Архимаг по ошибке. Огуречный маг – 1

В таверне я сначала растерялся, не понимая, как мне заказать ужин, но потом просто ткнул в сторону столика за которым сидел одинокий гном и показал, что мне так же. Только пиво одно. Ибо перед гномом стояло три кружки.

Трактирщица удивленно приподняла брови, а затем с улыбкой подтолкнула ко мне тарелочку с горстью орехов, предложив попробовать. Я взял один и бросил в рот. А потом, выпучив глаза, пробовал отдышаться, пока мне под нос не сунули кружку пива. Орешки были просто безумно острыми, так что слезы из глаз хлынули сами собой.

Представление не укрылось ни от кого из посетителей, и теперь те сдержанно хмыкали, явно довольные своим превосходство над случайным человеком-чужаком. Трактирщица поулыбалась, а потом понятливо кивнула и показала мне на свободный столик.

Но я сначала достал всю медь, что у меня была, и с вопросительным взглядом положил на стойку. Гномка удивленно посмотрела на кучку монет, потом кивнула и отложила добрую треть, но тут же пододвинула мне обратно, махнув рукой в сторону окна, где на площади шла радостная дележка пирожков, с разламыванием на довольно небольшие кусочки.

Что ж… когда угощают и мне тоже приятно. Но я показал ладони под ухом, как будто сплю. Тогда хозяйка кивнула и отложила уже половину моих средств.

Я сгреб остатки мелочи и сел за столик, прихватив кружку с остатками пива. В этом небольшом ведерке из стекла было не менее двух литров, так что я показал, что одной мне хватит за глаза.

Ужин мне принесли только через полчаса, когда на улице уже начало смеркаться. Не иначе как готовили специально для меня. Но я зря время не терял, а рассматривал других посетителей, стараясь только откровенно не пялиться. Также наблюдал суету за окном.

Особенно я обратил внимания на девушек. Но не потому, что так заинтересовался, скорее уж наоборот. Метр тридцать роста, а то и ниже, энтузиазма не вызывали. Плюс массивность фигуры и короткие ножки, покрытые хорошо заметными волосами. Довольно глубокие прямоугольные вырезы блузок не скрывали, что и в верхней части тела с этим сомнительным украшением у них полный порядок.

Лица тоже не особо впечатляли. Грубоватые черты лица у молодых превращались в совсем уже не привлекательные у дам постарше.

Но вели себя девушки свободно, одевались ярко. Юбки, чуть прикрывающие колени, и открытые руки, указывали на то, что общество здесь совсем не средневековое по показателям одежды.

Еще я обратил внимание, что женские юбки все сплошь клетчатые, на манер шотландских килтов. Да и брюки, в которых щеголяли некоторые дамы, были из того же материала. Мужские костюмы были более сдержанные. И без клеток.

– Нет! Гномки, это не про меня, – шепнул я себе, вполне удовлетворенный осмотром.

Я еще помнил предупреждение на закрепляться в этом мире и избегать привязанностей. Так что пожить в этом поселке будет самым правильным. Меньше соблазнов, особенно с учетом того, что меня приняли за слабоумного. Вот так просто. Не говорит на всеобщем языке, значит дурак.

Значит, у меня первейшая задача – это выучить язык, благо какие-то корни у него общие со славянскими и латынью. Еще надо узнать про мир побольше.

Но чтобы пожить, надо добыть денег. Поэтому, когда я заметил как очень рослый гном, не менее метра шестидесяти, закрывает кузню, выходящую тоже на центральную площадь, то сразу заинтересовался. А когда он выдал по несколько монет вышедшим с ним подросткам, я решительно встал и показав трактирщице, что я ненадолго, вышел на воздух и направился к кузнецу.

– Здравствуйте, уважаемый, – кивнул я.

Тот ничего не понял, но сказал что-то в ответ и вопросительно посмотрел на меня. Я жестами показал, что хочу денег и готов поработать. Кузнец понятливо кивнул и показал, что утром ждет меня.

Когда я вернулся за столик, то заметил, что ко мне подсело целых пять девушек. Впрочем, я не возражал. В трактире уже не было ни одного свободного места, так что и мне не пристало одному занимать целый стол.

Еще просторный зал заполнился ароматом тел, не слишком часто балуемых водой, а особенно с мылом. Хорошо хоть не от девушек. Им и своих нюансов хватало.

А еще я понял, что все общество собралось на меня. А для девушек, похоже, специально держали места. Тем более, что одна из них была уже почти мне знакома. Она, несомненно, была местной заводилой среди молодежи, да и взрослые ее за что-то уважали.

Девушка первым делом вернула мне пустой мешок и кивком поблагодарила меня. Но дальше мне принесли огромное блюдо с чем-то напоминающем картофель, какие-то овощи, среди которых я заметил и имеющие теперь для меня особое значение огурцы. Еще на блюде была целая гора мяса.

