Файролл. Петля судеб. Том 3
- -
- 100%
- +
– Любишь, чтобы было больно? – хмыкнул один из бойцов, стоящих рядом с Милли Ре.
– Люблю, – кивнул я. – Но только чтобы не мне, а кому-то другому, тому, кто мне не нравится. Мне тогда сразу радостно становится, и засыпаю вечером быстро.
– С доброй улыбкой на лице, – добавила Мысь, стоящая за моей спиной. – Наш лидер такой!
– Ладно, пошутили – и будет, – я приобнял Милли за плечи. – Вернется скоро ваш лидер, никуда не денется. А до той поры вы наши гости. Мысь, душа моя, а предложи-ка доблестным союзникам испить пивка! Оно ведь у нас лучшее во всем Файролле!
– Истинно так! – моментально сориентировалась смекалистая лучница. – Пошли в замок, гости дорогие, сами убедитесь в том, что мы говорим вам чистейшую правду.
– А то я там не была, – проворчала Милли, но все же отправилась следом за Мысью, продолжив на ходу: – И пиво ваше я пила. Пиво как пиво, ничего особенного.
В принципе так и есть, но играть всегда следует по заданным правилам. В замке Седой Ведьмы меня всякий раз принимали как родного, я не хочу от нее отставать.
– Так! – я хлопнул в ладоши. – Любезные моему сердцу сокланы, и для вас у меня есть приятная новость. В ближайшем будущем у нас состоится коллективный ивентик, причем из таких, которые не каждый день и не каждому клану выпадают. Нам предстоит стать участниками драмы класса «и брат пошел на брата». Нет-нет, никакой гражданской войны, просто семейные разборки со смертоубийством. Мы поддержим одного из братьев, за что в результате можем загрести неплохой такой куш. Дело будет происходить под землей, так что веселье гарантировано. Мне на подземелья везет, как туда сунусь, все какая-то дрянь случается.
– А, так вот ты о чем с тем бедуином разговаривал! – подал голос Шеркон. – Ну чего, отлично. Считай, на ровном месте коллективный квест заполучили!
– На сколько человек ивент? – поинтересовалась Фрейя. – Маги понадобятся?
– Ты с какой целью интересуешься? – уточнил я. – Просто непонятно. Тут ведь есть два варианта. У тебя какой – «может, без меня обойдетесь» или все-таки «без меня вам не обойтись»?
– Второй, – не подумала смущаться магичка. Она вообще в те моменты, когда ей что-то надо, перестает быть робкой и беззащитной – Мне нужно уровни поднимать, без них новые заклинания не получить. Так что я в деле.
– В деле, – подтвердил я. – Так же как Кро, Мысь, Слав, Вахмурка и Шеркон, это мое решение как лидера. Остальные оставшиеся восемь мест из пятнадцати распределят офицеры.
– Девять, – поправил меня Аскард.
– А меня ты в расчет не берешь, что ли? – возмутился я. – Или как?
– Так ты на квесте завязан, – пояснил воин, – чего тебя считать?
– Ну да, верно. – Мне стало немного неловко. – Устал, туплю.
И ведь не соврал. Правда устал. Я вообще как-то стал сдавать. Раньше вот сутками тут сидел – и ничего, а сейчас выматываюсь если не моментально, то очень быстро. Скорее всего, схватил я синдром накопившейся усталости, со мной такое случалось в прошлом. Лет десять или двенадцать назад впервые такое произошло. Я тогда себя жестко загнал, вернее, меня загнали. Мамонт столько работы одномоментно навешал, что аж хребет трещал. Я за себя работал и за Веню, который чутка перенапрягся, и прилег из-за этого в надлежащую клинику. А после еще вместо Иволгина на Алтай поехал проводить журналистское расследование относительно сгинувших невесть куда туристов. До сих пор ту поездку вспоминать не хочу, как тогда уцелел – сам не понимаю. Алтай, доложу я вам, край прекрасный во всех отношениях, вот только если тебе там местные жители говорят, что куда-то не надо лезть, то обязательно стоит к ним прислушиваться. Это в твоих интересах.
По возвращении меня и накрыло. Слабость, путаные мысли, тоска на сердце, дрянь какая-то к коже прицепилась, я весь чешуйками покрылся, точно рептилоид, прости господи. И сны замучили. Такая жуть мерещилась, что я в какой-то момент стал бояться глаза закрывать, кофе литрами глушил. Спасибо коллеге по работе Маринке, она тогда выручила. Пришла, выслушала, поцокала языком, на следующий день приперла откуда-то три таблетки, зеленых, как листва весной, и пахнущих травяным сбором, после чего велела их пить по одной в день. Вернее – ровно в полночь, ни минутой раньше, ни минутой позже.
