Север. Проблеск огня

Глава 1

– Это невозможно! – воскликнул Ник, когда я в очередной раз повалила его на землю, не давая возможности пошевелиться. Младший брат жутко злился, потому что не мог одолеть меня в поединке уже который день.

– Пора тебе привыкнуть к этому, – усмехнулся Джаспер, стоявший в стороне. – У тебя, Рози, настоящий талант, хоть в особый полк иди.

Рози… Снова это сокращение! Сколько раз я просила старшего брата не называть меня так. Поднявшись, я подала руку Нику, но тот встал сам, отряхивая свои брюки от грязного снега.

– Ей просто повезло, – обидчиво огрызнулся младший брат и устало сел на бревно, служившее нам лавочкой. В доме два парня, а сделать нормальную деревянную скамейку некому. Я пристроилась рядом с ним и в знак примирения протянула Нику руку. Тот хмуро посмотрел на меня, но все же пожал ее. Он был обидчивым, но любящим. Несмотря на свою любовь к глупостям, Ник был хорошим.

Джаспер подошел к нам и присел на корточки рядом с костром. Тот уже догорал, отпуская в небо последние искорки огня. Я нагнулась, чтобы погреть руки – скоро идти домой, там холоднее, потому что дымоход снова засорился, а почистить его было некогда.

– Как думаете, от желаний, загаданных в день рождения, есть толк? Они могут сбыться? – неожиданно спросил Ник. Хороший вопрос… Мы уже не дети, но, скорее всего, каждый в душе надеется на чудо. Сегодня мне исполнилось девятнадцать лет, и я загадала, чтобы наша жизнь стала лучше. Проще. Когда я была маленькой, то загадывала все время одно и тоже желание – чтобы наша страна изменилась, чтобы в ней зима стала сменяться летом, чтобы на улице было не так страшно. Став старше, я поняла – бессмысленно надеяться на такое. Пока король Найрел Эвидейл у власти, ничего не станет лучше. Нужно желать что-то только для своей семьи. Хотя бы достаток побольше. Мы были не самыми бедными в городе, но все же денег не хватало. Мама трудилась одна – отца однажды забрали стражи за преступление, которое он не совершал. Король в каждом видит изменника, поэтому все уже привыкли к постоянным обвинениям и арестам. А нам очень трудно найти работу, в городе ее почти нет.

– В нашей стране бессмысленно во что-то верить, – хмуро ответила я, смотря на потрескивающие угли. Джаспер сел рядом и слегка толкнул меня плечом.

– Не будь такой пессимисткой, – упрекнул меня он. – Не отнимай надежду.

Я фыркнула, но промолчала. Хочет верить – пускай, но все это глупо.

Совсем стемнело, огонь потух, и мне пришлось плотнее кутаться в плащ. Нужно что-то делать, пытаться менять жизнь. Джаспер недавно высказал то, о чем я думала вот уже несколько месяцев – особый полк. Самая высокооплачиваемая работа с подходящими для меня обязанностями. Все вокруг повторяют, что я прекрасно дерусь, что у меня талант, но я боюсь говорить о своем желании. Мама точно будет против – отца забрали силой, а дочь хочет уйти сама туда же. Не знаю, в замке ли квартируется этот полк, но новобранцев принимают в резиденции правой руки короля – Даниэля Лидиара. Конечно, про него самого я слышала многое – то, что он умеет управлять человеческим телом, организовал обучение для магов, а про все остальное я выпытала у старого воина, живущего в нашем городке.

Я должна поступить в этот полк, чтобы помочь семье. Нужно попасть туда и пройти отбор. На словах все кажется намного проще, чем есть на самом деле.

– Идите домой, поздно уже, – позвала нас мама, отвлекая меня от мыслей. Джаспер и Ник поднялись и направились к дому. Я задержалась, чтобы закидать угли снегом, потом тоже побежала за ними. Снег и холод в нашей стране вечны. Вот уже сто лет зима не покидает Инфристу. Вечно холодно и зябко, как и в душе любого ее жителя.

Зайдя в дом, я плотно закрыла дверь, чтобы морозный воздух как можно меньше проникал в комнаты. Отряхнув снег с ботинок, я прямо в них прошла на кухню, как и мои братья.

– Неужели сложно было снег убрать? – прошипела я на ухо Нику, увидев грязный тающий снег на носках его ботинок. Тот, не оборачиваясь, огрызнулся:

– Какая разница!

