Миры Серого. Бегущая по мирам – 6

Глава 1. Чудесная добыча

Проснулся я за два часа до полудня, бодрый до невозможности, полюбовался чудодейственным кольцом. Погладил мягкие перья Доны, пощупал заурчавших красоток, закутал в простынки сладко посапывающий гаремчик и вышел в гостиную. С палубы раздавался звон мечей. Я закурил сигару Графиня Анчар и вышел на кормовой балкон. Наконец увидел их! Пара огромных морских ящеров резвились в воде в двух сотнях метров за кормой! Я долго не мог оторваться от прекрасного зрелища. Заодно и пароль с остававшегося на галеасе диска связи снял с помощью портального ключа, ну или не снял – я не знаю, что делаю, но работает же, потом и с диска Толстушка сниму что бы там ни было.

Вышла Лоечка, подошла ко мне, обняла, поцеловала и увела к себе в каюту. Через двадцать минут страстной любви вышла. Тут же зашли радостные Олличка и Ломпочка. Сразу накинулись на меня, восторженно мурлыча про чудесное кольцо и про подарки мне к свадьбе. Ещё минут через сорок мы вышли в гостиную, и я наконец взял самопишущий блокнот, начал передавать в него сведения о разведке, о сделанном, свои планы и предложения для Князя.

Заодно мы заглянули в шестую каюту. Там читал магическую книгу дежурный доктор. А гимка невероятно обернулась вокруг головы лежавшей на боку Миримы, прижавшись животиком к лицу русалки, а грудью к её спине, и обхватывала пациентку и ручками, и хвостиком, и мурчала. Как дышала пациентка я не понял, наверно через шёрстку невероятной лекарши. Дежурный доктор прошептал:

– Гимка иногда перемещается, но всегда закрывает лицо русалки, пару часов назад душила жертву сиськами, теперь животиком.

Дикобродки хихикнули, я улыбнулся, мы вышли и тихонько закрыли дверь.

Хромой со своей сияющей гоблинкой притащили кофе и десерты. После их ухода зашла Лоя. За ней зашли две надувшиеся освобождённые вчера склонные к продажной любви красотки, орчанка и тролльчанка. И амазоночка и эльфийка с поцарапанными мордашками. Лоя налила себе кофе. Юная амазоночка проговорила:

– Я не стала её бить, но за царапины поцарапала и её!

– Мы больше не будем, но не отбирай заработанное, – пробормотали шлюшки.

– Я не позволю собой командовать! – испуганно шептала эльфийка.

– Сефка не закончила лечение, – сообщил я.

Лоя заглянула в каюту-госпиталь, весело подошла ко мне, поцеловала, вытащила розгу из моего крепления и промурлыкала:

– Как скучно у нас было до тебя, Серый! Сефка просто невероятная! На палубе коки гоблины тренируются, они едят за пятерых каждый и быстро накачивают мышцы, и похоже подрастают! Через час, в полдень, причалим, как Гурон и приказал. А пока попьём кофе и заодно я высеку дурочек. А вы, дурочки, громко не орите, если не хотите получать в полной народу офицерской кают-компании, да и будить всех незачем… Но подраться из-за парня на корабле, где их три сотни…

Следующие полчаса я пил кофе, курил, мысленно диктовал блокноту донесение и любовался, как Лоя с чувством, с толком, с расстановкой, широко улыбаясь, не забывая про кофе и печенье и мурлыча что-то назидательное, наказывала розгой тихонько повизгивавших грешниц. Эстетка, однако. На мой вопрос, весело смеясь, пояснила:

– Да, я была очень проказливой, и пока в пятнадцать лет не сбежала, порку получала регулярно. Да и сейчас, если попадусь, получу отменно. У нас, морских амазонок, с наказаниями всё просто. Ещё и пару морд набить пришлось с утра, раз командиры не могут.

– У всех амазонок несложно, – сердито буркнула поглаживающая попу юная высшая амазоночка.