Не знаю, что за средство, но оно помогло. Через три дня кожа пришла в норму, заупокойная хтонь сниться перестала и вернулась связность мысли. Но все равно с тех пор время от времени меня накрывает такая усталость, что хоть ложись и помирай. Ненадолго, на несколько дней, но случается, как правило, в начале августа. Не так, как тогда, рожа паршой не покрывается, и сны, в которых я ищу и не нахожу выхода из какого-то старого темного дома, окнами смотрящего на болота, тоже не приходят, но все равно тоска накатывает просто жуткая. И всякий раз боюсь, что теперь этот морок меня точно не отпустит, а помочь мне просто некому, потому что Маринки, царство ей небесное, давно уже на свете нет. Как и давным-давно давшего дуба Вени, и пропавшего без вести Иволгина, которого невесть зачем на далекую Амазонку понесло, и еще много кого из тех, с кем я когда-то работал. И от этого мне становится еще тоскливее.
Хлоп – и прямо около меня открылся портал, из которого вышла Седая Ведьма, а следом за ней потянулись один за другим игроки ее клана вперемешку с НПС.
– Заказывал пилигримов? – осведомилась у меня глава «Гончих». – Получи и распишись. Что, молодцы, готовы нести слово богини Тиамат в массы?
– Готовы, – нестройно ответили десять голосов. – Хоть сейчас начнем.
– О как! – Я поднялся со ступеньки, на которой сидел. – Ловко.
– И заметь – все доброй волей, – качнула указательным пальцем левой руки перед моим носом Седая Ведьма. – Я только заикнулась, что нам нужны проповедники, так отбоя от желающих не было. Хорошее поколение растет, Хейген. Отличное. Вроде только-только ребята играть начали, просто рекруты, а какое рвение!
Ну, с игроками понятно, она им в личку написала, пообещала место в клане, прокачку и разные блага вроде брони и оружия. Но НПС-то она как сагитировала?
Впрочем – какая разница? Главное, что еще один квест, похоже, почти выполнен.
– Что, друзья мои, вы и в самом деле желаете послужить нашей грозной, но милостивой богине? – осведомился я у приведенных Ведьмой людей, которые вытянулись по стойке смирно, стоя на пару ступенек ниже меня. – Или все же нет? Вас никто не неволит. Более того – ваше желание должно быть искренним и идти от души.
– Все так и есть, – ответил один из них, то ли самый шустрый, то ли назначенный главным. – Делайте что надо, да мы пойдем. Нас ждет путь истинной веры, тернистый, но интересный.
– Красиво сказал, – признал я. – Ну, тогда… Хотя нет, стоп. Флоси. Фло-о-оси! Великий первожрец, мать твою так?! Блин, да куда ты делся, алкаш хренов?
– Он отправился в замок, – негромко сообщил мне Назир. – Присоединился к компании воинов, которые служат этой правительнице, и пошел туда же, куда и они.
Ну конечно, там же халявная выпивка. Мог бы и сам сообразить.
– Тащи его сюда, – велел я ассасину. – Прямо сейчас. Если будет сопротивляться, можешь применить силовые методы убеждения. Только не калечь, ладно?
– Я постараюсь, – кивнул Назир и направился к входу в замок.
– Чего Мастер Стрекоз тебе нашептал? – глянув вслед моему телохранителю, тихонько осведомилась Седая Ведьма. – И наобещал?
– Все, много и сразу, – не стал скрывать я. – Включая марку «перевернутая Дженни». А в обмен попросил сущий пустяк – знакомство с богиней. Личное, разумеется.
– Марку? – удивилась Ведьма. – Ты что, филателист? А, все, поняла. Очередная шутка от Хейгена, как обычно странная, не к месту и с подтекстом: «Вот какой я эрудированный». Не вопрос, пусть будет. Но, надеюсь, ты ответил ему «нет»?
– Я ответил «подумаю».
– Потому что марка из числа очень редких? Или потому, что кто-то не умеет говорить «нет», хотя пора бы уже этому научиться? Если не в жизни, то хотя бы тут, в игре.
