Миры между. Последний выбор. Книга 5
- -
- 100%
- +
До открытия склада оставалось двадцать минут. Кассиан убрал лист и пошёл через переход. Возле киоска продавщица выставляла бутылки с водой; он вспомнил, как Сайа возмущалась здешней ценой, и проверил свою в сумке. Потом свернул за газетный киоск.
И остановился. Перед ним был коридор. Первые несколько секунд Кассиан не понял, что именно его задержало. Проход выглядел совершенно обычным: светлые стены, серый пол, потолочные панели, ровный ряд ламп. Через несколько метров коридор плавно уходил вправо, поэтому дальняя часть не просматривалась. Никакой таблички, никакой строительной ленты, никакой новой вывески. Люди шли мимо. Кассиан сделал шаг в сторону, освобождая дорогу мужчине с большим рюкзаком, и снова посмотрел на проём. Здесь была стена. Уверенность пришла не как воспоминание отдельной картинки, а как ощущение собственного тела в этом месте. Они с Сайей сидели когда-то неподалёку, ждали до вечера, ходили по переходам, возвращались. Кассиан много раз проходил вдоль этой стены. Справа от киоска шёл короткий глухой участок, дальше начиналась лестница. Никакого коридора там не было.
Он подошёл ближе. Плинтус продолжался внутрь без разрыва. Краска на углу была чуть стёрта, будто люди годами цепляли его сумками. На полу возле входа лежал небольшой чёрный след от подошвы. Ничего свежего, ничего временного. Кассиан огляделся в поисках следов ремонта. Их не было. Телефон оказался в руке раньше, чем он успел решить, зачем достаёт его. В галерее пришлось искать долго. Станцию они не фотографировали специально уже несколько недель. В одном из снимков нашлась Сайа с бутылкой воды у киоска; за её плечом попадал кусок нужной стены. Кассиан увеличил фотографию. Глухая поверхность.
На снимке за её плечом прохода не было. Кассиан опустил телефон, ещё раз посмотрел на коридор и переставил сумку на другое плечо. Хотелось дойти до поворота. Служебный выход мог существовать и раньше – только тогда откуда взялась стена на фотографии? Он проверил время. Если задержаться больше чем на десять минут, к открытию склада уже не успеть. В мастерской ждали фурнитуру: без неё не закончат шкаф.
У самого входа воздух был холоднее. Кассиан протянул ладонь, потом отнял: со стороны станции пахло кофе и мокрыми куртками, внутри держалась сухая прохлада. В глубине негромко гудело, словно работала вентиляция. Он оглянулся на лестницу, прикинул положение киоска и вышел на другую сторону станции. Снаружи пошёл вдоль фасада, считая расстояние. Там, где должен был начинаться проход, внизу тянулась глухая каменная стена, выше – ряд окон.
Даже если он сразу поворачивал, первые метры должны были оказаться снаружи здания. Кассиан остановился напротив предполагаемого места. Мимо прошла женщина с собакой. Собака потянулась к столбу и долго нюхала бетон. Кассиан стоял рядом и пытался сопоставить внутреннюю стену с наружной. Не сходилось. Он мог вернуться. До склада оставалось двенадцать минут. Кассиан пошёл дальше.
* * *
Очередь на складе уже была. Это раздражало сильнее, чем должно было. Кассиан пришёл почти к открытию и всё равно оказался четвёртым. Перед ним мужчина спорил о заказе, которого не нашли в системе, женщина выбирала ручки и звонила кому-то по видеосвязи после каждого варианта, ещё один рабочий держал коробку старых петель и пытался найти такие же. Кассиан стоял возле стойки с образцами, достал список и заставил себя читать. Петля сорок миллиметров. Петля пятьдесят. Направляющая. Крепёж. Старая деталь. Мысли всё равно возвращались к станции. Он представлял проём в стене. Холодный воздух. Поворот. Внешний фасад, который не оставлял места даже для нескольких метров коридора.
Можно было написать хозяину: «Задержусь». Можно было вернуться сейчас и проверить. Можно было позвонить Сайе. Последнее желание оказалось самым сильным. Он представил её в книжном. Возможно, магазин уже открылся. Возможно, она сейчас ставит книги на полку или разговаривает с покупателем. Если он скажет: «На станции появился проход, которого не было», её день сразу разделится на до и после этой фразы. Кассиан достал телефон. Открыл переписку. Ничего не написал. Убрал обратно. Когда подошла его очередь, продавец взял список и почти сразу сказал, что одних направляющих нет.
