Рациональное общество. Том 5

Аннотация. Статья направлена на решение общей для научного сообщества задачи системного обобщения достигнутых результатов в научном познании живой природы, человека и общества с целью создания базы знаний, необходимых для выработки общественно прогрессивной парадигмы развития и соответствующих моделей экономики. Она дополняет предыдущие исследования автора в этом плане, используя эволюционно-системный подход и современные понятия ноогенеза, ноосферогенеза и ноосферы. Как выяснилось в ходе исследований, современные ученые используют в основном традиционные, в сущности, неадекватные методы и подходы, и избегают больших обобщений ввиду их трудоемкости. Автор посвятил решению поставленной задачи многие годы (дополнительно к основной рабочей деятельности). Исследовательский интерес был обусловлен и сохраняется согласованностью профессиональной подготовки автора с системными исследованиями получившими стремительное развитие в 70-е годы, – в теоретической биологии, в научном познании человека и общества, и особенно в исследованиях антропосоциогенеза. За истекший период появилось и множество исследований на основе концепций «информационного общества», ноосферогенеза и «экономики знаний», что позволило расширить базу знаний согласно поставленной задаче. Но выявлено и главное препятствие для её окончательного решения в научном сообществе, обусловленное проникновением рыночных отношений во все информационное производство и даже в социальную память. Это затрудняет и отчасти блокирует распространение и использование знаний для мышления научных структур, составляющих современную активную ноосферу общества.

Введение

Современный период развития экономической науки характерен не только поиском наилучшей организации процессов достижения поставленных целей в развитии страны, но и переосмыслением самой экономики, прошлых и существующих моделей, базовых парадигм. Это обусловлено как известными политическими процессами, так и недопустимыми потерями, но главным образом, необходимостью ускоренного достижения необходимого могущества и общей защищенности в окружающем мире, становящемся все более сложным и опасным ввиду сохранения агрессивности стран Запада и особенно Америки. Соответствующие общемировые «вызовы» направлены не только к российскому научно-философскому сообществу, к его разуму – не обретшему еще объективно необходимого общественно адекватного ноосферного состояния (см. ниже), но и к ученым многих других стран.

Известные автору публикации в данном плане показывают недостаточную еще методологическую адекватность исследований всей исторической глубине и общественной сложности процессов, определивших развитие комплекса общественной жизнедеятельности названного экономикой. Данной работой автор, дополняет свои предыдущие исследования с общей задачей системно-исторического соединения (интеграции) знаний и положительного опыта с целью формирования научной базы для профессиональной разработки рациональной парадигмы общественно прогрессивного развития.

Ввиду исторической и научной емкости исследований продолжается использование эволюционно-системного подхода, – позволяющего, кроме прочего, понятийно сжимать историко-научные сведения. Но, в рамках статьи остается возможным все же представить лишь основные (видимые таковыми в авторском поиске) источники знаний и привести лишь малую часть наиболее важных мыслей из научного наследия, сделать краткий очерк основных, на взгляд автора, сведений с целью решения поставленной задачи.

В предыдущих публикациях автор уже обращал внимание на информационную сущность процессов общественного развития и необходимость информационно целесообразной, ноосферно-рациональной их организации. Здесь предлагается развернутый от истоков социогенеза системный взгляд на информационное развитие общества, историческую и объективно необходимую его организованность, – с привлечением авторитетной выборки соответствующих научных источников из великого научно-философского наследия.

