместо рыб за стеклом – ночные посетители. Сегодня ими оказались двое мужчин. Один, судя по потрепанному пиджаку со множеством заплаток, топил в стакане своё горе: незадавшуюся карьеру или ушедшую жену. А другой, наоборот, сверкал улыбкой и новенькими часами.

Бармен Жора методично протирал стаканы, ни на кого не обращая внимания, но Сергея, застывшего возле крайней витрины, должен был заметить. Не зря же носил погоняло Филин и когда-то держал в страхе всю округу. До сих пор его связи в теневом мире оставались настолько обширными, что через забегаловку часто проворачивали махинации, сделки и обмен информацией. Очень повезло, что нынешняя ночь выдалась тихой. Пусть забегаловка и считалась нейтральной территорией, лишнего внимания совсем не хотелось. Сергей собирался одолжить у Жоры пистолет, а также обработать рану и переодеться в кабинке туалета.

Только вот, толкнув наконец дверь, Сергей так и замер под переменчивые ритмы джаза. Помимо двух посетителей и бармена, в забегаловке оказалась девушка. С копной блондинистых волос, в красном вечернем платье, словно золотая молодежь, сбежавшая с кутежа. Она покачивала туфлей, сидя у самой барной стойки, и даже будь у Сергея плохое зрение, он никак не смог бы её проглядеть! Возникло желание встряхнуть головой, выйти и вновь войти. Может, его так клинило от усталости? Почти сутки на ногах – не шутки!

Девушка меж тем обернулась, сощурила разноцветные глаза – один голубой, другой карий. Улыбнулась холодно и властно:

– Ты пришёл за временем, ведь так?

На её слова никто не отреагировал. Кодовая фраза? Если подумать, мужчина с новенькими часами походил на информатора, девушка запросто могла быть его компаньоном. Отлучилась «припудрить носик», а вернувшись, с чего-то решила, что Сергей – тот, кто им нужен. Бармен в такие моменты обычно всегда приходил на помощь. Предупреждал о неприятностях, разруливал конфликты, на крайняк жестами показывал удалиться. Пусть Сергея нельзя было назвать завсегдатаем заведения, он всегда с охотой осматривал машину Филина, да подкручивал чего по мелочи за спасибо. Но сейчас Жора чуть не по десятому кругу натирал дурацкий стакан.

Всмотревшись внимательнее, Сергей ощутил холодок на затылке: все трое выполняли одни и те же действия, как налаженный механизм! В забегаловке сам воздух, казалось, застыл, превратившись в подобие киселя. Сквозь эти вязкие слои голос девушки звучал особенно звонко, словно каждое слово она отбивала молотком:

– Так да или нет?

Сергей не привык соглашаться на что-либо, не узнав условия сделки. Время было ему чертовски необходимо. Успеть бы вернуться за своим ящиком для инструментов, в котором на самом дне, в потайном отсеке, хранился список палёных тачек. Бурый срубил на них много бабла, а Сергей, дурак, ему помогал, пока не узнал правду. Хотел договориться по-хорошему, да не вышло… Теперь бы ноги унести куда подальше. Может, и на Сахалин, к матушке. Та вернулась на малую родину, вышла второй раз замуж за тамошнего морячка и всласть исследовала любимый Тихий океан.

Только как это вообще – дать время? Он и всё вокруг начнёт двигаться задом наперёд? Появится некий механизм с гигантскими часами? Или девушка введёт людей Бурого в тот же транс, что и бармена с посетителями забегаловки?

Блондинка, явно уловив его смятение, закатила глаза:

– Если откажешься, через десять минут умрёшь. Дружки нашпигуют тебя свинцом.

Очень интересно, откуда ей это известно! Может, она сама информатор, а всё это тщательно разыгранное представление? Фокус для впечатлительного автомеханика, чтобы он уж точно не сорвался с крючка. Только вот как смогли уговорить Филина? Люди Бурого не имели столько влияния, чтобы заткнуть бывшего авторитета за пояс.

– А если соглашусь? – голос подвёл и засипел, но нужно было узнать об этой странной сделке подробнее.