– Мне это потом убирать, болван! – прикрикнула на него я. – После этого сам полы вычищать будешь.

Парень бросил на меня недовольный взгляд и, развернувшись, вернулся к двери. Я услышала стук ботинок и улыбнулась.

– Поражаюсь твоему таланту влиять на этого несносного мальчишку, – обняв меня, прошептала мама.

Я обняла ее в ответ. У мамы были красивые каштановые волосы, чуть ниже плеч, светло-голубые глаза, которые достались и мне. А цвет волос у меня папин – черные, как вороново крыло. Люблю это сравнение. Вороны свободны, король над ними не властен, поэтому я хочу быть хоть чем-нибудь похожей на них.

Мы сели за стол, собираясь ужинать. Как обычно, суп. Большого выбора блюд у нас никогда не было, но и ужасного недостатка еды тоже. Единственное, что расстраивает, это отсутствие чего-нибудь сладкого. Кондитерские изделия слишком дороги для нашего очень скромного бюджета. Завтрак, обед и ужин – три блюда и ничего больше. Правда с утра обычно мы съедаем только кусок хлеба с маслом и чай. На большее не хватает денег, да и не нужно. Я уже привыкла к такой жизни, многое, конечно, меня ужасно не устраивает, но жить можно. В замок я точно не рвусь, как большинство жителей нашего города, особенно моего возраста. Быть ближе к королю за комфорт и дорогую еду? Нет, спасибо.

– Еще раз с днем рождения, Роза, – улыбнулась мне мама и положила рядом с моей тарелкой небольшой сверток. Я удивленно взяла его и положила в большой карман старого плаща.

– Спасибо, – сказала в ответ я и улыбнулась маме. Несмотря на трудности, она всегда что-нибудь подарит нам, пусть незначительное, но все же. Закончив с ужином, я осталась на кухне помогать маме с посудой, а братья ушли к себе.

– Ты хотела что-то сказать, милая? – обратилась ко мне мама, когда я в очередной раз бросила на нее быстрый взгляд. Да, я хотела поговорить с ней про полк, но боялась того, что она скажет мне в ответ.

– Нет, – соврала я. Еще рано. Нужно лучше обдумать план дальнейших действий, а уже потом рассказывать все родным.

Закончив с посудой, я пошла к себе на второй этаж. Там комнаты без отделки, мало мебели, но мне нравится – ничего лишнего, да и братья не мешают тренироваться или делать что-нибудь еще. Скинув ботинки и плащ, я забралась под одеяло, держа в руках мамин подарок. Укутавшись в плед, я положила перед собой сверток и развернула ткань. Внутри оказался кинжал. Красивый, с резной рукояткой и небольшой гравировкой на лезвии: «Роза». Просто мое имя, но как же было приятно, да и сам подарок очень удивил меня и порадовал. Где мама нашла деньги на него? Он же, наверное, стоит огромную сумму. Если мама снова взяла в долг у Нобиуса, то я буду очень зла. Этот зажиточный старик ужасно раздражает меня своей жадностью и отсутствием терпения. Однажды мы уже занимали у него, и Нобиус каждый день напоминал нам про долг и угрожал маме.

Засунув клинок в ножны на ноге, я легла. Оружие я всегда носила с собой, на случай если придут стражи или еще что-нибудь. Холодная постель и яркий луч от фонаря из окна не способствовали сну, поэтому я просто лежала с открытыми глазами. Мысли возвращались все время к одной и той же теме – полк. Кто-то называет его особым, кто-то привилегированным, мне плевать, как про него говорить, главное – сколько там платят. Этой суммы хватило бы на нормальную жизнь для моей семьи в этом городе, а если копить понемногу, то можно и уехать куда-нибудь еще, только не в столицу. Ненавижу Ин-Сирис. Прогнивший город, павший перед королем-тираном и полный стражей. Резиденция Лидиара, насколько мне известно, за городом, поэтому видеть столицу мне не придется, если, конечно, полк квартируется не там. Только вот как туда добраться? Можно, конечно, на общественном экипаже, но на это нужно будет потратить много денег, а забирать последние накопления я не собираюсь, учитывая то, что я могу и не поступить в этот полк. Нужно будет что-нибудь придумать. А еще надо больше тренироваться, хотя может это и не поможет. Вдруг я не пройду экзамен и не поступлю, что дальше? Вернуться в этот паршивый город и всю жизнь работать на закрытых фермах, чтобы хоть как-то зарабатывать на жизнь? Нет. Я хочу большего для своей семьи. Если не поступлю – буду пытаться найти способ сбежать из Инфристы раз и навсегда. Чтобы больше не думать про вечный холод и страх перед помешанным королем. Других путей нет.