– Дикари, – прошептала, вытирая слёзы и сопли, эльфийка, потом посмотрела на меня и призналась. – Хотя… и эльфы не отстают, если нашкодить…

Орчанка и тролльчанка только улыбались сквозь слёзы, радуясь, что довольная шкиперша не удосужилась конфисковать у них заработанное. А Лоя отпустила жертв и отдала розгу вышедшей, кряхтя и попискивая, из моей каюты помятой Коре в накинутом свадебном платье. Морская амазонка ещё и хихикнула:

– Поздравляю, крошка, с прекрасно, вижу, прошедшей первой брачной ночью!

Я съел пирожное, взял поднос с кофе и зашёл к жёнушкам. Подал кофе сидевшим на кровати блаженно улыбавшейся Доночке и криво улыбавшейся Ардочке, получившей таки несильную порку от счастливой старшей жены. Дурдом продолжается!

Я затолкал Дону в купальник. Подал одежду криво усмехнувшейся Арде. Натянул штанишки на ждавшую и своей очереди быть хоть частично одетой и полезшую целоваться Кору. Погладил, пошлёпал и выгнал в гостиную гаремчик.

Принесли завтрак. На поднявшийся шум из кают вышли Шевалье со своей постоянно ошарашенной Ангелеттой и Гурон с застенчивой наложницей-маркизой. Притопал из нижней каюты и Кувалда с наложницей-виконтессой. Три новоявленных наложницы уселись рядышком и начали восторженно шептаться. Полукровка начала рассказывать про последний вчерашний бой.

К нам заглянули и Гор и Бори с застенчивыми гномками. Мы все дружно накинулись на еду.

Наконец из шестой каюты, потягиваясь, вышла усталая Сефка, забывшая про одежду, пробормотала:

– Серый, мне срочно нужна твоя поддержка.

За гимкой вышла и ошарашенно таращившая оба глаза Мирима. Она сразу встала на колено перед гимкой и ещё раз поблагодарила замурчавшую взъерошенную пушистую красотку.

Я взял на руки прижавшуюся ко мне дрожащую Сефку и отнёс в свою каюту. Через три сеанса безумно приятного лечения измотанной лекарши я оделся, запустил к уже дремавшей полосатой красотке ждавшую с охранницами, покрасневшую раздеваясь Кенилу, закутал обеих в одеяло и вышел. Ура. Прекрасное утро любви завершено и впереди снова приключения.

Я выбежал с галеаса. Экспедиционный отряд уже был построен. Кроме старой гвардии и лекаря, на этот раз нас сопровождали двенадцать гномов в добытых вчера синих полных латных доспехах с синими секирами. Гор восторженно пробормотал:

– Потрясающие латы! Парни в восторге. А секиры! Спасибо, Серый!

– Всегда пожалуйста, в путь! – скомандовал я, отвесив шлепка ойкнувшей сердитой Коре.

Ронка попробовала возмутиться моим лечением Сефки, но я мгновенно выхватил розгу и со свистом стегнул по обтянутой штанишками из синего хлопкового аспида маленькой, но такой аппетитной попе. Ещё минуту заняло у Коры встать на колени и попросить прощения. Я поднял крошку, поцеловал мордашку с нарисованными потешными усиками и со стекавшими из-под бесценных очков под красивой шляпой слезинками. Усадил понявшую место старшей жены и вспомнившую уговор Кору рядом со смеющейся Ардой, оттолкнул лодку и запрыгнул сам. Рядом с нами приземлилась Дона, пробормотав:

– Надо и мне что-нибудь напроказничать, а то даже не удобно.

– Ладно, считай, что ты нарушила порядок посадки в лодку, летала в опасном месте без разрешения, и я тебе потом всыплю, – засмеялась Арда.