– Аналог?
– Какой шкаф?
Кассиан объяснил. Продавец ушёл к стеллажам и принёс две пары. Кассиан проверил длину, отверстия, толщину металла. Одна подходила почти идеально, но механизм был жёстче. Вторая отличалась креплением.
– Первая выдержит? – спросил он.
– Выдержит.
– Вес дверцы около двенадцати.
Продавец посмотрел внимательнее.
– Тогда лучше вот эту.
Пока продавец искал, Кассиан положил старую деталь из списка на край стойки. Продавец узнал тип, но современный вариант оказался с другим креплением. Пришлось звонить хозяину, показывать два образца и сверять размеры. Кассиан уже второй раз произносил расстояние между отверстиями, когда поймал себя на том, что думает о повороте за киоском. Попросил линейку и перемерил заново. Нужная замена нашлась в коробке с остатками прошлогодней поставки; третья пара направляющих тоже подошла.
Кассиан оплатил заказ, сложил мелочь в пакет и договорился о доставке тяжёлой части ближайшей машиной. На улице проверил чек, сфотографировал его хозяину и только потом повернул обратно к станции.
* * *
Проход оставался на месте. Кассиан остановился возле киоска и стал смотреть, не свернёт ли туда кто-нибудь. Мужчина проверил телефон почти напротив проёма; женщина у стены поправила ручки пакета. Подросток прошёл так близко, что едва не задел угол плечом. За несколько минут никто не вошёл. Кассиан подошёл к пожилому мужчине, который изучал схему маршрутов.
– Извините.
Мужчина обернулся. Кассиан указал на проход.
– Вы не знаете, куда там можно выйти?
Мужчина посмотрел в указанную сторону. Долго. Потом снова на Кассиана.
– Где?
Внутри стало холоднее, хотя Кассиан стоял на тёплой стороне.
– Проход.
Он указал точнее. Мужчина снова посмотрел. В его лице не появилось удивления.
– Там стена.
Кассиан молчал.
– Вам какой выход нужен?
– Никакой. Спасибо.
Мужчина пожал плечами и вернулся к схеме. Кассиан сфотографировал проём так, чтобы рядом были видны киоск и станция, затем сразу открыл снимок. Коридор на экране сохранялся. Эту фотографию он покажет Сайе. Возле входа поставил носок ботинка за границу прохлады, перенёс вес и сделал один шаг.
Позади продолжалась станция. После второго шага запах кофе исчез, голоса сделались глуше. Кассиан обернулся: до выхода было меньше двух метров. Он поставил рабочую сумку на пол у своей ноги. Серый пол уходил за поворот, и хотелось увидеть хотя бы то место, где он скрывался. Кассиан посмотрел на телефон. Можно позвонить Сайе и рассказать прямо сейчас; она, конечно, спросит, что дальше.
Он представил, как показывает ей пустое место на старой фотографии, как она поднимает глаза на настоящий проём. Ему хотелось стоять в эту минуту рядом. Кассиан поднял сумку и отступил на станцию. Несколько секунд ещё прислушивался, сравнивая шум по обе стороны границы, потом пошёл в мастерскую.
* * *
Доставка со склада приехала раньше него. Коробки уже стояли у верстака. Хозяин открыл одну и проверял направляющие.
– Эти?
Кассиан поставил пакет с образцами.
– Да. Те, что вы присылали, для лёгкой дверцы. Я взял другой вариант.
Хозяин вынул деталь, попробовал механизм.
– Хорошо.
Потом достал старую замену.
– А это откуда?
– Нашёл остатки. Современная не подошла по креплению.
Хозяин посмотрел на Кассиана.
– Молодец.
Кассиан улыбнулся, переоделся и встал к верстаку. Первый час он то и дело терял нить работы: брал деталь и ловил себя на том, что опять смотрит в пустой проход между шкафом и стеной. Потом обнаружилось, что новая направляющая толще прежней. Потребовалось снять крепление, заделать отверстие и подождать, пока схватится вставка. Одна петля вставала с перекосом. Хозяин предложил перенести её выше; Кассиан попросил сначала попробовать иначе. К обеду они закрепили дверцу, и он несколько раз открыл её, следя, не задевает ли нижний край.
* * *
Дома Сайа сидела на полу возле кровати и осматривала три книги. Хозяйка разрешила принести их на вечер: нужно было отметить повреждения перед уценкой, а в магазине весь день не находилось свободного стола. У одной был порван корешок, у второй испачкана обложка, третья оказалась почти новой. Сайа убрала карандаш с колен, когда вошёл Кассиан. Он поставил сумку, снял куртку и остался у стола, хотя обычно сразу шёл мыть руки.
