Рациональное общество. Том 1 (избранные статьи): от естествознания к системному обществознанию

Указанный (попавший в обзор автора) научный материал и другие работы этой тематики позволяют лучше понять и оценить научную и общественную полезность кратко представленного ниже системного обобщения (предварительно обозначенного заглавием статьи). Хотя отдельные составляющие единого комплекса достаточно глубоко рассмотрены во многих работах, их системное представление в функциональном единстве дает научную основу для прогрессивных системных исследований предсоциальных и последующих социальных форм жизни. Рассмотрим основные составляющие этого комплекса, с кратчайшим их раскрытием (поскольку оно для многих специалистов уже не требуется и может быть выполнено ими самостоятельно и более профессионально).

1. «Комплекс стационарности» (обеспечения стационарности, или гомеостаза в физически цельных живых организациях).

Из физических оснований зарождения жизни, первичных её форм, известны процессы обособления физико-химической системы относительно окружающей среды и установление определенных обменных процессов с ней, обеспечивающих динамическое равновесное состояние, которое с точки зрения основных физических параметров этой обособленной системы можно рассматривать, на определенном временном интервале, как стационарное состояние. Динамическое равновесие, – характерное для всех организмов, обеспечиваемое обменными и другими процессами, рассматривалось многими исследователями как основной признак жизни. Идея наличия внутренних механизмов поддержания такого равновесия была высказана К. Бернаром ещё во 2-ой пол. 19 века. Он рассматривал стабильность физико-химических условий во внутренней среде как основу свободы и независимости жизнедеятельности организмов в непрерывно меняющейся внешней среде. В результате развития этой идеи У. Кенноном и введения им соответствующего термина гомеостаз это системное понятие получило широкое распространение и использование в науке [4; 11; 12]. С физической точки зрения оно отражает автосохранение стационарного состояния организма (в определённых пределах). В функционально связанных сообществах организмов, т. е. в физически распределённых живых организациях, также поддерживается определённое состояние в пространстве и «внутреннем времени», выгодное для сообщества по целям устойчивого (надёжного) существования и воспроизводства. Оно обеспечивается уже не только свойствами организмов в этом плане, но и информационными связями на носителях адекватных биофизической и эволюционной (генотипной) сущности организмов. Для таких организаций характерна, таким образом, стационарность в пространстве, относительно параметров сообщества как функционально цельной организации по отношению к окружающей среде, на определённом интервале времени. Стационарность поддерживается в такой организации определёнными согласованными действиями и взаимодействиями составляющих её организмов (классический пример – муравейник). Надо заметить, что стационарность есть фундаментальное свойство вещественных организаций (вещества), основанное на стационарности микро- и мини-организаций, – атомов и молекул. Она, можно сказать, привычна, даже для физиков, но если посмотреть «со стороны», абстрактно выйдя из привычного мира, то всё величие стационарности просто потрясает, – можно сказать, на ней держится весь наш мир!

2. «Комплекс адаптации». Этот комплекс не требует развёрнутого описания и особых пояснений. Он достаточно понятно объясняется ещё в начальных программах биологического образования, через термин «адаптация», который уже широко используется в современной общественной жизни, во всех сферах деятельности человека. Здесь полезно лишь подчеркнуть, что адаптация осуществляется действительно комплексом средств, который в эволюционном развитии организмов достиг состояния сложнейшего иерархического системного комплекса (см. физиологию животных и человека). И это достижение эволюции существенным образом увеличивает надёжность существования живых организаций (живучесть) в изменяющихся условиях нашего мира, от простейших организмов до человека и социума. Как и гомеостаз, адаптация в распределённых организациях осуществляется посредством информационных связей через окружающую среду.