В плане решения поставленной задачи и особой актуальности ее, на взгляд автора, – для всего научно-философского сообщества, многие исторические источники знаний обретают такую же актуальность, что уже ставит перед современным государством важнейшую задачу общественно адекватной и целесообразной (по целям и задачам развития) систематизации и целерациональной организации научных знаний в социальной памяти. В данной статье приведены в основном дополнительные источники к указанным в предыдущих публикациях, связанные с эволюционными основаниями общественного развития и его информационной сущностью, с ноосферогенезом. Ввиду большой научно-исторической емкости базы знаний надо рекомендовать предварительное ознакомление с основными из них в указанном ниже списке, что поможет расширить и углубить мышление, перевести его на системный уровень, позволяющий сжимать и системно (структурно-функционально) интегрировать исторические процессы и социальные преобразования, – например, [1—6; 8—14; 19—21; 27—33; 35—40; 42—50; 53—61; 63; 65—67; 70—75; 77]. Они позволяют также понять научную необходимость и общественную значимость системного переосмысления совокупной общественной деятельности названной экономикой, – посредством эволюционно-системного и исторически-системного подходов, и необходимость коллективного решения этой задачи.

Знакомясь с книгой Л. Р. Грэхэма о достижениях советских наук [24], автор увидел (еще в 90-е годы) назидательную для всех исследователей методологическую мысль из Древней Греции, – связанную с исследованиями происхождения жизни и высказанную А. И. Опариным (с. 93): «Таким образом, делает заключение Опарин, основным методологическим руководством для избежания возможных опасностей в вопросе трактовки проблемы «целесообразности» является мысль, «высказанная еще Гераклитом Эфесским, а затем вошедшая в сочинения Аристотеля: «Только тогда можно понять сущность вещей, когда знаешь их происхождение и развитие» (указана ссылка на работу Опарина). Эта мысль явилась главным методологическим правилом для автора во всех исследованиях, определила и данную статью.

Последствия войн 20 века поставили всемирную цель мирного сосуществования, – благодаря не только материально-техническому и энергетическому могуществу СССР, но и могуществу общественного разума, не рыночной, а общественно целесообразной, рациональной организации комплексной жизнедеятельности общества как метаорганизма оснащенного техникой (с информационно-функциональными подсистемами). В то же время опыт СССР и контрреволюционный переход в 90-е годы к рыночной модели развития показывают не только значение ноосферогенеза (как информационно-научного развития общественного сознания), но и определяющее действие общественно неадекватного развития комплекса политического управления, информационно-функционального обособления его, – по традициям государственной власти [1; 2; 5; 23; 26; 28; 51; 57; 59; 61; 73].

В плане ноосферогенеза здесь надо обратить внимание на особо важное научно-философское направление, названное органицизмом, которое развивалось не только на Западе, но и в дореволюционной России [20; 36; 54; 57; 70]. Однако, как в Советском Союзе, так и в современной России, – по известным причинам, оно остается пока вне поля зрения социальных теоретиков. В то же время еще в 70-е годы, на основе развернувшихся системных исследований было хорошо видно, что органицизм требовал развития на системном уровне познания живой природы, человека и общества (это и направило автора на сложный и долгий исследовательский путь).

Здесь уже нет необходимости объяснять именно информационное становление и развитие общественного комплекса деятельностей названного «экономикой». Основные средства его были и остаются информационными. Более того, все общественное развитие всегда было и остается возможным лишь посредством развития мыслительной, интеллектуальной деятельности на основе разума человека, то есть, согласно научному самопознанию, благодаря первичным информационным средствам (язык, вербальные и прочие связи, письменность и т. д.) и информационному развитию общества. Например, В. Г. Кнорринг во введении к своей монографии [33] отмечает:

«Сам по себе информационный обмен между людьми, по меньшей мере, столь же древен, как и само человечество. Довольно рано появились специальные средства коммуникации – с помощью барабанного боя, дымовых сигналов и т. д., а затем и способы хранения информации – различные формы письменности. библиотеки, создававшиеся еще в античном мире; книгопечатание, изобретенное на излете средневековья; почта, а позже электрический телеграф, телефон, звукозапись, даже радио – всё это долго не осознавалось как единая сфера деятельности…» (автор не отметил, однако, знаки ценности продуктов для обмена и прочие информационные средства будущей экономики).

