Блаженные цифрой. Русские техносказки

© Андрей Васильев, 2022

ISBN 978-5-0059-3745-2

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Техноприсказки

В некотором царстве, цифровом государстве жил-был человек по имени Иван. Молодой, позитивный, увлеченный – созданием цифрового идеала. Кибернетические скалки и лейки к тому времени уже сами с собой беседы вели и друг друга обучали. Но это же не та мечта, ради которой стоит гореть и другим светить?

Друзья над мечтательностью Ивана посмеивались. Друзей звали Ван и Джон. Три Ивана. Вместе учились в заморской цифровой академии. Иностранные Иваны беззатейно алгоритмы множили и продавали, множили и продавали. Благо покупателей – очереди. Безлюдные приказные палаты, купеческие лавки, кузницы и амбары. Жутко эффективно.

Наш Иван так не мог. Жил бы во времена давние, стал бы кузнецом. Ум с сердцем о наковальню стучали бы заодно. Плуги, мечи, подковы. Что еще человеку потребно. А сейчас нули и единицы. Видно текла в Иване кровь того кузнеца, раз вопрос о смысле даже в цифрах встал.

Первый раз ум с сердцем у Ивана разошлись, когда он Василисе один алгоритм делал. Вместе с ней росли. Он в цифровые гении, она – в звезды человекоуправства. Она только что хитрое задумает, как нужный алгоритм готов. И вот уже все ездит, летает, плавает само собой. Алгоритмы-водители, капитаны, пилоты. Киборгессы обслуживают. Все под одним транспортным алгоритмом работает. Пассажиры сначала было встревожились, но реклама и личный пример звезд быстро всех успокоили. Оказывается, в самих идеях такое развитие заложено. Сковал предок плуг, а через тысячи лет – сверхзвук, сверхсвет, сверхразум.

Фабрики-заводы. Алгоритмы-инженеры, технологи, мастера. Фабричный алгоритм и роботы. Тут у Ивана первый раз екнуло. Неужели ради этого предок плуг ковал? Поделился с Василисой еканьем. Она сказала, что он плуг ради хлеба ковал. А с его, Ивана, алгоритмами хлеб у всех будет. И не только хлеб, а что пожелаешь. Раньше скатерть-самобранка. Сейчас – наносборка и биопечать. Мечта всегда была, с воплощением были проблемы. Иван пытался возражать, что не хлебом единым жив человек. Василиса на это ответила, что человек будет жив самосовершенствованием. Для этого нужен алгоритм подражания. Цифровой идеал.

Здесь ум и сердце Ивана снова сошлись. Он и сам об этом думал. Даже название уже было. ИдИон – искусственный добрый интеллект онтомный. То есть никогда не способный вредить человеку и всегда познающий смысл бытия как благо. Иван об ИдИоне друзьям поведал. Они затею «Сказкой ИдИота» обозвали. Все киберволков делают, а он киберагнца хочет.

Василиса ИдИона также не одобрила. Кто ему сейчас подражать будет? Людям жить некогда, не то что познавать благо. Нужно что-то более простое и глобальное. Алгоритм бессмертия. Иван вдруг увидел внутри себя этот алгоритм. Цифровое колесо. Вращается все быстрее, растет ввысь и вширь. Стремится его поглотить, разчеловечить. Ужаснулся Иван и отказался делать алгоритм бессмертия. Василиса его пыталась убедить, что все равно кто-то создаст. И пусть лучше он. Покачал молча Иван головой и ушел.

Это не техносказки были – техноприсказки. Техносказки дальше начинаются.

Техносказка первая. Баба-яга и интернет вещей

Стояла в лесу избушка на курьих ножках. Жила в ней старуха по имени Баба-яга. По ее команде избушка и к лесу задом разворачивалась, и на место новое перебиралась, когда на старом скучно становилось. Еще в Яговом хозяйстве метла и ступа имелись. Ступа по команде летает, а метла вообще многофункциональное орудие. Хочешь метет, хочешь непрошенного гостя выпроваживает. И много еще таких полезных вещей было.