Наш караван из четырёх лодок, с четырьмя гребцами каждая, начал подниматься вверх по речке к пристани подземной страны. Гребли дюжина гномов, Гурон, Кувалда и Шевалье, всё-таки оставивший свою обещавшую ждать пассию. Ну и в нашей лодке четвертым гребцом была Ардочка. А я курил сигару и наслаждался полуднем и поглаживанием безумно приятных пёрышек Доны. С нами в лодке плыли и блаженно улыбавшаяся Мирима с ещё парой данок, их я решил привлечь к обследованию колодца, очень он подозрительный, с этой уходящей в воду лестницей.

Во время плаванья километров на пятнадцать я поймал, схватив за голову и выхватив из воды подплывшего к нам маленького, метра три, жёлтого хлопкового аспида. И мы, вернее морские орчанки Олли и Ло, произвели замеры реки, Ломпа ещё и радаром кое-как русло изучала. У пристани Ломпочка удивлённо сообщила:

– Галеас на вёслах, да и под парусом, вернее под магией воздуха, сможет подойти прям сюда! Разумеется, при хорошем шкипере, но лучше Лои нет никого! Немного будут мешать туши исполинских полуобезьян… адамгутангов… Но Лоя справится.

Мы затащили лодки в помещение пристани. Поднялись наверх по вырубленной в скальной стене ущелья незаметной сверху лестнице и подошли к колодцу. Около башни шарились воторы, но увидев такую толпу скрылись в саду. Я остановил собравшуюся спускаться Мириму:

– Стой, красотка, там могут быть потрясающие сюрпризы. А ты только радостно жить начала. Надень-ка.

Подал восхитившейся безбашенной царице безалаберных данок заказанный мною вчера и уже сделанный гномами чудесный кольчужный комбинезончик – почти невесомая сталь с крыльев забитого накануне тёмного ангела. Он закроет и лицо, совершенно не мешая дышать и ртом, и кожей. Пояснил:

– Ни змеи, ни толстые жала не особо крупных мерзких тварей тебе не будут страшны. Надевай поверх гидрокостюма. И не надо благодарить, как сказал великий, мы в ответе за тех кого приручили…

Мирима с сияющими глазками не дала мне закончить болтовню, запечатав мой рот поцелуем и прошептав, что очень хорошо отблагодарит, даже погладила щёчку нахмурившейся Корочки. Я молча подал припасённую цепь, русалка закрепила её на пояснице. По моему жесту Ло подала свой посох с зажжённой молнией, который и в воде исправно светит. Уже оказывается умевшая пользоваться этим посохом царица данок закрепила его на руке петлёй. Согласовали систему команд и отважная ихтиандрша полезла вниз по лестнице. Прыгать я ей запретил даже с последних ступенек, так что в воду она зашла медленно, сердито ругаясь, что лезет как толстая сухопутная вадка, и смеясь, что даже порка от егеря не такое страшное наказание по сравнению с таким позором…

Русалка погрузилась в воду и посох осветил черную до этого момента воду. Через десяток секунд Кора закричала от ужаса, а я удовлетворённо хмыкнул. Вода взбурлила от десятков, даже сотен, небольших… рыбёшек, которые яростно накинулись на Мириму. А трудная в прекрасной кольчуге добыча начала быстро размахивать подаренным мною добытым вчера ангельским кинжалом.

Через десяток минут по сигналу из алчной бездны мы опустили корзину и подняли с кучей рыбёшек… огромные головы и пасти. Большие, под два сантиметра, острые, страшные зубы. Тонкие длинные туловища без чешуи. И руки с присосками. Подняли ещё несколько корзин с рыбой… Мирима вынырнула и весело промурлыкала:

– Серый, моя благодарность не будет знать границ… Я дальше пошла, там глубина огромная и я уже видела боковую нишу или тоннель! Опускайте корзину, добыча ещё будет.