Кнорринг говорит также о хорошо понятной теперь триаде нашего мира – вещество, энергия, информация, – определившей развитие человечества, указывает на отечественных и зарубежных ученых, развивавших науку об информации (информатику и пр.) [52], раскрывает зарождение информационной сферы общества и достаточно подробно рассматривает информационное развитие в научно-техническом направлении. Эти сведения, дополнительно к прочей научно-исторической литературе, показывают важное для переосмысления «экономики» превалирование научно-технической направленности информационного развития. Научное самопознание общества началось, как известно, лишь со средних веков [5; 20; 36; 39; 43; 61; 64; 70].

Общественно целевая организация информационного развития в СССР понималась и осуществлялась как развитие на базе марксизма-ленинизма, и была направлена, по известным теперь особенностям политического управления, главным образом на материально-энергетическое и техническое развитие [22]. Научно-информационная деятельность в плане самопознания всегда осуществлялась под контролем и управляющими воздействиями политической власти, в основном консервативного характера, и под сильным влиянием экономической реальности. Тем не менее, определенные научные достижения в этом плане произошли и образовали ценную информационно-техническую базу для общественно полезного мышления, – посредством эффективной информационной техники [18].

В мышлении об экономическом развитии надо, несомненно, учитывать происхождение и развитие мышления, определившего реальную экономику, то есть индивидуальные и общественные знания, активируемые ведущими мыслителями и политической властью. Особо важное значение имело, как теперь становится хорошо понятным, информационное развитие сфер общественного сознания, обозначенных культурой, социально-гуманитарной наукой и политикой, – определяющих функционирование государства как комплекса управления общественным воспроизводством и развитием. Изучая ведущие в 20 веке экономические теории [19; 21; 73], надо хорошо понимать и учитывать, что разработаны они были при существенном недостатке выверенных (научно и практически) знаниях о человеке и обществе, о всеобщих законах и закономерностях антропосоциогенеза, при ограниченном и искаженном (относительно них) сознании мыслителей, при определяющем воздействии (информационном давлении) социально-экономической и политической реальности.

Современная активация (с подачи западных ученых) и широкое уже использование понятий «информационное общество», «общество (экономика) знаний» (см. «Стратегию инф. общества в РФ») видятся научно не адекватными великому российскому опыту и насущным задачам развития. Думается, хорошо понятно, что человеческое общество является информационным, обществом знаний, – как социальных «информатов», от своих начал, – поскольку оно организовалось и успешно развивалось именно на основе информационных взаимодействий, информационной генерации целевых информатов и их использования в развитии. То есть великий опыт показывает, что ведущее значение имеет не столько техническая информатизация общества, сколько организация общественно целевой, полифункциональной ноосферы, её наполнения все более ценными для общественного прогресса знаниями. Опыт развития интернета и прочих IT-технологий наглядно показывает интенсификацию не только общественно полезных процессов, но и вредных, вплоть до криминальных и террористических.

Великий опыт СССР убеждает в высокой эффективности общественно целевой организации и функционирования ноосферы. Она реально существовала в тот период как социалистическая организация научной, культурной и прочей информационной деятельности. Понятия ноогенеза, ноосферогенеза и ноосферы, выдвинутые Пьером Тейяр де Шарденом и дополненные, научно развитые В. И. Вернадским, Н. Н. Моисеевым и другими учеными [8; 63; 68] не обрели пока научно-политическую силу. Но их значение в научном самопознании и общественно целесообразной, рациональной организации не только материально-энергетической и технической деятельности (экономики), но и всех направлений информационной деятельности (научной, культурной и пр.) видится уже общественно важным. Поэтому читателю предлагается соответствующая, – по результатам поиска, выборка научной литературы для изучения, прежде всего, информационно-системного (начального) развития общества и политэкономически детерминированного развития в последующем, под воздействием ноосферогенеза и основной его составляющей – политогенеза.