– Что ж, правила просты: я подарю тебе лишний час. В пределах него всё остановится, никто тебя не увидит и не услышит. Можешь выхлебать лучший алкоголь здесь – бармен никогда не узнает, кто выпивоха. Можешь ограбить банк – на камерах не будет и следа твоего присутствия.

От слов закружилась голова. Шарлатанство, мошенничество. Разводит его как мальчишку! Только тон больно серьёзный и отстранённый, будто её распоряжение временем совсем не колышет.

– Так разве бывает? – Сергей почувствовал себя тем самым мальчишкой, впервые урвавшим билеты в цирк и наблюдающим за представлением фокусника.

– Бывает-бывает. Всё в мире продаётся и покупается. У меня товар – час, ни много ни мало, но большинству хватает. – Она ловко слезла с барного стула и, шурша платьем, подошла вплотную, оказавшись одного роста с Сергеем за счёт каблуков. – Ах да, отдача с процентами: в срок я сама найду тебя и заберу полагающееся мне время. А кое-что возьму сразу же, в качестве аванса. Но всяко лучше, чем умереть, ведь так?

Девушка холодно улыбнулась, и Сергея пробрала дрожь.

– Что ты заберёшь? Как я пойму, что сделка состоялась?

– О, ты поймёшь, не сомневайся, я оставлю на тебе знак. – Легко и мимолётно блондинка тронула его запястье. – И вообще, решай быстрее, до прибытия твоих дружков осталось три минуты.

Сергею почудился рык моторов вдалеке. Бред, конечно. Пусть Бурый и предпочитал российский автопром, три минуты – это два с половиной километра. Даже с учётом ночи – не то расстояние, чтобы различить шум с дороги. Но вряд ли и блондинка врала: Бурый не дурак, знает, где можно схорониться в такой час. Обязательно нагрянет и совершенно точно не пощадит. Бандиты не щадят тех, кто вызнаёт их секреты и покушается на бабло.

Сергей лихорадочно соображал. Час назад он шарахался по подворотням, прятался в мусорном баке и, пару раз едва не угодив в сточную канаву, убегал от бродячих собак. До сих пор мерещились запах протухшей рыбы и звонкий лай. Повторения этой гонки не хотелось. А мастерская рядышком, буквально за парой поворотов. Прихватит список дурацкий, шмотки, поддельные документы, да и рванёт в Пулково. За час ровнехонько обернётся. В аэропорту, глядишь, Бурый в последний черёд станет искать. Да и чучмекам местным заплатить можно, чтоб отогнали машину подальше в пригород и бросили у обочины…

План выглядел годным и перспективным. Даже в голове шуметь перестало. И улыбка на губах заиграла. А с отдачей долга как-нибудь разберётся. Авось не впервой!

– Я согла… – Не успел он договорить, как девушка щёлкнула пальцами, свет моргнул, и забегаловку тряхнуло, словно шейкер.

Сергей пошатнулся, а когда восстановил равновесие, словно в стереокартинку угодил. Всё вокруг слегка расплывалось, расходилось пульсирующими кругами. Таинственная девушка испарилась. Бармен и ночные посетители максимально замедлились, лишь едва колыхаясь. Казалось, он и сам должен двигаться заторможенно, но нет, будто даже чрезмерно легче и мощнее. Едва на шпагат не сел! Может, он нахрюкался, и ему это мерещится? Или всё-таки умер, и это такое посмертие?

Сергей потянулся протереть глаза и зашипел от резкого жжения. Пуля-дура, точно! Кровь больше не текла, но ткань намертво прилипла к ране. Зараза. Отдирать потом будет больно. Зато рваная дырка на рукаве и грязно-бурое месиво вместо кожи помогли поверить, что он не спит и не набухался.

При отводе руки на запястье мелькнуло что-то… нестёртое пятно от масла? царапина? Это были цифры – шестьдесят, прямо на глазах сменившиеся на пятьдесят девять.

Глава 1. Инопланетянка

Десять лет спустя. Сахалин

– Эй, Серый, вылазь из-под этого ржавого корыта и дуй сюды!