Ло доложила, что зубы могут быть очень ценны, очень острые и прочные, и твари магические, зачарованные. Ардочка радостно сказала, что как наконечники стрел такие зубы очень даже сгодятся – я тут же организовал пару гномов и тупившую Ардочку переделать наконечники пары десятков стрел. Русалки восторженно сдирали с рыб полупрозрачные кожи, растягивая их раз в десять, бормоча про раздувающихся при обжорстве безжаберных рыб, прочность, эластичность, комфорт и пропускание кислорода… и про пробоины от кинжала.

А Кувалда уже вытащил корзину с убитой змеёй. Ядовитой и страшной. Затем была полудюжина очень ядовитых осьминогов и раки-скорпионы с ядовитыми шипами на хвостах. Последними тварями оказались большие двустворчатые моллюски, в раковинах с необычным перламутром и огромными необычными жемчужинами. И да, у них были ядовитые шипы по краям раковин, и они могли действовать как отравляющие капканы.

Затем мы подняли кучу монет, немного по нашим меркам, пару сотен кило, и драгоценных камней – и со сгинувших в пучине, и прятали наверняка. Кольца, артефакты, зачарованные оружие и доспехи. И немало негодного оружия и снаряжения. И десяток огромных, с кулак, жемчужин, и жемчужины поменьше. Я пришёл в восторг, когда увидел дюжину магических книг. И разрешил вскрыть только две литровых бутылки из выуженных пары ящиков великолепного бренди – покрытые известью, или хрен знает чем там ещё, стройные древние бутылки с полностью пропавшими этикетками в ящиках из толстенной золотой проволоки, в каждом по две дюжины.

А наши мордовороты завопили от восторга в самом конце подъёма трофеев. По сигналу Миримы мы опустили верёвки и вытащили… Невероятный фонтан, почти метровая каменная чаша. На краю сидит на коленях прекрасная обнажённая крылатая красотка размером с ронку. Из придерживаемого её ручкой кувшина вытекает, должна вытекать, вода. Дальше по течению стоит мышиная водяная мельница, с колесом и жерновами и с движущимися маленькими механическими фигурками потешных вадообразных мышек. Были и забавные почти круглые высокие лодочки и много других милых деталек, вызвавших восторг девиц.

Но восторг суровых амбалов проявился, когда я прочитал на дне пустого пока основного пруда: «Поилка Мельница Любви. Сделана мастером 507301 в 235112 году. Винный подвал для долевиков», активировал артефакт с третьей попытки, погладив и потискав как следует каменную красотку, и из кувшина бодрой струйкой потекло прекрасное вино. А девица начала двигаться, подмигивать и петь. Но петь она начала потом, а сначала долго ругалась голосом ангельши-сомелье. Оттеснившая меня толпа страждущих вскоре научилась и менять сорта вина, тиская сиськи статуи и вызывая ругань далёкой ангельши, и даже затыкать ротик прекрасной певуньи найденной в мельничном сарайчике каменной соской-пустышкой, которую она начинала потешно и сердито сосать.

А я за время утоления первой страшной жажды бойцов насладился горячими поцелуями вылезшей с сияющими глазками Миримы. Потом и мне досталась лодочка чудесного освежающего лёгкого вина.

Затем я выяснил, что если в момент ругани ангельши-сомелье пошлёпать каменную красотку по попе, то шлепки получает та недовольная ангельша, и начинает ругаться с новой силой – интересно, не так и давно живший мастер так специально сделал? Молодец! А если поднести мышку к носику каменной красотки, то она испуганно визжит! Ну и если красотку поцеловать в щёчку, то она отвечает на вопрос о названии вина.