Надо сказать, что современный период общественного мышления и самопознания, – в отличие от периода политически довлеющей, но единой, объединительной для всех граждан идеологии СССР, – обеспечившей стремительное достижение паритетного могущества с ведущей страной мира, характерен научно недисциплинированной свободой мышления и его раздробленностью (не только в политическом плане, но и в мировоззренческом, по свободно выбираемым интересам в информационном пространстве ложно понимаемой свободы). Можно сказать, в современном общественном сознании имеет место информационный хаос, простирающийся от средневековой мистики до цифровой фантастики на уровне космизма. Таким образом, российское общество и, судя по мировым тенденциям, все человечество нуждается в единой научной идеологии мирного сосуществования и сотрудничества. Почему научной? Думается, и на этот вопрос ответит предлагаемая статья (и прочие) и, главным образом, привлеченная научная литература.

Надо сказать, что системное обобщение достигнутого научного самопознания, – за многие века, является непривлекательной задачей для многих ученых, устремленных в основной своей массе к затратной оптимизации своего карьерного роста. Автор взялся за этот труд в начале 90-х годов, под действием известных социально-политических и экономических процессов, научных трудов А. Богданова, отечественных и зарубежных системных исследований. Надо сразу отметить, что ввиду системно-формализованного сжатия социальных процессов во времени и пространстве, и других процедур при системных исследованиях существенно облегчается (упрощается) мышление о сущности (помнится ещё Е. Дюринг говорил об «экономии мышления» при «системном подходе», – в спорах с Ф. Энгельсом, – см. «Анти-Дюринг» и пр.). Таким образом, погружение в научно-философское наследие с целями системных исследований явилось для автора не столько трудным сколько увлекательным, устремляющим к познанию системных закономерностей антропосоциогенеза и прочих общемировых общественных процессов.

Ознакомление с исследованиями о происхождении и развитии общественной ноосферы предлагается начать здесь с предварительного чтения научной литературы по антропосоциогенезу. Это будет способствовать пониманию становления и начального развития её, как общественного сознания и разума человеческого метаорганизма – живой организации высшего эволюционного уровня. Авторские системные исследования антропосоциогенеза и последующего общественного развития (на базе развития наук), общественного сознания и мышления вызывают научную необходимость переосмысления понятий ноосферы и ноосферогенеза. Об этой необходимости говорят и некоторые рассуждения А. Д. Урсула [68], приведенные Н. Н. Моисеевым [46, -2, с. 80]:

«Упомянутые основоположники этой концепции не случайно на первый план выдвигали в понятии и концепции ноосферы на приоритетное место разум. И если, Тейяр де Шарден говорит о необходимости появления ноосферы, признавая в истории эру ноогенеза, то соответственно этому он выделяет новую земную оболочку, новый „мыслящий пласт“, который, зародившись в конце третичного периода, разворачивается с тех пор над миром растений и животных – вне биосферы и над ней (ссылка на [64]). Однако ноосфера, по Тейяру де Шардену, – это „гармонизированная общность сознаний, эквивалентная своего рода сверхсознанию“ …, (аналогично у Э. Леруа – это единая „мысль-действие“). <…> Вот почему становление „гармонизированной общности сознаний“, ориентированных на выживание цивилизации, – это, вероятно, один из существенных признаков достижения ноосферного состояния человечества, которое имеет отношение к тому, что далее будет рассматриваться как ноосферный интеллект».

В разделе «Учение о ноосфере» Моисеев отмечает также: «С термином „ноосфера“ не все просто: однозначное толкование его отсутствует. Широко распространено наиболее простое его толкование – сфера Разума. Так принято называть часть биосферы, которая оказывается под влиянием человека и преобразуется им. Подобная трактовка позволяет говорить, например, о ноосфере времен древних греков, о ноосфере в эпоху средневековья, что и делают некоторые авторы, например, Л. Н. Гумилев. И переход биосферы в ноосферу, по их мнению, означает всего лишь постепенное „освоение“ человеком биосферы. <…> Значит, ноосфера – это такое состояние биосферы, когда ее развитие происходит целенаправленно, когда Разум имеет возможность направлять развитие биосферы в интересах Человека, его будущего».