Возможно, и жизнь в полку мне придется не по душе, но тут уже наплевать на мои чувства. Главное – там можно заработать, да и тренировки всегда помогут избавиться от ненужных мыслей и чувств. А там, я думаю, драться придется много. Еще важно, чтобы меня, как возможного стража, не посылали на аресты. Я не смогу портить жизнь невинным людям, а если не буду выполнять приказы, то могу навлечь опасность не только на себя, но и на маму с братьями. Надо будет завтра поговорить с Джаспером обо всем этом. Хоть он и старше меня всего на два года (у нас у всех такая разница), братец умеет здраво мыслить и всегда находит лучшие пути, про которые я даже не думала.

Устав от мыслей, я отвернулась от стены и стала рассматривать собственную комнату. Второй этаж был намного меньше, чем первый – здесь была только моя комната. Кровать, небольшой стол и тумбочка – больше никакой мебели, зато много места для тренировок. Дралась я очень часто, мне это нравилось. Иногда это были поединки с братьями или другими парнями из города, а иногда я просто совершенствовала удары в одиночестве. Основам самообороны меня научил папа. Он не был профессиональным воином, но показал мне несколько стандартных ударов, остальное я придумала сама. Не знаю, правильно ли все делала, зато эффективно. Я как будто бы чувствую, куда, как и когда ударить. Тело двигается интуитивно, но это всегда приносит победы. Я стала выигрывать в поединках с шестнадцати лет, прославилась среди парней города, но мне это было неважно. Главная цель – привилегированный полк. Он занимал все мои мысли. Иногда я позволяла себе просто помечтать про то, как там хорошо. В лесу, хоть и недалеко от столицы, где можно тренироваться, получать от этого удовольствие и деньги, не думать про аресты. Это же должно быть так хорошо! Но такие мысли я старалась отгонять, боясь сделать это место идеальным, а потом разочароваться в нем или вовсе туда не поступить.

Оставив все эти мысли, я повыше натянула одеяло, отодвинулась ближе к стене, чтобы меньше видеть луч света от фонаря, и закрыла глаза. Поворочавшись, я наконец нашла удобную позу и заснула, как всегда без сновидений.

Глава 2

Утром погода была, на удивление, хорошей. Такое у нас случается нечасто – светило солнце, пусть и почти не греющее, не было ветра, и не шел снег. Полный штиль. Неужели. Я встала с кровати и пошла на первый этаж. Мама, наверное, уже ушла. Она работала на закрытой ферме нашего города. По правде говоря, там трудились почти все жители нашего города. Это самое важное место, так сказать, сердце, без которого любой город в Инфристе погиб бы. Там выращивали овощи, благодаря особым приборам, созданным магами огня. Они смогли каким-то образом засунуть свою силу в устройство, способное согревать помещение и создавать подобие солнечных лучей. И такую штуку, я уверена, все бы захотели иметь дома, но их очень хорошо защищают. Работа на этих фермах была неприятной – строгий график, тяжелый физический труд и постоянный надзор – всегда есть страж, пусть всего один или два. Но там можно было хоть как-то зарабатывать на жизнь. Рабочих мест тоже хватало, но мама запретила нам даже пытаться поступить туда на работу, а в городе заработать больше негде. Я сама сменила уже три подработки, потому что почти никто не хотел связываться с подростками, хотя бы лет до двадцати трех, и я их не понимала. Это глупо. Но жители Ри, моего родного города, верили в то, что большая часть арестов происходит из-за случайно произнесенных именно «глупыми подростками» слов в адрес правительства. Я вообще считала, что стражи забирают людей не из-за этого, а просто лишь бы кого-нибудь, чтобы удовлетворить потребности короля в собственной безопасности.

Спускаясь по лестнице, я услышала тихие голоса братьев. Они уже о чем-то спорили – невыносимо. Постоянно грызутся из-за всего на свете. Я зашла в кухню, и братья замолкли.

– Не надоело ругаться-то? – хмуро спросила я, зябко передергивая плечами. В комнате снова было холодно.

– Неужели сложно было почистить дымоход? – повернувшись к молчавшим братьям, с раздражением спросила я. Ник нахмурился.