– Что случилось?
Кассиан достал телефон. Не начал с объяснения. Открыл фотографию и протянул ей. Сайа взяла. Несколько секунд смотрела. Потом увеличила. Её лицо изменилось совсем немного. Кассиан всё равно заметил.
– Где это?
– На станции.
Она ещё раз посмотрела.
– Я знаю место.
– Там была стена.
Сайа подняла глаза.
– Была.
Он сел на край кровати и рассказал, как увидел коридор, нашёл старую фотографию и обошёл здание снаружи. Когда дошёл до склада, Сайа подняла глаза от экрана.
– Ты ушёл?
Кассиан кивнул.
– Сначала на склад.
Она вернулась к фотографии. Он продолжил. Мужчина, который видел стену. Снимок. Два шага внутрь. Решение не идти дальше. Сайа слушала, положив телефон на колени. Когда Кассиан закончил, в комнате некоторое время было тихо. Со двора доносился металлический стук: хозяйка что-то двигала возле сарая. Сайа снова открыла снимок.
– Там холоднее?
– Немного.
– Запах?
– Почти никакого.
– Звук?
– Что-то есть дальше. Похоже на вентиляцию.
Она кивнула. Несколько вопросов уже выстроились. Кассиан видел. Но Сайа не стала задавать все.
– Люди правда не видят?
– Один не увидел.
– Остальные?
– Не спрашивал. Никто не заходил.
Сайа положила телефон на стол.
– Завтра?
Кассиан посмотрел на неё. Он ожидал этот вопрос весь день.
– Хотел предложить сегодня.
– И?
– Уже не хочу.
Сайа чуть подняла брови.
– Почему?
Кассиан посмотрел на окно. На улице ещё было светло, но солнце уже ушло за соседний дом. На подоконнике стояла герань. Возле раковины сохли чашки. У Сайи на полу лежали три книги, которые она собиралась разбирать.
– Потому что сегодня я уже был на работе, ты была на работе. Мы оба устали. Если сейчас пойдём, вернёмся неизвестно когда.
– Я хочу поесть и лечь, – добавил он. – А там наверняка захочется пройти ещё немного.
Сайа смотрела на него. Кассиан ожидал шутки. Она не пошутила.
– Я тоже не хочу.
Он выдохнул. Только сейчас понял, что ждал другого ответа. Сайа поднялась с пола, собрала книги в одну стопку и переставила на стол.
– Завтра утром?
– Да.
– До работы.
– Если успеем.
– Если не успеем, предупредим.
Кассиан кивнул. Сайа взяла одну из чашек.
– Чай будешь?
– Буду.
Она налила воду в чайник. Кассиан пошёл мыть руки; Сайа раскрыла блокнот на странице для уценки и ещё раз осмотрела порванный корешок.
Глава 4. Не сегодня
Чай они выпили почти остывшим. Кассиан сначала пошёл мыть руки, как собирался, потом задержался в душевой дольше обычного. Сайа слышала воду, скрип полки, звук упавшей крышки от шампуня. Телефон лежал на столе экраном вверх, и фотография коридора всё ещё была открыта. С того места, где сидела Сайа, изображение казалось обыкновенным снимком плохо освещённого перехода: серый пол, светлая стена, ряд потолочных ламп. Если не знать, где это снято, ничего невозможного в нём не было. Именно это тревожило сильнее всего.
Она взяла телефон, приблизила проём, потом дальний поворот. Качество быстро рассыпалось на пиксели. В углу виднелась часть киоска, знакомый кусок стены, тёмная линия плинтуса. Сайа хорошо помнила это место. Они проходили там десятки раз ещё после Ночи, когда станция оставалась последней понятной точкой между тем, что случилось, и городом, в котором им предстояло как-то жить. Проём не мог прятаться в слепой зоне памяти. На его месте действительно была стена. Она открыла старую фотографию, которую нашёл Кассиан. На снимке сама Сайа стояла с бутылкой воды, повернувшись к камере вполоборота. За плечом – светлая стена. Ничего больше.
Сайа переключилась на новый снимок, потом вернулась к старому. На третьем сравнении закрыла галерею: экран уже гас, приходилось снова прикасаться к нему пальцем. Кассиан вышел в чистой футболке, вытирая волосы. Увидел свой телефон у неё в руках и остановился возле стола.