Я сначала осторожно попробовал гарнир, опасаясь огненной остроты, но нет, почти и не острое. Не иначе, из специй только то, что на стенках котла оставалось, когда сообразительная трактирщица готовила для меня специальное блюдо.

И кто бы спорил, что моя осторожность не укрылась ни от девушек, которые ослепительно заулыбались, ни от остальных окружающих, что я понял по массовому довольному вздоху.

Непонятную ситуация спасла опять трактирщица. Она с грохотом припечатала перед авторитетной девушкой тарелку, а потом также долбанула кружкой пива. Все сомнительные красотки намек поняли и сразу уткнулись или в тарелки, или просто в стол, кому еще не принесли.

Мне давали время спокойно поесть. Я сунул в рот кусок мяса и, стараясь не показать вида, с трудом его проглотил, почти не жуя. Ну да… такого мощнейшего вкуса козлятины я надеялся никогда в жизни не попробовать.

«Понятно, почему они сыпят столько специй», – подумал я. – «Это же жрать невозможно! Ладно… побуду немного вегетарианцем… А может у них бывает курятина? Или рыба».

Я с трудом осилил только гарнир, стараясь не трогать пока огурцы. В начале ужина я сунул в рот пару кусочков и перешел в магическое состояние. Но тут же и вышел, только отметив, что резерв все еще прискорбно маловат.

Заметив, что я уже готов к разговору, главдевушка показала на себя и сказала:

– Мирина.

– Алекс, – я решил рискнуть и не коверкать имя. Но его восприняли нормально, значит пусть так и будет.

Дальше началось общение. Жестами и отдельными словами, как уж получится. И весь трактир замер, слушая нашу крайне малоинформативную беседу. На вопрос «откуда», я просто махнул рукой в сторону, откуда пришел. Про профессию пожал плечами и так далее. Возраст только точно показал на пальцах, что двадцать пять.

Я сходил в туалет и поразился как здорово он устроен. При такой скученности поселения можно было ожидать серьезных проблем, но нет, в глубине скалы была комнатка, в которой, повернув примитивный кран под потолком, можно было пустить струю воды, в которой и умыться можно и даже душ принять. Правда ледяной. Тут же было корыто, но это пока мне не надо. Еще дальше был закуток с дыркой в полу, где журчала вода. Я сначала опасливо посмотрел на потолок. А то мало ли… Может дырка сквозная с самых верхних этажей… Но нет, такой дикости гномы не придумали.

Еще меня заинтересовали фонари. Стеклянные колбы в стальной оплетке, полные то ли травы, то ли мха, давали слабое свечение. Гномам, наверное, такого хватало, а мне было темновато. Но ничего… Потом буду пользоваться своим светлячком.

Потолки тоже удручали. Я со своими метр восемьдесят пять чуть не чиркал макушкой, а в дверных проемах вообще приходилось наклоняться.

Когда я вернулся, то заметил, что некоторые посетители уже ушли, но появились и несколько новых. Один молодой гном подошел к моему столику и жестом показал мне, чтобы я пододвинулся. Мирина посмотрела на нахала очень неодобрительно, но ничего не сказала, а сидевшая рядом со мной девушка, когда я вдавился в ее бок, прижатый с другой стороны нахалом, даже и не подумала отодвигаться, а только счастливо заулыбалась, проигнорировав очередной недовольный взгляд главдевушки.

«Похоже, несмотря на репутацию дурачка, я здесь стал неплохо котироваться», – грустно подумал я. – «Или женщины здесь поумнее мужчин и поняли, что не все так просто. Тогда понятно. Тайна их притягивает как огонек свечи мотыльков. Мда… Волосатых таких мотыльков…»

Тем временем нахал шлепнул по столу объемистой миской с орешками. Но не желтыми, один из которых разжег пожар у меня во рту, а красными. Эти ядреные «не пойми что» даже для гномов были серьезным испытанием. Когда трактирщица разносила на огромном подносе кружки, то по желанию гостя она клала на стол один ядовито красный орех. Тот его разжевывал, удовлетворенно крякал и тут же запивал половиной кружки пива. А некоторые еще и слезинку смахивали.

Перед девушками и женщинами в таких случаях клали только желтые орехи. Понятно, почему так порадовались свидетели того, как я не смог съесть детский орех.

Я глотнул пива, очень хорошего, но довольно крепкого, и вопросительно посмотрел на незваного соседа. Тот осклабился, отодвинул мою тарелку и положил передо мной один красный орех. А перед собой целых пять. Потом продолжил такую же композицию еще два раза.

Понятно… соревнование предлагает. Похоже, он тут главный факир, глотающий огонь, и теперь решил поднять свой авторитет за мой счет, гаденыш.

Я отрицательно помотал головой, но спорщик только продлил свои дорожки до десяти и положил на стол золотой. Как я понимал, монета довольно крупная, правда насколько именно, еще не знал.