– Мы только что это сделали, пока кое-кто нежился в кровати, – так же раздраженно ответил младший брат. – Просто не успели разжечь камин.

– Потому что спорили, – добавила я, просто желая позлить Ника. Тот явно хотел ответить что-то оскорбительное, но Джаспер не дал ему этого сделать.

– Хватит. Иди лучше разожги огонь, а то мы скоро вымерзнем тут, – сказал он, подталкивая брата. Тот бросил на него обиженный взгляд, но встал и молча подошел к камину. Я повернулась к Джасперу, желая намекнуть на то, что мне нужно поговорить с ним, но не успела.

– Дьявольский холод! У нас только две спички осталось и обе отсырели, – прошипел Ник. Вот черт! А до того, как привезут спички на продажу, еще целые сутки. Их развозят из столицы по мелким городам каждый месяц и продают, но, к сожалению, только по три коробки в руки.

– Роза, скажи, что у тебя снова найдется запас, о котором мы не знали, – умоляюще произнес Ник, смотря на меня. Я встала.

– Нужно посмотреть, – сказала я и пошла обратно в комнату. Никаких спичек у меня не было, я это прекрасно знала, но мне нужно было уйти к себе. Успокоиться. Я знала, что могу помочь, всегда помогала в такие моменты, но ненавидела это делать по одной простой причине – моими «спичками» была магия. А я ее не любила. Ненавидела и боялась.

Не знаю, как так вышло, но именно у меня, человека, который не хотел быть магом, появился дар. Сила огня. И для меня это было жутко. Особые (так в нашем городе иногда называют магов) в Инфристе встречались не так уж и часто, но они всегда проявляли себя, и их забирали во дворец или в резиденцию ближайшего помощника короля – не знаю точно куда. Все мои знакомые хотели бы переехать в любое из этих мест. Они видели в этом выгоду, удобства, богатство, а я видела жуткого короля и его слуг. Да и саму магию я считала не даром, а проклятьем. Огонь, полыхающий на руках – что в этом хорошего? Опасно и жутко. Но так уж вышло, что это то самое, что спасает нашу семью от холода в такие моменты.

В детстве родители дают всем тестер, который выглядит, как кубик-головоломка. Его могут собрать исключительно маги, никакие вычисления не помогут – только дар. Мама хотела для нас лучшего будущего, поэтому надеялась, что в нас проявится какая-нибудь стихия, но ни у Джаспера, ни у Ника ее не оказалось. Я – какое-то недоразумение. То, чего не должно было быть, потому что тестер в первый раз я не собрала, не знаю почему – то ли подсознательно не хотела, то ли дар еще не раскрылся на тот момент. Конечно, бывали случаи, когда сила проявлялась позже, но это случалось нечасто. У меня все произошло позже, когда мне было девять лет, но и там не обошлось без необычных событий. Мы с Ником тогда были дома одни – мама с папой и Джаспером ушли на рынок. Я вытирала пыль с полок и случайно увидела тестер. Он буквально манил меня, и я против своей воли взяла его в руки, села на пол, осторожно поворачивая грани.

– Положи его на место, пока не сломала. Все мы знаем, что ты не особая, – сказал прибежавший Ник. Я не ответила, просто продолжала крутить. Братец решил смириться с этим, наверное, посчитав, что если я сломаю эту штуку, то и виновата тоже буду только я. Он сел напротив и начал оживленно рассказывать про охоту, на которую его водил отец. Я почти ничего не слышала, разноцветные грани тестера увлекли меня – я не понимала, что делаю, но чувствовала, что нужно повернуть именно так. Цветные квадратики стали смешиваться перед глазами, голос Ника был слышен, как сквозь туман, и тут внутри тестера что-то щелкнуло. Я пару раз моргнула и, когда зрение стало нормальным, увидела, что он собрался. Но этим все не кончилось, как у всех. В зеркале, стоявшем напротив меня, я видела, как пряди моих волос окрашиваются золотом, как и один глаз, в то время, как второй стал угольно-черным. Я не могла произнести ни слова.

– Как ты это сделала?! – успел воскликнуть Ник, но тут тестер немного поднялся в воздух, ярко засветился и разделился на части. Из него заструился свет, а потом кубик неожиданно соединился и быстро начал крутиться, в итоге став таким, каким и был до того, как я его взяла.