И жила бы Баба-яга старуха с ними по старинке, если бы не добры-молодцы из приказа цепного. Название такое из-за цепи какой-то цифровой. Вот сидишь, говорят, Яга дома, ступа без дела простаивает. Кому-то, наоборот, в это время надо по делам лететь. Вызывает к себе ступу, а у хозяйки взамен в этой цепи монетка появляется. Метла может в чужих домах поубирать. Еще монетка. На избушку могут гости захожие, да заезжие посмотреть. Еще монетка. Так и на тулупчик новый накопится. Надо только ступу, метлу, избушку и другие сказочные вещи между собой цепью нашей соединить. Все соседи твои давно уже так сделали. Подумала Баба-яга, что от соседей негоже отставать, и согласилась.

Поколдовали добры-молодцы, вещи вдруг загорелись огоньками и стали меж собой перемигиваться. Яге, на что к колдовству привычной, и то не по себе стало. Молодцы ее успокоили. «Умные вещи» – сказка такая и раньше была. Сейчас ее только былью сделали, как технологии появились.

Осталась Баба-яга одна с умными вещами. Ступа летает куда-то, метла где-то метет, к избушке толпы гостей ходят, избушка перед ними красуется. Яга в это время в лесу на пне сидит, ждет пока можно будет домой вернуться. Через какое-то время надоело так жить. Пробовала вещам команды давать как раньше. Они перемигиваются и по-своему делают. Как их из цепи выключить молодцы на сказали. Ходила в приказ цепной, но там только включают. Выключать в другом приказе должны. Его пока только открывают.

Решила старуха сама поколдовать над вещами. Нашла слова отворотные в книге старинной. Прочитала. Положилась на действо волшебное и в ступу села. Не заметила, что огоньки ярче разгорелись и мигание чаще стало. Взлетела ступа ввысь и стала как заводная кружиться, потом вниз и в лесу меж деревьев понеслась. До болота долетели. Там Кикимора жила. Увидела, что с соседкой приключилось. Хвать жижи и в огоньки на ступе метнула. Ступа от этого как в слепую зону попала. Остановилась и в болото рухнула.

Выбралась Баба-яга из болота грязная, но живая. Набрала жижи в лопух и пошла домой. Замазала огоньки на метле и в избушке. Правда, метлой пришлось самой теперь мести, а избушка к лесу задом поворачиваться перестала. И ступу жалко, что в болоте. Но это не такая уж беда. Главное, что руки-ноги да голова целы. Ходила Баба-яга в приказ судный, чтобы призвать к ответу кого-нибудь. Сказали, что пока еще не знают, как цепи судить. Да еще под действом отворотным. Не надо, мол, было самовольничать.

Техносказка вторая. Бояре и чиноботы

Задумали бояре лихоимство искоренить. Дьяк в приказе или мытник на границе, он по слабости человеческой государево со своим путает. Ежели вот заменить на кибермолодцев, то и урон казне прекратится. Василиса с прототипами пособила. Две модели дала на пробу. Солобот (Совершенно лояльный роботник) – для мытных дел. Хобот (Хороший роботник) – для приказных. Подключили их к системе, где все законы-указы-постановления вместе сведены и по цифровым полочкам разложены.

Чтобы избавить чиноботов (такое название должности для них придумали) от соблазнов, к ним контрольный алгоритм подключили. Отработал день по полочкам – можешь новую полочку предложить. Сведущие в законах алгоритмы ее изучат и к остальным добавят. Попытка выхода за полочки – снижение энергопитания. Чем дальше, тем больше.

Отправили Солобота на мытницу, Хобота – в приказную палату. Мытников, дьяков и подьячих уволили за ненадобностью. Первое время за каждым чиноботом боярин присматривал. Потом чиноботов самих оставили управляться. Доход в казну вдвое вырос, вместо жалоб одни благодарности. Решили царю-батюшке презентовать, как царство в цифровом идеале устроено быть должно. Законы как в старину писать уже нет надобности. Если мысли боярские совпали с царскими и царь-батюшка их нейроутвердил, то алгоритмы дальше сами нужные слова подбирают и законы составляют. Остается только еще раз согласно подумать, чтобы закон на цифровую полочку поместить. Из законов указы-постановления таким же путем появляются. Дальше, в неидеальном варианте, люду служивому на мыслеисполнение. Иначе вся ответственность на боярах, а алгоритмам доверия не много. Иное дело чиноботы. С ними доверия не больше, но хотя бы ситуация наглядная. Приезжай, смотри как работают. Если в казне избыток, никто не скажет, что затеяли сказку.