Диагноз «клиенту» Федотыч поставил точный. Аккуратная, почти кукольная внешне «бии таун» была убита в хлам. Приходилось вертеться ужом и практиковать скоростное моргание, чтоб железная стружка не попала в глаз. Да что там – само днище норовило рухнуть при неосторожном движении! И ради чего стараться, спрашивается? Единственное, чем здесь стоило помочь, – расхерачить кувалдой и отбуксировать на свалку.

Сергей выполз, обтёр лицо и руки полотенцем и с облегчением вышел из глубин гаража наружу, хотя приятного там было мало. Пасмурное небо всё никак не могло разразиться дождём. Пыльная завеса дрожала в воздухе, забивая ноздри. Ещё и духота обволакивала коконом. И через это серо-оранжевое марево пробирался бирюзовый гигант…

Сергей ущипнул себя за щеку. Картинка не исчезла.

– Хорош! – Федотыч мотнул головой и упер жилистые загорелые руки в бока. – Даже на убогом ходу хорош! И откуда только в наших краях?

С этим трудно было поспорить. «Ниссан Джук», роскошный спортивный зверь, смотрелся на их узких улочках как минимум неуместно. Инопланетянином, вторгшимся на мирную планету. Его провожали восхищенно-испуганными взглядами. Нельзя было не проникнуться внедорожником, но доверять ему никто не собирался. Чужак.

«Джук» гордо преодолел последние метры, чуть покачиваясь, и встал напротив автомастерской. Вдоль корпуса тянулась радужная аэрография, и Сергей засмотрелся на переливы, на удивление не портящие брутальность кроссовера, а лишь подчеркивающие его индивидуальность. Тем более что… Сергей усмехнулся, уловив за феерией красок силуэт акулы.

– Задний мост погнулся. До вас дотянули, но дальше – никак, – в приятном женском голосе слышалось сожаление. – Возьметесь?

Сергей облизал пересохшие губы, готовый лезть под «Джука» хоть сейчас. Жадно обшарил глазами корпус, не слишком интересуясь владелицей. За десять лет работы здесь он привык, что на добротных машинках чаще всего ездили крайне неприятные типы. Лучше не разочаровываться ожиданиями, а познакомиться с красавцем-кроссовером поближе. На «брюхе» и колесах осели пыль и травяной сок. Пройденный путь рисовался тонкой ниточкой. По вулканическому пеплу и холму. А на трассу наверняка выехал ближе к заправке.

– С деталями загвоздочка. У нас на таких машинках не ездят, знаете ли, – Федотыч то кряхтел, то хмыкал между словами – ему тоже не терпелось всё скорее ощупать, чтобы просто знать, каково это: работать с легендой.

– А просто выпрямить не поможет? Шарк – добротный парень, мы с ним за три сотни откатали без всяких помех. Но булыжники…

– За три сотенки – это и «пчелка» справится, – Федотыч фыркнул.

– Тысяч?.. – протянула задумчиво, будто и сама сомневалась то ли в озвученном, то ли в возможной реакции.

– Сколько?! – От зашкаливающей цифры Сергей очухался и чуть не поперхнулся.

Распахнув дверцу, с ними разговаривала… инопланетянка. С иссяня-чёрными волосами и разноцветными глазами: одним карим, другим голубым. Образ кого-то смутно напомнил, как будто певицу из телешоу или блогершу… Сергей сделал шаг назад – и инопланетянка ловко спрыгнула на асфальт. На ней оказался серебристый, отливающий металлом комбинезон и высокие берцы на шнурках. Новенькие, начищенные, они побудили засмущаться своих потрёпанных «найков».

Сергей не удержался и скользнул взглядом выше. Фигура оказалась ладной: грудь небольшая, зато бёдра широкие. На вид ровесница Сергея, около тридцати пяти. За спиной маячил рюкзак. Было даже странно, что говорит она на чистом русском и знакомыми терминами:

– Шарк из первого поколения «Жуков», «Нисмо ЭрЭс». Общий пробег… триста сорок тысяч километров, возраст – двенадцать лет. Он ещё многим даст фору! – голос её звенел гордостью, а глаза блестели от восторга. – Обычно каждый сезон загоняю его к знакомым ребятам, но нынешний рейд затянулся… Так что почти полгода мы без толкового обслуживания.