– Ну вот, я же говорил, что ты не особая. Давай, положи его на место, – спокойно сказал Ник, вставая. Я бросила взгляд в зеркало и поняла, что выгляжу также, как и прежде. Что это было? Этот свет что-то сделал со мной, а потом стер память Нику? Чертовщина.

С того момента я всегда скрывала свою магию, пользовалась только в крайних случаях и незаметно, так, что никто до сих пор не знает об этом. А когда сила начала увеличиваться, пряди стали чаще появляться и исчезать, я научилась прятать их, но всю жизнь так не проходишь, когда-нибудь все проявилось бы. Но мне на помощь пришла какая-то женщина. Я не знала ее, просто однажды встретила в городе на рынке. Женщина бросила на меня странный взгляд и стиснула мое запястье.

– Держи в тайне это, девочка, особенно от короля, – прошептала она и как-то быстро исчезла в толпе, а в моей ладони оказался кулон, который, как я позже узнала, мог скрывать необычные волосы и глаза. С того момента я ношу его постоянно, никогда не снимаю – украшение стало частью меня, оберегом от лишних взглядов и от собственных страхов. Но та женщина не выходит у меня из головы и по сей день – откуда она узнала, кто я? Откуда у нее оказался в нужный момент этот кулон? Она знала, что встретит меня? Жуть. Сотни вопросов и никакой возможности найти хотя бы один ответ.

Тряхнув головой, я собралась с мыслями и попыталась почувствовать магию внутри себя. Это всегда было не просто, потому что я все время подавляла ее, и теперь, похоже, она уснула. Я вытянула руку, скрестив пальцы, и еще раз воззвала к неестественной силе. Без нее мы замерзнем. Дьявольский холод! Где же эта чертова магия, когда она нужна?

Я выпрямила пальцы и решила использовать магический жест посильнее – скрестила ладони, и, спустя несколько долгих минут, огонь появился на моих руках. Я внутренне схватилась за появившееся чувство силы и временно приказала пламени раствориться. Про магические жесты я узнала благодаря приезжим артистам, которые упоминали все это в постановках или в легендах. Пригодилось-таки. Без них особые не могут призвать магию. А я должна причислять себя к ним, пусть и сильно не люблю все это. Но пока есть возможность скрывать, я буду это делать.

Спустившись по лестнице, я присела возле камина спиной к братьям, чтобы загородить свои действия от них. Чиркнув той самой отсыревшей спичкой, чтобы создать необходимый звук, я сосредоточилась на своих ощущениях и, почувствовав силу, быстро скрестила ладони. Пламя заплясало не только на моих руках, но и на поленьях. Я, как можно быстрее, развела руки, чтобы этот страшный огонь пропал с моих ладоней.

– Удивляюсь твоей способности утаскивать что-то и хранить до нужного момента, – усмехнулся Ник, когда я встала и повернулась к ним.

– Стараюсь, – устало улыбнулась я и села на стул. Использование магии всегда забирало много моих сил – это еще одна причина ненавидеть ее.

– Можешь в честь такого подвига идти в ванну первой, – великодушно разрешил мне Ник.

– Сочту за честь, – съязвила я и встала. Налив в кастрюлю воды, я поставила ее греться над камином. Уже ужасно хотелось умыться и полежать в воде. Такое могла позволить себе только я, так как смогла бы долить еще холодной воды и нагреть ее своей магией. Но пользовалась такой возможностью очень редко по известным причинам.

Выждав совсем немного, я все-таки встала и пошла в ванну. Наполнив ее почти неподогревшейся водой из кастрюли и холодной из ведра, стоявшего в комнате, я опустилась на колени. Засунув руки в ванну, я поморщилась от холода, но сосредоточилась на скрещенных ладонях. Огонь загорелся и не потухал даже от воды, грел ее. Я невольно залюбовалась его всполохами, но потом заставила себя развести руки и залезть в воду. Раздеваться было неприятно, дом совершенно не нагрелся, но вода приятно согревала. Сегодня я больше всего использовала магию за свои девятнадцать лет. И ужасно устала из-за этого. Возможно, если ее тренировать, то можно избежать таких потерь физических сил, но я никогда на это не соглашусь по доброй воле.

Насладившись теплой ванной сполна, я быстро оделась и, вылив воду, вернулась на кухню. Настала очередь Ника и, когда он ушел, я повернулась к Джасперу, поставив перед нами две чашки с чаем. Тот внимательно смотрел и ждал – похоже, по моему беспокойному взгляду он уже понял, что я хочу о чем-то поговорить. Я коротко вздохнула и начала:

– Мне нужен твой совет.