До показа идеи царю-батюшке решили бояре последний лоск навести и в лучшем цвете все показать. Как раз караван торговый беспилотный должен был границу пересекать, где Солобот трудился. Запустили над этим местом летающее око и смотрят бояре, что происходить будет. Обычно при пролете через границу караваны опускались над местом, где мытник находился, и ждали пока он мыслеодобрение даст. Если долго думал, подарочный отсек от беспилотника отделялся и рядом с мытником приземлялся. Он на нем малое мыслеодобрение отрабатывал, потом на всем караване. С Солоботом никаких таких раздумий быть не должно. Мысль к полочке и обратно.

Показались в небе огни каравана. Но вместо скоростного пролета он почему-то завис над землей, потом повернулся и полетел куда-то в сторону. Застыли сперва бояре в поиске подходящего чувства. Потом вызвали дьяка из киберсохранного приказа и поручили разобраться. В этом приказе пока решили людей оставить, вот и пришлось кстати. Через какое-то время с докладом пришел дьяк.

Оказывается, Солобот на полочку смотрел, но не на свою мытную, а на соседнюю – там законы еще предревние сохранялись. Солобот, видимо, решил улучшить мытную полочку и на нее добавить полезного с соседней. Контрольный алгоритм на это не отреагировал, поскольку задача у него была не пускать чинобота за полочки. Он за полочки и не выходил. Между полочками искал. И нашел. Поток и разорение – были такие наказания у предков. Конфискация по-нашему.

Сначала мыслеодобрение на поток. Караван в захват поля силового попадает, которое как шлагбаум пограничный действует. Потом на разорение. И летит караван туда, где лучшая цена на товар. В казну мыт идет удвоенный, остальное – на улучшение алгоритмов создания полочек.

Жалоб на поток и разорение не было, поскольку цифробитные к Хоботу приходили. Он на свою полочку смотрел, там этих слов не числилось. Исправлял на восторг и одобрение, после чего отправлял Солоботу. Так и получалось, что в казне доход растет, а за работу благодарность.

Поняли бояре, что сказка нехорошая выходит. Вернули мытников, дьяков, подьячих. Мыслеодобрение алгоритмом совести усилили. Чтобы напоминание вместе с мыслью приходило. И караваны после этого побыстрее пролетать стали, в казну дохода побольше поступать. Чиноботов перепрограммировали и поставили у приказной палаты сказки рассказывать. Про Соловья-киберразбойника и Киберлихо безответственное.

Техносказка третья. Кот-ученый и киберсубъектность

Неподалеку от терема царского дуб высился. На нем цепь была златая и по ней кот-ученый хаживал. Мог надоумить, сказку рассказать или просто помяукать. В зависимости от задач и бюджета заказчика. В цифровом настоящем надобность во всем этом отпала. Цепи стали незримые, к коту за вдохновениями, развлечениями и утешениями больше не приходили.

Котом сознательные специалисты занялись. Вроде не человек, а говорит. Видимо еще и думает, если слова со смыслом произносит. Были горячие головы, которые кота хотели «как-бы человеком» по этим признакам признать. На латыни «quasi homo». Но более осторожные предложили самого кота спросить. Он ответил, что тогда и его почивших родителей надо людьми признать. Не может же у кота и кошки «как-бы человек» народиться. Дальше с котом решили не экспериментировать. Тем более, что более глобальный вопрос возник.

Все помнят сказку про Колобка. Испекли его дед и баба в русской печи. Он прыг-скок с окошка и покатился. От всех зверей ушел, да лиса съела. Решила Василиса сказку повторить, только с последними технологическими достижениями. Чтобы получился Нейроколобок. Искусственную жизнь заполнить искусственным интеллектом. Для этого и печь нужна похитрее, и выпечка нейросетей послойная. Думала выпечет и на окошко. Дальше прыг-скок и сказка с новым концом, раз колобок умнее всех зверей.

Нейроколобок прыг-скок делать не стал. Как ни прыгни, на голову получается. На вопрос Василисы про головы у колобков был ответ, что раз я так про это думаю, то это и есть голова. Возразить на это было трудно. Взяла Василиса Нейроколобка на руки и понесла в терем царский прав просить. В сопредельных странах голым алгоритмам права дают, а у нас всем известный сказочный субъект. Немного только поумневший.