– По внедорожью и разбитым колеям, – вставил Сергей свои пять копеек.

Инопланетянка не стала отнекиваться, но посмотрела с вызовом и одновременно печально. Были причины, значит, и довольно весомые, раз тянула до последнего.

– Я могу оставить Шарка на вас?

– Других вариантицев и нет, дорогуша. – Федотыч всё потирал и потирал мозолистые руки. Ничегошеньки скрывать не умел. – Но вы не первая в очереди.

– Ладно, торопиться всё равно некуда. – Инопланетянка моргнула, перекатилась с пятки на носок и выдохнула не заискивающе, но устало: – Я в туалет очень хочу, и жрать, и в душ. Ну, не угонят же его?

Сергей перехватил кожаный чехол с ключами и криво усмехнулся – жадных до наживы хватало и у них в захолустье. Но первому попытавшемуся Сергей лично пересчитает зубы. И все это знали. Удивительно, что инопланетянка столь легко доверилась первому встречному в рабочем комбезе. Хотя с другой стороны – выбора у неё, как верно заметил Федотыч, особо и не было.

***

Инопланетянка явилась в глубокой ночи. Все нормальные люди уже спали, и рабочий день Сергея закончился часов пять назад. Но никак не получалось отогнать себя от «Джука».

Сразу после прибытия неведомого зверя в гараж притопала, грозно цокая каблуками, владелица «пчёлки». Женщина слегка за пятьдесят с короткой стрижкой, полная, в полосатом платье, делающем из неё арбуз. Подмышкой у неё торчала тявкающая собачонка. За спиной маячил щуплый муж.

Галина скривила нос от запаха масла и бензина и в срочном порядке потребовала оценку ущерба своей машинки. Пришлось ещё раз лазить под «брюхом», вооружившись телефоном, и приводить доказательства, почему «пчелке» место на свалке, а не в мастерской. Подобную развалюху могла спасти лишь полная пересборка, да и то не факт. Сергей брался за сложные случаи, но не брался за безнадёжные. Однажды он соорудил «трансформер»: в корпус одной машины загнал начинку другой, но та начинка стоила того! А тут – фуфло сплошное.

Женщина с надрывом вещала, что «пчелка» – память о её отце, и она предаст его, если… Что за бред. Вещи – всего лишь вещи. Истинная память хранится в сердце.

Галина и слушать Сергея не желала. Поджала губы и пообещала устроить мастерской весёлую жизнь. Ха, кто ещё кому устроит… Муж её – тростиночка в очках – смотрел на примерные расчёты с суеверным ужасом. Он ни разу не вклинился в разговор, лишь покачивался из стороны в сторону, вжимал голову в плечи и грыз ноготь на левой руке. Позже Сергей обнаружил на столе смятую записку «Простите за беспокойство». Детский сад.

От наведённого шороха раскалывалась башка и прошла только после хорошего ужина. Тогда-то и наступил черёд настоящей работы.

Во всей этой нервотрёпке был один жирный плюс – на «Джука» успели налюбоваться, облапать корпус, украдкой и нет сфоткаться на фоне, так что на подъёмник удалось загнать без плотной толпы зевак. Восхищённо присвистнули только слоняющиеся мимо старшеклассники. Да азиаточка притормозила велосипед и долго торчала на противоположной стороне улицы, пока над городом не разнёсся гул от часов.

Больше ничьё пристальное внимание не отвлекало от техосмотра, и Сергей увлёкся. До самого прихода владелицы «Джука» не замечал времени.

– Как Шарк? – Инопланетянка ступила под круг света и стала более человечной. В бирюзовой футболке и потёртых джинсах, с собранными в хвост волосами, будто и не было эффектного появления из оранжево-серого марева. Лишь разноцветные глаза смотрели с прежней смесью вызова и печали. – Извини, хотела оставить вещи в номере, присела и…

– Долгая дорога?

– Часов пятнадцать.