Я достал свою медь и просто показал. Вроде как нет у меня предмета спора, так что вали! Но тот только согласно покивал. Я опять помотал головой. На что тот добавил к первому еще два золотых и три серебряных монеты, а потом встал и демонстративно вывернул карман.

Черт! Я наколол на вилку кусок огурца и отправил в рот. Все равно мне понадобится обезболивающее заклинание… А острота специй, она обжигает непривычный рот, значит и обезболивание должно помочь. А отказываться от спора, когда оппонент поднял ставки до один к ста, если не больше, было уже совсем неуместно. Тому, похоже, мои медяки были не нужны, а только самоутверждение, вот и готов был идти ва-банк. Я пожелал обезболиться, потом скрутил фигу и ткнул ей себе в рот, вызвав улыбку у девушек, которые, похоже, приняли это за какой-то жест суеверия.

Я прикусил язык и ничего не почувствовал. Потом кивнул. Наглец показал, что проиграет тот, кто первым приложится к кружке. Я просто пожал плечами, потом взял орешек и разжевал. Какой-то вкус почувствовал, но огня не было, так что и нет причин запивать.

Посмотрел на удивленные лица моих соседей по столу и просто улыбнулся. Наглец сгреб свои орешки, но тут же был остановлен покачиванием пальца Мирины. Тогда он вернул их на стол и стал по одному кидать в рот, разжевывая. После пятого у него уже текли слезы. Но десять он все таки одолел.

Я взял второй орешек и отправил вслед за первым, напомнив себе не забыть потом положить на желудок исцеление. Не хватало еще, чтобы там дырку прожгло напрямую к концу пищеварительного тракта…

Спорщик посмотрел на меня красными глазами с дорожками слез на щеках, сунул в рот одиннадцатый орех и тут же его выплюнул, потом с ревом схватил кружку и выплеснул пиво себе в лицо. Меня тоже неплохо окатило, а моя соседка, которая здорово пригрелась у меня под боком и уже по-хозяйски держала меня под руку, взвизгнула, получив и свою порцию пенной волны.

Гном отшвырнул кружку, которая с грохотом разбилась о каменный пол, схватил мою и уже более целенаправленно залил ее себе в рот. Та же участь постигла наполовину полные кружки всех девушек.

А потом его подхватили двое гномов и поволокли в сторону туалета, или скорее маленького водопада.

Меня хлопнула по плечу рука какого-то гнома, довольно тяжеля, но ничего особенного, правда мне в лицо полетели хлопья пены, которая, оказывается, покрывала мою голову и плечо. А в трактире нарастал радостный гул. Похоже, этот тип уже многих достал.

Но я не спешил брать выигрыш, а просто поманил главную девушку, чтобы она наклонилась ко мне поближе. Потом прожевал очередной огурец с ароматом пива и, пожелав обезболивать, ткнул ей под нос кукишем. Девушка недоуменно отшатнулась, но я просто пододвинул к ней один из красных орешков. Пусть уж сразу поймут, что я маг. А то как бы потом не было претензий, что я нечестно выиграл. А пока я не забрал золотые, все может пройти как шутка.

Мирина осторожно сунула угощение в рот и начала осторожно жевать, а затем улыбнулась и уже смело закончила процесс. Потом встала и на глазах у всех сунула себе еще один и демонстративно его съела.

Тут же один гном схватил парочку и сунул себе в рот, но перекошенная морда и слезы показали, что орешки не поддельные. Минута тишины сменилась уже просто громовым хохотом.

Девушка тем временем жестами спрашивала меня, что я еще умею. Я показал, что могу лечить, покашляв в кулак, а потом вытянул палец и пустил молнию в потолок.

Впрочем, это не особо впечатлило народ в трактире. Вероятно, слабые маги не были такой уж редкостью. Это и к лучшему. Тут один немолодой гном выскочил передо мной и показывая то в потолок, то на себя потребовал, чтобы я стрельнул в него.

Я пожал плечами и пустил молнию в желающего. Того немного дернуло и волосы на голове немного встали дыбом. Еще борода растопорщилась. И все! Он только крякнул и показал мне большой палец. Трактир неистовствовал. А я задумался. Это что же получается? Молния, которой я случайно чуть не убил себя, для гнома только аттракцион?

А передо мной приплясывало уже четверо желающих острых ощущений, но я только развел руками. Пара молний у меня еще была, вроде бы, но пусть резерв восстановится.

Я вопросительно показал на золотые и серебро Мирине и она с улыбкой пододвинула их мне. Значит, если маг применил свое умение в споре, то это проблемы оппонента. Хорошо! Я резко разбогател.

А потом появилась трактирщица с огромной губкой и сделала мне знак освободить скамейку для уборки. Я встал, проигнорировал настойчивые жесты Мирины сесть рядом с ней и показал пальцем вверх, вроде как я пошел в комнату. Поспать тоже надо, после такого дня.