3. «Комплекс развития» (программно-управляемого и целесообразного развития). Этот комплекс образовался в качестве первоосновы жизни, совместно с комплексом стационарности, и на основе потрясающей стационарности сложнейших молекулярных соединений и систем. В начале эволюции жизни он обеспечивал деление клеток, затем образование многоклеточных организмов, их воспроизводство и т. д. (см. основы общей биологии). Всеобщий принцип и соответствующие генотипные комплексы реализации программно-управляемого развития живых организаций эволюционно распространились по всем структурным уровням жизни, на основе соответствующих генетических механизмов развития организмов. Начиная с некоторых уровней сложности, генотипный комплекс стал дополняться системами целесообразно управляемого развития организма в окружающей среде посредством комплексов обеспечения стационарности и адаптации. Управление целесообразным движением (поведением), т. е. развитием внешней жизнедеятельности, также обеспечивало большую живучесть организма. Таким эволюционным путём образовались и получили распространение организмы, которые могли надёжно существовать лишь в поисковом и целеустремлённом движении. Таким образом, комплекс развития в высокоразвитых организациях направлен на генетически целесообразное внутреннее развитие и внешнее развитие в среде обитания. В распределённых организациях внешнее развитие, в т. ч. для каждой особи, осуществляется на основе памяти информации отражающей согласованные (синергийные) движения особей и всей организации в пространстве и внутреннем времени организации.

4. «Комплекс управления» (КУ). Эволюционно происходит от элементарных процессов авторегулирования физико-химических параметров в компартментах, – физически обособленных самоорганизующихся и развивающихся молекулярных системах [2; 21]. Эволюционное выстраивание КУ осуществлялось одновременно с физическим выстраиванием организмов, адекватно их генетическому развитию. Доминировали, как и по другим характеристикам, наиболее удачные КУ, в смысле надёжности существования организмов. Иерархическая структура КУ эволюционно определилась структурно-функциональной организацией всего организма. В распределённых организациях управление детерминировалось генотипными свойствами организмов, их физической реализацией, пространственным распределением и динамикой самодвижения, а также физическими средствами информационных связей (носителями, передающими и приёмными органами). В природе мы наблюдаем широчайший спектр КУ распределённых организаций. Для научно-практических целей человечество уже выделило из всего этого спектра, исследовало и использовало некоторые общие и практически значимые характерные признаки и конструктивные особенности. Здесь можно рассмотреть зарождение кибернетики Н. Винера и теории информации, использование достижений природы в технике, «подсказки» природы в научных исследованиях, и пр. Но ещё в древних общинах наблюдение людей за природой, за поведением сообществ животных, способствовало, по всей видимости, заимствованию некоторых информационных связей, установлению и развитию КУ (голосовые сигналы и их разнообразие, метки на деревьях и прочие метки, затем символы, и пр. способствовали развитию языка и установлению пространственных связей, управлению коллективными действиями).

Естественная живая организация «homo sapiens» сохранялась на протяжении всей общественной эволюции и имеет место в любом современном обществе как животворящий базис. В малых древних обществах она была видна для всех индивидуумов, и это являлось дополнительным существенным фактором их функционального сплочения. По мере пространственного роста и специализированного расширения деятельностей эта видимость исчезала, функциональное скрепление осуществлялось всё большими множествами информационных средств, исходящих от КУ, содержание и действия которых хорошо известны из истории общественного развития. Все отмеченные выше комплексы оснащались, кроме прочего, долговременными сооружениями и техническими средствами, поэтому в современном обществе «разглядеть» животворный базис, – «живую организацию» (скреплённую массивами социальных норм и традиционных социально-психологических установок), возможно лишь абстрактно, посредством таких понятий как генофонд, демография, культура, национальные ценности и прочих, – помогающих осознать существующее и объективно необходимое единство. Технические средства наращивают функциональные возможности человека в системах деятельности и способствуют быстрым перемещениям его между ними и семейной жизнедеятельностью, другие увеличивают живучесть, функциональное воспроизводство и развитие, и пр. То есть они дополняют естественную живую организацию всё новыми и новыми техническими возможностями. Поэтому любое высокоразвитое в техническом и технологическом плане общество остаётся в своём жизненном базисе живой организацией.