– Прилично. – Сергей отправился мыть руки чистящей пастой. Зашумела вода. – Неужто из Владика к нам?

Инопланетянка рассмеялась.

– Где меня только не мотало. Сибирь, Урал. Даже до Питера добиралась. Шарк любую мою прихоть исполняет. – Она нежно погладила корпус, смахивая чужие прикосновения и здороваясь. А затем полезла в салон, крикнув оттуда: – Уже осмотрел? Во сколько встанет ремонт?

– Осмотрел и почистил по мелочи. Загнанный он…

– Знаю. – Запыхавшись, выудила из недр толстую тетрадь с разноцветной обложкой, которую тут же пролистнула. – Хотела откатать тур по стране.

– Но?

– Но одной тяжеловато. – Женщина встряхнула головой в попытке убрать лезущие на страницы иссиня-чёрные пряди. – Далеко не везде гостеприимные люди, ко мне несколько раз цеплялись с вопросами и не только. Да и от долгого сидения за рулём ломит всё тело.

– Ясно. Если надеешься найти попутчика в нашем городе, забудь. Здесь таких экстремалов не водится.

– Я бы поспорила. – Инопланетянка развернулась к нему в тот момент, когда Сергей подошёл ближе. Не качнулась, ничего такого, но Сергей застыл и почувствовал себя пойманным на месте преступления. – Так что насчёт моего вопроса?

Сергея будто вытолкнуло из омута на поверхность. Вопроса? А, точно.

– Ремонт пустяшный, но мост к херам, придётся менять. Я подберу материал, это не проблема, но займет около трёх суток.

– Нормально, я не тороплюсь. А…

– С оплатой разберёмся позже. Чую, с деньгами у тебя напряжёнка. Неважно. – Махнул рукой, уже представляя, что на такое сказал бы Федотыч, старый скряга. – Поставлю твоего Шарка на ноги. То есть на колёса.

– Спасибо. – Инопланетянка опустила ресницы, и у Сергея дыхание на миг перехватило: красивая. – Если нужна будет помощь, обращайся. Я остановилась в хостеле «Квартал», собственно, в квартале отсюда. Вышла прогуляться, смотрю свет горит, вот и… – Она пожала плечами и улыбнулась. – Рада, что Шарком занимаешься именно ты.

– С чего вдруг?

– Ты любишь тачки и хорошо делаешь свою работу. – Зажав тетрадку подмышкой, посмотрела вдруг пристально. – Тебе бы в город покрупнее. В тот же Владик.

– Может, я разбираю «Джука» по частям. Уже припрятал мотор и…

– И поэтому заботливо оддраил шины, – инопланетянка фыркнула и направилась к выходу. – Спокойной ночи, Серж.

Сергей схватился за нагрудный карман с именной вышивкой и подбежал к тёмному проёму, выкрикивая:

– Могла бы и представиться в ответ!

Ночную духоту прервал робкий раскат грома. Вдалеке, за горизонтом, тучи готовились разразиться дождём. Слабо светился, жужжа, единственный фонарь, вырисовывая неровный блин старого пыльного асфальта. Улицы, обычно полные жизни, сейчас выглядели заброшенными, как будто весь мир на время замер в ожидании. Лишь ветер, шепча, пробегал мимо, принося с собой запах ночи и предвкушение грозы.

Глава 2. И грянул гром

Дождь лил целый день. Сергей шарахался, пытаясь найти себе дело, и находил только монотонное, пустяшное. Перебрать, разложить, вычистить, избавиться от горы хлама… Надо попросить Эс Второго этим заняться, зря он, что ли, числился младшим механиком? Сам Сергей начинал раздражаться, ронять гайки в масло и вместо полироли использовать лак, а мелочевка меж тем норовила разлететься по гаражу и размножиться.

Из-за ливня встряла и починка моста. Кусок хорошего металла он-то нашёл, только длины не доставало. На малявку вроде «пчёлки» хватило бы, однако «Джук» – птица высокого полёта. Каждый миг, проведённый в ожидании, казался вечностью. Стрелки будто специально замедляли свой ход!