Джаспер слегка кивнул, продолжая смотреть на меня.

– Я правда хочу поступить в этот особый полк, только не смейся! – продолжила я, хотя братец оставался таким же серьезным. Он – не вечно ухмыляющийся Ник.

– Ты поступишь туда, – неожиданно ответил Джаспер. Я смотрела на него, широко раскрыв глаза. Он был так серьезен, что мне не верилось, что я правда все это слышала.

– Не удивляйся так. Ты очень способная. Вчера я специально упомянул этот полк, думал, расскажешь, что думаешь про него, но ты упрямо молчала. И сколько ты вынашивала эту мысль? – произнес Джаспер, и уголки его губ чуточку приподнялись.

– Два года, – призналась я. – Но проблема даже не в том, чтобы туда поступить – до резиденции еще нужно добраться

Братец нахмурился, прикидывая в уме различные варианты. Он, повинуясь любимой привычке, начал постукивать пальцами по столешнице. Я, стиснув зубы, следила за ним, будучи уже не в состоянии сама что-либо придумать. Нику пока говорить не буду, он только шутить начнет. Пока Джаспер размышлял, я успела выпить половину чая.

– Честно, я не могу пока ничего предложить, – произнес наконец братец и, увидев мое разочарованное лицо, добавил, – но не расстраивайся – я не оставлю тебя без идеи.

Он подмигнул мне и встал как раз тогда, когда Ник вошел в комнату. Я тоже поднялась со стула и пошла проверять наличие продуктов дома. Хлеба оказалось уже очень мало, но я этому даже обрадовалась – можно было сходить на рынок и отвлечься от всех мыслей.

– Я на площадь, – быстро обернувшись к братцу, сказала я и, подхватив сумку, висевшую на крючке, пошла к двери. Взяв плащ, я снова надела его и вышла на улицу.

– Смотри, не подерись ни с кем, – крикнул на прощание Ник. Я фыркнула и толкнула дверь. Солнце продолжало светить через тонкую завесу, но тепла от него почти не было. Наш дом располагался у северной границы Ри, но, так как город у нас маленький, идти до центра было не так уж и далеко.

– Здравствуй, Роза, – послышался мужской голос, и я обернулась. На пороге одного из домов стоял мой знакомый – старик, когда-то живший в столице. Он многое рассказал мне про Ин-Сирис. Например, про то, как там стало невозможно жить. Король совсем помешался на собственной безопасности – стражи патрулируют город сутками, могут арестовать кого угодно. Из-за этого старик Нолан и уехал оттуда.

– Здравствуйте, – крикнула ему в ответ я.

– Заходи как-нибудь на чай, повидайся с моим Джаредом, а то он все уши мне прожужжал про тебя, – на этом моменте старик усмехнулся и добавил, – хоть и скрывает все это за восхищением твоим талантом к дракам.

– Может быть как-нибудь получится зайти, – туманно ответила я и пошла дальше. Нолан был интересным собеседником, рассказывал истории, а вот Джаред… Он меня раздражал. Возможно, парень и правда влюбился в меня, выбор-то у нас в городе небольшой, но мне от этого лучше не становилось. Так что заходить к ним не очень-то хотелось. Единственное, что заставляло меня сомневаться – Нолан. Кроме Джареда, у него никого не было, а этот внук, мягко говоря, не лучший собеседник. Но сегодня я точно к ним не пойду. Когда-нибудь – может быть.

Впереди показалась главная площадь, которую используют торговцы. Здесь однажды и забрали моего отца. Четыре года назад мы были с ним на ярмарке, когда туда заявились люди в форме. Синий мундир с белой лентой. Эта одежда вызывала во мне отвращение. Папу обвинили в измене Инфристе, нашей дьявольской стране, и увели. Я цеплялась за отца, как могла, но стражи просто оттолкнули меня, пригрозив убить нас обоих на месте, и мне пришлось остановиться. Один страж вынул кинжал из ножен и держал его у горла папы. Я замерла, старалась даже не дышать, потому что боясь, что любое движение приведет к ужасным последствиям. Потом они все скрылись в черном экипаже. А я так и осталась стоять посреди площади со слезами на щеках, нещадно обжигаемых морозом. До сих пор я чувствую вину за это, хотя и понимаю, что ничего не могла поделать. Мои действия могли только навредить, но легче мне от этого не становилось.