– Есть хочешь?
Сайа посмотрела на часы. Было уже после семи.
– Очень.
В холодильнике оставалась вчерашняя картошка, два яйца, половина помидора и кусок рыбы, который они не доели накануне. Для нормального ужина всё это подходило плохо, зато выбрасывать было жалко. Кассиан достал сковороду, Сайа начала резать помидор. Некоторое время они двигались в тесном кухонном углу, привычно пропуская друг друга: один отходил к раковине, второй занимал свободные двадцать сантиметров столешницы; открытая дверца холодильника заставляла обоих поворачиваться боком. Сайа думала о станции. Кассиан, очевидно, тоже. Это было видно хотя бы по тому, как он дважды посолил картошку. Сайа попробовала кусок и поставила солонку подальше.
Кассиан понял без объяснений.
– Сильно?
– Нормально, если завтра не планируем пить воду.
Он попробовал сам, поморщился и добавил в сковороду оставшуюся картошку, надеясь распределить соль. Сайа нашла ещё половину луковицы. Через несколько минут ужин стал съедобным. Коридор всё это время существовал в нескольких кварталах от комнаты. Сайа чувствовала его почти как открытое окно в соседнем помещении: она его не видела, но знала, что оно есть. Можно было сейчас одеться, дойти до станции и через двадцать с небольшим минут встать перед тем же проёмом. Кассиан ведь видел его утром и днём. Ничто не говорило, что к вечеру тот исчезнет. Она представила дорогу. Сумерки. Стеклянный фасад. Спуск. Киоск.
Потом вспомнила собственное «завтра». Слово казалось слишком маленьким для решения, которое они приняли.
– Ты хотел бы всё-таки сходить сегодня? – спросила она, не переставая резать хлеб.
Кассиан стоял возле плиты. Он не сделал вид, что вопрос застал его врасплох.
– Да.
Сайа кивнула. Ей понравилась быстрота ответа.
– Я тоже.
На этом разговор мог бы закончиться. Желание было признано, а решение оставалось прежним. Но Кассиан выключил плиту и поставил сковороду на холодную конфорку, после чего несколько секунд смотрел в окно. За стеклом уже начинал собираться вечер; верхние этажи соседнего дома ещё держали свет, двор лежал в тени.
– Мы успеем, – сказал он.
Сайа тоже это знала. До станции – меньше получаса. Если коридор окажется обычным служебным проходом или закончится через несколько метров, они вернутся ещё до десяти. Если не окажется… Вот здесь расчёт переставал работать.
– Успеем куда? – спросила она.
Кассиан обернулся. Сайа положила нож.
– На станцию – да. А дальше?
Кассиан посмотрел на сковороду. Одно яйцо осталось почти сырым, белок медленно густел от тепла картошки. Он накрыл её крышкой и принёс тарелки.
– Если сейчас поедим, я уже никуда не пойду, – сказал он.
Сайа придвинула свою тарелку. Ей хотелось возразить: ещё полчаса назад он сам предлагал завтра, а теперь выходило, будто она удерживает его дома. Но он уже положил ей картошку и спросил, хватит ли.
– Хватит. Давай утром.
Он сел напротив. Уверенности не прибавилось ни у одного, зато ужин начал остывать, и они взялись за еду.
* * *
После ужина Сайа открыла книгу и почти сразу поняла, что читать не сможет. Обычно первые несколько страниц после работы давались тяжело: глаза продолжали цепляться за строки так, будто нужно проверить цену, автора, издательство, найти ошибку в накладной. Потом ритм книги забирал её из магазина. Сегодня текст не успевал сложиться даже в сцену. Она дочитывала абзац и обнаруживала, что всё это время думала о коридоре. В нём не было людей. Кассиан этого не говорил напрямую, но из рассказа следовало: никто не входил, никто не выходил, никто не замечал. Один мужчина увидел стену там, где Кассиан видел проём. Телефон при этом коридор сфотографировал.
Сайа перевернула страницу. Через минуту вернулась назад. Кассиан сидел за столом с небольшим куском дерева. Обрезок он принёс из мастерской несколько дней назад, спросив разрешения у хозяина. Один край был расколот, другой оставался гладким. Кассиан сначала собирался сделать из него что-нибудь полезное – подставку, держатель, маленькую полку, – но кусок оказался слишком мал почти для любой задуманной вещи. С тех пор он время от времени доставал его, вертел в руках и убирал обратно. Сегодня рядом лежал карандаш. Кассиан провёл линию от одного края к другому, посмотрел, стёр большим пальцем и снова замер.