Сергей уже сделал что мог: заменил масло, антифриз и свечи зажигания, отрегулировал ремни, поставил новые воздушные и топливные фильтры, смазал валы, очистил радиатор. Остальное было в полном порядке, не считая неизбежной для машины такого возраста коррозии. Федотыч, сортирующий бухгалтерскую хрень, изредка скашивал подслеповатые глаза: «Она тебе хоть задаток оставила?» Сергей отмахивался и дальше шуршал с инструментами. Разве не понимал старый, что такая машина стоила всех их клиентов за десять лет? Что им стоило спасибо сказать за одну возможность прикоснуться к лимитированному кроссоверу? Федотыч лишь почесал бровь, похожую на гусеницу, и вздохнул: «Разведёт же тебя! Как есть разведёт! Не верил бы ты этой цаце…»

Сергей ждал, что инопланетянка заявится с минуту на минуту, ввалится мокрая до нитки, отфыркается от воды и деловито спросит: «Ну, как Шарк?» Сергей ей отчитается, похвалится проделанной работой и подсунет ценник. Инопланетянка, небрежно пробежавшись по строчкам, скучающе вытащит пачку денег из бумажника, отсчитает нужное и плюхнет на стол перед Федотычем, который будет хлопать ртом как рыба. Отличная вышла бы потеха! Но инопланетянка не приходила.

– Я курить. – Сергей прошмыгнул за дверь, вдохнул одуряющий, наполненный озоном воздух и протянул ладонь навстречу дождю. Капли шлепнули по коже и расползлись струйками. Защекотали между пальцев. Сергей встряхнул руку и слепо нашарил пачку сигарет.

***

Со скуки Федотыч уковылял чуть не в четыре, сославшись на семейные дела, и Сергей фыркнул, представив, как тётя Клава гоняет мужа по дому, затеяв очередную перестановку. А вот инопланетянка так и не явилась. Странно. Уж никак эта женщина не походила на цацу, как отзывался о ней Федотыч, которой тачку подогнал папик и плевать она на неё хотела. Не-ет, такая сама и колёса поменяет, и в моторе копаться станет. Предчувствие кольнуло иголкой. Ну не чикнули же её по пути к хостелу, о таком все местные новости трубили бы!

Чтобы унять дурные мысли, Сергей забрался в «Джука», вдыхая кожу салона. Сидеть в нём оказалось очень удобно и даже регулировать сиденье не пришлось. Руль жёг пальцы, педали чуть не подпрыгивали под подошвой. Шарк будто шептал: «Ну давай, попробуй мои скорость и маневренность». И, черт возьми, ужасно хотелось! Только без моста ощущение свободы и мощи продлится крайне недолго… Поскорей бы починить! Федотыч честно обзвонил всех знакомых, тратя прорву времени на обсуждение всякой херни, но у парочки нашлось то, что нужно. Один обещал подвезти, у второго можно было съездить и забрать. И на том спасибо.

Сергей, переодевшись в футболку и шорты, закрыл мастерскую без задержек: ни к чему воздыхания. Направился прямиком к хостелу. Дождь пока прекратился, но налитая, будто беременная туча ещё зрела на горизонте. Редкие прохожие, глянув на небо, торопились домой. Сергей же шёл неспеша, заложив руки в карманы, и наслаждался лёгкой прохладой. Он любил сезон дождей. И не любил лето. То душило, побуждало обниматься с вентилятором и спать голышом.

Хотелось верить, в «Квартале», где остановилась инопланетянка, будет кондёр. В другом хостеле, что находился при въезде в город, о таких новшествах лишь мечтать… зато ценник мизерный и кормили от пуза. А ещё при нём значились заправка, автомойка и шиномонтаж – рай для дальнобоев. Но, видать, там теперь совсем убого, раз инопланетянка сунулась аж в центр города со своими приметными машиной и внешностью. Впрочем, в шиномонтажке с ремонтом моста ей бы по-любому не помогли. Максимум – вызвали бы кого и не факт, что Сергея… Хорошо, что инопланетянка дотянула до мастерской. Сколько она вообще ехала с погнутым мостом? И в ходе чего случилась поломка?