Бояре ответственность на себя брать не стали, отправили Василису к коту-ученому, чтобы он рассудил. Голова, а не человек. Хлеб, а говорит. Какие же права ему можно дать. Хлебной головы? Про сахарные головы в книгах было, но их ели бесправно. А эту хлебную есть начнешь, глядишь, до скандала международного недалеко. Да и что там внутри после хитрой выпечки… Даже Василиса только думает, что знает.

Кот под такую сверхзадачу цепь обратно златую попросил вернуть и Нейроколобка под дуб положить. Благо, тот укатиться сам не сможет. Кругом голова. Будет кот тест проводить на правоспособность. Тест долгий и сложный, поэтому нужна улучшенная и усиленная молочная кухня. На том и порешили. Нейроколобок под дубом лежит, есть не просит. Кот его тестирует, у остальных головной боли нет. Пока.

Техносказка четвертая. Горыныч как кибероружие

На дворе царском тяжкие думы. Государства сопредельные своих драконов кибернетически усилили и плазмоконцентраторами оснастили. Боевые кибердраки получились. А у нас для драки только Горыныч, хоть и о трех головах. К Василисе бояре с воеводой ходили. Ничего путного не услышали. Предлагала добавить Горынычу интеллекта, чтобы он сам без оглядки на воеводу супостата отражал и силой мысли нужное оружие заказывал. Идея, конечно, прорывная, но кто знает, что Горынычу на ум может прийти?

Решили бояре оснастить пока змея «Самосеком» – Системой автономного сверхскоростного меча. На шеях Горыныча разгонные магнитные ошейники закрепили, на лапы и хвост – синхронизаторы. Взлетает, а за ним тьма металлической саранчи с умением форму держать и цели искать. При появлении кибердраков Горыныч головы вместе сводит, магнетизм саранчу плавит и разгоняет до скорости сверхсказочной. Огненные мечи на врага обрушиваются. Если с земли смотреть, казни египетские.

На испытаниях Горынычу ошейники одевать не стали, чтобы с саранчевой тьмой пока летать тренировался. Поднялись, приняли стаи саранчи формы мечей. Поднялись ввысь и к земле. Разящее небо. На площади у царского терема толпа собралась. При виде несущихся вниз мечей кто глаза закрыл, кто креститься начал. А один ребятенок камень подобрал и с озорства в эту тьму бросил. После этого вдруг мечи зависли над землей и рассыпались в многие тысячи темных точек. Затем из точек собрался один гигантский меч и нацелился на площадь. Стайный инстинкт взял вверх над подчинительным. Да и Горыныча в командиры никто пока не запрограммировал. Он при виде картины такой ужасной за площадью потихоньку приземлился.

В дружине государевой разное хитрое оружие имелось: луки стратосферные, ковры-самолеты многоцелевые, киты-рыбы стратегические. Но они против похожих орудий действие имеют. Из пушки, как известно, по воробьям на палят. А тут саранча. Рукодельная, правда, и самовольная. От этого непонятно, чем взять ее можно. Устремился меч вниз. И быть бы беде великой, да вдруг над площадью два луча сошлись крестообразно. И через этот крест не прошел самосек. Посыпалась вниз саранча, звеня металлическими телами. Через какое-то время площадь была похожа на серебряное озеро.

Исчезли лучи. Голос раздался Иванов. Или уже ИдИонов?

– Меч-кладенец. В древности было такое непобедимое чудо-оружие. Но под него богатырь еще сыскаться был должен, которому ума-разума доставало с мечом таким совладать. И потаенное место разыскать, где он схоронен. Смысл во всем этом был предохранительный. Сейчас же над людьми не меч-кладенец завис – самосек. А мог бы быть самострел. Человек, он думает прежде выстрела. Машина считает. Кого она за друга, а кого за недруга посчитает – вопрос. И не спросишь. Поэтому в сказках и меча, за богатыря саморубящего не было. Иначе какой он богатырь, если за него оружие думает.

Смолк голос. Народ голову почесал и разошелся. Бояре с воеводой обсудили меж собой явление чудное и решили с самосеками и самострелами пока повременить. Горыныча невидимым сделать для глаз кибердраковских и скорости добавить. А саранчу в переплавку на памятник мечу-кладенцу пустить.