– Не думай обо мне совсем уж плохо, – уже без всякого шутовства попросил ее я. – Если надо, то мне под силу и его послать, и Сайруса, и вообще кого угодно. Но сейчас выгоднее с «Воинами Света» держать как минимум нейтралитет. Тебе – нет. А мне – да. Мы друзья, спора нет, но в некоторых случаях этот аргумент не работает. Ты же сама кланлидер, так что все понимаешь.
– Ой, да ладно, – отмахнулась глава «Гончих». – «Ты сама кланлидер», до чего примитивный заход. Если бы ты еще сказал что-то вроде «Это просто бизнес, ничего личного», то я сразу выставила бы твою кандидатуру на конкурс «Мистер Банальность». И ты бы в нем выиграл.
– Отпусти! – донесся до меня вопль Флоси, которого в данный момент Назир пытался вытащить на свет божий из замка. – Когда еще такой шанс выпадет, чтобы мне тут налили? Королева меня, вишь, не жалует, велела кравчему ни капли не давать, а тот, скотина, ее боится, потому слушается. А сегодня, выходит, я им обоим вдул!
– Ты совсем сдурел? – охнула Фрейя и приложила ладони к щекам. – Ты чего несешь?
– Вообще-то ты о королеве говоришь, – поддержала ее Кролина, оглядываясь по сторонам, – жене местного владыки и сестре нашего лидера.
– Да и с кравчим вариант так себе, – добавил Слав. – Мы тут все нормальные так-то, и тебя таким считали. Если что, имей в виду – нам такие, как ты, на фиг в коллективе не нужны.
– Мы его ждем? – уточнил у меня один из будущих подвижников. – Да? А он правда из этих? Просто вроде как зашквар получается.
– Да вы чего? – заорал Флоси, вроде как даже протрезвев. – Чего несете? Я же не в том смысле, что их, значит… Я о том, что они, выходит, меня, а теперь я их! Ну, без этого самого, просто вроде как!
– Хорош! – гаркнул я, глядя на своих сокланов, которые еле удерживались от смеха, глядя на окончательно запутавшегося в союзах, междометиях и наречиях Флоси. – Наш друг и так умом не сильно крепок, не дай бог какой-то сосудик в башке сейчас от напряга лопнет, совсем дураком станет. Кто тогда у нас первым жрецом Тиамат работать будет?
– Флоси, все, отомри, – разрешила Кролина, с удовольствием глядя на то, как лицо бывшего туалетного, понявшего, что его развели, наливается красным цветом. – Но про королеву все же так больше не говори. Раз пронесет, два, а на третий тебя на плаху все же определят за длинный язык. И Тиамат не поможет, поверь мне.
– Все так, – подтвердил я. – Иди сюда. Видишь этих молодых людей?
– Вижу, – недовольно пробурчал Флоси. – И чего?
– Благослови их на подвиги во славу нашей богини, – попросил я. – Они, видишь ли, собираются нести слово ее и веру в народ, как тут без напутственного слова пастыря обойтись?
– Напутственного слова кого? – уставился на меня Флоси. – Ярл, ты говори понятней, а?
– Тебя! – рявкнул я. – Давай, пожелай им доброго пути и пообещай поддержку Тиамат!
– Доброго пути, Тиамат с вами, – протараторил горе-первожрец и глянул на меня. – Нормально?
Вами выполнено задание «Проводники веры».
Награды:
25 000 опыта;
15 000 золотых;
золотая пластина с ликом Тиамат (коллекционный предмет, может использоваться в качестве амулета).
Да ладно! Вот этого театра абсурда хватило для того, чтобы квест засчитали?
Дурдом какой-то…
Зато пластина наградная весьма симпотная. Свойства так себе, почти ни о чем, но ежели к ней цепочку приделать и на груди таскать, то красиво получится. Бонтонно.
Вам предложено принять задание «Ставленники чужих богов».
Данное задание является третьим в цепочке квестов «Вера в небеса».
Условие – лично уничтожить десять игроков, которые присягнули на верность Мессмерте, Лилит или Витару.
Награды:
70 000 опыта;
12 000 золотых;
украшение (рандомно, уровнем не менее редкого);
предмет амуниции (рандомно, уровнем не менее редкого).
Важно!
Не забывайте, что выполнение данного квеста не должно нарушать правила, установленные в игре!
А вот это квест со звездочкой. В смысле – с подковыркой. Правил в игре много, в том числе и связанных с убийством игрока игроком. Хотя, думаю, основная ловушка тут в другом. Конфессиональные войны пока под запретом, потому просто так убивать во славу Тиамат я не могу. Получается, прежде надо будет найти легальный повод для поединка с теми, кто присягнул на верность не ей, а кому-то другому.