Однако системные, информационно-функциональные исследования древних общин, их становления и развития, развития материальных деятельностей к состоянию, именуемому с некоторых пор «экономикой», позволяют не согласиться с уважаемым Н. Н. Моисеевым и представить иное, информационно-системное понимание ноосферы, которое видится научно продуктивным для общественно целесообразных преобразований экономики и общественного прогресса. Как следует из современного множества исследований антропосоциогенеза, биосфера не преобразовалась, а эволюционно дополнилась, на базе ноогенеза ветви homo sapiens, стремительным развитием индивидуального и множественного (коллективного) разума, посредством информационно-деятельного единения гоминидов и образования множеств информационных контуров развития (с положительными и отрицательными обратными связями): мышление и целеполагание – деятельность – восприятие результатов – развитие мышления. То есть биосфера Земли дополнилась ноосферой, – от частичных образований, исторически быстро расширенных общественным развитием и международными взаимодействиями до мирового масштаба. При этом в каждом обществе, национальная ноосфера устанавливалась адекватно естественным закономерностям, характеристикам природной среды и индивидов. В действительности указанная Тейяр де Шарденом гармонизированная общность сознаний устанавливалась лишь в семейно-родовой части общин и в общих культовых и прочих обрядах, – укрепляющих функциональную целостность, а высший разум и интеллект, – как разум функционирующий в единичном и групповом сознании (с оперативной и долговременной памятью) обеспечивал не только выживание, но еще и развитие, – посредством прямого и рефлексивного, супервизорного управления со стороны так называемого вождества, как первичного (догосударственного) органа управления общественным воспроизводством и развитием.

Для адекватного понимания определяющего действия ноосферогенеза на становление и развитие так называемых «экономических» отношений и «экономики» как общественного комплекса специализированных процессов необходимо хотя бы предельно кратко рассмотреть всеобщие процессы и закономерности становления и развития общественных формаций как социально-человеческих метаорганизмов. Авторские и многие другие исследования антропосоциогенеза приводят к мысли о необходимости научного, системного развития общей теории культуры посредством системных представлений о ноосферогенезе. В этом плане особо полезной видится работа выдающегося исследователя своего времени Э. С. Маркаряна [45, -2], – которая, несмотря на критику им западного функционального подхода, научно усиливается этим подходом (предваряющим системный), – в частности, работой Б. Малиновского [43].

Э. С. Маркарян отмечает, например, в предисловии: «Культура – явление весьма своеобразное. Она чрезвычайно сложна, многолика и проникает буквально во все поры общественной жизни. Культура как бы разлита по всему телу социального организма. Именно поэтому формирование общей теории культуры сопряжено с немалыми трудностями. … следует отметить, что общие представления о культуре как определенном общественном феномене сложились давно, но они в большинстве случаев носили и продолжают носить главным образом фрагментарный характер. Эти представления еще далеки от требований, предъявляемых к систематически разработанной теории со своими достаточно определенными предметом, принципами, понятийным аппаратом. Первые шаги к созданию единой культурологической теории как системы знаний об особом классе явлений стали предприниматься лишь в последние десятилетия».

То есть ноосферогенез необходимо связать с общим информационным развитием социального метаорганизма, начиная с возникновения и развития вербальных информационных связей ещё в предобщественном, стайном периоде, – см. [7], работы совр. психологов [3] и прочие. Необходимо связать и с современной концепцией «информационного общества» [62; 77], – возникшей уже при хорошо видимом общественном (в частности экономическом) сильнодействии информационной деятельности, – которая как раз и направляет научную мысль к общественным истокам, когда становление и развитие всей общественной жизнедеятельности определялось именно информационным развитием, как первоисточником и комплексным процессным средством системного (структурно-функционального) единения и развития социально-человеческих метаорганизмов.