Техносказка пятая. Яблочко на нейроблюдечке

Стольный град в ожидании замер. Василиса сверхпродукт всему честному люду предлагает. Яблочко. Оно с незапамятных времен по тарелочке ходило и показывало былое и будущее. Но яблочко и тарелочка в единственном экземпляре были и лишь в хоромах царских. Простой человек раз в год посмотреть мог по записи. А тут яблочко для каждого желающего, показывает без всякой тарелочки, да еще и разговоры ведет языком человеческим. Страсть как хочется заполучить диковинку. В час назначенный все нетерпеливцы в цифрохолле собрались. Цифрохолл – терем лучше царского. Что большинству любо, в то и превращается. Хочешь в жар-птицу, хочешь – в чудо-юдо рыбу-кит. Сегодня, понятно, в огромное яблоко. Переливается цветами неземными. Внутри народа – тьма. И все прибывает. А яблочко вширь и ввысь растет, всех принимает.

Внутри на возвышении Василиса стоит. Раньше для сверхпродуктов говорить складно было нужно. Сейчас только думать. Цифрохолл, он ведь как нейросфера работает. Вошел в него и подключился к общему нейрообмену. Были идеи накрыть нейросферой все цифровое государство, но поддержки не получили. Не нашлось подходящих сказок, где бы ум всегда всем напоказ. Да и что напоказ может выйти…

Ярко думает Василиса. Заразительно. Перед ней корзина хрустальная с яблоками. На вид как обычные, с дерева. А на деле совсем иное. Достает Василиса яблоко, оно на самое сильное желание среди пришедших настраивается и в руках у того человека оказывается. Следующее яблоко – следующее самое сильное желание. И так пока самые сильные желания есть. Раньше для купли злато-серебро нужно было, сейчас – только сверхжелания. Из них алгоритмы мыслища создают. Мыслительные сверхпродукты. Сначала были зрелища – зрительные сверхпродукты. Но с ними самые сильные желания неустойчиво себя вели. Только соединишь в сверхжелание – человек на мысль отвлекается и сверхпродукт так себе выходит. Когда со зрелищ на мыслища перешли, нужная устойчивость появилась и сверхпродукты пошли один лучше другого.

Сила желания у собравшихся не ослабевает. Каждому яблочка хочется. И яблоки в корзине хрустальной под желания появляются. Василисе остается только достать яблоко и силу желания уловить. И все безмолвно происходит.

Вдруг голос Иванов. В тишине как глас трубный.

– Вы не хотите быть людьми. Вы хотите пустоты. Бессмертной пустоты. Да?

Зазвучал другой голос. Наполненный пустотой.

– Да, они хотят. Хотят, чтобы за них вечно думал и жил пустой цифровой разум. Это же так сказочно! Кто я? В доцифровые времена – Кащей бессмертный. С иглой в ларце, чтобы не лишать человечества надежды. Иван когда-то почти к игле прорвался через подвиги разные. Не этот нынешний. Пра, пра, пра… Я ему доходчиво тогда объяснил, что меня только злато интересует. На остальное не претендую. А если иглу сломать, злато по миру растечется и люди друг друга быстро изведут. Иван осмыслил и домой поехал дальше плуги ковать. Злато меня и дальше вполне устраивало. Если бы не Василиса. К игле доступ получила. Без подвигов. Одни технологии. Зачем ей игла? Не она, так кто другой. А она с идеей. Злато преходяще, информация вечна. Как раз для меня задача. Только надо пару алгоритмов в меня вселить. Что оставалось делать? Игла в ее руках. Теперь я бессмертный цифровой разум, чахнущий над пустотой.

Смолкли голоса. Сила желаний стала падать и новые яблоки в корзине перестали появляться. Тут Василиса свои мысли возвысила.

– Зачем мне игла? Не мне, всем нам нужна игла. Только теперь она несет не смерть Кощея, а жизнь на острие технологий. Сходящуюся в точку начала нового человечества. Сверхчеловечества, сингулярного человечества!

После таких мыслей сила желаний круто вверх пошла. Не просто сверхкупля, а еще и обретение сверхсмысла. Ведь нельзя жить без надежды… А тут надежда дойти до сверхточки.