Стоп. Туплю. А у меня ведь уже есть такой повод. У нас же с «Великой М» вообще-то война идет, при этом все они, как один, Мессмерте поклоняются. Убивай – не хочу.
Елки-палки, получить бы этот квест раньше!
В этот миг с небес спустилось небольшое золотистое облачко и, резко прибавив в размерах, накрыло собой будущих проповедников. Тиамат, как видно, решила первых своих подвижников лично простимулировать на подвиги в ее славу.
– Ого, вот это бонусы! – донесся до меня чей-то голос. – Офигеть!
– У нас богиня – всем богиням богиня, – с довольным видом сообщил им Флоси. – А что, из вас кто на Юг собирается идти? Если да – у меня к нему задание будет.
– Что-то новенькое, – подобралась Седая Ведьма. – Ты, дружок, мне расскажи, чего тебе на Юге надо, а я уж им передам.
– Не, мать, так не пойдет, – почесал пузо через дырку в рубахе северянин. – Кому в путь – к тому и дело. Ты ж сама тут останешься, верно?
Дзинь! Письмо пришло. Не иначе как от Элины.
– Нет так нет, – неожиданно покладисто согласилась глава «Гончих». – И не надо. Хейген, что у нас дальше?
– Насилие и смерть, – охотно ответил я. – Как обычно.
– А если в деталях?
Выслушав меня, она сразу же сообщила:
– «Великая М», их, родимых, потрошить будем. Можно, конечно, еще «Меч и посох» потрепать, насколько мне известно, ты с ними тоже не сильно ладишь, но нужно ли? Сайрус пока вроде притих, для чего будить спящую собаку?
Все-то она знает. Вот интересно, у меня только один ее соглядатай в клане или их больше?
– Ну что, пошли? – азартно предложила мне Седая Ведьма. – Заодно и твои ребята развлекутся. Думаю, они от роли загонщиков не откажутся же? Сафари, особенно когда в качестве дичи выступает тебе подобный, это всегда взрыв эмоций.
– Давай не сегодня, – попросил я. – Хочу из игры выйти, вымотался что-то.
Если сейчас на это сафари пойти, Ведьма не успокоится, пока мы десятерых вражин не прикончим. Такой она человек, не любит бросать дело на середине.
Наверное, тут можно было бы посокрушаться на тему, что нет у меня ее целеустремленности и хватки, но зачем? Что выросло, то выросло. Потому я вместо того, чтобы локомотивом переть по квестам, используя ситуацию, сложившуюся в мою пользу, вылез из капсулы и завалился спать. Игры приходят и уходят, а здоровье – оно одно. Что физическое, что психическое.
Разбудила меня Вика, причем без всяких милых шалостей в стиле романтического кино вроде щекотания носа или дутья в ухо. Она тряхнула меня за плечо, убедилась, что я открыл глаза, и произнесла:
– Нет, ну какая скотина!
Глава пятая,
в которой речь пойдет о пакостях, которые делаем мы и которые делают нам
– Кто скотина? – сонно осведомился я. – Ты обо мне?
– В том числе, – подумав секунду, ответила Вика. – Но вообще я про Голицына. Ты не поверишь, он притащил сегодня к нам двух своих приятельниц и заявил, что это наши новые сотрудницы. Запросто, будто так и надо. А когда я сказала, что все подобные назначения согласовываются с тобой и нашим вышестоящим руководством, он только засмеялся. И эти две овцы тоже! Мол, я тут главный папка, мне решать, кто и где работать станет, а ваше мнение никому не интересно.
Да она в бешенстве! Причем таком, которое называют «белым калением». И подозреваю, дело как раз в том, что над ней посмеялись, да еще на глазах у всех. Плевать ей на служебное, когда личное задето. Но при этом она не забывает в рассказ вставлять детали, которые, по ее мнению, могут заставить меня взвиться под потолок и начать действовать в ее интересах.
Хотя, конечно, новый главред палку-то перегнул, перегнул. Я понимаю – мама-папа и дяди-тети во власти, золотая ложка изо рта с рождения торчит, слово «нет» ему за всю жизнь только один человек, скорее всего, сказал, но некие красные линии все же видеть следует? Он ведь не совсем же дурак, судя по нашему с ним разговору?
Или совсем? А я просто составил о нем ложное впечатление?
– Не ори, – попросил сожительницу я и потянулся. – А-а-ах! Вот на хрена на ночь глядя заснул, а? Теперь колобродить до утра стану.