Значение гомеостатических процессов в современном обществе, во взаимодействиях его с природой, раскрыл отечественный исследователь Ю. М. Горский [12]. Но, здесь надо также вспомнить, что ещё Н. Винер обратил внимание на применимость к обществу недавно введённого в тот период понятия гомеостазиса [9]. Однако Винер рассмотрел его лишь поверхностно, применительно к существовавшему общественному развитию. С позиций современных научных знаний и системного подхода развитие процессов обеспечения общественной стационарности происходило не только на организменном уровне, но и на общем информационном уровне, который определялся общественным сознанием. В этом плане можно рассмотреть эволюционное развитие средств массовой социально-психологической стабилизации (культовые обряды, массовые процессы и традиционные системы национальной культуры, мифологические и религиозные учения). Однако история показывает, что ведущим и решающим комплексом в общественном развитии, для всего человечества, стал «комплекс управления». Поэтому рассмотрим предельно кратко основные особенности его генезиса и последующего развития в различных государственных формах.

В сообществах высокоразвитых животных мы видим становление управляющего центра как выделение особи, наиболее активной, сильной и потенциальной по способностям подчинения и управления. Такой путь формирования начального КУ имел место, очевидно, и в первичном сообществе гоминидов. Важно отметить, что генетическое свойство возникновения мотивации подчинения одного человека другим с целью использования его потенциальных возможностей для достижения своих целей, как естественная основа возникновения и развития КУ в первичной организации гоминидов, сохранялась на протяжении всей истории человечества. Это хорошо видно и в современной жизни, и помогает понять главную особенность формирования и развития общественного КУ. Она заключается во властно-силовом подходе и соответствующих процессах не только в формировании, но и в функционировании КУ. В древние и средневековые эпохи дикости и всеобщего невежества относительно познания природы и самопознания такой подход был целесообразен. Но, начиная с периода великого просвещения Европы, когда научное познание достигло уровня обеспечения рефлексии до осознания сущностных сторон общества, стали возникать рассуждения о более целесообразном государственном и общественном устройстве. Здесь полезно выделить широко известного (в т. ч. по учебному курсу физики) французского ученого и общественного деятеля Андре-Мари Ампера, который в своей классификации наук поставил на высший уровень науки, связанные с управлением общественным развитием [22]. Но, властно-силовой подход был традиционным ещё при Аристотеле и сохранялся всеобщим переходом к товарно-денежным отношениям и нарастающим господством частной собственности, широким развитием способов преумножения богатств, которые к периоду деятельности Ампера достигли уже высокой эффективности. Уместно вспомнить, что ещё Аристотель в своей «Политике» глубоко исследовал все существовавшие тогда государственные формы правления и пришел к выводу о лучшей – аристократической форме, и худшей – олигархической (аристократы обладали тогда наивысшими знаниями о природе, человеке и обществе).

Бурное развитие товарно-денежных отношений при сохранении архаичных генетически удерживаемых свойств человека и при совершенно недостаточном самопознании, особенно относительно системных свойств денег, определило сброс общественного развития на «социо-животный» уровень. Суть в том, что ресурсы тратились не столько на повышение объективно необходимых характеристик общества как метаорганизации относительно окружающего мира, – на общественно адекватное развитие, сколько на повышение богатств в частном владении, – для беспредельного увеличения комфорта жизни (от достигнутого) и на защиту этой частной собственности. Этот эволюционно ошибочный путь сохраняется до сих пор, поскольку государственное управление определяется крупными собственниками и традициями, экономическими принципами, выработанными и научно оформленными на этом многовековом пути. Здесь нет смысла критически анализировать так называемую «рыночную экономику», даже предельно кратко, поскольку это сделано уже многими научно строгими исследованиями. Кстати, часто используемый термин «раковая опухоль» очень точно отражает суть несоответствия (чужеродности) рыночно-капиталистических принципов животворной основе общества. Эта основа объективно требует установки императива всеобщей общественно целесообразной деятельности «всех для всех», – против эволюционно ошибочной рыночно-конкурентной деятельности, направленной на денежное обогащение и наращивание материальных ресурсов частной жизни, ресурсов преумножения частных богатств.