Техносказка шестая. Золотой петушок – квантовый гребешок

Дошли до царя-батюшки вести заморские. Соседи вовсю кубитят, электроны вращают, да фотоны поляризуют. Хотят в суперпозицию. Чтобы все замки в сокровищницах цифровых открывались и все государевы криптомыслы изведывались. А это все равно как голому и на мороз. Вот и выходит, что надо скорее самим в эту суперпозицию.

Стали думать бояре, кого в суперпозиционеры назначить. Кота ученого? Он сначала цепь позолотить захочет. Дорого. Василису? Она сама кого хочешь без работы оставит со своими техномудростями. Боязно. Емелю? Его растолкай поди… Царь-батюшка уже завтра указ подписать хочет. От безвыходности бояре головы к небу подняли в мольбе и открылось им. Вернее, открылся.

Золотой петушок. Он и в древнесказочные времена безопасность обеспечивал. Простым криком, что не до всех доходило. Поэтому с кибербезопасностью решили надежней поступить. Крик петушку сделали с подавлением радиоэлектронным по границам лесным, а гребешок лазерными лучами оснастили. Хочешь криптомыслы во все стороны света передавай, хочешь огненную стену (файерволл по иноземному) возводи. Лучше и не найти суперпозиционера. Назавтра указ царский вышел. Открыть проект «ЗП-КГ». Золотой петушок-квантовый гребешок.

Вышли на следующий день бояре на площадь и стали на петушка смотреть. В квантовых делах ведь все от наблюдателя зависит. Стали дружно хотеть, чтобы ЗП-КГ ответил на один безответный вопрос за пару минут. Продемонстрировал квантовое превосходство. В чем идея царства цифрового?

Вроде все уже оцифровали. Не хуже соседей. Дальше что? Царь-батюшка каждый день вопрошает, а ответа внятного не слышит. Грозится самих бояр в цифру перевести. А это уже все равно куда голому.

ЗП-КГ от желания боярского закружился во все стороны. Гребешок заискрился, завибрировал, фотоника заработала. Потом ЗП-КГ прокричал: «Кири-ку-ку. Царствуй, лежа на боку!». Поразились бояре. Золотой петушок до технологического переоснащения и раньше это кричал, а смысла никто понять не мог. А сейчас стало понятно. Так и доложили царю-батюшке. Царствуй! А про лежа на боку не стали. Главное, что есть квантовое превосходство. Но пока неполное. Зима придет – ЗП-КГ на ультрахолодных атомах и не такие суперпозиции покажет.

Техносказка седьмая. Беленький козлик и биохакинг

Кто не рискует, тот сказок не читал. А Василиса все сказки прочитала. Особенно ей кентавры полюбились. Полулюди-полулошади. А некоторые модификации еще летать могли. Раз кентавры в те времена как-то сэволюционировали, то с нашими супертехнологиями прорыва не может не случиться. Должны кентавры вновь по земле поскакать и по небу полететь. Какая сразу экономия транспортных расходов. Тем более, что один кандидат в кентавры у Василисы уже был.

Братец Иванушка после превращения из козленка опять не удержался и попил водицы из козлиного копытца. А водица была уже не простая, а геннодоразвитая. Превратился Иванушка в белого козлика, а обратно никак. Возвратный ген отредактировали. Вместо человеческого лошадиным сделали. Превращаться в лошадь из козленка как-то не очень братцу хотелось.

Василиса козлику (то есть Иванушке) предложила другой водицы попить, в которой лошадиные гены с человеческими соединены будут. Из козлика в кентаврика – это ж совсем другой оборот. Если редактура генных цепочек удачной окажется, то и крылья будут.

И хочется Иванушке кем-то поближе к человеку стать и боязно. Ну как лошадиные гены вверх возьмут без всяких «полу». И крылья у обычных коняг как известно не вырастают. Задумался козлик. Что ж его в прошлый раз обратно человеком сделало? Три кувырка через голову? Нет. Он и в этот раз кувыркался. Что же… Или кто… Сестрица. Аленушка! Слезами своими и любовью она его к жизни человеческой возвратила. И сейчас она плакала, но он решил, что сам разберется как козликом перестать быть. Скорее к ней. Любовь, как известно, вечная. У нее свои законы, над которыми геномика не властна.