Мирима, выпив вина, пробормотала:

– Там глубина метров сто, внизу большая камера! Есть два замкнутых тоннеля и несколько гротов на разной глубине. И куча костей лесных зачарованных монстров, частично съеденных. И череп вада. Вода, несмотря на таких обитателей и падающих сверху лесных монстров, чистая и очень приятная, я даже как-то взбодрилась и освежилась, невероятно! Тамошних небольших монстров всех убила, только мелкие моллюски остались, их там много. Но непонятно, что освежает воду, там и водорослей-то нормальных нет, только непонятные жёлтые водоросли повсюду… Ну и ядовитые жемчужницы, понятно, могут воду очищать… Ну и жёлтая трава, она очень приятная…

Затем Мирима улыбнулась грустно:

– Как в песне… Золотая трава Колодца Судьбы…

Царица ещё раз улыбнулась и приятным голосом пропела:

– Царица морская с Трезубцем Богов

Очистит от скверны Колодец Судьбы,

Трава золотая осветит глубины,

Закончится эра тяжёлой борьбы…

– Ну и зачем дело встало? Царица, колодец, скверна, очистка, трава золотая, – улыбнулся я.

– Трезубца нет, – рассмеялась Мирима, без алчности рассматривая сияющую на солнце гигантскую жемчужину в ладошке.

Я порылся в куче трофеев, достал пару здоровенных, сантиметров по сорок, вилок, похожих на вооружение зомби, трёхзубую подал данке. Царица задорно рассмеялась, встала, выставила ножку, подняла вверх вилку и прокричала:

– Я царица морская с Трезубцем Богов!

А потом удивлённо завопила, когда вилка превратилась в потрясающий двухметровый трезубец и выпустила высоко в небо три ветвящихся молнии! А обе её подруги и подданные ошарашенно дуэтом пропели другие строки из наверняка этой же песни:

– И глаз потерявши, посмотрит двумя,

И море очистит весь мир возлюбя!

Потом прошептали:

– А все ждали трёхглазую русалку!

– Кабздец краббям и оссям! – смеялась Ардочка. – Но откуда здесь Трезубец Богов?

Мордашка Доночки вытянулась, а глазки округлились, она под вздох Гора выронила лодочку с недопитым вином и прошептала:

– Так вот где закончила путь в этом мире злая богиня! А все думали, что Колодец Судьбы, это образное название какого-то чистилища, из которого поверженная богиня вышла в виде облоданного скелета, и ушла в свой мир… Она пропала, когда пошла восстановить повреждения… Восстановила… Значит упала… и её обглодали… но почти бессмертная выбралась…

– Скелет вылез без артефактов, которых было у неё… И мы теперь знаем где они были… – пробормотал я, посмотрев на кучу непонятных и не особо впечатляющих трофеев новым взглядом. – Придётся здесь задержаться…

– Винный бар нам очень понравился, – радостно пробасил Шевалье. – Винцо, конечно, слабенькое, но на запивку пойдёт. И мы уже придумали, что если чашу опорожнять, то и пропадать напиток, уходя в слив, не будет. Можно и дырочку просверлить в стенке, ниже слива, и само будет стекать, только вёдра подставляй, или корыто… Там десяток стаканов в минуту, хватит освежать горячие глотки всему конду!

Я прифигел два раза, первый от арифметики:

– Тебе, благородный рыцарь, должно быть стыдно за обзывание слабенькой запивкой такого вина… Если я правильно понимаю, то этот фонтан сейчас в минуту выдаёт более двух литров, и при таком качестве это тянет на золотой… В час сто двадцать литров с гаком и шестьдесят империалов… В сутки под три тонны вина на полторы тыщи монет, что раз в сто больше чудесного ослика-копилки… А демоны не склонны к такому расточительству! И они наш пир захотят изгадить…

Затем, глядя на ошарашенные рожи чуждых экономики амбалов, усмехнулся от второго офигения:

– А дырочку просверлить… Лучше в башках своих дырочки просверлите, лоботомия называется, во много раз ума убавляет! Но предложившим грохнуть такой артефакт на радость ангелам, даже лоботомия не страшна, ибо на сколько бесконечно малое не дели, оно таким и останется.

Под смех умных красоток над закряхтевшими гениями я поцеловал каменную красотку и спросил:

– Откуда ты берёшь вино?

Девица сердито подвигала соской в заткнутом ротике, а после освобождения болталки и второго поцелуя хихикнула и проворковала:

– Из любой бочки главного винного подвала для избранных.