Сайа наблюдала поверх книги.
– Что получится?
– Пока ничего.
– Тогда зачем линия?
– Хотел посмотреть.
Он поставил обрезок на ребро и чуть наклонил. Кусок упал; Кассиан поймал его у края стола, посмотрел на расколотую сторону и отложил карандаш. Сайа прочитала две страницы. Потом он спросил:
– Ты думаешь, проход будет там утром?
Она закрыла книгу пальцем, сохраняя место.
– Думаю, может быть и там, и не там.
– Очень помогает.
– Я старалась.
Он улыбнулся. Сайа не стала возвращаться к книге сразу.
– А ты?
Кассиан провёл пальцем по краю деревянного обрезка.
– Мне кажется, будет.
– Почему?
– Потому что он не исчез, когда я ушёл на склад. И потом всё ещё был.
– За ночь может что-нибудь измениться, – сказала Сайа.
– Может.
Она раскрыла книгу, но не нашла строки. Если к утру проход исчезнет, ей будет обидно. Придётся слушать рассказ о том, чего она сама так и не увидела, проходить потом возле киоска и думать, стоило ли встать сегодня. Сайа потянула книгу за верхний угол; страница смялась. Она разгладила её ладонью.
– Я всё равно буду ночью думать, что мы зря не пошли, – сказала Сайа.
Кассиан поднял глаза.
– Я тоже.
– Давай до утра не будем друг друга уговаривать.
– Я что, уговариваю?
Кассиан сказал это резче, чем она ожидала. Сайа посмотрела на него поверх книги.
– Нет. Я уже сама почти собралась. Мне хочется, чтобы ты сказал «пойдём», и тогда я смогу всё свалить на тебя.
– А если скажу «остаёмся»?
– Наверное, буду злиться.
– Удобно устроилась.
Сайа улыбнулась, но он ещё не улыбался. Она села на край кровати с закрытой книгой на коленях. Кассиан отодвинул стул, повернувшись к ней, и она коснулась его ступни своей.
– Прости. Я сама не знаю, чего от тебя хочу. Идти всё-таки не хочу.
Кассиан подвёл свою ногу под её пятку. Некоторое время оба молчали. Потом он попросил дать ему ножницы: хотел снять с обрезка длинную щепку, которая уже второй раз цепляла рукав. Сайа достала их из ящика и вернулась к книге.
* * *
Около девяти пришло сообщение от хозяйки книжного. Завтрашнюю утреннюю поставку переносили. Сайе можно было прийти на полчаса позже. Она прочитала сообщение дважды. Почти сразу возник расчёт. Если выйти рано, они успеют на станцию до её смены. У Кассиана тоже будет достаточно времени, если не задержатся. Полчаса, которые появились внезапно, идеально ложились в их план. Сайа показала экран. Кассиан понял раньше, чем она успела сказать.
– Удобно.
– Слишком.
– Ты думаешь, это связано?
Сайа посмотрела на него и ответила слишком быстро:
– Поставщик перенёс поставку. Он на прошлой неделе дважды переносил.
– Я спросил, – сказал Кассиан. – Не предложил уже всё объяснить.
Она опустила телефон. В сообщении хозяйка просила утром сначала проверить книги в подсобке: с машиной опять было непонятно.
– Да. Я просто не хочу ещё полчаса об этом думать.
Кассиан кивнул. Сайа ответила хозяйке и поставила будильник: к станции всё равно решили идти рано.
– Во сколько выходим?
Кассиан назвал время. Она прикинула дорогу.
– Нормально.
Перед сном Сайа поставила оба телефона заряжаться и налила воду в две бутылки. Свою убрала в сумку вместе с книгой, вторую оставила Кассиану возле рабочих перчаток. Он переложил маленький нож из кармана куртки в сумку и спросил, остался ли хлеб на завтра.
* * *
Перед сном она пошла в душ первой. Горячая вода быстро наполнила тесное помещение паром. Зеркало потемнело, на стенах собрались капли. Сайа вымыла волосы, потом долго стояла под водой, хотя обычно старалась не тратить лишнее: плата за комнату включала коммунальные расходы только в разумных пределах, как выразилась хозяйка. Коридор вернулся в мысли именно там. Наверное, потому что ничего другого делать не требовалось. Сайа представила, что утром его не будет. Стена. Киоск. Люди. Кассиан подходит, смотрит на привычное место, потом на неё. Разочарование было почти настоящим. Следом возник другой вариант: проход есть, они входят, через несколько метров находят обычную хозяйственную дверь. За ней – техническое помещение станции. Рабочий удивляется, что они туда забрели. Оказывается, весь сбой был только в том, что другие люди почему-то не замечали вход.