Революционный переход к использованию в управлении общественным развитием наиболее прогрессивных научно-исторических и концептуальных знаний был реализован во всём общественном содержании, с коренными структурными и информационными изменениями, посредством нашей социалистической революции 1917—1920 годов. С позиции современных знаний научная база революции была, конечно, недостаточной для столь глубоких изменений. Однако, учитывая всеобщее невежество народа, надо полагать, что и предельно научная база не избавила бы революционное государство от жестокой борьбы за установление новых общественных отношений. Новая информационная база установила главное – системные принципы организации и тотального функционирования общества, адекватные его естественной природе. Научная организация труда (деятельности, – в современном научном понимании) в пределах всего общества развернулась уже в 20—30 годы [24; 28]. Начались прочие общественно целесообразные организационные процессы и программы деятельности. Поэтому, несмотря на все изъяны в административно-политическом управлении, общество получило стремительное развитие и прочное системное единение народов различных национальностей, что и обеспечило победу над сильнейшей в тот период фашистской Германией.

Однако, архаичные свойства человека и недостаточное объяснение их научными знаниями в системах образования, и соответственно, недостаточная научность политического образования (с известной догматизацией марксизма) привели к авторитарности власти, к блокированию научного развития государственного управления и прочим, хорошо известным теперь последствиям. Архаичный властный подход и авторитарность привели к главной причине «застоя», деградации, и сброса управления во власть случайностей, – к волевому властному определению и выбору вариантов (информации) управления (хорошо запомнилась фраза одного из недавних лидеров в видео-интервью: «… я думал, думал, … и решил, будет так!», – далее шло выразительное движение кулаком). Надо заметить, что советское государственное управление хотя и было излишне бюрократическим, партийным, но в принципе соответствовало задачам и масштабам страны в организационном плане. Был Госплан, прочие высшие научные учреждения (в т. ч. Академия общественных наук при ЦК КПСС), широко распределённая государственная иерархическая система с локальными органами управления, – Советами и парткомами, но недоставало главного – тотального научного обеспечения, адекватного предельному познанию окружающего мира, человека и общества, и особенно, научному познанию государства как комплекса управления общественным развитием.

Но вернёмся ещё раз к генезису КУ. Если организмы и образуемые ими распределённые организации использовали генетическую память в формировании КУ, с жёсткой программной детерминацией, то человеческое общество, уже на ранних стадиях использовало общественную память (в личностях старейшин и в последующих формах) уже избирательно, сообразно мышлению субъектов КУ. Автономность управляющего субъектного мышления в процессах выборки, считывания и обработки информации по целям (целеустремлениям) управления, – с одной стороны, и стремительное накопление информации об окружающем мире и опыте, на различных носителях и распределением в пространстве, – с другой стороны, явились определяющими факторами в развитии КУ, с нарастанием их значения. В истории человечества можно увидеть множество регрессов, связанных с неудачной выборкой информации для целей управления. Происходило своеобразное мутирование информационной матрицы управления («социогеномного» комплекса) с последующим переходом общества на иную траекторию развития. Можно найти, очевидно, и другие особенности общественного развития, связанные с развитием комплекса управления, но уже представленное блиц-исследование убеждает, на взгляд автора, в необходимости предельных системных исследований рассмотренных комплексов, исходя из базисной «живой организации» и ведущего значения комплекса управления. С позиций современной науки и методологии системных исследований общество целесообразно представлять и на основе системных аналогий с интеллектуально развитым человеком, обладающим знаниями для широкого спектра специализированных деятельностей. Исследования на уровне сознания приводят к пониманию объективной необходимости для общественного развития относительно консервативной информационной базы КУ, дополняемой и обновляемой по мере получения новых достоверных знаний, и зависимой не от человеческих качеств и социального статуса сменяемых друг друга лидеров государства и их советников, а от достижений в научном познании, достигнутых в любом месте общественного сознания. Современные достижения общественных наук за более чем 20-летний период, полезно стимулированные реформами, позволяют сделать и более концептуальный вывод. Думается, в настоящий период достигнут уже порог когнитивного обеспечения интеллектуально-эмерджентного перехода к общественно целесообразному, – по уровню научного познания, государственному возвышению от архаичной властно-политической детерминации к предельно интеллектуальной, – обеспеченной выверенными знаниями и научно-демократическими экспертными системами. Таким образом, предельно актуальной видится проблема организации необходимых структур и процессов для этого всесторонне назревшего интеллектуального перехода, возвышающего страну над уровнем архаичного политического и животного противоборства и самоистребления.