– Это единственное, что тебя сейчас волнует? – возмутилась Вика и свирепо засопела. – А то, что нас, по сути, на четыре кости поставили, нет?
– Зая, никто нас никуда не ставил, – зевнув, произнес я. – Угомонись. Просто новая метла пытается чисто мести, попутно объясняя всем, что они либо будут жить по его правилам, либо не будут жить вообще. Я уже упоминал о том, что он эту парочку пытался мне всучить, только тогда ничего не вышло. Естественно, отказ нашего «золотого мальчика» возмутил, и он при первом же удобном случае решил объяснить мне, тебе, нашим карапузам и Шелестовой персонально, что все равно будет так, как он решил. Вот так вот, явочным порядком.
– И что теперь? – нервно уточнила Вика. – Прогнемся? Проглотим?
– Кстати, я бы что-нибудь проглотил. Отбивную там или солянку. Пошли пожрем, а? Даже готовить ничего не надо, в столовую сходим, так быстрее.
– Киф, не беси меня!
– О, знакомые интонации! – умилился я. – Дорогая, поздравляю тебя, наши отношения вышли на новый уровень!
– Какой еще уровень?
– В конкретно моем случае стандартно-классический – «ты меня не слышишь, бесчувственное бревно». В этом есть определенные плюсы, можно хоть как-то планировать личное будущее. Тарелки в стену метать станешь?
– Нет, – насупилась Вика, ее губы чуть подергивались, выдавая намерение заплакать. – Какой смысл? Они тут небьющиеся.
– Тогда без этого успокойся, – приобнял я ее. – Сто раз говорил – все твои беды от поспешности и чрезмерной эмоциональности. Пока не научишься властвовать над собой, толку не жди, тебя всякий раз будут переигрывать в подобных столкновениях. А их знаешь сколько еще случится? У, как много!
– Это все будет потом, – с упрямством заявила моя сожительница, – а есть здесь и сейчас.
– Вот тут ты права, – кивнул я и встал с кровати. – Более того – ты просто молодец! Есть здесь и сейчас очень верное решение. Разве что с маленькой поправкой – все же предварительно спустившись вниз. И не делай такое лицо. Поверь, мы этому супостату крошек в кровать сыпанем, причем от души и по всем фронтам, и начнем это делать прямо сейчас.
Я натянул джинсы и майку, после взял со стола смартфон и набрал Азова.
– Илья Палыч, мое почтение. Не сильно отвлекаю? Есть на меня минуточка?
– Чего у тебя опять случилось? Если ты еще какого-то засланца внутри нашей компании обнаружил, то я тебя прокляну. Мне бы после предыдущего разгрести завалы.
– Пока ничего, но скоро случится. И я, как честный человек, не могу вас не поставить о том в известность.
– Что на этот раз?
– По большей части это будут нарушения административного порядка. Немного потопчу честь и достоинство отдельных граждан, потом нанесу небольшой вред казенному имуществу, ну и на сладкое, возможно, нанесу кое-кому легкие травмы. – Я открыл дверь и поманил за собой Вику. Та неохотно, но пошла, ей как минимум хотелось разговор до конца дослушать. – Но тут еще думать надо над тем, как это получше провернуть. Чтобы следов не осталось.
– Хм, – озадачился Азов. – То есть все-таки решил ты с Голицыным сцепиться? Я верно тебя понял?
– Предельно. С одной только поправкой – это не я с ним, это он со мной. А мне что? Пусть его. Раз не хочет товарищ сосуществовать по-хорошему, так и не надо. Будет ему партизанская война по всем правилам. Но вас не предупредить о том не могу, ибо уважаю безмерно.
– Так. Давай-ка по порядку мне все расскажи.
– Не вопрос, – согласился я. – Подходите в столовую, мы с Викой туда направляемся. В ней и совместим приятное с полезным. Заодно и сами перекусите. Небось, в трудах праведных уже забыли, когда ели?
– Когда ты вот так проявляешь заботу, Киф, мне становится не по себе, – вздохнул Азов. – А я ведь дядька немолодой, много чего повидал, меня напугать сложно.
– Зря вы. Просто для меня слово «дружба» не пустой звук, – немного расстроенно сообщил ему я. – А вы вот так. Ладно, до встречи.
Я нажал на кругляш с красной трубкой, глянул на Вику, которая о чем-то призадумалась, подмигнул ей, после нашел в контактах номер нужного мне человека и набрал его.
– Петрович? Чего делаешь?