Следующий вариант Сайа не стала додумывать. Выключила воду и завернулась в полотенце. Кассиан стоял возле подоконника с горшком в руках.
– Не поливай пока.
– Я подставку вытираю.
Она увидела тряпку на подоконнике. На дереве остался влажный круг, земля в горшке ещё была тёмной. Кассиан попросил подержать растение. Сайа приняла его, прижав к полотенцу, пока он вытирал доску.
– Ты на меня водой капаешь, – сказал он.
– Это с волос.
– Тогда отойди. Я тут только вытер.
Сайа поставила горшок, убрала с плеча мокрую прядь и села на кровать. Кассиан отнёс тряпку в душевую. Утром землю проверят снова; сейчас он попросил её немного подвинуться, чтобы достать свою футболку.
* * *
Когда погасили свет, сон не пришёл. Сайа лежала на спине и слушала комнату. За стеной кто-то прошёл по двору. Хлопнула калитка. Несколько минут шумела вода в трубе, потом стихла. Кассиан рядом дышал слишком ровно для человека, который спит, и Сайа почти сказала об этом, но передумала. Через некоторое время он сам повернулся.
– Ты не спишь?
– Нет.
– Я тоже.
В темноте это было почти смешно. Сайа подтянула одеяло к подбородку.
– Ты боишься?
Кассиан ответил не сразу. Она уже решила, что вопрос слишком общий, но он сказал:
– Да.
Сайа повернула голову к нему.
– Чего?
За окном проехала машина. Свет фар скользнул по потолку и на секунду показал его лицо.
– Что там может быть дорога назад.
Сайа слышала, как он вдохнул после этого слова. Ей вспомнились книги на прежних полках, одежда, которой она не успела даже толком поносить, люди, которым теперь нельзя было позвонить. На днях в отделе опять попросили объяснить, какие документы у неё были до возвращения. Сайа отвечала, а сама думала, что могла бы просто открыть ящик стола и всё оттуда достать.
– Я тоже, – сказала она.
Кассиан чуть повернулся к ней.
– И ещё боюсь, что там не она.
– Что тогда?
– Не знаю.
Сайа понимала. Если коридор окажется просто очередным миром, они снова получат возможность идти дальше. После нескольких недель обычной жизни это уже не звучало как безусловное спасение. Она спросила:
– А если там будет лучше?
Кассиан долго молчал.
– Вот этого, наверное, сильнее.
Ответ удивил.
– Почему?
– Потому что с плохим проще.
Сайа ждала продолжения.
– Если там опасно, пусто или невозможно жить, мы попытаемся вернуться. А если там будет жизнь, которую мы хотели…
Сайа представила большую знакомую кухню, свою одежду в шкафу, обычный паспорт. Потом почему-то – книжный, куда утром придут покупатели, а хозяйка будет искать её запись о поставке. Ей стало досадно. Коридор ещё ничего не предложил, а она уже мысленно объясняла, почему не выйдет на смену.
– Мы вообще не знаем, что там есть.
– Знаю.
– Тогда давай не выбирать заранее.
Кассиан тихо усмехнулся.
– Мы пока даже не вошли.
– Вот именно.
Она повернулась на бок, спиной к нему. Через несколько минут Кассиан придвинулся и положил ладонь ей на бедро. Сайа накрыла его пальцы своими. Он уснул раньше; она ещё слышала дыхание у своего плеча, прежде чем сама провалилась в сон.
* * *
Она проснулась в 03:17. Не от звука. Просто открыла глаза. Комната была почти полностью тёмной. Только тонкая полоса у окна собирала свет с улицы. Кассиан спал на животе, отвернувшись к стене. Одна рука лежала поверх одеяла. Сайа посмотрела на часы. 03:17. Мысль пришла сразу. Коридор. Он может исчезнуть до утра. Она лежала неподвижно. Через три минуты можно одеться. Ещё двадцать с небольшим – дорога. Ночью людей на станции почти не будет. Они смогут спокойно посмотреть. Никто не мешает разбудить Кассиана. Сайа почувствовала, как тело уже готовится подняться. Та самая внутренняя ясность, когда решение кажется принятым до того, как успеваешь его назвать.