Литература

1. Афанасьев В. Г.: 1) Мир живого: системность, эволюция и управление. М., 1986. 334 с.; 2) Научное управление обществом (опыт системного исследования). М. 1973; 3) Общество: системность, познание и управление. М.; 1980.

2. Баблоянц А. Молекулы, динамика и жизнь: Введение в самоорганизацию материи. М.; Мир, 1990.

3. Бауэр Э. С. Теоретическая биология. М. – Л.; 1935, 206 с.

4. Биологический энциклопедический словарь. М.; 1986.

5. Блауберг И. В., Юдин Э. Г. Становление и сущность системного подхода. М.: Наука, 1973.

6. Богданов (Малиновский) А. А. Тектология: Всеобщая организационная наука. М.; Экономика, 1989.

7. Васильев А.: 1) Политика и наука: системный взгляд // «Академия Тринитаризма», М., Эл №77—6567, публ.16753, 15.08.2011; 2) Там же. Быть причастным к знанию (cognitio, лат.), к его общественно полезному развитию – императив современности. Эл №77—6567, публ.16829, 23.09.2011; 3) Философия для философствования или …? Эл №77—6567, публ.16873, 07.10.2011; 4) Общество. Проект энциклопедической статьи. Эл №77—6567, публ.16517, 16.05.2011.

8. Веселовский В. Н. О сущности живой материи. М.; 1971.

9. Винер Н. Индивидуальный и общественный гомеостазис. Пер с англ. М. Н. Грачева // Общественные науки и современность. 1994. №6. С. 127—130. URL: http://grachev62.narod.ru/

10. Винер Н. Человек управляющий. СПб: Питер, 2001.

11. Гомеостаз на различных уровнях организации биосистем. СО АН СССР. Новосибирск, 1991.

12. Горский Ю. М. Основы гомеостатики. Гармония и дисгармония в живых, природных, социальных и искусственных системах. Иркутск: Изд-во ИГЭА, 1998. 337 с.

13. Кремянский В. И. Информация и системный подход в биологии. М.; 1980.

14. Малиновский А. А. Значение общей теории систем в биологических науках // Системные исследования. М.; 1984.

15. Маркарян Э. С. Вопросы системного исследования общества. М.; Знание, 1972.

16. Мертон Р. К. Социальная теория и социальная структура. М.; 2006, 873 с.

17. Назаретян А. П. Модели самоорганизации в науках о человеке и обществе // Синергетика и образование. М.; 1997.

18. Новик И. Б. Системный стиль мышления (особенности познания и управления в сложных системах). М.; Знание, 1986.

19. Новосельцев В. Н. Организм в мире техники: кибернетический аспект. М.; 1989, 240 с.

20. Новосельцев В. Н. Теория управления и биосистемы. Анализ сохранительных свойств. М.; 1978. 320 с.

21. Основы общей биологии. Под общей ред. Э. Либберта, пер. с нем. под ред. В. А. Энгельгардта, 4-ое изд. М.; Мир, 1982, 437 с.

22. Поваров Г. Н. Ампер и кибернетика. М.; 1977.

23. Сетров М. И. Организация биосистем. Методологический очерк принципов организации живых систем. Л.; 1971.

24. Щербина В. Социология организаций: школы, направления и тенденции развития / В кн. Социология в России. Под ред. В.А.Ядова. М.; 1998. URL: http://www.gumer.info/bibliotek_Buks/Sociolog/yadov/08.php

25. Тахтаджян А. Л. Тектология: история и проблемы // Системные исследования. 1971. М. 1972.

26. Тахтаджян А. Л. Principia tektologiсa. Принципы организации и трансформации сложных систем: эволюционный подход. СПб. СПХФА.1998.

27. Уайт Дж. От философии к организационной науке: источники и предшественники тектологии А. Богданова // Вопросы философии. 1995. №8.

28. У истоков НОТ. Забытые дискуссии и нереализованные идеи. Социально-экономическая литература 20-30-х гг. Сост. и авт. вступ. ст. Э.Б. Корицкий. Л.: ЛГУ, 1990.

29. Шмальгаузен И. И. Кибернетические вопросы биологии. Новосибирск. 1968, 224 с.

«Академия Тринитаризма», М., Эл №77—6567, публ.16905, 22.10.2011