– Хм… Случайным образом? – продолжил допрос я.

Красотка фыркнула и подставила щёку. Я не успел поцеловать каменную, но приятную, как ни странно, щёчку, как ставший сообразительнее после почёсывания репы Гор радостно чмокнул красавицу, ещё и попу полапав. Я повторил вопрос. Девица ответила:

– Да, проказник.

Мы разделили обязанности, я задавал вопросы и получал ответы и комплименты, а Гор и Бори радостно тискали твёрдую попу и целовали немного вертевшуюся каменную мордашку под смех наших девиц.

– Как получают вина долевики?

– Если не называют конкретно, то случайным образом, а для накрытия стола с едой и напитками всегда случайным образом, сладенький.

– Как ты меняешь напиток?

– Или примерно каждые полчаса, освободив чашу, или если мне погладить, хи, сисечки, пупсик!

– А если в подвале в бочке будет вода или отрава?

– Фи, я передаю только хорошие напитки, никакой воды для нищих, и никакой отравы, хулиган!

– Только алкогольные напитки?

– Хм… Нет, могу и молоко для молокососов передавать, но кто же таким винный подвал осквернит? Ведь все пиры долевиков получат в винных кувшинах лимонады, соки и молочко, мой девственник!

Сквозь хохот нашего отряда я услышал задорный смех ангельши:

– Ну ты и хитрец, девственник! Лучшие наши аналитики неделю экстренно скрипели мозгами во временной петле, как вас окоротить, и это же и придумали, и уже принято решение и долевикам пиры сюрпризами и простым алкоголем разбавить! Вот они ругаются! Но не разгонять же из-за вас всю гильдию мастеров, новую тысячелетия придётся создавать! Так что не всё вам лучшие напитки бухать. Молочко вам уже везут! И можешь статую шлёпнуть, девственник! – издевательски завершила выбалтывание ценной информации не очень расстроенная горем долевиков засранка.

Я выхватил розгу и со свистом стегнул по каменной попе. Каменная девица хихикнула под отчаянный визг далёкой райской девицы.

Мы оторжались, я удивлённо рассмотрел уцелевшую заслуженную розгу, повесил её на пояс и с энтузиазмом принялся ворошить кучу добычи.

Несмотря на слабые возражения Гурона, я отдал Мириме половину гигантских жемчужин и потрясающих раковин, половину золота и драгоценных камней, половину острых зубов рыб, половину выуженных из колодца монстров и все шкуры рыб кроме нескольких для Школ Магии. Строго пояснил:

– Добыла Мирима. И она не в конде. Так что решать командиру экспедиции. И с артефактами я сам разберусь. А нам предстоит ещё ограбить главный дворец Гномборда. Не утащите! И не сгинете, нарушив Равновесие жлобством. Зубы рыб на стрелы Арде и пики русалкам, кроме нескольких для науки. А чудесные кожи рыб очень хорошо пойдут на гидрокостюмы. Ты Гурон не русал, и в гидрокостюме на поле боя только смехом будешь врагов поражать!

Все восторженно поохали, когда зубастые стрелы Ардочки глубоко вошли в дерево, не хуже стальных! Амазонка набила парой десятков великолепных неотклоняемых стрел один из слотов своего запасливого колчана, задвинув подальше менее мощные, и обнимая меня промурлыкала:

– Теперь я смогу даже гвардейцев императора бить как оленей! Потом ещё мне сделают сотни две таких, невероятно, мур! Но я и костяные оставлю, для обычных монстров. Я тебе уже почти простила всё! Даже ещё неделю женой побуду на ужасных условиях!