– Рисую, – флегматично ответил мой приятель. – У меня в доме напротив девица поселилась недавно, что ни вечер, голяком по квартире ходит, а шторы не задергивает. Я и подумал – чем не натурщица? Жалко, конечно, что туда-сюда шатается по комнатам, статичность отсутствует, но это мелочи.
– Жениться тебе надо, Вадя, – констатировал я. – Или просто бабу завести, пусть даже на взаимовыгодных условиях. Ладно, не суть. Скажи, у тебя ведь привычки не изменились?
– Смотря какие. Например, с некоторого времени я перестал спать до полудня, потому что приходится ходить на работу. Но зато деньги появились, это тоже что-то новое и необычное.
– Я не про то, я про холодильник. У тебя до сих пор в морозилке хранятся продукты со сроком годности, истекшим где-то во времена царя Гороха?
– Хранятся, – с достоинством ответил мой закадыка. – Это неприкосновенный запас на тот случай, если грянет зомби-апокалипсис. Эту снедь и съесть можно, и как отвлекающий маневр использовать.
– Не запас это у тебя, а обычные лень и неохота, – хмыкнул я. – Но оно и хорошо. Скажи, а рыба в твоей морозилке водится? Треска или хек?
– Вроде есть, – неуверенно предположил Петрович. – А тебе зачем?
– Ты ее найди и завтра на работу принеси. Дальнейшие инструкции получишь у Вики. Все, отбой.
Беззвучно прошуршала дверь лифта, закрываясь за нами.
– И что я ему должна сказать? – уточнила девушка. – А?
– Двух этих сосок заселяй в соседний с нами кабинет, – велел я. – Заселяй, я говорю. Но перед тем положишь в сейф ту хрень, что Петрович завтра притащит. Помнишь, там здоровенная такая дура у стены стоит? Ее даже Жилин с места не смог сдвинуть.
– Помню, – понятливо блеснули глаза девушки.
– Положишь, закроешь, ключи с собой унесешь. И вроде как не было их вовсе, он с начала времен такой стоял. Декорация, однако.
– А дубликаты? Наверное, у хозяйственника они есть?
– У нашего Василия Васильевича? Не смеши меня. От этого сейфа ему никакого профита, потому он для него вообще не существует.
– Понятненько.
– Замочная скважина там большая, через пару-тройку дней все так провоняет, что хоть всех святых из дома выноси. С этого момента начинайте к девонькам заглядывать время от времени и говорить что-то вроде «Вы бы мылись почаще или дезодорантом пользовались. Если денег нет, могу купить». Или вообще сочувствуйте, мол – понимаем, проблемы со щитовидкой. Случается.
– Как это все омерзительно приятно, – совсем уж оттаяла Вика.
– А денька через три-четыре, если сами не сбегут, то закройте их в кабинете вечером, – подытожил я. – И чтобы наверняка заколбасило, попроси Жилина сначала стационарные телефоны испортить, а после еще и глушилку для мобильников установить. Уверен, у него такая есть. А если нет, то добудет, Серега на такие вещи мастак. И окна пусть намертво заколотит, так, чтобы не открыть даже с гвоздодером. Ну а двери им сроду с петель не снять, их не сегодня делали. Устроим сестричкам незабываемую ночку, чтобы они потом ее всю жизнь вспоминали!
– Вот вроде двусмысленно фраза звучит, почти пошло, а мне это нравится, – потерла ладоши Вика. – Скажи еще какую-то гадость, а?
– Да ты любительница грязных забав? – скабрезным тоном произнес я и приобнял ее за плечи. – Уф, что за женщина мне досталась!
В столовой, как обычно, в такое время особо никого уже не было, при этом ассортимент блюд меньше не стал. Много за что можно недолюбливать «Радеон», но одно у них не отнять – забота о персонале тут поставлена добротно, без скидок на время и извечное наше «кто не успел – тот опоздал».
Азов появился, когда я уже откушал борща, причем очень вкусного, и принялся за куриный шницель с гарниром в виде макарон с подливой. Он приволок с собой два стакана чаю в подстаканниках и тарелку с пирожками, вроде как не с пустыми руками пришел.
– Вика, душа моя, расскажи Илье Павловичу все то же, что и мне, – указал я вилкой на безопасника. – Только постарайся на этот раз обойтись без предложений по силовому устранению господина Голицина, без всех этих «тормозные шланги ему на машине подрежем» или «и вот тогда я этим шприцем с вирусом его прямо в сраку кольну».