Я потискал крепкую красотку, забравшись под кольчугу и ожидаемо вызвав отказ от опрометчивого предложения дополнительной недели тестового супружества, и подал Доне вторую вилку, отличавшуюся благородным видом и каким-то неприятным ощущением. Чернокрылая красотка повертела в ручках вилочку, погладила своё Кольцо Осторожности, пробормотала:

– Странно, но Кольцо Осторожности что ли позволяет мне видеть больше… Это оружие злой богини! Тетразубец Богини… Но… вилка? Но приятная такая… И просится в бой… Требует сильной руки.

– Трезубец тоже был вилкой… Ты, Доночка, сильная, но пацифистка… А мне он неприятен, значит девочек любит… Так, кто у нас больше всех похож на сильную глупую девку? Ардочка, прекрати ржать и возьми Тетразубец. Наморщи гладенький как твоя попа мозг, прикажи увеличиться, ну или заори как следует, представь, что я тебя сейчас отлюблю как тебе не нравится!

Арда со смехом помахала вилкой, попрыгала. Порычала. Чего-то не хватало. Я выхватил розгу, прорычал:

– Кора, верёвки! – быстро задрал размахивавшей вилкой младшей жене кольчужное платьице и хорошо стегнул по крепкой попе.

Я еле успел пригнуться, как над моей башкой пролетели четыре страшных огромных острия! Арда забыла даже одёрнуть платьице и так и стояла, сжимая в руке огромный потрясающего вида тетразубец трёхметровой длины – хорошо, что я назад отскакивать не начал! Я выдохнул и усмехнулся:

– Так жёны мужей и убивают… Поздравляю, красотка, ты смогла активировать оружие богини! И похоже он посильнее Трезубца будет… Будет тебе вместо алебарды. Парням не подойдёт точняк… Теперь посмотри, поизучай, может и магией долбит… Но старая истина, что доброе слово может меньше, чем доброе слово и розга, не подвела…

Я полюбовался как отсмеявшаяся Ардочка страшным ударом оставила четыре глубоких выбоины в камне, выпил прикольный стаканчик протянутого мне вина с зацепившейся за бортик при опрокидывании лодочки запищавшей механической мышкой. Закурил сигару, успокоился и достал из кучи артефактов красивую полумаску, палочку размером с небольшую сигару со стёклами в торцах, странную палку и интересную полупрозрачную короткую шпагу. Гор потискал сиськи каменной красотки и радостно завопил:

– Хрен вам молоко! Бренди! У них там не только вина, оказывается!

– Молочко ещё не завезли, да и пока винные бочки освободят, наполнят… – промурлыкала Ардочка, уменьшив вилы до более комфортной длины и вращая в очень крепкой ручке. – Потерпите, девственники!

Мне тоже принесли глоточек неплохого бренди с ароматом и привкусом какой-то пряности – очень необычный и интересный вкус.

Палочка оказалась потрясающей раздвигающейся гибкой подзорной трубой, показывавшей малозаметные объекты точно так же, как тактические очки или ангельские бинокли. Только поле зрения уже, хотя для такой толщины вполне сносное – магия чудеса творит! В темноте, проверил в мешке, тоже позволяет немного видеть. Я сделал вывод, что это не от богини, а от ангелов и имперца, чей череп валяется в колодце. Гурон, поглаживая свой чудесный небольшой бинокль, презрительно сказал:

– Хрень какая-то, у бинокля угол обзора отличный! И очки круче в десять раз, всегда на глазах, но ты их зажал от парней. А это ни то ни сё!

– Не зажал, трое очков отдам в Школу Магии русалок, им тоже лес от монстров очищать. Даже себе не брал. Очки для дикобродок и разведчицы Коры. Бинокли командирам. А если одному всё, задница слипнется и горб от лишнего груза вырастет… А эта гибкая подзорная труба, которая и сложенная так же показывает… для вора. Себе возьму. В портсигаре за сигару и ляжет, внимания не привлекая. А если надо куда подсмотреть, в замочную скважину, за угол, да хоть в задницу, лекаря спроси, лучше не бывает. Имперский вор наверно хотел в тёмную воду колодца заглянуть, спустился к воде, а там змеи…